Тургояк. Поход на лодках

Глава 2 Последние дни смены

Петюня проснулся минут за десять до подъёма.

В комнате было тихо. Васик спал, натянув одеяло почти до носа. Дан отвернулся к стене. На четвёртой кровати лежали две футболки, рюкзак и полотенце, которое Машка ещё вчера велела убрать.

Сегодня они собирались снова сходить в деревню.

Только посмотреть.

После тыкв уже было все спокойно. Пусть жители немного успокоятся, перестанут караулить огороды и уберут с площади остатки своего ночного сражения.

Петюня вспомнил мужика с табуреткой и улыбнулся.

— Ты чего? — сонно спросил Васик.

— Ничего.

— Тогда чего смеёшься?

— Мужика вспомнил.

Васик помолчал, потом открыл второй глаз.

— С табуреткой?

Петюня кивнул.

— Только не начинайте, — попросил Дан, не поворачиваясь.

— Ты не спишь?

— Уже нет.

Васик тихо произнёс:

— «Не дай ей уйти!»

Петюня уткнулся лицом в подушку.

Дан повернулся к ним.

— Вы собирались дать деревне отдохнуть. Мне тоже можно?

Почти сразу прозвучал сигнал подъёма.

— Нет, — сказал Васик и накрылся одеялом.

Дан сел на кровати.

— Через две минуты Серж придёт.

— Ты всегда портишь утро.

— Я просто часы вижу.

Петюня сел и потянулся за футболкой.

— Сегодня главное до вечера дожить.

— Мы идём посмотреть на деревню, — напомнил Дан. — Ты так говоришь, будто на войну собираемся.

— На разведку.

— И что разведывать?

— Караулят они ещё или нет.

Васик высунул голову из-под одеяла.

— А если опять с вилами?

— Посмотрим из леса.

— А если никого?

— Подойдём ближе.

Дан сразу посмотрел на Петюню.

— Вот. Вчера было «только посмотреть», сегодня уже «подойдём ближе».

— Если никого не будет.

— А потом увидишь что-нибудь интересное и скажешь: «Давайте совсем чуть-чуть».

Васик засмеялся.

— После карася эту фразу надо запретить.

Петюня встал.

— Сегодня ничего делать не будем.

— Запомнил, — сказал Дан.

— Запоминай.

— Потом напомню.

После завтрака третий отряд отправили к озеру.

Тургояк потемнел. Над дальними горами висели тяжёлые облака, а ветер то стихал, то налетал порывами, покрывая воду мелкой рябью.

Машка некоторое время смотрела на озеро.

— Сегодня держимся возле берега. И недолго.

— А мы далеко и не собирались, — сказал Васик.

Серж услышал.

— Ты вчера тоже не собирался проигрывать эстафету.

— Это другое.

— У тебя всё другое.

Петюня улыбнулся, а Дан посмотрел на облака.

— К вечеру дождь будет.

— Может, мимо пройдёт, — ответил Васик.

— Главное, чтобы вечером не было, — негромко сказал Петюня.

Дан придвинулся к нему.

— Если будет, никуда не идём.

— Зато никто караулить не будет.

— Петя.

Машка обернулась.

— Вы трое о чём?

— О погоде, — ответил Дан.

Она посмотрела на небо.

— Вот и я о ней. Вылезаем.

Купание закончилось раньше обычного. После озера были соревнования, потом обед и тихий час.

В комнате стояла духота. Приоткрытое окно дребезжало, занавеска то прижималась к стеклу, то раздувалась внутрь.

Васик следил за ней с кровати.

— Машка вечером окно закроет.

— Откроем, — ответил Петюня.

Дан перевернул страницу книги.

— Прекрасно. Утром она увидит, что окно открыто.

— Вернёмся и закроем.

— А если дождь?

— Ты сегодня решил отменить вообще всё?

Дан опустил книгу.

— Почему вам обязательно сегодня нужно идти?

— Потому что смена заканчивается.

Васик сел.

— Я тоже хочу посмотреть.

— На что?

— Что там после тыкв.

Петюня начал перечислять:

— Убрали площадь или нет. Караулят ещё или успокоились. Ходит тот мужик с вилами…

— И с табуреткой, — добавил Васик.

