Закинула ногу на ногу и красиво вытянула вверх правую, чтобы оценил до самых кончиков ногтей.
– Очень привлекательная нога, – не моргнув глазом выдал Гранд. – Идеальные пропорции, изящная лодыжка, аккуратные пальчики, безупречной формы ногти. Твоя истинная трансформа?
– А хрен его знает, – я радостно разулыбалась, польщенная комплиментом, потому что не услышала ни капли лжи. – Людишкам нравится, а мне удобно им нравиться.
Тут я вспомнила парочку сотен эпизодов своей жизни и с умным видом добавила:
– Потому что, когда я перестаю им нравиться, они начинают истошно орать, суетиться и всячески меня убивать.
Наклонила голову набок и доверительно сообщила внимательно слушающему меня мужчине:
– Надоело.
– Очень хорошо тебя понимаю, – со всей серьезностью заверил меня главнокомандующий и жестом указал на стул, который стоял сбоку от его рабочего стола. – Пересядь сюда, пожалуйста. Сейчас принесут документы, читать и подписывать их будет гораздо удобнее сидя на стуле.
– Всё зависит от силы привычки, – решила возразить, но на стул пересела, больно уж настойчиво глядел на меня Гранд, а мне не хотелось его огорчать. По крайней мере так сразу. – Я вот люблю всё делать лёжа…
– Асонара, – проникновенно начал главнокомандующий и чуть склонился над столом в моём направлении, глядя мне четко в глаза. – Давай договоримся: в рабочее время ты делаешь то, что говорю я. Не потому, что я хочу сковать тебя рамками условностей, а потому, что это будет эффективнее.
– Эффективнее? – Я покатала красивое слово на языке и медленно кивнула. – Хорошо. Я люблю действовать эффективно. А рабочее время – это когда? Оно же предполагает обеденный перерыв, отпуск, сон… Что там ещё у людей бывает?
– Конечно. Всё будет указано в твоём трудовом договоре, – заверил меня главнокомандующий и требовательно взмахнул рукой, когда дверь распахнулась и в кабинет начали входить самые разные люди, неся в руках множество вещей.
Всего каких-то пять минут: и на столе у Гранда лежит куча всяких разных бумаг, а за моей спиной расположилась любопытная конструкция с горизонтальной трубой, на которой висела самая разная одежда.
Что мне стоило остаться на месте, когда я поняла, что слева – это моя новенькая форма, но Гранд глядел на меня слишком уж пытливо, так что пришлось опускать глаза на бумаги и пытаться понять, что там вообще написано. Хм…
– Тру-до-во-й контра… тракт, – кое-как осилила я самую верхнюю строчку и тяжко вздохнула. А впереди ещё пять страниц мелким почерком…
Ай, в бездну!
– Ты не умеешь читать? – недоверчиво уточнил главнокомандующий, когда я взяла листы в руку и обмахнулась ими, словно веером, впитывая информацию напрямую из астральной проекции документа, и на миг вся возня в кабинете замерла.
Кажется, кто-то даже дышать перестал, а большинство враз рассосалось на выход и рядом с нами осталась лишь капрал Томпсон с подносом и двумя кружками: черным кофе и розоватым какао с зефирками в отдельной мисочке.
Хихикнула, прижав пальцы к губам, и сделала «виноватые» глаза. А что поделать? Вообще-то я в их школе ни года не проучилась, но… Откуда им знать? Раньше мне документы на подпись никто не давал. Максимум какую-нибудь бумажку с вензелями и клятвой служения, где я ставила кровавый отпечаток. Помнится, лет двадцать назад Жизелька тоже с такой приходила. Её тогда ещё отец приводил. Мелкая была, нескладная, с брекетами на зубах…
Ой, что-то я отвлекалась! Что он говорит?
– Тебе недоступен лишь письменный галакт или все без исключения известные языки?
– Просто не люблю читать глазами, мозг греется, – с тяжким вздохом сморщила нос и тут же уточнила: – Я немного не поняла пункт 17-4б. Зачем мне целых четыре получасовых перерыва в сутки? И сроки тоже странные… Что значит «пожизненно»? Ты в курсе, что я вообще-то бессмертная?
– Условно бессмертная, – педантично поправил меня главнокомандующий, на секунду прикрывая глаза, но даже не изменив тона. – Что ж, раз ты уже изучила контракт, и у тебя нет возражений… Подпиши, пожалуйста.
– У меня есть возражения! – возмутилась, когда капрал Томпсон поспешила поставить поднос на край стола и протянула мне ручку.
