Невеста по контракту

Глава 4. Дела любовные

В этот день впервые за долгое время я проснулась сама со странным ощущением, что выспалась и отдохнула. Глянув в сторону окна, я поняла, почему — судя по яркому свету, время уже приближалось к полудню. А меня все еще не побеспокоили?

Первой мыслью было, что Линарию и Ранию все же куда-то выслали. Мало ли что там напридумывал и нарасследовал император. Подскочив с кровати и едва не запнувшись о коврик под ногами, я вылетела в соседнюю комнату, чтобы наткнуться на удивленные взгляды своих сообщниц, перебирающих гору каких-то тканей на кушетке.

— Кайлина, что-то случилось? — поднялась и обеспокоенно шагнула ко мне принцесса.

— Это вы мне скажите, — выдохнула я, подошла и опустилась в свободное кресло. — Почему меня не разбудили?

Леди недоуменно переглянулись.

— Решили дать тебе отдохнуть. Отбор закончен, встреч у тебя не запланировано, стоит воспользоваться возможностью. Да и император вчера, уходя, настойчиво посоветовал не беспокоить принцессу, — с трудом сдерживала улыбку Линария. Хотя я вот не видела причин для радости — ее в первую очередь должна беспокоить заинтересованность императора во мне.

— Хотите сказать, что у нас свободный день? — встрепенулась во мне надежда.

— Да.

Не стоило слишком радоваться — свободный день, это день, впустую проведенный в чужом мире. А мне надо поскорее разобраться с заговорщиками и сбежать в родной мир. Эта пара недель, проведенных в мире Любви, вымотала меня сильнее, чем любое другое задание. Хотя фактически обязанности охранницы мне довелось исполнить лишь единожды, отбиваясь от нападения в лесу. Кто же знал, что жизнь аристократов так сложна.

— Леди, вы будете завтракать сейчас? — уточнила Рания. — Что бы вы хотели?

— Буду. Без разницы, принеси, что самой приглянется. Просто побольше.

Женщина с улыбкой кивнула и поспешила выйти.

— Как вы здесь устроились, ваше высочество? — обернулась я к Линарии, продолжившей разбираться с горой тканей, при более внимательном взгляде оказавшейся платьями.

— Давай лучше будем избегать этого обращения в комнатах, — посерьезнела принцесса. — Знаю, ты все проверила, я и сама с парой артефактов прошлась, но все же… Мы теперь слишком близки к императору. Вдруг он услышит случайно.

— Вы правы.

— Ты, — вновь поправила меня принцесса. — И лучше Нара, чтобы мы не путались. Все же это тоже мое имя. Меня так мама в детстве звала.

— Хорошо, Нара.

Неудобно, но если уж я императора теперь по имени зову, то и к принцессе несложно обращаться так же.

— Устроились отлично. Покои роскошные, — вздохнула девушка и шепотом добавила. — Я даже завидую. У меня дома и то проще. И благодаря помощи дворцовой прислуги мы еще вчера все разобрали, пока ты ужинала. Не волнуйся, твой сундучок я переносила сама, никому не доверила, — тут же добавила она, заметив беспокойство на моем лице. — Чуть не надорвалась. На вид вроде не такой уж большой, но тяжелый!

— Вам… тебе надо хоть немного тренироваться. Он не настолько уж тяжелый.

Хотя да, в нем прячется куда больше вещей, чем он мог бы в себя вместить на первый взгляд.

— Я тоже об этом уже думала, — кивнула Линария. — По возвращении мне нужно начать тренироваться, чтобы в крайнем случае суметь хоть что-то сделать для своей защиты. Я слишком безрассудно верила в службу безопасности. Но посмотрев на двор императора… Если уж его специалистов умудряются обходить, то и мне стоит позаботиться о безопасности самой.

