Пока ведьмы помнят. Книга I. Проклятые прахом

Глава 4. За гранью видимого

Экипаж дёрнулся и неожиданно остановился. Я оторвалась от окна. До места оставалось ещё приличное расстояние. Отсюда строение почти терялось среди деревьев, и только тёмная крыша проглядывала сквозь листву.

— Приехали! — крикнул извозчик.

— Разве? — Розали выглянула из кареты. — Нам дальше.

— Вам — да, а мне — нет.

Мы переглянулись и выбрались наружу. Холодный ветер тут же забрался под плащ. За городом он ощущался гораздо сильнее. Где-то за скалами шумело море, хотя самого берега не было видно. Извозчик спустился и проверил упряжь.

— Дорога отсюда совсем плохая, — объяснил он. — Камни, корни. Колесо сломаю — обратно все пешком пойдём. Так что дальше сами.

Я повернулась к тропе. Она действительно едва различалась. Земля заросла травой, кое-где выступали крупные камни, а ветви склонились так низко, что преграждали путь.

— Хорошо. Только дождитесь нас, — попросила я.

— Договорились же, — бросил он.

— Я на всякий случай напоминаю.

— Лучше сами не забудьте, что до темноты надо вернуться, — хмыкнул мужчина.

Розали нахмурилась.

— А что изменится к вечеру?

Извозчик посмотрел на неё так, словно она только что спросила какую-то несусветную глупость.

— Девушки, вы место для прогулки, конечно, выбрали замечательное. — Он затянул ремень на упряжи. — Здесь и днём народу нет. Эти места давно стороной обходят. Говорят, возле скал всякое происходит. Что именно — не спрашивайте, сам проверять не собирался.

Он покосился в сторону леса.

— А потому и разбойники тут прячутся. Знают, что за ними сюда мало кто сунется. Так что на вашем месте я бы до темноты вернулся. И желательно задолго до неё.

Я нервно перебрала ткань плаща. Почему-то, когда я планировала эту поездку, такого страха не испытывала.

— Вы же подождёте нас? — забеспокоилась я.

— До сумерек. Дальше уж не обессудьте. Ночевать в этой глуши я не собираюсь. Мне моя жизнь дороже ваших денег.

Очень обнадёживает.

— Мы вернёмся вовремя, — быстро сказала я, убеждая скорее саму себя. Лошади тем временем принялись спокойно щипать траву, единственные из нас довольные остановкой.

— Уж постарайтесь, — ответил извозчик.

Розали дождалась, пока мы отойдём достаточно далеко, и тихо произнесла:

— Мне всё больше нравится твоя затея.

Её сарказм я уловила без труда.

— Ты могла остаться в пекарне. — Я подмигнула ей.

— И позволить тебе одной отправиться туда, где по вечерам разбойники гуляют? — возмутилась она. — Конечно.

— Я поэтому и взяла тебя с собой.

Розали насупилась.

— Очень приятно узнать, что моя основная задача — первой попасться им в руки.

— Пока ты прекрасно справляешься, — поддразнила я.

Подруга толкнула меня локтем. Я улыбнулась, но чем дальше мы уходили от экипажа, тем меньше хотелось шутить.

Тропа постепенно сужалась. Через пару минут мы уже обходили корни и перебирались через выступающие камни. Лес стоял непривычно тихий. Даже ветер не достигал земли, бушуя где-то высоко, в кронах. Тёмная крыша то появлялась, то снова скрывалась из виду. Странное ощущение, сопровождавшее меня последние дни, усилилось.

Наконец заросли расступились. Дом стоял у подножия скал. Увидев его вблизи, я даже испытала лёгкое разочарование. Я ожидала чего угодно: огромного старого особняка, развалин, каких-нибудь непонятных знаков возле входа. Но перед нами оказалось небольшое каменное строение. Один этаж, несколько узких окон. Стены местами покрывал мох. Никакого забора, ворот или даже дорожки к крыльцу.

— И ради этого мы тащились сюда? — спросила Розали, скривившись.

— Похоже на то.

Она с подозрением прищурилась.

— Ты уверена, что это он?

— Да, — ответила я без колебаний.

Мы поднялись по каменным ступеням. На двери висело тяжёлое металлическое кольцо. Я взялась за него и трижды ударила. Глухой стук разнёсся вокруг. Мы подождали.

Ничего.

Я постучала снова.

— Может, громче? — предложила Розали.

Я повторила попытку. Никто не отозвался. За окнами тоже не появилось ни движения, ни света.

