Гонитель. Первый шрам

Оттон шагнул к столу и вывел над высокой свечой лёгкий узор. Тонкий огонёк попытался лизнуть его пальцы, но Оттон плавно отвёл руку. Он перевёл взгляд на Илиита:

— Гонителей, оберегающих покой Альгорна и его окрестностей, отправили на усиление южных границ. Там разгулялся некромант, и всё южное пограничье увязло в оживших мертвецах. Но это полбеды, — тонкие губы растянулись в полуулыбке. — Ходуны начали воссоединяться со своими семьями, а те и рады: не хотят отпускать покойников обратно в сырую землю. Прибавили Гильдии работы.

— Народ не может отличить мертвяка от живого человека? — удивился Илиит. — От первого смердит, да и кожа лоскутами сходит.

— В том-то и проблема: ходуны выглядят как живые.

— Значит, некромант силён. Или подкрепляет ритуалы человеческим жертвоприношением.

— Именно, — Оттон провёл пальцами по подбородку. — Корона находится в затруднительном положении: на юге поднимают ходунов, а на востоке, по другую сторону реки, королевство Вальшпейн стягивает войска. Советник короля уверен, что они нападут на нас до первого снега. Прибавь сюда разбушевавшуюся ведьму под самым брюхом у короля. Словом, у народа вдоволь поводов для перешёптываний и тревог.

Оттон приблизился к Илииту:

— Ты должен разобраться с ведьмой сегодня же. Это ясно?

Илиит склонился:

— Да, Хранитель Оттон.

— Вот и славно.

— Но почему ты думаешь, что ведьма одна? Да и король ожидает поимки нескольких.

— Вчера пропал ещё один ребёнок, из Зирхейма, — Оттон тяжело вздохнул. — До этого похищали из Борхейма и Форхейма.

— Соседние деревни, — поразмыслив, ответил Илиит. — Может быть, ведьмы попались на редкость ленивые или… натаскивают молодух?

— Может, и так. Но считай это моим чутьём — ведьма одна. Выследи и принеси мне её голову.

— Считай, уже сделано, Хранитель.

Оттон приподнял подбородок, отчего стал казаться ещё выше:

— Доброй охоты, Илиит.

— Мой меч всегда готов, Хранитель.

Коротко поклонившись, Илиит вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Зирхейм был в полулиге к юго-западу от Альгорна. Когда Илиит ступил на извилистую дорожку деревни, солнце уже скрылось за горизонтом. В быстро набегающих сумерках люди спешили оказаться дома и запереть двери.

Дворы стояли хаотично, отгородившись друг от друга плетнём. У каждой калитки лежали дары для нечистой силы: ржаные лепёшки, крынки с молоком и водой.

Ночь Большой Жатвы приходилась на августовское полнолуние. По поверьям, в эту ночь нежить приходит в мир живых и рыщет, чем поживиться. Люди верили, что сытый дух не ступит в дом. А после Большой Жатвы начинался сбор урожая — насытили духов, можно насыщаться самим.

Илиит тихо шёл по утоптанной дороге вдоль первого двора, когда ему наперерез выскочил ратник в полном служивом облачении.

— Кто такой? — спросил он издалека.

— Гонитель.

Ратник подошёл ближе.

— Не похож ты на Гонителя. Ростом-то удался, да вот не шибко крепкий.

— Отведи во двор, где ведьма орудовала. Времени мало.

— Э, нет. Покажи сначала назначение.

Молча вынув свиток, Илиит передал его ратнику. Тот развернул пергамент и медленно прочёл, вглядываясь в строки при лунном свете. Он прищурился, глянул на мужчину перед собой и снова перечитал назначение.

— Не нашли, что ль, кого покрупнее, — буркнул ратник, возвращая свиток. — Пошли, колдун, провожу.

Ратник развернулся и, пройдя до конца плетня, повернул на узкую тропинку, ведущую к следующему двору.

Ставни в доме были плотно заперты, а на улицу доносился приглушённый вой.

— Дальше я не пойду. В хате мать ревёт, будто медведица, — сказал ратник и попятился назад.