— Особенно с табуреткой, — согласился Дан.

Петюня представил мужика, который каждую ночь выходит на площадь с табуретом, и снова засмеялся.

Васик тоже.

Дан несколько секунд смотрел на них, потом не выдержал и улыбнулся.

— Именно поэтому вам туда нельзя. Увидите его — начнёте смеяться.

— Тихо будем.

— Конечно.

Петюня лёг обратно.

— Просто посмотрим.

— Я уже согласился.

— Тогда чего споришь?

Дан поднял книгу.

— Кто-то должен.

После тихого часа ветер усилился.

По дорожкам гоняло песок и сухие листья. С сосен срывались мелкие ветки. Младшие выбегали из корпуса поглядеть на шумевшие деревья, а их вожатая возвращала беглецов обратно.

Николай со старшими ребятами убирал лёгкие столы с края веранды. Дарья проверяла, не осталось ли на скамейках одежды. Серж заносил стулья и прижимал плохо державшиеся двери.

Дирик велел закрепить лодки у причала.

Купание на вечер отменили.

Петюня стоял под навесом и смотрел на небо. Дан подошёл к нему.

— Может, пройдёт, — сказал Петюня.

— Может.

— До половины одиннадцатого ещё много времени.

— Много.

— Ты специально?

— Да.

Прибежал Васик.

— После ужина сразу по корпусам. Машка сказала.

— Почему?

Васик посмотрел на качавшуюся сосну.

— Наверное, погода ей не нравится.

Петюня повернулся к Дану.

— Ты его испортил.

— Поздно, — ответил Васик.

Дан кивнул.

За ужином окна столовой дребезжали от порывов ветра.

Петюня ел и время от времени смотрел наружу.

— До половины одиннадцатого успокоится.

Дан молчал.

— Чего не отвечаешь?

— Жду, когда окно улетит.

Васик засмеялся.

— Какое?

— Любое. Слушай, как дребезжит.

Петюня посмотрел на ближайшее.

— Нормальное окно.

Снаружи раздался хлопок, затем звон стекла.

Разговоры оборвались.

Серж поднялся. Дирик отставил кружку.

В дверях появился старший мальчишка.

— Там окно разбилось! В комнате Сержа!

Серж несколько секунд смотрел на него.

— Отлично.

Петюня медленно повернулся к Дану.

— Накаркал.

— Я ничего не делал.

Васик наклонился через стол.

— А можешь сказать, что завтра найдём клад?

— Нет.

— Почему?

— С окнами больше не экспериментирую.

Створку в комнате Сержа распахнуло ветром. Она ударилась о раму, стекло треснуло и осыпалось на пол.

Внутри никого не было, но теперь через разбитое окно залетали первые капли дождя.

Дирик заглянул с порога.

— До утра не починим.

— Я могу здесь, — сказал Серж.

Николай Семёнович посмотрел на хлопавшую занавеску.

— А утром тебя вместе с кроватью искать? Если не унесёт, то зальёт.

— В вожатской на диване?

— Занято.

— В старшем корпусе?

— Тоже.

Дирик задумался, потом посмотрел в сторону третьего отряда.

— У Пети, Василия и Даниила свободная кровать есть.

Серж помолчал.

Потом улыбнулся.

— Они обрадуются.

— Переживут одну ночь.

А троица ещё ничего не знала.

Петюня продолжал надеяться, что ветер стихнет. Васик смотрел на часы. Дан пытался дочитать страницу, которую перечитывал уже третий раз.

Дверь открылась.

На пороге стоял Серж с подушкой и одеялом.

— Добрый вечер.

Трое молчали.

— Как гостя встречаете?

— А вы зачем? — спросил Петюня.

Серж приподнял подушку.

— Угадайте.

Васик посмотрел на четвёртую кровать.

— Нет.

— Что «нет»?

— Ничего.

Дан отвернулся к стене, чтобы скрыть улыбку.

— Окно разбилось, — объяснил Серж и прошёл внутрь. — На сегодня переселяюсь к вам.

На свободной кровати лежали футболки, рюкзак, книга и полотенце.

— Это что?

— Кровать, — ответил Петюня.

— Кровать вижу. Остальное.

