Помощница генерала-дракона. Лавка в придачу!

В общем, я вошла в раж, работа кипела, в котелке бурлила темно-бордовая, почти черная жидкость, навевающая мысли о кофе. Для сладости добавила мед и малину. Пахло довольно вкусно.

— Ну как твоя голова? — поинтересовался фамильяр, устав гонять травяной клубок по полу. — Легче с-с-стало?

— Да. Теперь я как будто умираю под ёлкой. Так умирать от мигрени намного приятнее, спасибо.

Эрбис фыркнул и прыгнул на верхнюю полку, всячески демонстрируя обиду, мол, недооценили его заботу.

А я скептично посмотрела на горящую свечу, чей аромат, пожалуй, только усилил головную боль. Надо будет проветрить как следует, запустить в лавку свежий воздух. Вот только со снадобьем для начала разберусь.

Я зачерпнула немного черного варева и налила его в стакан. Почесала в затылке и перевела задумчивый взгляд на фамильяра.

— Даже не думай! — категорично произнес Эрбис. — Я твое варево с-с-соглашусь глотнуть только на с-с-смертном ложе!

Я разочарованно вздохнула.

Кажется, придется искать другую жертву для эксперимента. С кого бы начать?

Кашеварила я так не впервые. Поначалу, когда только-только обосновалась, вообще не собиралась ничего варить, кроме рецептов предыдущей хозяйки. Оно мне надо? Наворочу ещё бед, потом не расхлебаю.

Да только примерно через месяц бездумной варки на меня напал интерес естествоиспытателя.

А что будет, если...

А что будет, если в рецепте изменить можжевельник на розмарин? А если добавить не веточку баре́льника, а шишку? А если сварить не в кастрюльке, а вон в том гигантском котле?

Кажется, местные боги неспроста закинули меня именно в эту лавку. Потому что талант у вашей покорной слуги явно имелся. Первые свои шедевры я пробовала сама. Травилась тоже сама. Но чаще всего мои опыты срабатывали.

Вскоре я начала лепить рецепты из того что было, основываясь на свойствах растений и своей интуиции. И заметно улучшила многие зелья. Некоторые, правда, испортила до ужаса. А от вида голубики меня до сих пор подташнивает. Не спрашивайте, почему.

Ничего шедеврального я так и не приготовила, но не оставляла попыток. Потому что похожих на мою лавку в городе хватало, конкуренция росла. А я хотела чем-то выделяться. Сделать что-то необычное.

Вот, например, как бодрящий эликсир.

Стоило мне подумать о жертве, как внутрь ввалился заснеженный Стив.

— Привет, — махнула я ему.

Парень отряхнул налипший на него сугроб, потер красные от мороза щеки.

— Ну, там и ужас творится! — возмутился он. — У меня так все шипо́нники завянут. Я их неделю отпаивал после прошлой метели.

Стив не был лакорцем, а потому, как и я, холод недолюбливал. Он работал в одной из соседних лавок — занимался продажей цветов. Которые привозил из самой дальней глуши и любовно взращивал.

Он, высокий и худощавый, но не тощий, мне нравился. Я в нем как-то сразу нашла «своего человека». Как минимум потому что замерзали мы одинаково.

А ещё он периодически снабжал лавку цветами. Теми, которые уже считаются некондицией, и продать их не получится. А нас они еще несколько дней порадуют. Он не любил выбрасывать цветы, относился к ним, как к живым, ну а мы с девочками были только рады, если в интерьере лавки появится что-то красивое.

Вот и сейчас букет какой-то неизведанной мне заморской «дичи» алого цвета с треугольными лепестками ввалился в лавку перед Стивом. Он хозяйским жестом поставил букет в специально подготовленную вазу.

— Во, еще недельку поживет. Потом можешь засушить, стебель дает легкий обезболивающий эффект. Ну, проверишь сама. Так. Есть что хлебнуть? — парень принюхался.

