Ремонт, магия и прочие неприятности

ГЛАВА 2

Я неуверенно мялась перед прилавком в стекольной лавке, перебирая в руках список покупок, который включал в себя все, что угодно, кроме размеров. Наверное, еще никогда мне так не было стыдно смотреть в глаза продавцу.

Продавец, высокий мужчина с идеально выверенными бровями, вежливо улыбнулся, но в его взгляде читалось явное снисхождение. Мол, дали дурочке простое задание, а она и с ним не справилась.

– Позвольте уточнить, – мягким голосом напомнил он о своем вопросе, – все же какого размера окна вы хотите остеклить?

А я вот и подумать не могла, что они бывают разных размеров!

– Ну… такие… обычные… в доме, – выдавила я, проклиная свою глупость. И ведь с позором сбежать отсюда некуда, все-таки единственная лавка. В любом случае придется вернуться, и выглядеть при этом я буду еще хуже, чем есть. Может, удастся как-то выкрутиться.

Мужчина терпеливо ждал, но чего – неизвестно. Но от меня не укрылся его взгляд на мои волосы. Нет, они не светлые, нечего блондинок просто так обижать. Творить глупости девушки способны без привязки к цвету волос. Еще неделю назад, например, я была покрашена по моде в нежно-лавандовый цвет. По задумке он должен был стать именно таким, однако на мои каштановые волосы цвет лег плохо. И вместо нежности и воздушности выглядело так, словно меня головой уронили в грязь, где перед этим рассыпали лаванду. Зато изменить внешность получилось с меньшим ущербом – просто вернула родной цвет и сделала короткую стрижку до плеч.

– План есть? – сдался первым продавец после минут пяти драматического молчания. Поняв по моему быстрому хлопанью глазами, что вопрос ответа не имеет, решил немного переформулировать: – Наброски?

– Наброски? Нет, но я могу описать их поэтически. Одно окно смотрит на закат, второе – на сад, а третье… третье просто есть, – я и сама понимала, что несу бред, но девушку, влипнувшую в конфуз, и поезд не остановит. – Еще два по разные стороны от крыльца. Больше я не видела. Но я пока не весь дом осмотрела.

Продавец вздохнул. Я его понимала – тоже очень хотелось побиться головой о прилавок. Но, к моей радости, нервы у мужчины куда крепче, чем у меня, или он просто привык к некой степени невменяемости у большинства покупателей.

– Наши замерщики могут сами прийти и все померить, – с ласковой улыбкой сообщил продавец. – Мы всегда идем навстречу клиентам. Вам достаточно назвать адрес.

– Адрес? – с нервным смешком переспросила я. До этого момента думала, будто выставить себя большей дурочкой невозможно. Ан нет – жизнь нашла способ доказать, что невозможного не существует. Очень надеюсь, что я единственный человек, который даже не удосужился узнать номер своего дома. – Эм… Вишневая улица. Дом Анн Беттанкур. Рядом со мной еще старушка Элен Марель живет. Ой, кстати, я – Элиза Беттанкур.

Мужчина посуровел и с ответной вежливостью не спешил. Наоборот, недобрым тоном задал уже надоевший вопрос:

– Артефактор?

– Нет, – я тряхнула головой. – И близко нет. Просто дальняя родственница.

– Ну тогда ладно, – милостиво разрешил продавец мне остаться в его лавке. – Замерщика пришлю. Только вставлять окна придется вам самой. Все бытовые маги в мыле. У нас вон надо водопровод перебрать, уже третий месяц ждем, когда очередь дойдет.

– Справлюсь, – я решительно сжала кулаки, но под ехидным мужским взглядом робко уточнила: – А у вас нет какой-нибудь инструкции, как это делается?

Продавец только снисходительно кивнул и пообещал, что все будет.

В лавку с красками я шла в приподнятом настроении. Уж тут проблем возникнуть не должно. По крайней мере, вера в это грела меня, пока я не вошла в выставочный зал. Глаза тут же разбежались в разные стороны. Сотни баночек, тюбиков и ведерок с красками всех мыслимых и немыслимых оттенков заполняли полки от пола до потолка.