Рада, что это ситуация заставила Линарию задуматься о будущем правлении в таком ключе. На моей памяти она первая из моих подопечных, кто после работы со мной осознал необходимость собственной подготовки. Остальные так и продолжили верить в силу тех, кого наняли. Хотя есть у меня подозрения, что халлиса Урания далеко не так беззащитна, как старается казаться.

— Это правильная мысль. И спасибо, что позаботились… позаботилась о моих вещах. Но если вы все разобрали, тогда, что это? — недоуменно разглядывала я гору одежды.

— Это… — хмыкнула принцесса. — Это подарок от императора. Или от его портного, я не совсем поняла. Есть у меня подозрения, что он без приказа свыше взялся отшивать тебе гардероб, соответствующий статусу будущей императрицы.

— Да уж. Если уж он меня эскизами свадебного платья решил запугивать без приказа императора, то с него станется. Отказаться мы не можем?

— И не станем. Зачем? Платья, что я собирала, не соответствуют твоему нынешнему положению. А вы же должны показать всем, что между вами безумная любовь и гармония. Одаривающий невесту подарками жених, это именно то, что вам нужно. Я бы даже сказала, что платья — это слишком просто. По-хорошему он должен тебя родовыми украшениями обвесить с головы до ног.

— Если должен, то обвесит, даже не сомневайтесь. К сожалению, — поморщилась я, бросив взгляд на массивное кольцо с черным камнем у себя на руке. Оно мешалось, с непривычки цепляясь за волосы и платье, и вообще с украшениями на руках было непривычно. Но снимать его я не рискнула. Еще когда император одел его, я почувствовала, что это артефакт, причем довольно сильный. Очевидно, что с защитными свойствами — как никак помолвочный императорский перстень. Было у меня подспудное чувство, что мужчина ощутит, если я решу расстаться с украшением, и тут же явится выяснить почему. Потому я предпочла его не трогать. Но стоило подумать, что таких камней на мне станет больше, как сразу становилось грустно.

— Он дал клятву тебя оберегать. Родовые артефакты — это хороший способ защиты, — попыталась подбодрить меня принцесса. — Тем более императорские, должны быть не чета моим.

— Завтрак, миледи, — прервала наш разговор Рания, явившаяся с целой тележкой еды.

— Ты моя спасительница, — счастливо вздохнула я, осознав, что мне больше не придется давиться едой на глазах у невест.

— И послание, — добавила служанка с извиняющимися нотками в голосе, протянув мне конверт из плотной бумаги с красивой печатью сверху.

Конверт я забрала. Ко мне тут же подскочила Линария и заглянула через плечо:

— Печать императорская, — заявила она, шумно сопя мне в ухо.

— С чего бы ему мне писать, да еще так официально.

— Сейчас и узнаем.

Стоило достать из конверта лист бумаги и развернуть его, и стало понятно, что к императору письмо не имеет никакого отношения. Едва ли он стал бы украшать письмо столь витиеватыми закорючками.

— Императрица, — выдохнули мы одновременно с Линарией и посмотрели друг на друга.

— Отдых отменяется, — вздохнула я.

— Это было ожидаемо, — с легким сочувствием посмотрела на меня принцесса.

После вчерашнего объявления о помолвке и нашего стремительного ухода с праздника, очевидно, что императрица возжелала познакомиться с будущей невесткой поближе. И потому она приглашала меня на послеобеденное чаепитие к себе в покои. Времени оставалось буквально быстро перекусить и собраться.

Ладно, во всем стоит искать плюсы. Зато я смогу начать задание Ксандр по выявлению сердечных привязанностей его мачехи. Еще бы самой понять, как это сделать.

***

На чаепитие к императрице меня собирали почти как на вечер помолвки. Линария явно переживала о том, как меня примет первая леди империи. Она была благосклонна на приеме, но это вовсе не означает, что она окажется милостива при личной встрече. В глазах двора императорская семья должна быть едина — она не стала бы возражать открыто. Меня же куда больше беспокоило, каким образом я буду выяснять привязанности этой женщины. Не напрямую же спрашивать.

