Другой мир «книга первая»

Глава 1 « Может это сон? »

Меня зовут Алиса, мне семнадцать. И эта история — обо мне.

Я молодая девушка, люблю родителей и своего братишку Егорку. Ему всего шесть, и он такой забавный! Родители живут за городом, у нас свой дом. А я обитаю в общежитии при училище — перешла на второй курс. Сама не знаю, почему выбрала медицину, но мне нравится. Нравится помогать людям.

По натуре я открытый и добрый человек, а вот соседки по комнате… Иногда мне кажется, будто меня в наказание подселили к этим оторвам. Из–за них каждые выходные я сбегаю домой — там хоть спокойно. А тут только и слышишь сплетни: кто кого зажал в туалете, кто к кому приставал… Слушать противно.Субботний вечер. Дождь хоть и перестал, но на улице по прежнему холодно и неуютно.До своей остановки я добралась довольно быстро.

— Алло, мам, привет! Я приеду примерно через полтора часа. И, пожалуйста, приготовь свои фирменные блинчики — очень хочется.

— Привет, доча! Конечно, приготовлю. Тут Егорка всё спрашивает, когда ты приедешь. Соскучился, ждёт тебя.

— Скажи, что уже еду. Пусть первым встречает — я ему вкусняшки привезу, которые обещала.

— Хорошо, передам. – сказала мама.

В голосе мамы слышалась улыбка, и от этого на душе у меня становилось так радостно, будто солнышко выглянуло из-за туч и ласково согрело. Я положила телефон в карман и поежилась от прохладного ветра. И тут вдруг поняла: что-то не так. На остановке люди были, но среди них не оказалось тех, с кем я обычно сталкивалась в автобусе по дороге домой.Я открыла в приложении отслеживание маршрута автобуса — но его не было. Либо он уехал раньше, либо последний рейс вообще отменили. Вот почему я особо и не удивилась. Ладно, придётся ловить попутку.

Я простояла с поднятой рукой минут пятнадцать. Ну а что ещё делать? У нас такое частенько бывает: автобус либо опаздывает, либо вообще не приходит — и тогда только попутка спасает.

Октябрь… Погода никудышная. Мелкий дождь снова начал моросить, пробирая до костей.

Машины проезжали мимо одна за другой, будто не замечая меня. Первым промчался тёмно серый седан — стёкла тонированные, лица не разглядеть; только на секунду вспыхнули жёлтые огни поворотника, и он растворился в серой пелене дождя. За ним торопливо проскочил потрёпанный фургон: по стеклу стекали косые струи, щётки метались туда сюда, едва справляясь с дождем. Водитель даже не глянул в мою сторону — ему бы самому не потерять дорогу в этой мокрой мути. Потом медленно, с натужным рёвом, прополз старый пикап. В кабине двое: мужчина в кепке крепко сжимал руль, а парень рядом что-то быстро говорил, размахивая руками. Они скользнули по мне взглядом и тут же отвернулись — понятно, лишних пассажиров им не надо.А следом вынырнул из темноты высокий внедорожник, фары резанули по лужам, выхватывая на миг дрожащие блики. Он прогрохотал мимо, вздымая веер брызг, и снова всё потонуло в октябрьском полумраке.

Я плотнее запахнула куртку, пряча ладони в рукава, и снова подняла руку. Дождь становился всё упрямее, стекал по капюшону, забирался за воротник. И каждый раз, когда очередная машина проносилась мимо, внутри всё чуть сжималось — а вдруг сейчас? — и тут же опускалось, стоило ей скрыться за поворотом.

Подъехала машина, щёлкнуло стекло — окно плавно опустилось, и мужчина средних лет, чуть нахмурившись от дождя, спросил:

— Девушка, вам куда?

Я не стала медлить — быстро подбежала, наклонилась к окну, стараясь укрыться от мороси, и выпалила:

— В Александровку!

Он чуть улыбнулся, будто оценил мою решительность, и кивнул:

— Запрыгивай, мне как раз туда. Только по пути надо племянника забрать — не против? – спокойно кивнул мужчина.

Я скользнула на заднее сиденье, плотнее запахнула куртку и щёлкнула ремнём. Машина мягко тронулась, шины чуть шуршали по мокрому асфальту, а капли стекали по стеклу, сливаясь в тонкие ручейки.Водитель был приятно одет — в тёмносинюю куртку поверх простого свитера, чисто выбрит, волосы с лёгкой проседью аккуратно зачёсаны. В салоне было тепло и тихо, только тихо постукивали дворники да чуть слышно играл какой-то спокойный трек на фоне.