Консультант, ростом даже ниже меня, с кисточкой за ухом, материализовался рядом:

– Ищете что-то определенное?

– Да. Нет. То есть… – я растерянно обвела рукой полки. – Вот это все определенное! Как выбрать всего один цвет?

Тем более я и сама не решила, какого цвета сделать комнату. Прикинув свои скромные силы, от смены обоев пока отказалась. Одно дело кисточки зачаровать, чтобы они ровные мазки делали, и совсем другое – обои разглаживать. Тут и без магии глаз дергаться начнет.

Консультант окинул меня придирчивым взглядом и указал на лавандовый цвет:

– Вот, для женской комнаты самое то.

Хорошо, что не розовый. Ничего против этого оттенка не имею, но жить в зефирно-нежном окружении не каждый может.

– Нет, – мотнула я головой. – На этот цвет уже вдоволь успела насмотреться.

– Тогда мятный, – консультант повел меня к другому стеллажу. – Очень молодежно смотрится.

У меня перед глазами сразу встали общественные туалеты в столице. Вот как власти заботятся о народе – стены в молодежный цвет красят.

– Не нравится? – консультант заметил, как я скривилась. На самом деле, просто аромат в этих заведениях вспомнился. – Тогда персиковый.

– У вас булочная по соседству, – я кивнула вправо, – в этом цвете выполнена.

– Может, что-то классическое? – предложил мужчина, указывая на секцию с нейтральными цветами. Бедняга все еще не терял надежды доказать, будто он понимает, что нужно покупателю. – Серый? Бежевый?

– Как в больнице, – я быстро перешла к следующему стеллажу. – Бирюзовый? Чтобы чувствовать себя как в аквариуме?

– Погодите! – хлопнул себя по лбу консультант. – Как я мог забыть? Для девушек с превосходным эстетическим вкусом у нас есть специальное предложение! – меня с силой оттащили к дальнему стенду, подозрительно запыленному. – Вот. Цвет утреннего неба после дождя.

Я с сомнением посмотрела на мужчину:

– Это светло-голубой.

– Нет! – он сердито засопел. – Это цвет утреннего неба после дождя.

И тут мне на глаза попался нежный кремовый цвет с желтоватым мягким оттенком.

– Он! – радостно на всю лавку закричала я. – Беру!

Консультант облегченно выдохнул в сторону и вытер вспотевший лоб.

В этот момент я поняла: выбор цвета – это словно поиск второй половинки. Здесь столько неподходящего материала приходится перебрать и столько нервов оставить. Ошибиться здесь так же легко, равно как и в любви. Хотя, с другой стороны, краску всегда можно перекрасить. А вот с партнером так не выйдет.

При оформлении доставки я сразу, не дожидаясь вопроса, призналась, что никакого отношения к артефакторам не имею. Разве родственное, да и то не близкое.

Если б отец узнал, на что я трачу деньги, которые с моего рождения регулярно пополнялись на счете в банке с позицией «на булавки, чтобы не дергали меня по пустякам», – он бы отрекся от дочери второй раз. Или в третий? А может и в четвертый? Я уже давно не веду счет разочарованиям родителя.

Ну а меня ждал новый вызов. Лавка со строительными материалами больше напоминала огромный склад. Лаги, стропила, черепица – и как только люди во всем этом разбираются?

За моими метаниями с интересом наблюдал могучий бородатый продавец с огромными ручищами.

– Ищите что-то конкретное? – пробасил он, заставляя меня нервно икнуть.

– Да как бы вам сказать… – замялась я. – Крышу хочу починить.

Мужчина усмехнулся:

– А крыша у вас какая?

– Обычная, – буркнула я в ответ. И с чего в мою голову пришла светлая идея самой все купить? Сплошное позорище. – Ну такая, – я соединила кончики пальцев, – треугольная.

Где-то тихо в конвульсиях умирают нормальные бытовые маги, не желая быть коллегами такой глупой девицы.

Мужчина-гора улыбнулся, не ехидно, а с ноткой умиления:

– Угол наклона и высоту стропил можно не спрашивать?