Уже не слушая, Илиит подошёл вплотную к плетёному забору, опустился на одно колено, коснулся ладонью остывающей земли и прикрыл глаза. Его дыхание замедлилось. Привычная тишина ночи дрогнула и подступила к Илииту звуками, которые раньше были неразличимы. Он услышал, как на расстоянии локтя от него проскользнула мышь. Она метнулась к норе. Ветка на соседнем дереве качнулась, и за мышью спикировал сыч. Промахнулся.

Гонитель резко открыл веки. Мир вокруг обрёл чёткость.

Взгляд скользнул по приземистому дому. На ставне окна, которое смотрело на лес, был смазанный, едва светящийся зелёный отпечаток.

Это был след ведьмачьей энергии. Но ни на земле, ни в небе не было его продолжения, а значит, ведьма была достаточно умна.

Нахмурившись, Илиит двинулся в сторону леса, где деревья наползали друг на друга. Их кроны создавали непроходимый для лунного света купол. Под ногами стелилась невысокая трава, среди которой порой попадались поваленные деревья.

Ведомый чутьём, Илиит обходил овраги, змеиные норы и хищников. Во время охоты всё человеческое уходило на второй план, обнажая его истинную природу. Он подчинялся древнему инстинкту: взять след, догнать и уничтожить. Не было места для сомнений и мыслей. В такие моменты мышечная память — это всё, что оставалось от его человеческой сущности.

Под стоящим неподалёку пнём сидел ёж и пожирал мясистого слизняка. В десяти шагах от него лиса уже готовилась к атаке — у каждого своя добыча.

Справа послышалось сопение и глухой топот. Илиит обернулся и увидел быстро приближающегося кабана. Гонитель сменил направление и перешёл на бег, уходя от прямого столкновения с диким зверем. Он петлял среди деревьев, пока кабан не выдохся и не отстал.

Лес изменил очертания: остались лишь могучие дубы, величественно раскинувшие ветви в разные стороны, будто стараясь оттолкнуться и держаться подальше друг от друга. Из-под земли изломами торчали корни. Воздух был пропитан запахом прелой листвы.

Глубокий вдох. Илиит всегда был частью этого мира.

Издалека до него долетел неясный отголосок. Кто-то кричал. Илиит кинулся на звук. В такие моменты ему казалось, что тело двигалось само по себе, а сознание летело позади. Он бежал, подгоняемый новыми криками и плачем. Когда вдалеке среди деревьев затрепетало пламя костра, он сбавил темп, осторожно ступая по мягкому лесному настилу и осматриваясь по сторонам.

Ведьмы не были глупы и прекрасно знали, кто на них охотится. Они умело прятали магические ловушки, маскируя их в траве или на деревьях. Заметить их было возможно только по лёгкой пульсации в воздухе, которая волнами расходилась от заколдованного места. Именно это и пытался увидеть Илиит.

Он медленно шёл по невысокой траве, перешагивая сухие ветки и обходя чары. Чем ближе он подбирался к костру, тем громче становились гулкий стук барабана и ведьмовские напевы.

Когда речь ведьмы стала различимой, Илиит встал за широким дубом, незаметно осматривая место. Перед ним открылась небольшая поляна, над которой, если присмотреться, виднелся силовой купол. Он был почти незаметен, лишь тончайшее марево в воздухе выдавало его.

Посреди поляны полыхал костёр. Над ним на распорках висел почерневший пузатый котелок, который был окутан ярко-алым свечением, как и деревянная распорка, что обычно использовалась для убоя скота.

Вокруг костра в танце кружилась женщина, поющая под ритм барабана. Слева, привязанный к дереву, сидел мальчик лет семи. Он смотрел на женщину круглыми глазами и громко взвизгивал каждый раз, когда она резко подавалась в его сторону.

Боковым зрением Илиит заметил светящуюся линию, опоясывающую поляну. Это была не обычная опушка леса, а ведьмино место силы, где она многократно проводила ритуалы.

Илиит перевёл взгляд на ведьму. Она остановилась, положила барабан на землю, одним плавным движением стянула с себя мешковатую ночную рубашку и вновь начала танцевать. Её тонкая талия переходила в покатые бёдра, а грудь упруго подскакивала при каждом шаге. На коже отражались языки пламени, а пышные волосы переливались золотом. Её ведьмовской след кружил за ней, растворяясь в воздухе зеленоватым свечением. Она выглядела молодой и пышущей здоровьем, но истинным Зрением Илиит видел её старое, обветшалое тело со скрюченными пальцами и лысеющей головой.

