Вторая жена дракона. Перепишу свою судьбу

9

Личный лекарь Стеллы уже ждал в моей гостиной. Я вошла туда, словно в западню, чувствуя присутствие свекрови за спиной.

Разум лихорадочно метался, пытаясь что-то придумать. Я достаточно долго прожила с драконами, чтобы понимать — милости судьбы закончатся, как только вскроется обман. Ивар уже забрал у меня старшинство, следующий шаг не заставит себя ждать.

— Думаю, сейчас не лучшее время, — обратилась я к врачу. — Я не спала всю ночь и ужасно устала. К тому же срок ещё слишком мал.

— Раэна, действительно, выглядит очень бледной, — констатировал лекарь, оглядывая меня. — Скажите, вас не беспокоит тошнота?

— Иногда. Сейчас мне, правда, нужно прилечь.

Лекарь помедлил, но кивнул, готовый согласиться. Свекровь тут же вмешалась.

— Так не пойдёт, — заявила она. — Я должна удостовериться, что твои безумные полёты не повредили моему внуку.

— Полёты? — встрепенулся врач. — Вы сказали, раэна летала?

Я опустила взгляд, чувствуя, что меня начинает бить мелкая дрожь.

— Да. Впервые в жизни.

Лекарь нахмурился. Затем решительно повернулся к свекрови.

— Раэне на самом деле требуется отдых. Учитывая состояние её здоровья и малый срок беременности, проверка плода может подождать, сейчас гораздо важнее восстановить силы.

— Я настаиваю, — процедила Стелла.

— Но тала Вейл… — Лекарь понимал, что возражать бесполезно, но всё равно пытался. — Вы же не хотите повторения недавнего приступа?

Та поджала губы, раздумывая. Затем растянула их в улыбке.

— Возможно, вы правы. Вероятно, моей невестке сейчас будет полезнее поддержать свои силы с помощью перстня.

Она развернулась к двери, и я сдержала вздох облегчения.

— Я пришлю Ивара, — бросила свекровь через плечо.

Лекарь торопливо поклонился и поспешил за ней. Я осела в кресло, чувствуя, что ноги ослабли от пережитого напряжения.

Сколько я ещё смогу скрывать правду? Времени не так много, а что делать, я пока не представляла. Я бы ушла в никуда, но на развод от имени женщины обычно подают родные или её клан, а у меня нет никого, кроме ледяных. И потом, перстень…

Как бы мне ни было теперь противно просить что-то у мужа, обмен магией с перстнем был единственным способом мне помочь. Я всегда испытывала чувство вины за то, что забираю силу клана. Теперь к этому прибавилось ещё и тяжёлое ощущение зависимости от того, для кого ты ничего не значишь.

Ивар пришёл довольно скоро. Торопливо вошёл в комнату и склонился надо мной, упираясь в подлокотники кресла. В былые времена такая близость стала бы поводом для поцелуя. Сейчас я смотрела на него и вжималась в мягкие подушки, потому что меня тошнило так, будто я и вправду беременна.

— Тебе нехорошо, Клеа?

Я повернула голову в сторону, стараясь не вдыхать его запах.

— Немного. Ты не мог бы отодвинуться? Кажется, у меня повысилась чувствительность к запахам.

Ивар поморщился, но выпрямился. Он заходил по комнате, теребя перстень на пальце. Затем снял его.

— Вот, держи, ты знаешь, что делать. У меня неотложные дела, я скоро вернусь. Надеюсь, тебе станет получше, потому что нам надо обсудить кое-что. Клан вырос, нужно перераспределить ресурсы.

Я взяла перстень, ощущая привычный холодок от льдистого камня, сразу потянувшего из меня тепло.

— Почему бы твоей новой жене не заняться этим?

Я почти улыбнулась, представив себе лицо блондинки, когда она узнает, что в сокровищнице Истоков давно пусто.

Ивар остановил на мне взгляд, возвращаясь из своих мыслей.

— Потому что, моя дорогая, я хочу, чтобы ты оставалась старшей в этом замке. Лив ещё слишком неопытна. Ты десять лет была раэной и справишься с этим куда лучше.

— Тогда о каком равноправии ты говорил за столом?

Муж улыбнулся своей самой чарующей улыбкой. Ещё сутки назад моё сердце растаяло бы от неё.

