Кошмары внутри времени

- Спасибо, - Валера взял сумку.

- Не наклоняй, а то постепенно высыпется. Махнешь, а песка нет в стволах. Перезарядиться уже можно и не успеть.

- Я понял, - Брюсов неуклюже пытался надеть сумку, но из-за крыльев у него никак не получалось.

- Давай помогу, подними руки… Ага, вот так… Сейчас затяну, чтоб не ерзала...

Поясные сумки с песчаными пушками были у всех. Остальные люди подошли к Брюсову.

– Будем держать связь, - сказал Коля.

- А что дальше? – спросил Лёша.

- В каком смысле? – Коля кинул на него взгляд, но из-за очков видно этого не было.

- Дойдем мы до окраины Москвы, или выйдем за город, а дальше что?

- Лёшка, ну и вопросы… Я понятия не имею. Давай решать проблемы по мере их поступления. Сейчас нам надо уйти от центра. А дальше видно будет.

- Я вообще не вижу смысла строить далеко идущие планы, - сказал Моисей. – Может, мы точно также неожиданно вернемся в свое время.

- И в следующий же миг нам придет конец от этих кровососов, - подметил Лёша.

- Ты уж береги себя, - сказала Валентина Захаровна Брюсову.

- Надеюсь, с твоей семьей все хорошо, - произнес Володя. - Мы снова встретимся в Ясенево.

- На всякий случай дай свой адрес, – сказал Моисей.

- Улица Рокотова, дом восемь, подъезд десять, квартира пятьсот три.

- Давай, Валер, не трать время, - бодро сказал Коля.

- Спасибо вам за всё, - Брюсов спустил очки со лба на глаза.

- Удачи вам, - робко произнесла Маша.

- Не прощаемся, - добавил Володя.

***

Под руководством Володи они выстроили тележки цепочкой по направлению в область вдоль застывших машин. Вскоре некоторые люди, сидящие в своих авто, заметили эту неподвижно стоящую вереницу продуктовых тележек и повернули головы, рассматривая будущий “поезд”. Недоумение читалось на лицах людей из внешнего времени – для них тележки просто материализовались из неоткуда. Кровавый пол в Пятерочке, выбитые стекла витрины, матрасы на тротуаре прохожие тоже уже заметили.

Когда во всех тележках лежали утопленные внутрь до самого металлического решетчатого дна матрасы, Володя принялся связывать “вагоны поезда”. Все остальные стояли и наблюдали за ним.

Через двадцать минут поезд был готов. Осталось только перенести людей со склада, и эта задача выглядела самой сложной, хотя и решаемой. Начали действовать по следующему алгоритму: заходили на склад втроем – Коля, Володя, Лёша и аккуратно клали человека на пол, далее поднимали его за подмышки и ноги и несли на улицу; там осторожно (хотя на самом деле застывшие люди получали ушибы) помещали родственника в вагон поезда ногами по ходу движения.

Чуть меньше чем через час люди лежали на спине в тележках и ноги их находились на плечах или на груди того, кто был впереди. Сгорбленные, провалившиеся спиной в короткую тележку, ожидали они поездки с невероятной скоростью по шоссе. Понимали ли они что происходит? Пока ещё нет, слишком мало времени прошло, но в какой-то момент они осознают себя в этом нелепом поезде, поймут, что невозможным образом несутся по дороге, ловко объезжая машины и автобусы, а невидимая сила не позволяет им завалиться на бок, регулируя положение вагонов. Каждый человек был привязан веревкой к своей тележке и на каждом была надета маска балаклава, очки для плавания и свитер.

Все это время Брюсов оставался на связи, и то, что он увидел и описал, отойдя от магазина всего на пол километра, повергло в шок всю группу.

Но одной напасти как будто оказалось недостаточно: в ушах людей начал медленно нарастать звон.

- Свистят! – громко произнес Николай, - надо поспешить.

Кровососов вокруг не было видно и это вводило в ещё больший ужас.

***

Николай Шишкин.