Васик вскочил.

Никогда прежде они не освобождали эту кровать так быстро.

Серж поднял оставшееся полотенце двумя пальцами.

— Чьё?

— Не моё, — сказал Петюня.

— Не моё, — сказал Васик.

— У меня другое, — ответил Дан.

— Значит, само пришло.

— Возможно, — согласился Петюня.

— Унесите его туда, откуда пришло.

Серж расправил одеяло.

— Вы на одну ночь? — спросил Дан.

— Если завтра стекло вставят.

— А если не вставят?

— Тогда вам повезёт ещё раз.

Петюня посмотрел на Васика.

Васик — на Дана.

План закончился, даже не начавшись.

Серж снял куртку, поставил обувь возле кровати и положил часы на тумбочку.

— Что такие лица? Как будто я вам каникулы отменил.

— Нет, — ответил Васик.

— Тогда что?

— Ничего.

— Вот это ваше «ничего» мне особенно нравится.

Петюня подошёл к окну.

— Погоду проверяешь? — спросил Серж.

— Ага.

— Дождь будет.

— Я с утра говорил, — заметил Дан.

— Про окно он тоже говорил, — добавил Васик.

Серж повернулся.

— Про моё?

— Про какое-нибудь.

— В следующий раз предупреждай конкретнее.

В десять пришла Машка.

— Устроился?

— Как дома.

— Почти, — пробормотал Петюня.

Она посмотрела на троицу.

— Сегодня у вас персональный вожатый. Ведите себя прилично.

— Они всегда прилично себя ведут, — сказал Серж.

— Ты их плохо знаешь.

Петюня насторожился.

— Почему?

— Потому что я каждый день заставляю вас убирать эту кровать. А сегодня она вдруг чистая.

Серж рассмеялся.

Машка проверила защёлку окна.

— Не открывать. Ветер сильный.

— Прослежу, — пообещал Серж.

Она выключила свет.

— Спокойной ночи.

В половине одиннадцатого Петюня смотрел на часы.

Васик лежал, вытянувшись под одеялом. Дан отвернулся к стене.

Обычно сейчас они уже искали обувь и прислушивались к шагам в коридоре.

Сегодня даже пошевелиться казалось подозрительным.

— Вы чего не спите? — спросил Серж.

— Спим, — ответил Петюня.

— Ты со мной разговариваешь.

— Уже почти сплю.

— Васик?

— Я тоже.

— Дан?

— Я вообще молчу.

Серж усмехнулся.

— Обычно после отбоя ещё полчаса шепчутся. А у вас тишина.

— Устали, — сказал Петюня.

— Все трое одновременно?

— А что такого? — не выдержал Васик.

— Ничего. Просто непривычно.

Петюня повернулся к четвёртой кровати.

— А как надо, чтобы привычно?

Серж задумался.

— Можете пошептаться.

— О чём?

— Не знаю. Тогда спите.

— Мы и спали.

— Вы часы проверяли. Каждые две минуты.

Трое замолчали.

Серж потянул одеяло выше.

— Боялись, что я храпеть начну?

Васик первым засмеялся.

За окном пошёл настоящий дождь. Капли застучали по подоконнику, ветер загудел между корпусами.

Петюня прислушался.

— Всё равно бы не пошли, — тихо сказал он.

— Конечно, — ответил Дан.

— Правда.

— Спи.

— Я тоже не верю, — отозвался Серж.

— Во что? — спросил Васик.

— Не знаю. Но раз Дан не верит, я тоже.

Петюня накрыл голову одеялом.

— Отличная ночь.

Разговоры понемногу стихли. Дождь продолжал стучать, но Петюня уже перестал его слушать.

В эту ночь они действительно никуда не вышли.

Утром ветер почти стих.

— Подъём, — сказал Серж.

Никто не отреагировал.

— Подъём!

Васик застонал.

— Ещё пять минут.

— Нет.

Петюня открыл глаза.

— Вы же не у себя.

— Решил помочь вам начать день.

— Не надо помогать.

— Уже помог.

Дан сел.

— Когда окно починят?

— Уже выгоняешь?

— Просто интересуюсь.

— После завтрака обещали.

— Хорошая новость, — пробормотал Васик.

