Право выбирать

— Откуда?

Север посмотрел на Софию.

— Из того, что она мне дала.

София почувствовала, как между ними протянулась тонкая нить.

Не зависимость.

Не долг.

Связь.

Эсхера попыталась разорвать её, но нить выдержала.

— Ты научила его делиться именем, — сказала Эсхера.

— Нет, — ответила София. — Он сам выбрал.

— Выбор ничего не значит без силы.

София сняла с шеи медальон.

Внутри не осталось ни пыли, ни осколков.

Только маленькое прозрачное сердце.

Она сжала его.

— Тогда я выберу силу.

Прозрачное сердце раскололось.

Но не разрушилось.

Из трещин вырвался свет.

Он прошёл через Софию, через Софи и Севера, через Аделу и даже через золотые цепи.

Каждый почувствовал не чужую боль, а собственное право нести её самому.

Цепи на Аделе лопнули.

Она упала на колени.

Золотая маска Эсхеры раскололась пополам.

Под ней оказалось лицо.

Лицо Софии.

Но старше.

Без глаз.

С бесконечной улыбкой.

— Ты не можешь быть мной, — прошептала София.

— Я и есть ты.

— Нет.

— Ты создана из моего желания жить.

— А ты создана из моего страха умереть.

Эсхера замерла.

Софи подняла голову.

— Она права.

Эсхера повернулась к девочке.

— Ты была моей частью.

— Была.

— Вернись.

— Нет.

— Тогда я заберу тебя.

Эсхера протянула руку.

Софи вскрикнула.

Тень Софии стала вытягиваться к маске.

София схватила Софи за плечи.

— Держись!

— Я стараюсь!

— Не отпускай меня!

— Это ты не отпускай меня!

Эсхера тянула сильнее.

Тело Софии начало распадаться на лица.

Она увидела мать.

Отца.

Николаса.

Севера.

Софи.

Эсхеру.

Каждое лицо звало её своим именем.

Но София услышала только один голос.

Свой.

— Я не обязана быть цельной, чтобы быть настоящей.

Прозрачный свет вспыхнул.

Все лица исчезли.

Осталась только София.

Эсхера отступила.

На месте её маски появилась пустота.

— Что ты сделала?

— Перестала бояться, что мне не хватит одной жизни.

София раскрыла ладонь.

Свет превратился в маленькую дверь.

На ней не было ручки.

— Второй узел закрыт, — сказала она.

— Ты не можешь закрыть его.

— Уже закрыла.

Дверь внутри её ладони начала сжиматься.

Эсхера закричала.

Крик был беззвучным, но от него башня раскололась.

Дерево за спиной Софии вспыхнуло.

Маски падали одна за другой.

Каждая, коснувшись пола, превращалась в прах.

Внизу Академия содрогалась.

Колодец раскрылся.

Все слова вырвались наружу.

Город услышал их.

Сотни тысяч признаний пронеслись по улицам Люкс-Августы.

Кто-то узнал правду о своей семье.

Кто-то услышал имя человека, которого убил.

Кто-то понял, что никогда не был любим.

Кто-то впервые услышал:

— Я ждал тебя.

Эдриан поднялся на лестнице.

— София!

Она обернулась.

Отец стоял среди рушащихся стен.

За его спиной открывался чёрный провал.

— Уходите! — крикнула София.

— Я не уйду без тебя.

— Вам придётся.

— Нет.

Он пошёл к ней.

Каждый шаг отнимал часть его тела. Пальцы становились прозрачными, плечи покрывались трещинами света.

Селеста появилась на лестнице следом.

— Башня рушится!

— Отец, уходите!

Эдриан продолжал идти.

— Я слишком долго позволял другим выбирать за тебя.

— Тогда выберите сейчас.

— Что?

— Жизнь.

Он остановился.

София смотрела на него сквозь падающие маски.

— Выберите жизнь, в которой я могу уйти сама.

Эдриан закрыл глаза.

На лице его появилась боль.

Потом он кивнул.

— Я выбираю тебя.

Он развернулся и схватил Селесту за руку.

София увидела, как они уходят вниз.

Север стоял рядом.

Софи держалась за её тень.

Адела поднялась с колен.

— Иди, — сказала она.

— А ты?

— Я останусь.

— Нет.

— Если я уйду, Эсхера последует за мной.

— Тогда я останусь с тобой.

— Ты не можешь спасти меня.

— Я не просила спасения.

Адела коснулась её щеки.

— Ты должна жить дальше без моей тени.

— Я не хочу.

— Знаю.

— Почему всё время нужно выбирать, кого оставить?

Адела улыбнулась.