У меня появился огромный соблазн напоить его бодрящим напитком, но я решила, что как-то нехорошо экспериментировать на товарище. Он, Эля и Витта были единственными людьми в этом мире, с кем я подружилась.

А своих как-то неправильно травить.

Но Эрбис так не считал.

— Ага, она тут новое гениальное варево намешала, — он оскалился (насколько может оскалиться кролик). — Так какие у него с-с-свойства, Ди? Напомни-ка.

Ха, да мой фамильяр тоже тот ещё продавец-маркетолог. Я ведь ничего ему не говорила, но он обставил всё так, будто и сам в восхищении от того, что получилось.

— Ну, по идее... — засомневалась я. — Отвар должен обладать стойким бодрящим эффектом. Единственное — я бы не стала пить его в больших количествах. Потому что гудящий на́рбис вызывает привыкание и...

— Слушай, мне нужен бодрящий эффект, — обрадовался Стив, перебивая мои размышления. — Я сегодня дико не выспался. Давай. Лей.

Я протянула ему стакан. Парень хлебнул с сомнением, но затем хмыкнул.

— О, а это вкусно. Терпко, но не горчит, — он покатал отвар на языке. — Да, слушай, мне нравится. Я бы такое постоянно пил. Лей ещё.

— Обойдешься, — я покачала головой. — Говорю же, вызывает привыкание. Так, теперь давай засечем время. Как ты себя чувствуешь?

Стив покачал головой, потянулся.

— Ну, вроде жив.

«Это определенно неплохо», — подумала я и добавила вслух:

— Ждем дальше. Ты возвращайся к себе, я сама позже зайду. Чего тебя от продаж отвлекать.

— Какие продажи, Ди? — он поморщился. — Сегодня ни-ко-го. Кому нужны цветы в метель? Так что я лучше у тебя посижу. Может, что-то нарезать надо или растолочь? Я могу. Слушай, а Витта скоро придет, не знаешь?

— Да вроде скоро должна вернуться.

Я посмотрела на настенные часы с мерно покачивающимся маятником. Ого, день-то уже к полудню близился! Так увлеклась процессом варки напитка, что не заметила, как пролетело время.

— Как раз дождусь ее тогда и побегу дальше работать. Ты не будешь против моей компании?

Я пожала плечами, так как ничего против не имела.

Стив некоторое время уже ухлестывал за Виттой, и девушка испытывала взаимное влечение к парню, но была очень стеснительной и боязливой, особенно в плане развития отношений. Так что Стив подбирался к ней осторожно, со всем подобающим романтизмом. Ну и антураж флориста ему в этом только помогал, так что шикарный букет у Витты был всегда.

Но раз уж Стив решил задержаться в лавке, то я припахала его к делу и попросила достать из погреба пару тяжелых мешков, чтобы самой спину не надрывать. Стив охотно помог, да еще и сам изъявил желание поучаствовать в сортировке кореньев, так что в четыре руки мы с ним быстро справились, одна бы я долго прокопалась.

Стив был полон энтузиазма, глаза его прямо светились энергией, и я с интересом за ним наблюдала.

Хм. А мой, э-э-э, бодрящий эликсир, кажется, действительно неплохо работал. Надо, конечно, понаблюдать за Стивом побольше. А еще — напоить кого-нибудь еще своим недокофе.

Дверь распахнулась, и в лавку ввалились двое.

— Ди-и-и, мы нашли! — с горящими глазами произнесла Эля.

— Мы нашли! — эмоционально воскликнула Витта, размахивая некой бумажкой в руках. — Мы нашли Мар...

— Маргаритки нашли, да? — громко спросила я, перебивая подруг. — Ой, какие вы молодцы, спасибо большое! Как раз хотела попробовать добавить их в одно снадобье.

Подруги осеклись, только сейчас увидев Стива и сообразив, что не следует при нем распространяться про наши поиски девушек-женщин по имени Мара.