– Было бы неплохо, – честно призналась я и с надеждой спросила: – У вас же есть замерщики?

Меня заверили, что все у них есть. Новость о моем пристанище не вызвало у продавца никаких эмоций. Он только на секунду нахмурился, а у меня сердце катапультировалось куда-то в желудок.

– Ну, а с покрытием что? – продавец оперся на прилавок руками, от чего тот натужно скрипнул. – Есть «драконья чешуя», «магический сланец» и обычная глиняная.

– Драконья чешуя? – я аж лоб наморщила, пытаясь сообразить, где они смогли добыть живого дракона и как удалось его ощипать.

– Это вид черепицы такой, – хохотнул продавец. – Зеленая и блестит на солнце.

– А вы что посоветуете? – заискивающе спросила я. Иногда просить о помощи – это не признак слабости, а признак здравого смысла. Особенно когда речь идет о ремонте крыши.

– Если деньги есть – берите чешую, – мужчина небрежно размял шею. – Красиво смотрится. Только крыть крышу вам придется самой. Или искать свободную бригаду.

– И вы тоже в очереди стоите? – грустно поинтересовалась я, осматриваясь по сторонам.

– Я выгляжу как человек, неспособный самостоятельно что-то починить? – с легкой угрозой в голосе спросил продавец.

– Нет, конечно, – блекло улыбнулась я. И тут же подскочила от гениальной идеи: – Быть может, вы мне поможете с крышей? Вы не думайте, я заплачу.

– Простите, – продавец рассеянно почесал затылок, – но свободного времени у меня нет. Это моя лавка. И так целый день здесь торчу, если возьму работу на вечернее время или выходные – жена не обрадуется. Я вам советую обратиться в Ратушу. Там с утра вывешивают списки свободных мастеров, способных справиться с починкой своими руками. Если ж вам нужны бытовые маги – следует записаться в канцелярии, и вас добавят в общий список. Есть еще вариант, – сжалился надо мной мужчина, – сделать все самой. На самом деле, ничего сложного. Купите в лавке букиниста книги по ремонту, там все подробно описано. Даже с картинками.

– Э-э-э… – начала было я, вспоминая свою последнюю починку чайника с помощью бытовой магии, а он вдруг решил, что ему пора стать летательным аппаратом и пробил потолок, напугав до икоты соседей сверху. Осечки случаются. – Спасибо за совет.

Ну уж в лавке с инструментами я не должна краснеть от стыда. Все же реставрируем магико-материальные объекты мы не голыми руками. Я точно отличу молото от долота, к примеру. Этим знанием и похвасталась молоденькому парню. Целый помощник продавца, важный от своей должности, ехидно поинтересовался, и как же я различаю такие сложные инструменты.

– Ну один чтобы стучать, другой – долбить, – пожала я плечами. – Разные задачи.

Но на гвоздях я уже посыпалась. Откуда мне знать размер? А они что, разные бывают? В итоге набрала каждого вида по маленькой коробке. Если что, из них на стене украшение сделаю. Видела на одной выставке современного искусства нечто подобное. Правда, не поняла смысла изображения, но люди восторгались.

– Мне нужны… э-э-э… молоток, отвёртки, ну и… пилу какую-нибудь, – я заглянула в основательно смятый список. Прочитать что-то было уже трудно, поскольку ладошки мои в каждой лавке активно потели.

– Какую пилу? – коварно улыбнулся помощник продавца.

– Обычную, – я чуть зубами не скрипнула. – Ту, что пилит.

Улыбка парня стала еще ехиднее:

– У нас есть ножовки, лобзики, пилы по дереву, по металлу…

Кажется, у меня закружилась голова, и, тем не менее, радости лицезрения моей сомлевшей персоны на полу я этой ехидне не доставлю. Мужественно взяв себя в руки и сделав глубокий вздох, удалось выйти из лавки на своих двоих, а не убежать в истерике.

Букинист меня щадить тоже не стал. В его лавке столько книг по ремонту, что им выделили отдельный стеллаж. Пришлось жалобным тоном просить найти мне что-нибудь для новичков, как построить жилище с нуля.