— Потому что ты больше не ребёнок.

— Я ненавижу это.

— Это тоже часть жизни.

Башня рухнула.

София почувствовала, как Адела отталкивает её.

Она, Север и Софи провалились вниз.

Падение длилось несколько секунд.

Потом — целую жизнь.

София увидела все свои лица.

Все свои имена.

Все возможные будущие.

А затем приземлилась на площади Академии.

Башня исчезла.

На её месте остался только чёрный пепел.

Над городом Вуаль стала тонкой, почти прозрачной.

Эдриан и Селеста стояли у разрушенных ворот.

Север лежал рядом, без сознания.

Софи была рядом с Софией — уже не в тени, а в собственном теле.

Она выглядела старше.

Почти такой же, как София.

— Ты стала настоящей, — прошептала София.

Софи посмотрела на свои руки.

— Не знаю.

— У тебя есть тело.

— Это ещё не значит, что у меня есть жизнь.

София взяла её за руку.

— Тогда мы найдём её.

В этот момент из пепла поднялась золотая маска.

На ней было лицо Аделы.

Маска заговорила:

— Третий узел ещё не открыт.

София подняла её.

— Где он?

Маска повернулась к западу.

Туда, где за городскими стенами лежал лес.

— В месте, где ты родилась.

София посмотрела на отца.

— Где я родилась?

Эдриан побледнел.

— В доме Морн.

Маска медленно треснула.

Под лицом Аделы проступило другое.

Лицо младенца.

— Нет, — сказал Эдриан.

— Где? — спросила София.

Он смотрел на лес.

— В старом дворце за Вуалью.

Софи сжала её руку.

— Там, где всё началось.

Север открыл глаза.

— И где ждёт последний узел.

Вдалеке раздался звон.

Один.

Второй.

Третий.

На четвёртом ударе золотая Вуаль над городом разорвалась.

За ней открылся проход.

По ту сторону стоял дворец.

И в его окне кто-то держал на руках младенца.

Софию.

## Глава 15. Дворец за Вуалью

За Вуалью не было леса.

Не было земли, дороги или неба.

Там стоял дворец.

Он возвышался над бесцветным пространством, словно был вырезан из ночи. Его башни уходили в пустоту, а окна светились мягким золотым светом.

В одном из них кто-то держал младенца.

София видела себя.

Совсем маленькую.

Но ребёнок в руках фигуры не плакал.

Он смотрел прямо на неё.

И улыбался.

— Это невозможно, — прошептал Эдриан.

— Что именно? — спросила Селеста.

— Дворец.

— Ты был здесь?

— Нет.

София посмотрела на него.

— Вы лжёте.

Отец закрыл глаза.

— Я видел его до твоего рождения.

— Во сне?

— В договоре.

— С Эсхерой?

— Нет.

— С Эллианом Воссом?

Эдриан не ответил.

Софи стояла рядом, держась за руку Софии. После превращения она выглядела почти так же, как сестра, но была немного бледнее, а её глаза отражали небо за Вуалью.

Север смотрел на дворец.

— Он знает, что мы пришли.

— Кто? — спросила София.

— Тот, кто держит ребёнка.

София вновь посмотрела на окно.

Фигура медленно подняла младенца выше.

На стекле появилась надпись:

**ТЫ ОПОЗДАЛА, СОФИЯ.**

— Кто это? — спросил Север.

— Не знаю.

Но София уже понимала.

Она чувствовала его внутри прозрачной линии своего сердца.

Человека без лица.

Того, кто создал место для её рождения.

Дворец ждал именно её.

---

### За гранью

Первой шагнула Селеста.

Вуаль пропустила её, но сразу же изменила.

Волосы настоятельницы стали белыми, одежда превратилась в длинное серое платье, а на лице появилась тонкая золотая трещина.

— Что с вами? — спросил Север.

Селеста посмотрела на свои руки.

— Здесь каждый становится тем, кем его помнит Вуаль.

Эдриан шагнул следом.

Он изменился ещё сильнее.

На его плечах появился старый военный плащ, лицо стало моложе, а в правой руке возник меч.

София увидела отца таким, каким он был до её рождения.

До Аделы.

До Николаса.

До всех сделанных выборов.

— Не смотрите на меня, — сказал Эдриан.

— Почему?

— Потому что это не я.

София вошла последней.

Вуаль коснулась её кожи.

На мгновение она увидела огромное количество лиц.

Некоторые были её.

Некоторые принадлежали людям, которых она никогда не встречала.

Одно лицо появлялось снова и снова.

Младенец.

Её лицо до имени.

Вуаль шепнула:

— **Астар.**

София не ответила.