— Клеа, ты до сих пор не поняла? Ты ведь уже беременна, и родишь наследника первой. Ты останешься старшей. Я объявил об этой части традиции, чтобы ты поняла, как важна для меня.

Я смотрела перед собой, сжав губы. Почему я раньше не замечала, как виртуозно Ивар может говорить одно, а делать при этом совсем другое? Любовь закрывала мне глаза.

Он склонился, сжимая мою руку вместе с кольцом. Грани холодного камня больно впились в ладонь.

— Поправляйся, Клеа. Ты нужна мне сильной. Мне и нашему ребёнку. Я скоро приду.

Он вышел, а я привычно прикрыла глаза и направила в перстень те жалкие крохи магии, что достались мне вместе с драконьей ипостасью после брачного ритуала. Свекровь ещё долго не могла успокоиться после этого, ведь у меня, в отличие от других полукровок, не открылось никакого особенного дара, никакой силы. Она припоминала это при каждом удобном случае, пока Ивар не заставил её замолчать.

Перстень привычно откликнулся, мешая свою магию с моей. Конечно, предательство мужа и бессонная ночь давали о себе знать, но на самом деле я чувствовала себя неплохо. Казалось, душа всё ещё пела после танцев в облаках. Так что вскоре я завершила обмен силой с перстнем.

Подождав немного Ивара, я вызвала слугу с чаем. Тот сообщил, что верховный у себя, и не дождавшись, я решила отнести перстень сама. Но едва войдя в его покои, поняла, что совершила ошибку.

Муж так спешил, что даже не удосужился прикрыть дверь из гостиной в спальню.

Закусив губу и стараясь не слушать звуки, что доносятся оттуда, я положила перстень на столик и вышла.

К горлу подкатила тошнота. Нет, что бы Ивар ни говорил, я не останусь здесь. Я найду способ вырваться, чего бы мне это ни стоило.

Бессилие вдруг накатило стремительнее, чем во время обычных приступов. Строгий узор ковра, выстилающего коридор, поплыл перед глазами. В голове мелькнуло неуместное воспоминание о том, как я увидела этот ковёр во время моего единственного путешествия на юг, и как Ивар щедро купил мне его в подарок. Тогда я ещё не понимала, насколько это дорогая трата для нас.

Сейчас узор расплывался перед глазами, а колени подгибались. Но осесть на пол мне не дали. Прежде чем потерять сознание, я успела заметить встревоженные серые глаза и почувствовать, как меня подхватывают на руки.

10

Сайрен

Тревога не оставляла Туманного. Впервые в жизни дракон, привыкший доверять Нитям и их узорам, беспокоился о чём-то. Точнее о ком-то.

Что-то необычное происходило вокруг раэны Истоков. Он ещё не встречал людей, которых не касались Нити. Каждое живое существо в мире было связано собственной судьбой и судьбами других. Но Клейранн это как будто не касалось.

Он не видел её Нити. И это его беспокоило.

Стоило бы показать её Ариане. Но Возрождённую непременно взволнует непростая ситуация в семье Вейлов, ведь она сама пережила предательство первого супруга. А волноваться раэне Каменных в её положении нельзя. Конечно, Ариана ему ничего не говорила, но он сам видел тонкую Ниточку новой жизни, которая вилась вокруг неё.

И всё-таки Сайрен не мог уйти просто так.

Дождавшись раэна Ледяных Истоков, он внимательно оглядел его. Не в первый раз ему приходилось сообщать, что никто из элиты клана не оказался достоин силы Возрождённой. Кто-то начинал угрожать, кто-то уговаривать, некоторые предлагали взятки. Водяные драконы, как правило, предпочитали манипуляции.

— Тал Райгар, что вы решили?

Холёное лицо Ивара Вейла хотелось смять ударом кулака. Сразу вспомнилась болезненная хрупкость его первой жены. Пальцы сжались, но Сайрен заставил их расслабиться. Язык отказывался произносить обычную формулировку, означавшую отказ.

— Я… мне нужно понаблюдать за вашей раэной. Возможно, силу получит она.

Одна из Нитей перед глазами Туманного неслышимо тренькнула, превращаясь в две, внося несовершенство в его собственный узор.