— Всё слышу.

После завтрака возле комнаты Сержа действительно меняли стекло.

Петюня некоторое время наблюдал за работой.

— Жалко.

Дан остановился.

— Что?

— Хотел посмотреть на твоё лицо.

— Очень смешно.

Машка собрала третий отряд возле корпуса.

— После обеда начинаем складывать вещи. Завтра уезжаете.

— Уже? — спросил Васик.

— Уже. Сегодня последний костёр. Утром завтрак, линейка, потом отъезд. Не все одним автобусом, поэтому слушаем, кого и куда зовут.

Петюня посмотрел на лес.

— Нет, — сразу сказал Дан.

— Я ничего не говорил.

— Зато подумал.

Васик тоже покачал головой.

— Сегодня уже не успеем.

— И ты туда же?

— Сумку собирать надо.

Петюня вздохнул.

— Предатели.

После обеда комнаты превратились в склад вещей.

В коридоре искали футболку. В соседней комнате спорили из-за носков. Кто-то обнаружил под кроватью кружку, которую потерял в начале смены.

— Машка! Это чьё полотенце?

— Если никто не признается — лагерное!

Через секунду раздалось:

— Моё!

Четвёртая кровать у троицы снова оказалась завалена.

Дан снял с неё Петюнину куртку и Васикин рюкзак.

— Нет. Каждый складывает возле себя.

— Мы вчера за минуту убрали, — напомнил Петюня.

— Потому что Серж пришёл.

— Надо его позвать, — предложил Васик.

Дан посмотрел на него.

— Сам с ним потом и спи.

Грамоту за ориентирование Дан положил между двумя книгами.

— Дома повесишь? — спросил Петюня.

— Не знаю.

— Я бы повесил, — сказал Васик.

— Сначала выиграй.

— Я много чего выигрывал.

— Что?

Васик задумался.

— Сейчас не помню.

Петюня пытался закрыть сумку. Молния не сходилась.

— Дан, сядь.

— Куда?

— На сумку.

— Переложи нормально.

— Долго.

— Я сяду, — предложил Васик.

Он уселся сверху. Петюня потянул молнию.

Она пошла, но на середине остановилась.

— Ещё немного.

Васик навалился сильнее.

Раздался сухой треск.

Все трое замерли.

— Я предупреждал, — сказал Дан.

Петюня осторожно потянул снова. Молния дошла до конца.

— Видел?

— Видел. Теперь аккуратно поднимай.

— Всё нормально.

Вошла Машка и открыла шкаф.

На нижней полке лежали носки.

— Не мои, — сразу сказал Петюня.

— Не мои, — ответил Васик.

Дан пригляделся.

— Мои.

Машка протянула их ему.

— Под кроватями смотрели?

Трое замолчали.

Под Петюниной кроватью нашли бутылку, карандаш и ещё один носок. Под Васикиной — кружку.

— Я думал, её кто-то взял.

— Твоя кровать, — ответил Дан.

Под его кроватью ничего не оказалось.

Петюня кивнул на шкаф.

— Не радуйся. Носки там были.

Машка дождалась, пока найденное уберут.

— К вечеру закончить.

— Закончим, — пообещал Петюня.

Она посмотрела на закрытую сумку.

— Только больше на неё не садитесь.

После ужина весь лагерь собрался у кострового места.

Николай принёс последние поленья. Дарья рассаживала первый отряд, младших усаживали возле их вожатой. Петюня, Васик и Дан устроились рядом с остальными ребятами третьего отряда.

Серж присел возле растопки.

— Последний костёр смены.

— Если ещё приедем, будет следующий, — сказал Васик.

— Тогда последний этой смены. Подходит?

— Подходит.

— Спасибо, что разрешил.

Ветки занялись. Пламя пробралось между поленьями, и над кострищем потянулся дым.

Рядом стояли два ведра с водой.

Возле них крутились несколько младших. Один присел и опустил в воду палец.

— Холодная.

— А ты думал, компот?

Третий попытался протиснуться между ними.

— Дайте посмотреть.

— Чего смотреть? Вода.

— Я тоже хочу.

— От костра отойдите, — позвала вожатая.