— Кажется, никого нет, — предположила я.

— Или тот, кто здесь живёт, не собирается открывать.

Такой исход меня не устраивал. Я проделала многочасовой путь, наврала Эстер и притащила Розали неизвестно куда — и всё это, чтобы меня просто не впустили.

— И что теперь? — забеспокоилась я.

Розали пожала плечами.

— Заходить. — Она сделала приглашающий жест.

— Прям так?

— А что ещё?

Подруга потянулась к ручке раньше, чем я успела сказать хоть что-то. Дверь открылась. Мы обе замерли.

— Видишь? — довольно усмехнулась она. — Иногда всё гораздо проще, чем ты думаешь.

Розали первой ступила на порог. И тут же отшатнулась.

— Ай!

— Что?

Она вытянула ладонь вперёд. Та остановилась в пустоте.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась я.

— Как раз-таки ничего, — растерялась Розали и надавила сильнее. Пальцы напряглись, но не продвинулись ни на сантиметр.

— Здесь что-то есть, — заключила она.

Я тоже протянула руку, но ничего необычного не почувствовала. Розали уставилась на меня.

— Это ты наколдовала? — разозлилась она. — Прикалываешься?

Переживала подруга не меньше меня.

— Нет, — выдохнула я и беспрепятственно шагнула внутрь. Розали осталась снаружи. Она снова подалась вперёд, на этот раз плечом, но преграда не позволила ей войти. Значит, дом действительно не пустовал. И кто бы ни скрывался за этими стенами, прекрасно знал, кого готов впустить.

— Возвращайся к экипажу, — встревоженно предложила я.

— Да какого чёрта? — не унималась она, наваливаясь всем телом. Но всё без толку.

— Розали, хватит мучиться. Значит, тебе здесь не место.

— А тебе, по-твоему, место? — воскликнула она.

Я осмотрелась, но ничего разглядеть не удалось.

— Я быстро.

— Нет, — запротестовала подруга. — Мы пришли вместе, и я не собираюсь…

Моё терпение подходило к концу.

— Ты даже зайти сюда не можешь.

— Тогда я подожду здесь. — Она упрямо скрестила руки на груди.

— Одна? — Я указала в сторону тропы. — Ты сама слышала, что здесь опасно. Возвращайся к извозчику. С ним хотя бы безопаснее.

Розали собиралась спорить, но я остановила её:

— Если я не вернусь до сумерек, уезжай с ним.

— Что?! Даже не надейся! — возмутилась Розали.

— Пожалуйста, — взмолилась я, уже жалея, что взяла её с собой.

— Нет!

Я тяжело выдохнула. Продолжать пререкаться бесполезно, да и времени мало.

— Иди к экипажу, — твёрдо сказала я и, не дожидаясь её очередного протеста, развернулась.

— Мелания! — уже спокойнее позвала Розали. — Будь осторожна.

— Постараюсь. — Я слабо улыбнулась ей и пошла дальше. Розали пробормотала что-то ещё, но её голос постепенно затих. В тот же миг тяжёлая деревянная створка за моей спиной захлопнулась сама собой.

Я резко обернулась. Тяжёлое дерево плотно прилегало к проёму. Я смотрела на него, борясь с желанием немедленно открыть и выйти.

Поздно.

Преодолела такой путь не для того, чтобы испугаться первой странности. Повернувшись обратно, я застыла. Этого не могло быть. Снаружи хижина казалась крошечной, и расстояние от входа до противоположной стены едва ли достигало десяти метров. Но передо мной уходил в темноту длинный коридор. Его конец терялся во мраке, а стены исчезали из виду. Потолок возвышался где-то высоко над головой, хотя само строение выглядело одноэтажным.

Позади осталась дверь. Впереди — чернота. Под ногами лежали каменные плиты. Стук подошв разносился глухим эхом, уходя куда-то далеко. Вокруг — никого. Только я. Тишина. Ни голосов. Ни движения.

— Есть кто-нибудь? — крикнула я, и мои слова канули в бездонную пропасть, а затем вернулись слабым эхом. Пройдя немного дальше, я оглянулась. Входа уже не было. Сердце неприятно сжалось.

— Замечательно.

Передумать уже не получится. Теперь ясно, почему все в здравом уме избегали этого места. Тут творилось что-то странное. Хотя чему я удивляюсь? Для обычного мира я и сама далеко не нормальна.