Подумала, что, может, взять у Егорки пару конфеток… Но нет, он мне этого не простит — свои сладости он бережёт как сокровище. Вот надо было хоть бутерброд в общаге перехватить, но я так торопилась домой, что даже не задумалась об этом.

Водитель, не отрывая взгляда от дороги, чуть улыбнулся и спокойно бросил, будто между делом:

— Ну вот, сейчас согреешься. Октябрь такой: вроде и не зима, а пробирает до костей.

И от этих простых, будничных слов вдруг стало как-то спокойнее. Не как от громких обещаний, а как от чего-то настоящего — будто рядом просто есть взрослый человек, который знает, что делать, и которому можно немножко довериться на эти полчаса дороги.

Машина плавно остановилась посреди какой-то глухой окраины — ни фонарей, ни домов, только тёмные силуэты деревьев и мокрая обочина, блестящая в свете фар. И тут внутри у меня будто что-то дёрнулось: чуйка забила в колокол так, что даже в ушах зазвенело.Я покосилась на водителя. Он сидел спокойно, будто ничего странного не происходило, и, заметив мой напряжённый взгляд, тихо, без суеты сказал:

— Ждём племянника. Не пугайся, я же говорил.

Я кивнула, но пальцы сами собой вцепились в ремень безопасности. В голове мелькнуло: надо выбираться, прямо сейчас, бежать прочь, пока ещё можно. Но прежде чем я успела пошевелиться, из кустов вышел парень, распахнул переднюю пассажирскую дверь и плюхнулся на сиденье рядом с водителем.

Племянник оказался высоким, плечистым, в тёмной куртке и с капюшоном, надвинутым почти на глаза. Он коротко кивнул мне через зеркало, будто проверяя, всё ли в порядке, и буркнул:

— Привет.

И только от этого простого «привет» напряжение чуть отпустило. Не до конца, но хотя бы не хотелось больше выпрыгивать на ходу. Двигатель ровно взвыл, машина тронулась, и мы снова покатили по трассе. Дождь тем временем набирал силу — он уже не моросил, а хлестал по крыше и лобовому стеклу, заставляя дворники работать на пределе. Но чуйка всё равно не успокаивалась. Она тихо, упрямо шептала где-то в груди: «Что-то не так… что-то ещё впереди…»

Только я успела об этом подумать — резкий, глухой удар сбоку встряхнул машину, меня швырнуло в сторону, ремень впился в плечо, а перед глазами вспыхнули искры. И следом — густая, непроглядная темнота.

Знаете, бывает такое состояние — будто ты между сном и явью, ни там, ни тут. А тут к этому прибавилась адская боль — она вгрызалась в тело, рвала из полузабытья, не давая спрятаться обратно в темноту. В ушах стоял густой, тяжёлый гул, похожий на отдалённый рокот.

Я сделала судорожный вдох — и открыла глаза.

То, что я увидела, ударило по сознанию, как ледяной поток.

Я лежала в тесном каменном помещении, будто внутри скалы. Тусклый свет давал небольшой костёр — его пламя вздрагивало, отбрасывая неровные тени на грубые стены. Вокруг ни души.

Встать не было сил: каждая мышца кричала от боли, кости будто переломаны. Первая мысль была простой и отчаянной: «Где я?» Я попыталась приподняться на локтях, и тут же мир качнулся, а боль вспыхнула заново. И только тогда я заметила… Я была не в своей куртке, не в привычной одежде. На мне висели какието грязные лохмотья, тяжёлые от сырости и пыли.А руки… Я смотрела на них, будто на чужие. Кожа исцарапана, ногти обломаны, под ними въелась тёмная грязь. Я провела ладонью по лицу — и пальцы дрогнули, не узнавая собственных черт.

«Что произошло?» — эта мысль билась в голове, как птица в клетке. Или это всё сон? Может, я всё ещё сплю, и боль — лишь обман? Но нет. Боль была слишком настоящей, слишком острой, чтобы быть выдумкой.