Впрочем, наши переживания оказались напрасны. Судя по тому, с какой улыбкой меня встречала императрица в небольшой светлой гостиной, открыто выказывать недовольство леди Ильяса не спешила. А вот то, что в гостиной мы были только вдвоем, меня расстроило — высмотреть ее заинтересованность в ком-то я точно не смогу. Да и не стоило рассчитывать, что с этим удастся быстро справиться.

— Доброго дня, леди Линария, — императрица поднялась со своего места, чтобы поприветствовать меня — невиданная честь, учитывая, что ее статус сейчас выше моего. — Надеюсь, мое приглашение не заставило вас раньше времени прервать свой отдых? Понимаю, вчерашний вечер прошел напряженно, — помрачнела леди и поджала губы, — вам наверняка хотелось отдохнуть. Но я надеялась встретиться и пообщаться с вами лично, наедине, прежде чем вы начнете знакомство со двором.

— Благодарю за приглашение, ваше величество, — опустилась я в глубоком поклоне. — Вы нисколько не нарушили моих планов. Конечно, я буду рада пообщаться с вами.

— Оставьте церемонии, — сделав шаг ко мне, подхватила меня женщина под локоть и заставила подняться. — Мы скоро станем родственниками, так что вы не обязаны кланяться мне. И, если вы не против, я бы предпочла обращаться друг к другу по именам. Зовите меня просто Ильяса, хорошо?

Почему императорская семья так озабочена личным обращением? Я к нанимательнице с трудом по имени могу обратиться, а тут сильные мира сего рвутся перейти к близкому общению.

— Конечно, леди Ильяса, — все же не стала я совсем фамильярничать. — А вы можете обращаться ко мне Линария.

— Пусть так, — мягко улыбнувшись, кивнула женщина. — Я понимаю, что вам сложно привыкнуть, мы пока незнакомые люди. Но что же мы стоим — садитесь.

Мы устроились в креслах по обе стороны от небольшого, круглого столика. Императрица лично разлила чай и предложила мне. В тяжелой тишине мы пригубили напиток и…

Нет, ничего страшного не случилось. Конечно, императрица не стала бы меня травить вот так открыто (хотя, если бы и попыталась, не смогла — артефакты всегда при мне). Но ситуация становилась неудобной. Молчание между нами некому было разбавить, а оно меж тем затягивалось. Я просто не знала, о чем говорить — мое светское образование было слишком давним и довольно ограниченным. Почему молчала императрица я не представляла. Но женщина лишь с полуулыбкой и интересом в глазах рассматривала меня, медленно цедя чай. В конце концов, мой бедный организм не выдержал такого внимания и случилось ожидаемое — очередным глотком я подавилась, совершенно некрасиво закашлявшись.

— Простите меня, Линария, я вас смутила? — поспешила леди Ильяса протянуть мне платок и стакан с водой.

— Ничего, ничего, — хрипло заверила ее, но стакан приняла и пару глотков сделала, унимая кашель.

— Нет, это правда выглядело странно. Но поймите и меня… Ксандр на протяжении многих лет убеждал меня, что никогда не женится. И вдруг помолвка, да еще и столь стремительная… Ведь я уже почти и не надеялась, — улыбка леди на мгновение потускла. — Вы не представляете, как я счастлива, что он все же сделал выбор. И потому простите мне любопытство, но я хочу понять, что за женщина смогла покорить его сердце.

— Я понимаю, — натянуто улыбнулась я в ответ. Что скажешь — лучше бы вам не знать, кого он выбрал? Боюсь вас разочаровать, но выбор ненастоящий? Какая же неудобно. Обычно мне не особо приходится врать и играть во время заданий, просто потому, что кто будет обращать внимания на прислугу и расспрашивать. А здесь...настолько откровенно врать, глядя прямо в глаза, оказалось сложно.