Во временный дом я вернулась нагруженная свертками. Большая часть покупок будет доставлена ближе к вечеру, сейчас я прихватила с собой только самое необходимое: постельное белье, щетки, пара метелок, бутыль с фруктовым чаем и сдобные булочки.

Замерщики уже поджидали меня, держась на приличном расстоянии от дома. И все они пришли с лестницами. Ладно, еще ребята из лавки со строительными материалами, но стекольщики-то зачем их с собой притащили?

Ответ оказался очень простым – никто из замерщиков не хотел вступать на порог дома. Ладно, еще окна можно замерить снаружи, а как быть со стропилами? Без визита на чердак какие цифры они хотят получить? Однако меня заверили, что они профессионалы, поэтому им достаточно знать угол и длину. А жаль, была у меня надежда, что кто-то рискнет подняться на чердак. Так не хотелось испытать на себе роль первопроходца. Очень травмоопасное это дело.

Понаблюдав, как замерщики бегают вокруг дома с длинными лестницами, словно муравьи, и тяжело вздохнув, я засучила рукава. Мне надо еще было брошенную в небольшой прихожей кровать перетащить в комнату.

Дело шло туго, и сопровождалось моей руганью и скрипом пружин. Иногда и грохотом. Это я неудачно зацепилась железными ножками за порог и от злости толкнула кровать вперед, не ожидая, что она решит, будто способна летать.

В разбитом окна после моего гневного высказывания в отношении несовершенства мироздания показалось лицо одного из замерщиков. Я в этот момент от души пинала кровать, которую сама же и уронила себе на ногу. Мужчина ойкнул и быстро исчез.

Стекла и материалы пообещали доставить завтра, старательно отводя взгляды в сторону. Подумаешь, меня немножко перекосило от перспективы спать фактически на улице. Что же все в Весменке такие впечатлительные?!

Никогда никому не признаюсь вслух, но хорошо быть бытовым магом. Особенно сейчас, когда в доме нет окон, да и все остальное вызывает большое сомнение. Я поставлю на ночь заслонку. Вещь, конечно, гадостная, зато ни одна муха или комар не потревожит мой сон.

Но для начала – уборка.

С некоторой степенью опасения я повернула вентили крана в небольшой, обнаруженной чудом, ванной. Когда заталкивала кровать, случайно пнула одну из дверей. К моему огромному облегчению оттуда не хлынуло море крыс или тараканов, а только пахнуло сыростью.

Струя ржавой воды с грохотом ударила в не менее ржавую металлическую раковину. Говорят, что медитация на горящий огонь или текущую воду успокаивает, а у меня почему-то сразу все зачесалось. И, тем не менее, спустя минут пять удалось набрать целую плошку чистой воды. Постругав туда мыло, взялась за щетки. Прежде чем закончить заклинание, успела выскочить за дверь.

Бытовая магия далеко не так безобидна, как о ней думают. Она способна заставить вещи делать определенный алгоритм. Чисто механически. Никакого анализа ситуации. В общем, попасться на пути чистящей пол щетки просто опасно. Она же и тебя за грязь посчитает.

Был случай во время учебы. Один студент, чтобы не утруждаться отработкой штрафа, заговорил веник, которым должен быть подмести территорию, и спокойно завалился себе под куст, наслаждаясь погожим деньком. На пути безжалостного трудяги во имя чистоты попался кот. На вопль пострадавшего сбежался весь преподавательский состав. Не без потерь отбив животное у веника, все полюбовались плещами в некогда густой шерстке местного обжоры.

Поэтому, пока щетки трудятся над полом и стенами, лучше побыть на свежем воздухе.

Я вышла на крыльцо, опустилась на теплые доски, и поставила рядом тарелку с булочками и бутыль фруктового чая. Вечер был настолько тихим, что слышно, как шелестят листья вишен за забором. Покоем здесь пропитано абсолютно все: и мягкий свет заката, и запах спелых ягод, и аромат купленных мной булочек. Они оказались такими воздушными, что таяли во рту, а фруктовый чай обволакивал теплом, как старое одеяло в холодный вечер. А еще он пах смородиной и чуть-чуть детством.