Глава 2 « Принятие реальности»

Я всегда верила в сказки. Да что там говорить, я и принца ждала на белом коне. Когда мама мне перед сном читала сказки на ночь. С малых лет я себя представляла принцессой. Как принц меня спасет, и все у нас будет хорошо. Но что со мной произошло...

Где я оказалась.

Помню, ехала в машине, а дальше что. Вспомнить бы, что было дальше.

Звук тихий доносился до меня, как будто кто то идет, тихий, крадущийся. Я затаила дыхание и закрыла глаза. Ко мне кто то подошел, постоял и отошел дальше, и голос парня разлился по комнате:

–Ну что, здравия. Я думал, не очнешься.

Я вздрогнула и открыла глаза. Передо мной стоял парень. Невысокого роста, крепкого телосложения, а волосы, как мне показалось, белее чем сам снег. И глаза его горели оранжевым светом. Как у кота. Я попыталась снова встать, но это у меня плохо получилось. Все тело обдавало дикой болью:

–Как я оказалась здесь? Где мои вещи и кто ты?

–Я нашел тебя в лесу у дороги. Видимо, кто то проезжал мимо, подумали что ты умерла тебя и бросили там. Знаешь, а я тоже думал что ты умерла, но что то заставило меня принести тебя сюда. А где вещи твои, я не знаю. Ничего у тебя не было. Как тебя зовут? Меня зовут Антон, но все называют Тоша.

– Меня Алиса, – не уверенно произнесла я. –Антон. А у тебя есть телефон? Мне бы маме позвонить, она переживает, наверно, что меня долго нет. И наверное звонка ждет.

–Телефон? Что это такое? Я не слышал о таком. Что то придумали, пока я тут сижу.

И тут он щелкнул пальцами и над потолком появился маленький шарик и осветил всю комнату ярким мягким светом. И сам костер потух. Я заметила, что место, где был костер, не осталось и следа от костра. Как?

Вот честно, я готова была встать и убежать отсюда. Как он это сделал. Из мыслей выдернул его вопрос:

–Ты кушать хочешь?

И вынул от куда то тарелку с курицей и хлебом. Я открыла рот, чтобы сказать, что голодна, но ответ у меня застрял где то в горле. И тут до меня дошло. Я читала книги о попаданцах. Они попадали в параллельные миры или какие то другие.

Мы с парнем разговаривали на русском, это укладывалось у меня в голове. Но вот то что я попала в другой мир, это как вообще могло произойти.

Я не спеша села, хоть и вышло у меня с трудом. Протянула руку и уставилась на нее. Это не была моей рукой. Кожа смуглая, тонкая ручка, пальцы длинные, такими только пробирки мыть...

Антон посмотрел на меня и сказал:

–Нет, тебе сначала надо умыться, а потом только кушать. Подожди сейчас я воды принесу.

И он выбежал и через две минуты принес ведерко с тряпкой. Намочил тряпку, отжал и начал протирать мне лицо.

–Можно мне самой это сделать?

Антон пододвинул ведро ближе ко мне, что бы я могла ополоснуть лицо и я увидела отражение в воде.

На меня смотрела девушка, и это была не я. Черные волосы до плеч, зеленые глаза, смуглая кожа. И очень миловидное лицо. Большие распахнутые глаза, пушистые ресницы, тонкие черты лица, носик чуть вздернут к верху. И губы, напоминающие бантик.

Я ополоснула лицо чистой водой, взяла тряпку из рук Тоши и протерла ею шею, грудь. Руки я тоже вымыла в ведре и протерла до плеч.

–Ну вот хоть на человека стала похожа. –сказал Тоша

И тут я поняла, что у меня щиплет шея, очень сильно. Да что это? Я потянулась к шее.

–Да от следа ошейника. Такие одевают, если ты раб. Ну или антимагический. Хотя я не чувствую в тебе магию. Алиса, ты помнишь, как тут оказалась? Что с тобой произошло?

Я помотала головой. Нет, я не буду ему рассказывать, что я из другого мира. Для меня проще сказать, что я ничего не помню. Вот лишь бы не сболтнуть лишнего.

–А имя ты мне все же свое назвала. -сказал Тоша

–Просто какое первое пришло на ум, то и сказала.

Я протянула руку, чтобы взять тарелку с едой. Но Тоша так на меня посмотрел, с каким то недоверием, что ли. Но тарелку отдал мне.

Я вцепилась зубами в курицу, такое чувство, что я не ела нормально уже очень давно.