В нескольких километрах от поселка Уака, что на юге Эфиопии погода стояла прохладная, и это было не свойственно здешним местам. Моросил дождь. Колонна бронетехники ехала по проселочной дороге. Двадцатипятилетний младший сержант Коля Шишкин сидел на переднем пассажирском месте УАЗа слева от своего друга детства сержанта Сергея Васильева. Из-за своих габаритов Коля еле помещался в тесном для него автомобиле. Колонна состояла из двух танков, идущих первыми, трех БТРов и одного УАЗА. Слева от дороги на километры вдаль тянулась травянистая холмистая местность, изредка поросшая мелким кустарником и невысокими деревцами, а на горизонте в дымке виднелись бледно голубые скалы до облаков, практически сливающиеся по цвету с небом. Справа была лишь бесконечная зеленая равнина.

Машину потряхивало на неровностях грунтовки. Коля покачивался, держа на груди свой автомат и расслабленно смотрел вперед на БТР, ехавший метрах в семи. Пыль и грязь дороги из-под гусениц и колес летела на УАЗ, плетущийся в конце колонны и смешивалась на лобовом стекле с каплями дождя. Автомобильные дворники бегали туда-сюда.

- Если бы существовал Бог, то никаких войн бы не было, - продолжил их недавний спор Серега.

- Опять ты за свое, - Коля улыбнулся.

- Да, за своё. Ну а как объяснить все то, что творится на Земле? Зачем Бог это делает?! – Сергей эмоционально вскинул руку вверх, на последней фразе.

- А что мы вообще подразумеваем под Богом? Кого ты имеешь в виду? – Коля, не переставая улыбаться, посмотрел на друга и продолжил, - Что? Не ждал такого встречного вопроса?

- В смысле “кого”? Просто Бога.

- Так богов несколько тысяч.

- Ну, не… Я имею в виду того Бога, который якобы всё создал. В том числе и войны, жестокость, страдания… А поэтому такого Бога не может быть.

- Я считаю так - Бог или есть, или его нет.

- Отличный ответ, - Сергей усмехнулся.

- На самом деле этот ответ гораздо глубже, чем кажется.

- Что же в нем глубокого?

- Он описывает всё бытие. Только вдумайся – во фразе “Бог или есть, или его нет” заложено всё. В этой фразе кроется ответ на самый важный вопрос. Вот он, прямо перед нами! Правда, есть нюанс, мы не знаем какую часть фразы считать верной - ту, в которой Бог есть, или ту, в которой Бога нет. Но во всей фразе ответ лежит.

- А… ну так-то да, не поспоришь.

- И вероятность этих двух вариантов одинаковая. Удивительно же.

- Для меня не одинаковая. Я считаю, что его нет.

- Это просто твое убеждение. Ты хочешь, чтоб так было, но это не значит, что его нет.

- А ты хочешь, чтоб он был и это не значит, что он есть. Это тоже твое убеждение.

- Да, но я понимаю, что он может быть, а может и не быть. А ты именно уверен, что его нет. В этом разница.

- Уверен, потому что вижу несовершенство мира.

- Может, он специально создал несовершенный мир.

- Зачем?

- А я откуда знаю. Спроси у Бога (смеется). Могу сказать только то, что несовершенство мира не доказывает отсутствие Бога.

- Доказывает.

- Нет.

- Да.

- Если Бога нет, то откуда тогда появилось всё?

- А если Бог есть, то откуда тогда появился Бог?

- Бог был всегда.

- Хорошо, а я так же скажу - мир без Бога был всегда. Коля, мой ответ имеет те же основания, что и твой. Зачем тебе приписывать Бога и всё усложнять?

- Я не приписываю Бога, я же сказал, я считаю, что он или есть или его нет. Это ты почему-то считаешь, что я уверен, что он есть. Хотя, я тебе сто раз говорил, как я думаю - мир или появился сам по себе случайно, или его создал Бог по своей воле. Пятьдесят на пятьдесят – случайность или чья-то воля.

- Или мир был всегда и никогда не появлялся.

Колонна заехала в поселок. Миновав несколько каменных одноэтажных домиков, капитан приказал остановиться.