Мальчик поспешно развернулся, задел пяткой ведро и взмахнул руками.

Ведро качнулось.

Он попытался поймать его, но только подтолкнул.

Вода хлынула под только что разгоревшиеся дрова.

Зашипело. Поднялся пар. Огонь мигнул между ветками и погас.

Серж остался сидеть с поленом в руках.

— Уже всё? — спросил кто-то из младших.

Николай поднял пустое ведро.

— Быстро сегодня управились.

Мальчик смотрел себе под ноги.

— Я нечаянно.

— Ничего, — сказала Дарья. — Только в следующий раз вокруг ведра обходи.

Петюня наклонился к Васику.

— Даже песню не успели.

— Могли бы короткую.

Серж положил полено.

— Сухие дрова сами сюда не придут. Поднимаемся.

Пришлось всем снова идти к навесу.

Николай поручил старшим нести поленья, младшим — небольшие ветки. Дарья помогала разбирать запас и следила, чтобы никто не набирал больше, чем мог удержать.

Васик взял целую охапку.

Из-за веток виднелись только лоб и кроссовки.

— Ты куда? — спросил Дан.

— К костру.

— Он с другой стороны.

Васик остановился.

— Тогда направляй.

Николай снял с его охапки несколько поленьев.

— Теперь хоть видно будет.

— Мне было видно.

— Ты к столовой шёл.

Петюня принёс длинную ветку.

Серж потрогал кору.

— Сырая.

— Зато большая.

— Мы костёр разжигаем.

— Сверху подсохнет.

Николай отнёс ветку в сторону.

— До следующей смены как раз успеет.

Мокрые дрова убрали, растопку сложили заново. Когда огонь наконец поднялся второй раз, Дарья переставила вёдра за скамейки.

Мальчик, опрокинувший воду, спрятал ноги под себя.

— Теперь вообще не двигаюсь.

— До первой песни хотя бы продержись, — попросила его вожатая.

Вспоминали соревнования и смешные случаи.

Ребята второго отряда спорили, кто уронил мяч в эстафете. Старшие рассказывали, как нашли не ту контрольную точку. Младшие всё ещё обсуждали ведро.

— Оно само упало.

— Ты его ногой.

— Нечаянно.

— Но ногой.

Дарья услышала и улыбнулась.

— Всё, ведро уже простило. Слушаем остальных.

Серж посмотрел на Дана.

— А вот кто меня удивил на ориентировании. Пришёл первым и ещё спросил, почему остальные так долго.

— Он дома сидит, — сказал Васик. — Когда выходит, внимательно смотрит, куда идёт.

— По городу почти не гуляет, — добавил Петюня.

— Началось, — вздохнул Дан.

Николай повернулся к первому отряду.

— Слышали? А вы мне говорили, что точку переставили.

— Она далеко была, — отозвался старший мальчик.

— Для всех далеко.

— Мы другую нашли.

— Знаю. Прошлогоднюю.

Дарья рассмеялась.

Серж спросил у троицы:

— Вы давно друг друга знаете?

— С этой смены, — ответил Петюня.

— Такое ощущение, что лет пять.

— Мне тоже иногда так кажется, — сказал Дан.

Васик толкнул его плечом.

Потом пели.

Дарья начинала, остальные подхватывали. Младшие вступали раньше времени, а Петюня, наоборот, немного отставал.

Машка повернулась к нему.

— Ты специально?

— Нет. Медленнее пою.

Дарья остановилась перед следующим куплетом.

— Петя, нам тебя ждать или ты нас догонишь?

Васик засмеялся. Дан наклонился вперёд, пряча улыбку.

Следующий куплет Петюня начал вместе со всеми.

Костёр прогорел. Поленья осели, пламя исчезло. В темноте светились угли.

Последнюю песню допели негромко. Некоторых младших уже клонило в сон.

Дирик поднялся.

— Пора по корпусам.

Серж потянулся за ведром.

Над кострищем бесшумно пролетела большая птица.

И совсем близко раздался резкий крик филина.

Васик пригнулся.

— Что это?!

Младшая девочка взвизгнула и вскочила. Мальчик рядом увидел, что она бежит, и побежал следом. Ещё двое рванули между скамейками в другую сторону.