–Не торопись, ешь спокойно, ни кто не отнимет. Еды хватает. Запасы есть. -с улыбкой произнес он.

Ну как же так, я даже не заметила, как все съела. А все так же чувствовала голод. Нет, много есть нельзя. Да и что Тоша подумает обо мне. Нет, надо будет отблагодарить его за это. То, что жизнь мне спас, что ли.

–Знаешь, на вид бы я тебе дал лет двенадцать, но чувствую, что ты старше.

–А тебе сколько? –спросила я.

–Мне шестнадцать.

На вид, конечно, и не скажешь, что ему столько. Думала, он старше. Но возможно, что и жизнь была у него не простой.

–Ты здесь живешь? Почему? –спросила я

Он отошел к стене и сел на камень, который выперал из стены. И ответил, задумавшись:

–Я живу здесь примерно года два, родители погибли, когда я был совсем маленький. Воспитывал меня дед. Бабушку я тоже не помню. Она болела очень сильно, а денег не было на ее лечение. А к лекарям и не подойдешь без денег. Потом как проснулся у меня дар, мне пришлось бежать из дома. Иначе меня бы забрали. А я не хочу идти под пушечное мясо. Пусть сами разбираются.

–А какой у тебя дар? –мне стало интересно, что он еще покажет. Вот, конечно, да, мое любопытство бежит впереди меня.

Он протянул руку ко мне, ладонью вверх, и на ней появился огонь. Язычок пламени так красиво танцевал на его ладони, что я смотрела на него как заворожённая.

–Я огневик, моя стихия это огонь. Огневиков забирают в большие города сразу, как только пробуждается дар. Приезжают из гильдии и собирают детей . Обычно дар пробуждается от десяти до двенадцати лет. У меня пробудился в одиннадцать. Вот тогда дед сказал, что мне надо бежать. Бежать без оглядки и подальше от дома. Так, дорогуша, тебе бы помыться и переодеться. А эту одежду лучше сжечь.

–Помоги, пожалуйста, встать, ноги не слушаются. –сказала я.

Он подошел так, чтобы я смогла встать и опереться на него, но у меня ничего не вышло. Он меня поднял, поставил на ноги. Я покачнулась, но устояла. Он заботливо меня приобнял за талию, повел.

С трудом переставляя ноги, поковыляла за ним.

Он вывел меня в комнату намного меньше той, в которой мы были. Я огляделась, стены такие ровные, как будто их кто то обтесал. С потолка текла тонкой струйкой вода.

Протянула руку, дотронулась до воды и тут же одернула руку. Она была обжигающе ледяной.

–Но как я буду мыться в такой воде?

Он ухмыльнулся и дотронулся до стены. Сразу в комнате стало жарко. Я протянула руку к воде, и она стала теплой:

–Ух ты! Круто!

Он вынул большое полотенце и положил на выступ от стены. И сказал:

–Быстрее мойся, недолго будет идти теплая вода.

Вышел из комнаты, оставив меня одну. Я быстро сняла с себя все грязное, оборванное тряпье, бросила в угол. Осмотрев себя, мне стало дурно. Ребра торчат, ноги как палки, надо же быть настолько худой. Синяки по всему телу. Что же было с этой бедной девочкой.

Я быстро помылась, закуталась в полотенце и держась за стенку, пошла обратно. Антон подбежал ко мне и взял на руки.

–Пошли, худышка, на сегодня прогулки окончены.

Вернувшись в комнату, я заметила кровать. Ну как кровать, похожее что то на нее. Деревянная, низкая, и матрас тоненький. Ну это лучше, чем лежать на каменном полу.

Он меня усадил на нее и положил передо мной стопку одежды.

–Выбери себе что нибудь, но я не думаю, что здесь тебе что то подойдет. Не ходить же тебе голышом или в одном полотенце.

–Но тут же не было ничего как ты эти вещи все достаёшь? -недоуменно спросила я.

–Ммм... Это пространственный карман. Когда дед сказал мне бежать, вот это и был его подарок мне. Научил им пользоваться. Это действительно стоящий подарок. И я каждый день мысленно его благодарю за это. Ладно, пойду за чистой водой, надо суп сварить и тебя накормить. Хотя я редко готовлю, чтобы запахами не привлекать к себе внимания. Но думаю, сегодня можно. Потому что на улице сильная метель.