- Странно. Где все жители? - произнес капитан в рацию. Следом раздался грохот в тысячу раз громче раската грома и сотряслась земля, а потом в ушах зазвенело. Ошметки грязи и камни посыпались на УАЗ. Столб черного дыма тянулся к небу. Башня танка приземлилась метрах в двадцати. Следующий взрыв уничтожил второй танк. В этот раз взрывной волной выбило лобовое стекло УАЗа и осколки посыпались в салон. Николай в этот момент уже лежал на земле и озирался, пытаясь понять, что случилось. Автоматные очереди трещали со всех сторон. БТРы горели, из них выбегали солдаты и тут же падали, пробитые десятками пуль. Коля пополз к ближайшему дому. Не останавливаясь, он оглянулся и увидел Серегу, склонившего размозженную голову к коленям, а весь салон УАЗа был залит кровью, заляпан кусками мяса и мозгов, смешанных с грязью. Коля трясся от ужаса, но продолжал ползти. Слезы катились по его щекам. Он понимал, что вот-вот будет изрешечен пулями. Только бы умереть быстро! Оказавшись возле дома, он мгновенно поднялся на ноги и забежал за угол. Окно было открыто. Николай заскочил внутрь. Озирался, сидя на пыльном деревянном полу. Коля был уверен, что они видели его, видели, как он полз и даже стреляли по нему. Они знают, что он в доме. Сердце его колотилось, а разум пришел в состояние отрешенности, и страх резко исчез. Эмоции отключились полностью, лишние мысли покинули голову и сейчас он, превратившись в машину, вычислял лучшие дальнейшие ходы. За окном продолжали звучать автоматные очереди и душераздирающие крики его раненых товарищей, которых добивали.

Николай сканировал помещение, и идеи непроизвольно наполняли его измененное сознание:

- Кровать. Высокая. Под ней меня увидят. Накрыть её этим пледом со стула, чтоб свисал до пола. Залезть под кровать. Может, не найдут. Может, даже не зайдут сюда. Если зайдут, начать стрелять из-под кровати? Нет. Выдам себя. Лежать там тихо. Вдруг они не видели, как я полз? Нет, видели. Значит зайдут. Сесть возле двери и готовиться стрелять в первого кто войдет? А если они взорвут дом из гранатомёта?

Коля оглядывался, делая резкие движения головой, и это была нечеловеческая моторика - словно какое-то хищное насекомое выискивало что-то. Он перестал быть человеком. Цеплялся взглядом за каждый предмет в комнате и мгновенно высчитывал способы и вероятности его использования для того, чтоб выжить. Пригнувшись, он прошел в соседнее помещение. Это оказалась кухня. Сразу же он приметил деревянную крышку погреба в полу.

Крики и выстрелы стихли. Звучали лишь фразы на неизвестном языке. Коля поднял крышку и увидел лестницу, уходящую во тьму.

- В погреб? А если они кинут туда гранату? Но в погребе я переживу взрыв дома. С чего я взял, что они будут взрывать дом? Потому что это менее рискованно для них – один выстрел из гранатомёта и всё. Сколько их? Человек десять? Двадцать? Если они зайдут? Я вылезу через окно и побегу. Нет, бежать некуда, равнина. Увидят. Расстреляют.

Звуки голосов становились все громче. Когда входная дверь заскрипела, Коля подошел к стене, встал возле окна и прицелился в межкомнатный проход. На улице он увидел движение – двое вооруженных людей в военной форме крались пригнувшись. Николай выдернул чеку. Раздался щелчок запала, и он бросил гранату им под ноги. Прозвучал взрыв и люди застонали, в этот же миг Коля открыл огонь из автомата по солдатам, появившимся в дверном проеме...

***

Брюсов шёл по Севастопольскому проспекту навстречу застывшему потоку автомобилей. Водители во внешнем времени мчались в центр не подозревая, что их там ждет смерть. Благодаря крыльям скорость Валеры составляла около километра в час. Он находился на мосту проспекта возле метро Крымская. Слева и справа торчали застекленные здания метрополитена, а рельсы проходили под мостом. За те пятьсот метров, что прошел Брюсов от Пятёрочки, он сделало один привал на пять минут. Шёл молча и слушал, как в чате Володя руководил созданием поезда и переносом людей.

- Валер, как обстановка? – спросил Моисей.

- Иду. Если бы не крылья, я даже не знаю, что бы делал.