— Ты будешь прятаться или выйдешь ко мне? — женщина остановилась и плавным жестом протянула руку к дереву, за которым стоял Илиит. — Не бойся, тебе будет приятно.

Илиит скользнул в лес.

— Играть вздумал? — голос ведьмы звучал всё так же певуче, но зелёное свечение начало окрашиваться в красный. Она медленно повернулась, смотря туда, где скрывался наблюдатель.

Ведьма уже начала ритуал, а значит, не могла выйти за пределы силового купола. Но ни в чём нельзя быть уверенным наверняка.

Прячась за деревьями, Илиит вывел сложную руну. Рисунок прозрачным очертанием замер в воздухе. Он прошёл дальше и повторил знак. Обычно, чтобы снять силовой купол, ему хватало четырёх символов. Но эта ведьмовская защита была усилена ритуальным кругом.

— Дружок, а ты труслив! — ведьма залилась звонким хохотом. — Ну же, выходи!

Не обращая внимания на её призывы, Илиит обошёл поляну дважды, вырисовывая разные виды рун.

Потеряв терпение, женщина подхватила барабан и, задавая им быстрый ритм, пустилась в танец вокруг костра. От её напевов купол пошёл рябью, алое свечение, исходившее от котелка, вспыхнуло и поползло по траве. Энергия пульсировала, вторя ритмичным ударам, заполняя поляну. Ведьма приступила к ритуалу. Медлить больше нельзя.

Илиит резко присел на одно колено и упёрся ладонями в холодную землю. Его глаза видели всё и при этом ни на чём не фокусировались. Он сконцентрировался на рунах, что неподвижно висели в воздухе, представил, как символы наполняются силой, обретают вес. Знаки едва заметно задрожали, окрашиваясь в оранжевый цвет.

Низко зарычав, Илиит с силой ударил кулаками по земле. Руны, повинуясь его приказу, устремились к невидимому куполу и с шипением врезались в вибрирующую материю.

Воздух наполнился запахом горелого, будто стряпуха опалила куриную тушку.

По защитной полусфере поползли оранжевые трещины. Ведьма рывками крутилась на месте, лихорадочно перескакивая взглядом по пылающим знакам. Она открыла рот в попытке произнести поддерживающее заклинание, но было поздно — купол полностью покрыли оранжевые нити.

По поляне прокатился низкий нарастающий гул, резко оборвавшийся хлёстким щелчком. Купол разорвало, а вместе с ним прорвался и защитный круг.

Ведьма схватилась за голову и упала на колени, пронзительно крича.

Когда она поднялась, из её носа и ушей текли тонкие струйки крови.

— Гонитель… мне стоило догадаться, — прорычала ведьма. Она больше не пыталась скрывать своё лицо: её кожа посерела, скулы торчали острыми углами, а верхняя губа истончилась, оголяя дёсны.

Игнорируя её слова, Илиит начертил в воздухе ледяную руну и толкнул её вперёд к костру. Языки пламени яростно зашипели, пытаясь противостоять чужому колдовству, но сдались и осели, а затем и вовсе потухли, полностью обрывая незаконченный ритуал.

Поляна погрузилась во мрак.

— Ты поплатишься за это! — взревела ведьма.

Она выхватила из травы серп и побежала на Илиита, нисколько не смущаясь своей наготы.

Илиит выхватил меч из ножен и принял устойчивую позу, готовясь отразить первый удар.

Ведьма ударила. Серп взвизгнул, встретив меч, и отскочил. Она ударила снова, целясь в бедро. Гонитель отпрыгнул, но изогнутая сталь пронеслась в опасной близости от ткани штанин.

— Слишком молод, — выплюнула ведьма.

Она снова пошла в атаку, стремительно ступая по холодной траве. Ведьма взмахнула серпом и с разворота нанесла очередной удар. Меч остановил его, не дав ему долететь до шеи.

Илиит пятился, отражая всё новые и новые удары. Ведьма не давала передышки.

Изогнутый клинок мелькал со всех сторон, со свистом рассекая воздух. Гонитель оступился. Серп царапнул его по предплечью, разрезая широкий рукав.

Ведьма взглянула на окроплённый кровью металл и ухмыльнулась:

— Тебе со мной не управиться, щенок!