–Метель? Сейчас зима? А почему здесь так тепло и сухо?–оторопела я.

–Потому что мы в горах, но если спуститься ниже то там довольно таки тепло. И не забывай, кто я. Поэтому здесь тепло. – он развернулся и вышел. А я осталась снова одна.

Почему то когда я остаюсь одна со своими мыслями, у меня так накатила тоска. Что мне делать. Как дальше жить. Неужели обратной дороги домой нет.

Мама, папа, братик. Ждите меня, я вернусь, я обязательно вернусь! Чего бы мне это ни стоило!

Ну а пока что, будем иметь, что имеем.

Глава 3 « Дар »

Я взяла первую попавшуюся рубашку, надела ее и поняла, что в ней я утонула. Мать его как на вешалке. Чесслово...

Взяла что то похожее на футболку, но более из грубого материала. Лен, до похоже на лен. Одела, ну и так сойдет. Выбирать не приходится. Не в магазине. Штаны, а что делать со штанами. Перебрала три пары, выбрала что то похожие на джинсы.

Странно, одеждой мы тоже не отличаемся. Почти тоже самое, но более ткань натуральнее, что ли. Одела их конечно, великоваты, но не критично. А обувь...

Только об этом подумала, как вернулся Антон:

–Ты уже оделась. Хорошо.

Он поставил котелок на пол, забрал все вещи и обратно убрал все в пространственный карман. Достал кроссовки и протянул их мне. Я примерила их тоже оказались великоваты.

–Лучше так, чем босиком. Носков к сожалению нет, извини. Но как я спущусь в ближайшую деревню, может, найду что-нибудь тебе. – сказал он, повернувшись к котелку, чтобы подвесить его.

Щелчком пальцев появился под ним огонь.

Вот удобно. Раз и костер, где угодно. Не мучаешься с этими спичками или зажигалкой.

–Антон. –начала было я говорить, осторожно и смущаясь. –А как это, когда в себе пробуждаешь дар? Или это само собой получается?

Он задумался, но не отвлекаясь от готовки.

–Хм... Так сразу и не объяснишь. Вот я тебе попробую объяснить, но прошу сейчас не пытайся это делать, ты еще слаба. Окрепнешь я тебе помогу, может он в тебе есть и его просто запечатали. Да такое бывает. Знать бы кто это с тобой сделал.

–Прошу, пожалуйста, расскажи, а если во мне есть дар, я должна это знать. Мне это нужно.

–Хорошо, но я тебя предупредил. Смотри, в человеке с даром... У человека есть ядро или сфера. Физически ты его не чувствуешь, но когда ты медитируешь, можешь его чувствовать и ощущать все его разветвления по всему своему телу. Это как сердце с сосудами, понимаешь?

Я кивнула.

–Вот и с этим ядром и каналами в состоянии медитации можешь делать что угодно. Но ядро плохо поддается расширению, а вот каналы можешь перенаправлять, расширять, переводить в другое место. Но да, это делать могут не многие.

Вот вроде бы все просто, а как это сделать. Медитация что это такое? Как начать?

В моем мире была и медитация, и йога, но я как то все стороной обходила.

Чесно сказать, что я была расстроена, это ничего не сказать.

–А как расширять ядро? Я же правильно поняла, чем оно больше, тем лучше? -в задумчивости спросила я.

–Да, ты все верно поняла. Ядро увеличивается только тогда, когда ты полностью сливаешь свою силу "ману" мы ее так называем. А как слить? В кресталы или в бою. Ну или опять же медитация прокачивания своего физического тела. Очень много на это сил уходит. И это очень неприятный процесс.

Как все сложно. Как я далека от этого. Я как маленький ребенок.

–Ты собрался в деревню, возьми меня с собой. Я не хочу оставаться тут одна.

От такого он аж завис. Повернувшись медленно ко мне, сказал:

–Ты же понимаешь, что я не на прогулку иду? До ближайшей деревни идти пешком примерно около пятнадцати часов. Ты не в том положении сейчас, чтобы такие расстояния преодолевать. И за мной тебе придется бежать. Нет, ты останешься здесь. Тем-более ты будешь не одна.

Я удивленно посмотрела на него и спросила:

–Здесь еще кто то есть? Ты не один?

–Нет. Ко мне иногда приходит друг, но я тебя с ним познакомлю чуть позже. Он тебе понравится.