Он хоть и наш хороший друг, но не настолько близок, чтобы так сразу посвятить его в курс дела. Может быть, чуть позже и с некими оговорками. Мы бы и Витту не вовлекали, если честно, но импульсивное желание поделиться оказалось сильнее здравого смысла. Да и куда без нее? Мы большую часть времени проводим втроем.

Но сегодня голова трезвая, эмоций нет, а если каждому встречному рассказывать про тело на пороге лавки — нас через неделю посадят, потому что о наших приключениях будет знать весь город.

Кроме того, тетка Стива работала мелким чиновником при сельскохозяйственном министерстве или ведомстве, я до сих пор не выучила, как здесь что называется. Работала давно и стабильно. Он ею гордился, мол, дослужилась до какого-то чина. В общем, ему лучше ничего не говорить.

— Ага, маргаритки, — подтвердила Элька, пока Витта непонимающе хмурилась.

Видимо, для неё Стив был своим в доску, а значит, имел право знать об истории с телом наравне с нами. Нет уж, простите, это вы с ним крутите вялотекущий роман полгода так точно. Мы с Элей тут ни при чём.

Короче говоря, спустя секунду она смирилась с нашим несогласием и усердно закивала.

— А почему вы у меня маргариток не попросили? — удивился Стив.

— А у тебя разве есть? — ахнула Витта.

— Так я же цветочник, — напомнил парень. — Даже если нету, я бы закупил в срочном порядке.

— Нам не надо закупать, — покачала девушка головой, — нам прям щас надо было. Прям сегодня.

— Так и где ваши маргаритки? — он нахмурился.

— Там, — неоднозначно сказала Эля и внезапно начала вздрагивать, уткнувшись ладонью в лицо. — Мы их не забрали... потому что... потому что... потому что...

Судя по количеству «потому что» ответа она до сих пор не придумала. Пришлось подыграть.

— Что-то случилось? Ты упала?

Она сверкнула таким взглядом из-под ладони, что стало понятно: вариант так себе.

— Нет, она увидела Энди Дигга, — влезла Витта с тяжким вздохом. — И мы ушли. Ну, ты же знаешь, нашейподруге давно и безответно нравится Энди. Она даже пыталась признаться ему в любви, а он её отверг.

— Энди Дигг?! — поперхнулась Элька. — Мне?! — клянусь, я слышала, как заскрежетали её зубы. — А-а-а, ну да, очень нравится. Он как раз зашел, и я поспешила сбежать. Мне так стыдно перед ним.

— Ну-ну, не плачь, так бывает.

— Витта, а почему ты не осталась и сама не купила... — попытался вновь задавить нас здравым смыслом Стив, но на это у девушки был железобетонный аргумент.

— В смысле? — перебила она. — Ты предлагаешь мне бросить подругу ради каких-то маргариток? Мы их нашли, пусть Ди за ними и идет. Вот адрес, — она вновь взмахнула листочком.

Стив попытался разглядеть, что там написано. Чтобы знать конкурентов в лицо, видимо.

— Он такой красивый... такой замечательный... — всхлипнула Элька, вновь переводя внимание на себя. — Мне так неловко рядом с ним находиться.

— Красивый? — уточнил Стив, чуть сдвинув брови.

— Ага. Красивее, наверное, только император Лакора.

— Да ты ж никогда этого императора в лицо не видела.

— Но я слышала, как о нем рассказывают! Этого что, недостаточно?! Я чувствую, что на свете есть двое красивых мужчин: император и Энди.

Стив, почувствовав, что начались чисто девичьи сплетни, из лавки спешно отчалил. Напоследок он бросил томный взгляд в сторону Витты, она ответила ему не менее томным взглядом куда-то в пол — и влюбленные голубки разошлись как всегда ни с чем.

Эля захлопнула дверь лавки и подошла вплотную к Витте.

— Энди Дигг?! Ты рехнулась?!

— А чего? — подруга поправила букет, который принес Стив. — Он первый, кто мне в голову пришел. Мы ж его действительно сегодня видели.