Именно в этот момент Илиит переложил меч в левую руку и с размаху ударил по ведьме, отсекая кисть, удерживающую серп.

На ведьмином лице отразилось недоумение. Она медленно опустила глаза на свою руку и завизжала. Метнула испуганный взгляд на Гонителя и кинулась в лес.

Илиит погнался за ведьмой. Она оставляла ярко-зелёный светящийся след, который, казалось, можно было увидеть даже человеческим зрением.

Свечение петляло между толстыми стволами деревьев. Там, где лунный свет косыми лучами пробивался сквозь густые кроны, оно исчезало.

— Занятно, — пробормотал Илиит, разглядывая обрывающийся след.

Ведьма жила в этом лесу достаточно долго, чтобы покрыть его паутиной скрывающих чар. Лунный свет помогал работать её магии, которой сейчас не хватало из-за ранения.

Справа хрустнула ветка. Илиит резко повернулся, крепче сжимая рукоять меча.

Перед ним стояла ведьма, прижимая к груди окровавленную руку. Её полный ненависти взгляд прожигал насквозь. Она неестественно широко открыла рот. Её челюсти раздвинулись, как у змеи. Звук, который вырвался из самых глубин её тела, был высоким, проникающим до самых костей. От её крика на кустах затрепетали листья, а траву прибило к земле.

Илиит лишь потянул уголок рта — ведьмовской йолк уже давно не действовал на него так, как на обычных смертных.

Видя, что ведьмачий крик никак ему не навредил, женщина захлопнула рот и юркнула обратно в лес, прячась за широкими стволами деревьев.

Ведьма выдыхалась. Попытка воздействовать на Илиита йолком отняла у неё последние силы. Её шаги замедлялись, а капли крови на земле ложились всё плотнее друг к другу.

Гонитель шёл следом.

Он настиг её за поваленным деревом. Колдунья сидела, подтянув к груди ноги, и убаюкивала изуродованную руку.

— Пощади! — взвыла она, смотря в его чёрные глаза. — Я не хотела, меня заста…

В лунном свете блеснуло остриё меча, и ведьма умолкла.

Отойдя к кусту, Илиит нарвал листьев и вытер окровавленный клинок. После протёр сталь о край шерстяной накидки и убрал в ножны.

Подхватив трофей, что требовался Королю, он двинулся обратно.

С остальным разберутся волки.

На поляне Гонитель подошёл к лежавшей на земле ночной сорочке и спрятал в неё голову ведьмы. После повернулся к связанному мальчишке. Когда их глаза встретились, его всхлипы превратились в панические поскуливания.

Прежде чем шагнуть к нему, Илиит тихо заговорил:

— Ведьма больше не опасна. Сейчас я подойду к тебе и освобожу. Хорошо?

Ребёнок едва заметно кивнул.

Илиит медленно приближался к нему и, обойдя дерево, разрезал тугие верёвки. Мальчишка следил за его движениями широко распахнутыми глазами.

— Встать можешь?

Илиит осторожно протянул ему ладонь. Мальчик метнул взгляд к окровавленному св ёртку у потухшего костра, шумно сглотнул, но ухватился за предложенную руку ледяными пальцами.

— Совсем окоченел, — пробормотал Илиит и стянул с себя накидку. — Закутайся. Я понесу тебя на руках.

Мальчик задрожал всем телом. Илиит присел рядом, помогая справиться с огромным полотном ткани. Когда дело было сделано, Илиит заглянул в бледное лицо мальчишки:

— Где твой дом?

— В Зи… Зирхейме.

— Тогда туда и пойдём.

Он поднял мальчика на руки и понёс прочь с поляны, не забыв прихватить с собой доказательство выполненной работы.

— Господин, — осмелился мальчик, когда зубы перестали стучать от холода. — А что с твоими глазами?

— А что с ними? — спросил Илиит, взглянув на ребёнка, который с любопытством его разглядывал.

— Они чёрные, как у косули. Ни капли белого нет.

Илиит лишь хмыкнул.

— Как тебя зовут?

— Петер.

— Скажи, Петер, тебе виделось что-то необычное у ведьмы?

— Она светилась, как светлячок, — не раздумывая, выпалил он.

Илиит задумчиво посмотрел на ребёнка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.