Я выставила руки перед собой, боясь на что-нибудь наткнуться. Чернота окружала со всех сторон, и страх постепенно подбирался всё ближе. Чем дольше я блуждала, тем меньше понимала, где нахожусь. Пространство не подчинялось никакой логике. Небольшое строение не могло вместить такой коридор, а окна, которые я видела снаружи, не пропускали ни единого луча. И всё же происходящее не оставляло сомнений в собственной реальности.

Минут через пять впереди появился слабый дрожащий огонёк. Я прищурилась.

Свеча.

Прибавив ходу, направилась к ней. Поначалу казалось, что расстояние между нами сокращается. Она становилась ярче, и постепенно во мраке проступил высокий тонкий подсвечник. Я прошла примерно половину, но он ничуть не приблизился.

Остановилась.

Огонёк дрогнул. Не от ветра — его не было. Пламя вытянулось в сторону и снова выпрямилось. Я сглотнула и продолжила путь. Вдруг свеча оказалась гораздо ближе. Только что между нами лежало не меньше десятка метров, а теперь я различала потёки воска на её стенках. Я оцепенела. Пламя тоже успокоилось.

— Что за… ерунда.

Кто-то явно играл со мной. Стоило вновь двинуться, как огонёк опять отдалился.

Я оглянулась. Ни входа. Ни стен. Только тьма, в которой всё терялось. Сколько я уже прошла? Дом снаружи не мог вместить даже половины этого расстояния.

— Хорошо, — набравшись мужества, сказала я. — Значит, туда.

И побежала. Свет то приближался, то ускользал. Раз за разом мне мерещилось, что достаточно протянуть руку — и я коснусь подсвечника, но через мгновение между нами снова лежали метры темноты.

Мгла искажала расстояние. Я окончательно потеряла счёт шагам и перестала понимать, двигаюсь ли вообще. Бесконечная ходьба и эти бессмысленные догонялки начинали утомлять.

— Издеваешься, да? — выкрикнула я.

Пламя резко дрогнуло и погасло. Чернота сомкнулась вмиг. Тишина давила сильнее прежнего. Ни скрипа старого дерева, ни ветра за окнами, ни далёкого моря. Дом отрезал меня от внешнего мира. Под подошвой что-то изменилось. Камень исчез. Пол стал гладким и холодным.

Вокруг одна за другой вспыхнули свечи. Десятки. Свет расходился по кругу всё дальше, открывая огромное помещение. Высокий свод терялся наверху. Вдоль стен возвышались колонны, между ними чернели глубокие ниши. Ни окон, ни дверей. Лишь ледяные стены и множество мерцающих огней, не дающих тепла. Такого огромного зала здесь тоже не могло существовать. В самом центре стояло единственное кресло.

Пустое.

— Есть кто-нибудь?

Мой голос прозвучал непривычно глухо. В ответ раздалось тихое потрескивание фитиля. Я приблизилась. Всё разом погасло. Осталось одно пламя. То самое. И тогда я услышала:

— Есть.

Мужской голос раздался прямо за спиной. Я обернулась.

Никого.

— Ты долго шла, Мелания, — продолжил он.

По коже пробежал холод. Я не называла своего имени.

Всматривалась в темноту, надеясь увидеть хоть что-нибудь. Тщетно.

— Кто вы? — выговорила я.

— Когда-то меня называли Провидцем.

Когда-то? Странно.

— Покажитесь!

Огонь вытянулся вверх. За креслом что-то появилось. Сначала слабое искажение, похожее на колебание воздуха над раскалённым камнем. Постепенно в нём проступили очертания.

Мужчина.

Или существо, отдалённо напоминавшее человека. Я не могла определить возраст и даже толком рассмотреть лицо. Черты возникали на секунду и тут же исчезали, распадаясь вместе с силуэтом. Сквозь полупрозрачную фигуру просматривались каменные стены. На ней угадывалась одежда старого покроя, но и та меняла форму. То передо мной стоял человек, то оставалось бледное марево.

Я отступила.

— Вы…

Не знала, как закончить.

Мёртвый? Дух? Призрак?

— Ты пришла не за мной, — констатировал он. Слова сопровождало далёкое эхо, отчего становилось ещё жутче. Никак не получалось уловить, откуда именно доносилась речь.

— Тогда зачем я здесь?

— Ты искала ответы.

Я вспомнила дневник матери. Запись о том, что много лет назад её тоже сюда тянуло.

— Моя мать приходила к вам?

Силуэт дрогнул, почти исчезнув из виду.

— Ты задаёшь не тот вопрос.

Его загадки раздражали. Я так долго добиралась сюда, чтобы в итоге ничего не узнать?