— Да он же психопат, вечно какие-то шутки пошлые отвешивает и ржет над ними как конь. А ещё у него левый глаз косит.

— Не, левый глаз у него просто подслеповат, — не согласилась я. — Косит правый.

— Да без разницы! Ты что, не могла придумать любое другое мужское имя?!

— Ну, прости. Я переволновалась. И вообще, я считаю, что Стив имеет право знать...

— Нет! — в один голос отрезали мы с Элей, и я добавила:

— Стив расскажет своей тетушке, а та еще кому-нибудь. И нам кранты. Не вздумай никому говорить. Поняла?

— Ладно-ладно, — Витта отгородилась от нас руками как щитом. — Слушай, Эля. А ты зачем императора-то приплела?

— А я как должна была сказать? — возмутилась подруга. — Что Энди этот кособокий, но я люблю его за широкую душу? Я пыталась как-то перевести внимание Стива, пока он нос в наши записи не сунул. Пришлось импровизировать.

— Ну-у-у, могла бы придумать, что...

Эля даже слушать её не стала:

— Ты меня ещё и учить будешь?!

— Так, расскажите, что вы выяснили про Мар, — срочно перевела я тему разговора, пока девушки не передрались, и мне не пришлось выкидывать еще два тела.

Мусорный бак Гризольды не выдержит наплыва «моих» мертвецов.

— Мар в нашей округе аж с дюжину набралось! Ну как — в округе... Если говорить о соседних улицах и еще подальше, южнее от центральной городской площади, — охотно пустилась в объяснения Витта, вновь помахав бумажкой с адресами. — Мы с Элей столько всего разузнали! Вот, смотри!

Она подскочила к прилавку, разглаживая листок, я тоже склонилась над ним вместе с подругами.

— Многовато будет, за дюжиной Мар, раскиданных по району, мы следить не сможем, — вздохнула Витта.

— А мы собираемся следить за ними, да? — грустно уточнила я.

— Ну конечно, Ди, что за глупые вопросы ты задаешь! Наше уютное детективное агентство раскинет свою поисковую сеть по всему району!

— Малое детективное агентство тогда уж, — поправила Эля.

— Мне больше нравится — уютное, — упрямо сказала Витта.

Подруги посмотрели на меня.

— Ди, а тебе что больше нравится?

Я тяжело вздохнула.

Мне больше нравилась спокойная жизнь и скучные рабочие будни, но, кажется, функция скуки в моей жизни стала временно недоступна.

Я проигнорировала вопрос и перешла к делу.

— Вот эта Мара — девочка семи лет, — я ткнула в середину списка. — Я ее припоминаю, она со своей мамой не раз к нам в лавку заходила, мама у нее — целительница. Мне кажется, что детей можно смело вычеркивать.

— Почему?

Я пожала плечами.

— Ну, не знаю... Вроде предыдущие жертвы детьми не являлись. А серийные убийцы обычно либо по детям, либо по более взрослым.

— Бр-р-р, мерзость какая, — Элю всю передернуло при мыслях об убийце. — Так, ну, тогда вот эту девчонку тоже можно вычеркивать, — она ткнула пальцем в фамилию почти в конце списка. — Она подросток, ей лет семнадцать, наверное.

— Ну, семнадцать — это уже почти взрослая, — возразила я. — Я бы не стала таких исключать.

— Думаешь?

— Все-таки не девочка семи лет.

— Ну ладно...

— А что насчет остальных? — я еще раз пробежалась взглядом по списку. — Мне другие фамилии ни о чем не говорят. Мы над всеми Марами наблюдение установить не сможем...

— Да ну почему, Ди?

— Как минимум, потому что нас трое, — усмехнулась я. — А еще у нас есть работа, которую мы не можем взять и бросить. Мы не можем наблюдать за всеми Марами, мы не стражники, это вообще не наша работа. Поэтому предлагаю отобрать парочку тех, кто, на наш взгляд, наиболее всего подходит под потенциальную жертву.