– Внимательно тебя слушаю. – Главнокомандующий поставил локти на стол, переплел пальцы и интересным образом уперся в них носом, так что я не видела большую часть его лица, особенно рот. – Что тебя не устраивает в контракте, Асонара?
– Отпуск, – ответила честно. – Зачем мне отпуск в пять недель? Это же дохренища времени. А оклад в полторы тысячи кредитов? Зачем мне вообще деньги, ведь по вашим понятиям я рабыня рода Камберлен?
Капрал Томпсон сдавленно пискнула, но, когда я перевела на неё вопросительный взгляд, изобразила невозмутимость. Получалось у неё из рук вон плохо, но я сделала вид, что поверила.
– Это стандартный договор найма, Асонара, – скупо улыбнулся Гранд, но я скорее услышала эту улыбку в тоне, чем увидела. А вот в глазах уже мелькало недовольство и это заставило начать нервничать. – Просто подпиши, со всеми непонятными вопросами разберемся позже. Капрал Томпсон тебе поможет. Верно, капрал Томпсон?
– Всенепременно, – горячо заверила нас обоих девица.
– Ну, не знаю… – Я всё ещё не спешила соглашаться, потому что не понимала как минимум десяток пунктов, а ещё дюжину просто не одобряла. – А что значит «забота о душевном здоровье руководства»? Моё руководство только ты или кто-то ещё? А если я что-то не так сделаю? Раньше меня постоянно ругали за проявление инициативы. И вот тут ещё… «В рабочее время неукоснительно следовать уставным отношениям». Я не умею! Да и в принципе не хочу! Это же так… ску-учно!
– Зато эффективно, – строго осадил меня Гранд.
– М-м… – Я приложила палец к губам и пару раз похлопала подушечкой большого по нижней губе. – Нет, позволь не согласиться. Я же правильно понимаю, что уставные отношения, это то, как себя сейчас ведет… – Я мотнула головой в сторону шатенки и запоздало спохватилась. – Кстати, как тебя зовут? Даррен сказал, что мы должны стать друзьями, а друзья зовут друг друга по имени. Меня вот в тюрьме Сонечкой звали, я там со всеми дружила!
– Меня зовут Кристина, – подавленно пробормотала шатенка, бросая на главнокомандующего виноватые взгляды. – Приятно познакомиться, Соня. Я пойду, можно?
– Ой, да конечно иди, – щедро взмахнула рукой, но Крис зачем-то сначала дождалась кивка Гранда и только потом бодро ушуршала за дверь.
– Асонара, – медленно выдохнул Гранд, переводя на меня потяжелевший взгляд. – Твои ужимки бесспорно очаровательны, но неуместны.
– Очаровательны? – Я вскинула брови. – Но ты не выглядишь очарованным!
– О, поверь, я очарован, – строгим тоном заверил меня главнокомандующий. – Но всему своё время и место. И раз уже тебе сложно удержать в себе любовь к этому миру, то давай договоримся так: ты очень сильно постараешься придерживаться уставных отношений, особенно если мы будем не одни. Наедине я позволяю тебе вести себя естественно и привычно. Но только наедине. Договорились?
– Ты такой классный! – Мой радостный визг пронесся по кабинету и затух где-то в районе выхода, пока я тискала блондина за шею, ловко перепрыгнув со своего стула к нему на колени. – Давай поцелуемся!
– Это лишнее, – Гранд попытался остудить мой пыл, но я чувствовала на своём теле его руки и они меня отнюдь не отталкивали. – Асонара!
– Брось, котик, – я потерлась своим носом о его и доверительно сообщила: – У меня секса полвека не было. А у тебя?
– Данная информация весьма занимательна, но не относится к делу, которое интересует меня прямо сейчас, – недовольно поджал губы Гранд, а его глаза угрожающе посерели. – Мне необходим адъютант, Асонара. Шлюха, как ты изволила выразиться немногим ранее, у меня уже есть.
– Так я ж не ради денег! – Даже слегка обиделась, отстраняясь ровно настолько, чтобы взглянуть на главнокомандующего свысока, но при этом крепко прижаться грудью. – Исключительно по любви!
– Лжешь и не краснеешь, – недоверчиво хмыкнул Гранд, но взгляд приятно потеплел. Буквально на градус, но я всё равно это заметила. – И всё же перестань. Ты очень милая девочка, но не интересуешь меня в данном контексте. Подписывай контракт и мерь уже форму. Кстати, твой какао остывает…
– Точно! Какао!
ГЛАВА 2
Естественно, первым делом я подписала контракт. Я же не дурочка, умею правильно расставлять приоритеты. Ну а то, что веду себя кардинально иначе, так это… шизофрения, дорогие мои! Та самая, которую мне диагностировали и вписали в протокол.