Голубые глаза Ивара прищурились.

— Клеа или Лив?

— Я говорю о Клейранн Вейл.

Чьи-то мягкие шаги позади подсказали Сайрену, что они с верховным Истоков не одни.

— Значит, Клеа. — Ивар нахмурился, исподлобья глядя на Туманного. — И почему она? В моей жене нет ничего особенного.

Пальцы Сайрена снова невольно сжались в кулак. Воспоминания пронеслись вихрем. Белые плечики, тонкие запястья, огромные тёмно-серые глаза на бледном лице. И грива чёрных волос, такая же неукротимая, как её энергия. Ничего особенного? Клейранн вся состояла из особенностей.

— Возможно. Я хотел бы продолжить наблюдение.

Ноздри Ивара раздулись. Верховному Истоков явно не нравилось внимание Туманного к его первой жене. Но позади вдруг раздался женский голос.

— Это же прекрасно, сынок!

Бывшая раэна, Стелла Вейл — немолодая женщина с седыми волосами, собранными в элегантную причёску — подошла к ним.

— Может, Клеа, наконец, перестанет тянуть из клана силы и принесёт хоть какую-то пользу.

Сайрен повернулся к ней.

— Что вы имеете в виду?

— Ох, ну… — Улыбка женщины была любезной, но слова — полны яда. — Вы же знаете, что Ивар взял её из какой-то деревушки? Без роду, без племени, без приданого. Наследника не принесла, сама еле ходит. Клеа прожила так долго только благодаря заботе сына.

Что-то не вязалось в том, что ему говорили, с тем, что он видел. В Клейранн было полно жизни. Но что-то всё же было не так.

— Кстати, дорогой! — Стелла Вейл повернулась к верховному. — Она просила тебя зайти. Ты ей нужен.

Неприятное чувство резануло грудь. Сайрен снова подавил желание врезать верховному Истоков.

— А вы разве уже уходите? — улыбнулась ему драконица. — Вы ведь совсем не знакомы с историей клана. Позвольте, я покажу вам зал трофеев.

Былые подвиги ледяных не интересовали Туманного, но он молчаливо последовал за своей провожатой, надеясь напоследок ещё раз встретиться с Клейранн и убедиться, что она в порядке.

Скучную экскурсию он пропустил мимо ушей. То же, что и у всех мелких кланов: набеги на соседей, завоевание земель, собирание сокровищ, а потом магическое вырождение и забвение. Вот и вся история. Сильных кланов в Содружестве осталось наперечёт, магия Возрождённой должна изменить всё. Но не каждый достоин её получить.

Напоследок Туманный вежливо поклонился.

— Я хотел бы попрощаться с раэной.

Стелла Вейл поджала губы.

— Она в своих покоях. Я позову слугу, чтобы проводил.

Сайрен шёл по замку, невольно подмечая места, где голубые цвета Ледяных были разбавлены тёплыми пятнами красных. Из какого же клана были предки Клейранн? Наверное, кто-то из огненных нагулял ребёнка на стороне и бросил. Это было вполне в их духе.

Её сладковатый запах он почувствовал до того, как увидел саму девушку. Клейранн бледная стояла посреди коридора, приложив руку к груди. Сайрен успел поймать её в последнюю секунду.

Клейранн

Я очнулась в своей постели. Рядом суетилась сиделка с холодными примочками.

— Очнулись? Ну и хорошо. Не впервый раз-то уже, зря гость волновался.

— Гость?

— Туманный. Всё ждал, когда очнётесь, но дела у него, ушёл уже. Сама Возрождённая позвала.

Я с досадой потёрла лоб. Должно быть, не нужно было спешить отдавать перстень.

— А Ивар?

— Верховный-то? Он поди и не знает ещё. Вы лежите, раэна, лежите. От же уродилась болезная, — зашептала сиделка, уходя менять воду в миске.

В этот раз приступ слабости длился дольше обычного. Мне удалось вылезти из постели только на следующий день. Ни Ивар, ни Стелла не приходили, будто меня уже вычеркнули из жизни клана. Впрочем, я бы им всё равно не обрадовалась.

На второй день я решила возвращаться к своим обязанностям. Но первый же шаг из моих покоев показал, что замок не стоял всё это время без присмотра.