Мы поужинали супом. Было вкусно. По всему телу разлилось тепло, и меня начало клонить в сон.

Я даже и не заметила, как уснула.

Снилась мама, она плакала. Мама была в моей комнате, сидела на моей кровати и обнимала мишку. Которого она мне подарила на день рождения, шесть лет мне тогда исполнилось. Сказала, что он будет спать с тобой и оберегать тебя всю ночь.

Я проснулась от того, что хотела пить.

Открыла глаза, и передо мной на полу сидел Антон. В позе лотоса, его все тело окутывали языки пламени. Это было настолько потрясающе, что я даже забыла, что мне надо было.

Я просидела на кровати не знаю сколько времени. Боялась даже пошевелиться, что бы не мешать ему. И тогда я поняла ,какой мощью он обладает.

Мне тоже надо пробудить свой дар. Да, о чем я думаю. Мне хотя бы узнать, какой у меня дар.

Я села на кровати так же, как Антон, но старалась сделать это как можно тише. Закрыла глаза.

Старалась выкинуть все мысли из головы, но мне плохо это удавалось, потому что перед глазами всплывало мамино лицо с глазами, полные слез.

И я начала мысленно произносить "мама я вернусь, не плачь! Я живая!"

Вот она вспышка, в моей душе что то треснуло и, как мне показалось, зеленой вспышкой.

Открыв глаза, я поняла, что выдернуло меня из этого состояния. Это Антон стоял надо мной, сложенными ладонями вместе. Он что в ладоши хлопнул.

–Я же сказал, чтобы ты этого не делала. Ты хочешь умереть? Снова?

От этого у меня лицо налилось краской. Из за стыда или ярости, я так и не поняла. Но я была близка.

Мой путь до моего дара это мама. Я цепляюсь за нее чтобы вернуться домой.

Меня прервал голос Антона:

–Ого так, у тебя все таки есть дар. Не ожидал, конечно, но я удивлен. У тебя дар лекаря. Хоть и очень слабый, но все таки есть. Ты сломала печать. Поздравляю тебя. Кстати да, ты чего проснулась то?

–Пить хотела, -буркнула я

Антон протянул мне железную кружку с водой.

Выпив ее, протянула кружку обратно.

–Спасибо.

–Алиса, ты пойми, пожалуйста, меня правильно. Я жил один с одиннадцати лет. Я привык быть один. Но ты появилась в моей жизни, и мне действительно это нравится. Мне, судя по всему, приятно о тебе заботиться. Для меня это все новое. Я не прощу себе, если что то с тобой случится.

–Я поняла. Хорошо, больше не буду. Но надеюсь, ты позже меня всему научишь. Хотя у нас силы отличаются. А ты можешь рассказать о лекарях?

Антон подошел к котелку, налил в чашку бульона и протянул ее мне. Я с улыбкой взяла ее. Он сел напротив меня, у противоположной стены. Немного помолчал, видимо решал, стоит говорить мне или нет. Но все таки начал говорить, осторожно подбирая слова:

–Лекари, что могу я о них сказать, только со слов деда. Живут они в крупных городах, но и в мелких селеньях тоже есть, но они слабые, даже несложный перелом вылечить не могут. Так только царапины да синяки убрать. В городах они уже посильнее, но тоже ничего особенного. Но вот правда, кто сильный, их забирают в гильдию на обучение, а потом идут работать к царю, и так еще к прихвосням царя. Да, их много, и они что только не обещают им, чтобы служили у них. Ну есть и военные госпитали, туда их тоже забирают. Вот там реальная каторга. Работают без сна и отдыха.

И только до меня дошло, какие цари. Куда я попала. Хоть и узнаю этот мир по чуть чуть, и мне все меньше хочется выходить отсюда. Но и тут сидеть я так не вернусь домой.

–Давай так поступим, –выдернул из мыслей меня Антон. –Как только ты поправишься и наберешь массу тела, мы с тобой начнем заниматься твоей прокачкой, я не думаю, что у нас сильная разница. Но я надеюсь, что ты без меня ничего делать не будешь.

Я кивнула и попыталась улыбнуться, но что то на душе не хорошо. Звоночек был, снова, но не такой как перед тем как попасть сюда, в этот мир.

Глава 4 « Проверка тела »

Прошло три дня с момента, как я попала в этот мир, и понятия не имею, какой он.