Неожиданно кольнула мысль: счастье – это не что‑то грандиозное. Это булочка, чай, шепот вишен и вечер, который никуда не торопится. Я уже и успела забыть все эти ощущения. Суета столицы убивает в людях романтику неторопливости, подчиняя себе и своему ритму.

В такие моменты философские мысли о смысле жизни и твоем месте в этой бесконечной кутерьме сами возникают в голове. И как я докатилась до такой ситуации?

Во-первых, родилась девочкой, а отец хотел наследника. Нет, он меня от этого не то, чтобы не любил, просто времени уделял меньше, искренне полагая, будто никакую пользу в моем воспитании не принесет. Во-вторых, я – бытовой маг. Когда проявились мои способности, вместе с поседевшим поваром, у которого посуда начала танцевать, а банка с вареньем попыталась сбежать из кухни, отец окончательно поставил крест на дочери.

Второго ребенка завести все никак не получалось, и родитель уже решил присмотреть мне жениха из артефакторов, чтобы передать ему свои знания, однако случилось чудо. Мне было пятнадцать, когда родился брат. Нет, атмосфера в доме не поменялась, отец не стал все время носиться с долгожданным наследником, но идею с моим браком отложил до выяснения способностей ребенка.

Двадцатилетней девушке в крошечном городке, где из развлечений только рыночный день раз в две недели, становится тесно. Хочется походов в театр, в чайную, на свидания. И я решила поступать в столичную академию. Родители воспротивились. Отец вообще не считал нужным обучение бытовой магии, а мама переживала, что я вернусь к ним под крылышко с довеском.

Отстоять право любоваться блеском столицы мне удалось далеко не за один день. Зато в итоге на меня махнули рукой. Только стоило мне это согласие… отказа от рода Беттанкур. Отец принес новые документы, и я стала Софи-Элиза Мартен. Мол, никто из Беттанкуров не замарает свою фамилию в списках студентов факультета бытовой магии. Ну а потом я в его планах все равно выходила замуж и меняла фамилию. Поэтому диплом никто не сможет признать недействительным. Прелесть двойного имени в том, что можно всем представляться Софи, когда я на самом деле Элиза.

И, тем не менее, именно это помогло мне быстро скрыться из столицы, потому что билеты на поезд покупала уже Элиза Беттанкур, которая свободно могла пользоваться счетом в банке, а не считать мелочь от получки до получки.

Дальше начинается история о том, как можно влипнуть в грандиозную аферу века. Всего-то надо помочь другу и взять кредит.

С Эмильеном мы сошлись еще во времена учебы. Ему нравилась моя подружка, а мне его друг. Вот мы и пытались через друг друга найти подход к объектам воздыхания, на этом и подружились. После выпуска он мне помог с жильем, а я периодически подкармливала его домашней стряпней. А где-то пару месяцев назад он обратился ко мне с не совсем обычной просьбой – взять кредит.

Парню неожиданно повезло, если так можно назвать смерть родственника. Он стал наследником домика у моря. Правда, вступить в права мог только спустя полгода. Однако деньги ему понадобились прямо сейчас.

Торговое братство К.О.Т. возникло около года назад. Сначала они привозили товары из-за границы. Со временем стали расширять свою деятельность, покупая то фабрику, то строя дома на продажу, то открывая лавки и павильоны. И на каждое новое открытие дела они выбрасывали в продажу акции, предлагая вложиться всем желающим. Если сначала народ недоверчиво относился к этому, то после полученной прибыли с первых вложений все буквально стали драться за возможность заработать, не работая. И вот Эмильену попала информация, что К.О.Т. планирует очередное приобретение фабрики, и прибыль после с акций будет ого-го какая. Ждать полгода, пока друг сможет продать домик, никто бы не стал, а сумма была нужна существенная. Вот мы с ним и взяли два кредита. Эмильен, как честный человек, даже заверенный договор со мной заключил, что вернет всю сумму.