Моего любимого ковра в коридоре больше не было. Его заменили роскошные и мягкие голубые дорожки.

Я двинулась в гостиную, где мне нравилось проводить время с книгой и завтракать с Иваром вдвоём, с досадой отмечая, что из интерьера пропали мои любимые оттенки красного. Теперь всё в замке было голубым, белым и сверкающим, как лёд.

В гостиной тоже всё поменялось, но кресла возле круглого столика по-прежнему было два, и завтрак накрыт на двоих. Вот только одно из мест занимала новая жена Ивара.

11

Сайрен

Вызов от Возрождённой заставил его оставить Клейранн. И хоть все вокруг уверяли, что для раэны такие обмороки — обычное дело, он беспокоился.

Поприветствовав Ариану, саэну Туманных, отвечавшую за духовное руководство клана, Сайрен привычно уклонился от разговора о церемонии назначения нового раэна. Он ещё не был готов стать верховным. Не сейчас.

Наблюдая, как члены нового Совета занимают места в Сером зале его родного Нирвейна, серебристый дракон размышлял не о теме собрания, а о том, будет ли уместно привести своего лекаря к раэне Истоков. И должен ли это быть кто-то из Туманных, способных заметить Нити, а точнее их отсутствие.

Один за другим драконы занимали свои места. Как и в Совете кланов, здесь были представители разных родов, но не старейшины, а молодые, полные энергии и желания изменить мир к лучшему. Сильнейшие из тех, кто получил магию от Возрождённой — архитекторы судеб.

Совет волновало то же, что и Сайрена — странное поведение Нитей, узлы, что искажали стройные узоры. Туманный старался слушать высказывавшихся, то и дело уплывая вниманием в небольшой замок ледяных, где осталась одна хрупкая беззащитная девушка.

— Теория об исказителе кажется наиболее вероятной, — докладывал молодой дракон в красном. — Кто-то путает Нити, сознательно или нет, ставя нашу миссию под удар. Судьбы одних застывают и душат своих обладателей. Другие запутываются в многообразии путей и сходят с ума.

— Ничего удивительного, — хмыкнул смуглый дракон из Штормовых. — В природе всё закономерно: где гром, там и тишина. С появлением Возрождённой появился и тот, кто ей мешает. Это называется равновесие.

— Это не равновесие, а хаос, чистое зло, — оборвал его другой член Совета. — Мы должны найти того, кто вызывает аномалии.

Аномалия. В голове Сайрена вспыхнул образ Клейранн в тёмном коконе пустоты. Может ли быть?..

— И что мы будем делать, — подал он голос, — когда найдём этого исказителя?

В зале повисла гнетущая тишина. Ответ был слишком очевиден и слишком не по душе всем присутствующим.

— Исказитель… должен исчезнуть. Во благо всех живущих, — проговорил красный дракон.

Сайрен шумно выдохнул.

— Даже если он не знает о своей способности?

Члены Совета архитекторов прятали взгляды. Туманный шумно втянул воздух, оглядывая поникшие головы. Они так хотели построить новый мир и вот к чему пришли: к тому, чтобы решать проблемы методами старого.

Лёгкая ручка Возрождённой легла на его сжавшийся кулак. Ариана встала — маленькая светловолосая женщина, окружённая ореолом силы и веером Нитей, тянувшихся сразу к двум кланам.

— Сначала этого исказителя надо найти. А потом, я уверена, Нити подскажут нам, как быть.

Плечи Сайрена расслабились. Всё-таки в Совете архитекторов было преступно мало женщин. Им следует искать избранных не только среди мужчин, потому что мужчины знают только один путь к желаемому.

— Спасибо, саэна, — шепнул он.

— Думаю, тал Аэрдан прав. — Возрождённая кивнула в сторону смуглого дракона, совсем недавно примкнувшего к архитекторам. — Природа требует равновесия. Но все хотят простого решения.

— И не любят Штормовых, — подытожил Сай.

Он и сам с подозрением относился к этим шумным и бесцеремонным кочевникам, у которых не было ни гнезда, ни понятия о приличиях. Даже удивительно, что один из этих драконов с громкими голосами затесался в ряды архитекторов.