Витта закусила нижнюю губу, задумчиво накручивая прядь волос на палец.

— Ну и как мы это поймем?

— Это ты у нас в детективах разбираешься, вот ты и предлагай варианты, — хмыкнула я. — Думай давай. Что может объединять жертв? Нам бы какую-то последовательность обнаружить... Должно у них быть что-то схожее.

— Может, возраст? — предложила Эля.

— А сколько лет было первой найденной жертве?

Мы задумчиво помолчали. Никто из нас таких деталей не знал.

— Слушайте, — я покачала головой, — это не выход. Мы не сможем следить за всеми девушками сразу. Мы не владеем какой-либо информацией. Нам нужно работать, или мы умрем с голоду до того, как наше детективное агентство откроется. Давайте вообще оставим эту идею.

— Кого-то могут убить, — напомнила Эля мрачно.

— Я разузнаю побольше о прошлой жертве! — добавила Витта с энтузиазмом.

Я прикрыла глаза, пытаясь сообразить, как поступить. Здравый смысл во мне боролся с желанием кинуться следить за всеми Марами одновременно. Но ведь это бред. А если убийца затаится? Сколько нам бдеть: неделями, месяцами, годами?

— Предлагаю поступить так: я ещё раз схожу в управление и отдам им эту бумажку. Пусть отрабатывают. У них есть люди и ресурсы, которых нам никогда не достать.

— А как ты объяснишь, на кой собирала имена? — нахмурилась Витта.

— А тут и объяснять ничего не надо. Генерал Ричард Эйденгер сам намекнул нам о том, что имена на пряниках совпадают с именами следующей жертвы. И мы решили помочь следствию. Так сказать, общественная дружина. Что в этом плохого?

— Хм, ну можно попробовать... — произнесла Эля.

В эту секунду в лавку зашел клиент, которому требовалось собрать сложный заказ. Я встала за стойку и начала записывать, какие именно зелья ему требуются. Список ширился.

— Так, я сама схожу, — решилась Элька, понимая, что меня отвлекать от работы сейчас никак нельзя. — Витт, пойдем вместе?

— Не-а. Я всё-таки разузнаю про... — недоговорила, но и так было понятно.

Она не оставляет мысль разобраться во всем самой. Что ж, Витта неисправима. Чем бы ни тешилась, лишь бы нас не заставляла устраивать слежку за Марами.

Девушки покинули лавку, а я выдохнула с облегчением.

Ненадолго.

Эля вернулась относительно быстро, хмурая донельзя. Она хлопнула дверью, стряхнула с одежды снег. Подруга вся искрила от недовольства.

— Ну, чего? — спросила я, помешивая в котелке очередное варево.

— Ничего. Меня послали. Я пришла, ко мне спустился следователь. Выслушал и сказал не мешать его работе. Такой типчик мерзотный, ещё добавил, что бабское дело — детей рожать, а не думать.

— А бумажка?..

Элька протянула смятый листок.

— Даже смотреть не стал. Я пыталась попросить, чтобы её отдали этому генералу, но мне сказали, что не будут тревожить его такой ерундой. Я, конечно, могу караулить этого Ричарда возле управления, только какой смысл? А если он тоже скажет, что мы рехнулись?

— И что делать? — спросила я, хотя мы обе догадывались.

Просто боялись произнести вслух. Слишком уж бредовой казалась эта мысль.

Как будто почувствовав наш настрой, в лавку влетела Витта.

— Так! — объявила она. — Я всё узнала! Там прям любопытненько складывается! Ой, девочки, а чего вы кислые такие?

— Нашему детективному агентству нужно название, — произнесла я, сама не веря в то, что говорю.

— В смысле? — опешила Витта.

— В смысле, мы не можем допустить, чтобы какую-то Мару укокошили. Поэтому вещай, что там любопытно складывается.

— Ага. Внимательно слушаем, — сказала я.

— Там такое, такое!.. — Витта воодушевленно размахивала руками. — Девочки, ну прям всё сходится!