— А что я должна спросить? — не стала ходить вокруг да около я.

— То, что привело тебя.

Я притихла.

И что же это? Странное чувство? Дневник матери? Нет. Всё это указало дорогу. А причина крылась в другом. В том, что не давало мне покоя уже давно.

Ожоги.

— Как сделать так, чтобы это прекратилось? — уверенно произнесла я.

Он никак не отреагировал.

— Сожжение, — уточнила я. — Можно ли прекратить его повторение?

Фигура полностью повернулась ко мне. Черты лица прояснились.

— Ответ тебе известен, — произнёс он, хотя губы не двигались.

— Нет. — Я покачала головой. — Если бы знала, не пришла бы.

— Знаешь, — твёрдо повторил Провидец.

Грудь сдавило тяжёлым чувством. Каждое полнолуние. Огонь. Боль. И слова, которые возвращались снова и снова. Я отогнала их прежде, чем они успели сложиться в голове.

— Это не решение, — выплюнула я.

— Это первый путь.

Брови сошлись у переносицы.

— Первый? — переспросила я. Пламя возле него взметнулось выше.

— Тебе уже указали выход, Мелания. Но чужая воля не делает его единственным.

Я совсем ничего не понимала.

— О чём вы говорите?

Фигура начала исчезать.

— Подождите.

Я протянула руку, желая задержать его.

— Значит, есть и другой способ?

Силуэт растворился, оставив после себя тонкую прозрачную пелену.

— Верно, — донёсся ответ.

— Какой?

Тишина.

— Какой второй? — повторила я громче.

Последняя свеча погасла, погрузив зал в абсолютную тьму. А в следующее мгновение прямо передо мной взметнулся огонь. Я отшатнулась. Жар ударил так резко, что я вскинула ладонь, инстинктивно заслоняясь. Костёр поднимался в человеческий рост. А в самом его центре находилась женщина. Не сразу удалось осознать, что я вижу. Разум отказывался это принимать.

Деревянный столб. Связанные за спиной руки. Тёмная одежда, скрывающая тело до самых ног. Пламя уже охватило подол и ползло выше. Женщина дёрнулась. Крик донёсся приглушённо, издалека, будто нас разделяла невидимая стена. Я слышала его, но гораздо страшнее — выражение её лица, искажённого болью. Настоящей. Настолько знакомой, что кожа под платьем заныла от одного воспоминания.

— Нет… — выдохнула я и попятилась.

Женщина выглядела старой. Или такой её делали мучения. Я никогда прежде её не видела. Тёмно-русые волосы чуть ниже плеч спутались и падали на лицо. Одни пряди прилипли к вискам, другие разметал горячий воздух. Просторная серая одежда висела на худом теле, полностью скрывая его.

Огненные языки поднялись выше. Незнакомка запрокинула голову. В промежутках между вскриками она что-то нашёптывала. Разобрать её речь не удавалось. Я отвернулась. По щеке покатилась слеза.

— Зачем вы мне это показываете? — сквозь зубы проговорила я.

Из темноты у самого уха послышался голос:

— Ты спрашивала о другом способе.

Я обернулась, но Провидца не увидела.

— Это он и есть? — спросила я, проглотив ком в горле.

— Нет.

— Тогда что это?!

Краем глаза я заметила, как колыхнулись тени.

— Та, кто однажды искала. А теперь ищешь и ты.

Я заставила себя вновь взглянуть на незнакомку, подавив нахлынувшие эмоции. Этот невидимый дух бил по самому слабому месту.

— Кто она?

Провидец молчал, заставляя меня снова и снова смотреть на её мучения.

— Запомни её. — Это прозвучало так близко, словно он стоял прямо напротив меня. Но я уже не пугалась.

— Кто она? — повторила я. Пламя взметнулось, полностью скрывая фигуру. — Провидец!

— Не каждая дорога начинается с первого шага, Мелания. — Далёкое эхо прокатилось под сводами и стихло.

— А с чего тогда? — не отступала я. Пусть уже договорит.

Женщина снова показалась среди пламени. Всего на секунду. Я внимательно всмотрелась. Тёмно-русые спутанные волосы. Худое лицо. Свободная одежда.

— Она знает, как избавиться от этого? Скажите! — потребовала я.

Провидец молчал, но женщина вдруг подняла голову. Посмотрела прямо на меня. Её губы шевельнулись. Звука не последовало, но слова я разобрала:

— Одного пути недостаточно.