Совет объявили оконченным, но Туманному не удалось сразу покинуть Нирвейн. Дела, накопившиеся за время его отсутствия, привязывали не хуже Нитей. И ведь он ещё даже не раэн.

Теперь к беспокойству прибавились ещё и тревога вперемешку с чувством вины, ведь он так никому и не рассказал о загадочной раэне Ледяных Истоков.

Клейранн

— Раэна Клеа, вижу, вы немного поправились, — процедила блондинка вместо приветствия. — Может, лучше поберечь силы и позавтракать у себя?

Под её настороженным взглядом я прошлась по гостиной, оглядывая изменения. Новые шторы, ковёр и картины добавили роскоши и лоска, но не уюта. Надеюсь, она привезла это всё с собой, а не купила на деньги клана.

— Благодарю за заботу. У меня нет причин отказывать себе в привычных радостях.

— Вы не видите? Здесь накрыто только на двоих.

Лив, сидя на моём месте, старалась делать вид, что ни капли не напряжена. Я стиснула зубы. Она отняла моего мужа, моё счастье, моё будущее. Но я пока что ещё здесь.

— Замечательно. Значит, я смогу позавтракать на своём любимом месте.

Я села на свободное кресло рядом с ней — большое и грубое — место хозяина. Обычно его занимал Ивар. Потянулась к еде, краем глаза отмечая, как побледнела от злости Лив. Она хотела что-то сказать, но в этот момент в гостиную вошёл Ивар.

— Дорогая…

Муж замолк, обнаружив нас за одним столом. Взгляд голубых глаз забегал с меня на Лив и обратно. Ивар прокашлялся.

— Мои дорогие… Рад, что тебе лучше, Клеа. И что вы подружились, потому что Лив предстоит многому научиться у тебя.

Блондинка потупилась, изображая покорность, но мне вблизи было видно, как на точёных скулах заходили желваки.

— Я позавтракаю в кабинете. Клеа, зайди ко мне чуть позже, надо поговорить.

Я медленно кивнула, отпивая чай.

После неловкой заминки Ивар скрылся. Лив, фыркнув, вскочила и быстро пошагала к двери. А я выдохнула, с удовольствием созерцая вид из окна.

Вошёл слуга и, поприветствовав меня, принялся убирать второй прибор. Я довольно улыбнулась.

— Спасибо. И, пожалуйста, верните на место мой любимый ковёр.

12

Спокойно закончив с завтраком, я направилась в кабинет Ивара. Пошла длинным путём, чтобы удостовериться, что в замке всё в порядке, и заодно немного оттянуть момент разговора, который точно не будет приятным для меня. Встречные приветствовали меня, как полагается, но тут же отводили глаза. Похоже, первую раэну уже понемногу списывали со счетов.

На одном из поворотов меня остановил доносившийся издалека голос свекрови.

— Конечно, тебе не обязательно учиться у неё, дорогая. Клеа — не единственная раэна в этом замке.

Я осторожно выглянула. Стелла под ручку с Лив удалялись от меня. Голос свекрови разносился по галерее, отражаясь от каменных стен.

— Я двадцать лет управляла замком вместе с мужем, и ещё пять — без него, пока Ивар не занял место раэна. Я научу тебя куда лучше, чем безродная, которая полжизни провела в нищем деревянном домишке.

У меня сжались кулаки. То время научило меня, как выживать с теми крохами, что даёт жизнь. И я была благодарна за этот опыт, когда в моём владении оказался замок, полный людей, которых надо каждый день чем-то кормить.

— Спасибо, тала Вейл! — прозвенел хрустальный голосок Лив. — Я так рада, что вы откликнулись на моё письмо тогда.

— А как иначе, ледяные должны помогать друг другу. Я тоже рада, дорогая, видеть тебя здесь, рядом с Иваром. Ты будешь достойной супругой, и именно твои дети наследуют титул раэна. Уж я об этом позабочусь. Только настоящий ледяной будет править Истоками, никакой дурной крови в нашем клане…

Голос свекрови затих вдали, и я наконец смогла пройти незамеченной туда, куда мне нужно. Слова свекрови больше не ранили меня. Сейчас я бы с удовольствием избавила клан от своего присутствия.