— Я не сомневалась в Ксандре и теперь ясно вижу, что он выбрал настоящий алмаз среди ярко сияющих стекляшек. Вы очень красивы, Линария. Не тем ослепительным блеском, что так часто привлекает взгляды окружающих в толпе, а истинным внутренним светом. Возможно, вы не столь выделяетесь на их фоне, но если вглядеться в ваши черты, то оторвать взгляд уже будет невозможно.

— Вы преувеличиваете. Красота никогда не являлась моим главным достоинством.

— Красота бывает разной, — с уверенностью заявила женщина. — Поверьте мне, я при дворе насмотрелась на десятки леди различных достоинств. Впрочем, вы правы, что красота вовсе не главное. Даже то, что у вас весьма высокий статус не столь важно. Для меня имеет значение другое. Линария, скажите, вы любите Ксандра?

Не ожидала, что знакомство мы начнем именно с этого вопроса. И снова некрасиво подавилась, теперь уже глотком воды. Они во дворце убить меня решили столь нестандартными способами? Что я теперь должна отвечать?

Проще было бы сказать правду, что это лишь сделка между мной и императором. Но если бы это было возможно, то Ксандр посвятил бы императрицу в свой план. Вообще, чем меньше людей знает, что идея с помолвкой подставная, тем лучше. Но тогда мне заверять Ильясу в своей влюбленности в императора? Боюсь, моих актерских способностей будет недостаточно. Заявить, что это политический ход, который устраивает нас обоих? Во-первых, императрица, скорее всего, не поверит — ей лучше всех известно, как Ксандр хотел избежать такого исхода. Во-вторых, если все же поверит, это может обернуться против нас. Озабоченная благополучием пасынка императрица способна применить свое влияние, чтобы расстроить помолвку. Не хватало, чтобы, помимо заговорщиков, еще и союзники мешались. Какой же вариант остается?

Самый сложный — говорить правду, но при этом изворачиваться песчаной гадюкой.

— Леди Ильяса, вы позволите быть с вами откровенной?

Императрица удивилась такому началу, но кивнула, чуть нахмурившись.

— Мне сложно рассуждать о понятии любви. В своей жизни самую сильную сердечную привязанность я испытывала лишь к отцу. Ксандр же… Я восхищаюсь им, как воином. Он немного пугает меня, как император. Он раздражает меня своим непробиваемым мужским упрямством. Но мне нравится, что он умеет признавать ошибки. И я определенно чувствую, что могу на него полагаться, с ним я ощущаю уверенность. Не могу сказать, любовь ли это, но определенно большее, чем я когда-либо испытывала к кому другому.

Вроде не соврала, но при этом польстила императору и дала императрице надежду. Пустую. Может быть, в другой жизни, если бы Ксандр оказался простым наемником или даже заказчиком не слишком высокого положения, я могла опасаться за свое сердце и, может быть, позволила себе попробовать и увлечься. Но в этой реальности пропасть между нами слишком широка, чтобы позволить забыть о ней хоть на миг.

— Благодарю вас за честность, Линария, — к моему удивлению, императрица улыбалась. — Признаться, я даже рада такому ответу. Меня удивила и насторожила скорость, с которой была организована помолвка. Я опасалась, что… Впрочем, неважно, — отдернула себя Ильяса.

Похоже, женщина подозревала, что эта помолвка неспроста и имеет отношение к творящимся проблемам. Поразительная интуиция. Или опыт выживания при дворе.

— Знаете, Линария, когда-то моя влюбленность начиналась примерно с таких же чувств. Поверьте, я знаю Ксандра, он во многом похож на отца. Думаю, вам недолго осталось гадать, настоящая ли это любовь или поверхностная заинтересованность, — улыбнулась она, но тут же посерьезнела. — И если вдруг вы поймете, что это лишь интерес, прошу вас, скажите об этом Ксандру сразу. Он не станет вас удерживать против воли. Мне бы не хотелось, чтобы его брак оказался несчастливым.