И пламя поглотило её. Остался непроницаемый мрак. Я открыла рот, собираясь снова позвать Провидца, но передумала. Он дал понять всё, что хотел сказать, и заставлять его говорить дальше бесполезно.

Позади что-то протяжно скрипнуло. Я обернулась.

Дверь. Та самая, через которую я вошла, находилась всего в нескольких шагах. Никакого бесконечного коридора. Огромный зал с высокими сводами сменился обычной комнатой. Настолько маленькая, что от одной стены до другой можно дойти за считаные секунды. Я медленно развернулась к выходу. Снаружи пробивался тусклый вечерний свет.

Вечерний?

Всё ещё не оправившись от потрясения, я бросилась на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, едва я выскочила на крыльцо. Небо изменилось. Солнце скрылось за скалами, оставив над горизонтом узкую светлую полосу. Между деревьями уже сгущались тени.

Этого не может быть. Я пробыла внутри совсем недолго. Полчаса? Может, час? Мне казалось, даже меньше.

— Розали… — опомнилась я.

Извозчик предупреждал, что уедет до наступления темноты.

Я рванула по тропе. Ветки цеплялись за плащ, под ноги то и дело попадались камни. Обратная дорога почему-то казалась гораздо длиннее. Всё вокруг изменилось и совсем не напоминало место, через которое мы шли днём. Каждый ствол принимал странные очертания, а в глубине мерещилось движение.

Где-то далеко хрустнула ветка. Я ускорилась. Только разбойников не хватало. Когда окончательно запыхалась, между деревьями наконец показался просвет. А следом — женский вопль.

— Попробуйте только тронуться!

Розали.

Я выбежала на дорогу. Экипаж ждал там же. Лошади беспокойно переступали, извозчик сидел наверху, крепко сжимая поводья, а перед ним стояла Розали, не пропуская его. Ладони упёрты в бока, плащ распахнут. По выражению её лица стало ясно: последний час мужчине было не до опасностей, поджидавших в лесу.

— Я сказал, хватит! — прикрикнул он. — Темнеет!

— А я сказала, что без неё мы никуда не поедем! — парировала Розали.

Он погрозил ей пальцем.

— Я вас предупреждал!

— А я вас предупреждаю сейчас! — Она притопнула ногой.

— И что вы сделаете? — вызывающе осведомился мужчина. — Лошадей остановите?

— Встану перед ними, — огрызнулась подруга.

Извозчик раздражённо махнул на неё.

— Вы уже перед ними стоите!

— Значит, прекрасно справляюсь.

Они перепирались так громко, совершенно забыв, что здесь стоило вести себя как можно тише. И почему-то, несмотря ни на что, я чуть не рассмеялась.

— Розали! — позвала я.

Она повернулась ко мне, но не сдвинулась.

— Мелания! — Вся её воинственность мгновенно испарилась. — Где тебя носило?!

Извозчик тоже меня заметил.

— Наконец-то! — рявкнул он. — Всё, обе в экипаж. Сейчас же!

Я подбежала к ним.

— Простите. Я не думала, что прошло столько времени, — виновато произнесла я, надеясь хоть немного загладить свою вину. А сама не могла поверить, что они не уехали. И всё это — исключительно благодаря упрямству Розали.

— А я думал! Поэтому и сказал: до сумерек! — Он спрыгнул и распахнул дверцу. — Внутрь.

Мы с Розали переглянулись.

— Я доплачу, — пообещала я.

— Ещё как доплатите. За ожидание отдельно. За риск для моей жизни — ещё отдельно.

— За риск для вашей жизни? — возмутилась Розали. — Вы всё это время сидели здесь!

— Вот именно! — Он махнул рукой в сторону скал. — Сюда нормальные люди даже днём не ездят, а вы заставили меня торчать до темноты. Мне ваши деньги на том свете не понадобятся.

Спорить я не стала. Больше всего мне хотелось оказаться как можно дальше отсюда.

Мы забрались внутрь. Извозчик захлопнул дверцу, вернулся на своё место и тронул лошадей. Экипаж дёрнулся. Я откинулась на сиденье, чувствуя, как затекли пальцы от напряжения. Разжала их и посмотрела в окно. Дом уже не виднелся. Между нами стоял лес. Тёмный, неподвижный. Меня не покидало ощущение, что из глубины чащи кто-то наблюдает за нами.

Я отвернулась.

Колёса подпрыгивали на камнях, лошади шли непривычно быстро. Возница их не щадил. Ему хотелось поскорее уехать не меньше нашего. Молчание Розали продлилось недолго, что для неё было настоящим подвигом.