В кабинет Ивара я вошла без стука — как всегда. Здесь ещё были видны следы былой роскоши: старинная мебель, древние фолианты на полках. Потёртости скрывала магия, поблёскивавшая инеем на стенах и поверхностях. Когда-то она меня завораживала, но теперь я воспринимала её, как картину, скрывавшую дырку в стене.

— Ты меня звал.

Муж поднял глаза от журнала с расчётами и устало потёр лоб.

— Ледяные Зубы прислали сотню человек, и ещё столько же переберётся до конца года. С продовольствием у них не очень, но есть кое-какие ресурсы. Я пришлю бумаги тебе. Верю, что ты разберёшься с этим, ты всегда творила чудеса.

Я ничего не ответила. Забота о замке и живущих в нём — мои обязанности, и их придётся выполнять, если я хочу удержаться на своём месте до того момента, как получу шанс уйти от мужа.

Ивар отодвинул бумаги, поднялся и обошёл меня, с подозрением разглядывая. Сегодня на мне было платье с высоким воротничком. Раньше я старалась быть привлекательной для него. Сейчас не хотелось, чтобы даже его взгляд касался моей кожи.

— Ты больше не злишься?

Я сдержала усмешку. Злость осталась позади, осталось только чувство, что я заперта в клетке без возможности освободиться.

— Нет, больше не злюсь.

— Клеа, — с укоризненной улыбкой покачал головой муж. — Я же вижу, что ты всё ещё обижена. Я ведь объяснил тебе, зачем это всё. Клан…

— Я всё поняла, Ивар, можно не повторять.

— Я понимаю твои чувства…

И снова пришлось сдержать горькую усмешку. Вот уж вряд ли он представляет себе, что я пережила в день их свадьбы.

— …но и ты пойми мои. Две супруги — это непросто. Не обижайся, если я буду отдавать предпочтение той, что рада меня видеть, а не ходит с вечно поджатыми губами.

Ничего не дрогнуло в моём сердце. Кажется, его тоже покрывал сверкающий слой инея. Я легко улыбнулась, не для того, чтобы порадовать Ивара, а просто радуясь неожиданно обретённой свободе от боли.

— Как скажешь.

— Так-то лучше. Ты не поверишь, но мне тоже обидно, что ты даже не пытаешься бороться за моё внимание. Неужели десять лет брака — для тебя пустой звук?

Я всё с той же улыбкой оглядела его. Светлые локоны, голубые глаза, пухлые губы. Ничего больше не отзывалось ни в сердце, ни в теле.

— Ты ведь сказал, что я — особенная. Я просто тебе верю.

Ивар поморщился и прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. Я оглядела бумаги на столе, зацепившись взглядом за пустой лист с гербом Ледяных Истоков. Если бы у меня был такой, я могла бы хотя бы попытаться попросить у Совета кланов развод.

— Тот Туманный… — Вдруг начал Ивар, и я вздрогнула от неожиданности. — Он хочет понаблюдать за тобой. Я хочу, чтобы ты использовала это время, чтобы убедить его передать мне силу.

— Это невозможно. Он сам решает, с кем делиться. В конце концов, он видит больше, чем мы.

Ивар отвернулся, и я осторожно кончиками пальцев потянула бумажку с гербом на себя.

— У меня сложилось впечатление, что он не видит никого, кроме тебя. Воспользуйся этим.

— Что ты имеешь в виду?

Муж обернулся, и я выпустила бумагу из рук. Она повисла на краю стола, и мне пришлось заслонить её собой.

— Я имею в виду… Нам нужна эта сила, Клеа! Ты же женщина! Вскружи ему голову, добейся привилегий для клана. Если не знаешь, как, обратись к Лив, она подскажет.

Я с трудом сглотнула.

— Ты предлагаешь мне соблазнить его?

Лицо Ивара исказилось.

— Я никогда не прощу измену, Клеа. Если я узнаю, что вы с ним… Я не знаю, что я сделаю. Ты можешь дразнить его, но не подпускать близко, поняла? Вы, женщины, это хорошо умеете.

Он снова отвернулся, и я не теряя времени стащила со стола листок и скатала его в трубочку, пряча в складках юбки.

— Я всё поняла. Могу идти?

— Да. — Ивар обернулся. Он выглядел раздражённым, будто разговор дался ему непросто. — Клеа, ты — моя жена. Всегда ей будешь. Помни об этом.