— Что сходится-то?

— Первая жертва была девушкой! Молодой, худенькой, красивой! Недавно закончила академию и устроилась работать в местной администрации, кем-то вроде секретаря, ну или что-то вроде того. Значит, среди Мар надо искать девушку из числа недавно закончивших академию магии! И я даже знаю, кто это!

Я вопросительно вздернула бровь.

— А где логика?

— Ну как же? — Витта аж губки обиженно надула, недовольная тем, что я не прониклась ее гениальными мыслями. — Серийный убийца будет выбирать схожих жертв!

— Кхм... А вчерашний молодой человек в твою расчудесную логику как вписывается? — задала я логичный вопрос.

Витта подвисла на добрую минуту, потом, наконец, разочарованно вздохнула.

— Н-да, кажется, он не очень похож на девушку, недавно закончившую академию...

— Ага, совсем немножко не похож, — хохотнула я.

И вздрогнула от грохота распахнувшейся входной двери, с удивлением глядя на ввалившегося в лавку мужчину лет тридцати с длинными темными волосами, заплетенными в косу. Вид у него был взбудораженный, кажется, он сюда прям бежал. Глаза его забегали по лавке, уставились на меня, и мужчина с надеждой в голосе выпалил:

— Это здесь разливают чудесный бодрящий эликсир?

— Какой-какой эликсир? — оглянулась на меня Витта.

Я тяжело вздохнула. Как бы намекнуть, что эликсир этот ещё не прошел испытания, и далеко не факт, что завтра у Стива не отрастут лягушачьи лапки взамен тех конечностей, которые отсохнут.

— А вы откуда узнали о нем? — спросила я осторожно вместо прямого ответа

— Да зашел к Стиву за тюльпанами, а там... — мужчина присвистнул. — Всё прибрано. Цветы разложены. Парень носится юлой по залу и говорит, что у него столько бодрости, как никогда не было. И послал меня сюда, к вам. Я готов платить. Назовите цену!

Я мысленно выругалась. Стив, мать его за ногу. Не мог, что ли, промолчать? Вот и что делать? Отказать? Так я всех потенциальных клиентов потеряю. Сейчас скажу, что ой, извините, я еще не готова продавать это прекрасное зелье. А завтра никто не вернется, ибо уже не надо.

— Его стоимость... — я задумалась.

— Пять серебряных монет, — подсказала Эля.

— Отлично, мне нужно три бутылька. Нет, давайте пять. Предстоит тяжелая неделя. В академии экзамены!

— Вы что, студент? — я удивленно глянула на его совершенно не юношеский видок.

— Почему же? Преподаватель! Мне на этих студентов целую неделю смотреть, практику у них принимать, работы их читать заунывные. Мне без эликсира не обойтись. Я обычно уже на третий день вешаюсь от усталости.

— А, сочувствую. Послушайте, главное — не перебрать с дозировкой, — начала объяснять я. — Дело в том, что один из компонентов вызывает привы...

Эля кашлянула.

— Хозяйка лавки хотела сказать, что в наличии ничего нет, всё распродано, но если вы внесете предоплату, она подготовит вам необходимое количество к сегодняшнему вечеру. Правда, за срочность придется заплатить двойную цену. Предыдущую партию раскупили моментально, а следующую она планировала варить только в конце недели.

Что она несет?! Он же сейчас уйдет, и плакали наши денежки!.. Нормально я всё сварю, без всякой срочности.

Но мужчина радостно потянулся за кошелем.

— Конечно-конечно, — закивал он. — Всё понимаю! Сейчас...

Он отсчитал нужное количество денег, у меня голова пошла кругом от того, как бодро он выкладывал серебряные монеты на прилавок.

Да что там Стив ему такого наговорил, что человек столь легко и просто готов расставаться с такой суммой ради того, чтобы взбодриться?! Надо будет заглянуть к нему в лавку, что ли, посмотреть, как там дела обстоят...