Но, как бы то ни было, документы я подписала, причем даже не кровью, а ручкой, выведя во всех нужных графах очень красивую подпись «А.Э.Хельм», после чего уделила должное внимание какао, найдя его превосходным, и только потом вернулась вниманием к вешалам, первым делом изучив три вида формы: повседневную – с узкой черной юбкой чуть выше колена, голубой блузкой с коротким рукавом, черным приталенным кителем с адъютантскими нашивками на воротнике-стоечке и обещанной черной пилоткой; утепленную, где юбку и туфли заменяли брюки и сапоги с высоким голенищем, а в качестве верхней одежды полагалось стильное тёмно-серое пальто всё с теми же нашивками; и парадную – юбка покороче и в складку, но блузка уже с длинным рукавом и кипенно-белая, укороченный пиджачок украшен мохнатыми эполетами и аксельбантом, а вместо пилотки на голову полагалась тёмно-бордовая беретка.
Кроме всего этого великолепия, которое привело меня в восторг, на вешале имелась и иная одежда: куча скучного нижнего белья пастельных цветов, строгие тёмные брючки, скромные светлые блузки и водолазки нейтральных оттенков, черная пижама для сна с черепушками (шик!), а ещё несколько платьев вечернего типа.
– А это зачем? – Не постеснявшись и переодевшись прямо в кабинете в повседневный комплект с узкой юбкой, я подхватила одно из платьев (противно белое, фу!) и недовольно потрясла им в воздухе в направлении Даррена. – Надеюсь, оно тут случайно?
– Конечно… нет, – ухмыльнулся главнокомандующий, всё это время расслабленно следящий за тем, чем я занимаюсь.
Причем, когда я переодевалась, глаза не прикрыл, но я на него за это не в обиде, ведь мне неведомы такие странные человеческие понятия, как стыд и смущение. Да, я могу их изображать, было время, чтобы научиться, но сама их не испытываю.
– Расскажешь? – Приложила платье к себе, оценила вид, открывшийся мне внизу, скривилась и поспешила вернуть его на место.
– С момента подписания контракта в твои непосредственные обязанности входит также сопровождение моей персоны на все без исключения официальные мероприятия, – напомнил Гранд об одном из двух сотен пунктов. – И некоторая часть этих мероприятий подразумевает определенный дресс-код. Появление в форме недопустимо.
– Ох уж эти ваши человеческие условности! – фыркнула с нескрываемым презрением, но тут же деловито поправила на голове пилотку и, плавно покачивая бедрами, вернулась к столу шефа. – Ладно, что там дальше у нас по плану?
– Нижнее белье, капроновые колготки, туфли, – невозмутимо перечислил блондин моей мечты и строго указал на вешала. – Надень.
– Обязательно? – тут же скисла, успев всего пару минут назад порадоваться, что удалось без всего этого обойтись.
– Обязательно, Асонара. Это прописано в твоём контракте, если помнишь.
– Тц!
Но делать нечего, пришлось соответствовать новой должности от и до, втискиваясь в ещё один слой одежды, предназначение которой до сих пор оставалось для меня очень большой загадкой, а потом и вовсе обуваться. Ужас!
– Макияж, – напомнил об очередном прописанном в контракте пункте, который я бы с радостью вычеркнула. – Смывай.
И чем его мой макияж не устроил? Между прочим, дорогой бренд! И тушь, и подводка, и помада. Особенно помада! Даже удивительно, что мне привозили всё это в тюрьму по первому требованию, никогда не пытаясь заменить чем-нибудь другим.
Но делать нечего… Я обещала.
– Нда… – почему-то помрачнел шеф, когда я вернулась к нему из ванной комнаты, прячущейся за фальш-панелью, начисто вымытая. Тут же нажал кнопку связи со своей секретаршей и отдал распоряжение: – Капрал Томпсон, пригласите ко мне гримера, полковнику необходим возрастной макияж.
– Секундочку, господин главнокомандующий, – отозвалась Криська и коммуникатор снова умолк.
– А зачем мне возрастной макияж? – уточнила на всякий случай, послушно садясь на свой стул, куда мне указали жестом, и беря в руки пухлый справочник с длинным названием про то, что должен знать и четко исполнять адъютант главнокомандующего. Его мне протянули сразу, как я села, и строго наказали изучить прямо сейчас.
– Без косметики ты выглядишь слишком… молодо, – недовольно поморщился Гранд, словно юность в его понимании была критичным недостатком. – Шестнадцатилетняя школьница не может быть моим адъютантом.
– О-о… – протянула с интересом и тут же азартно предложила: – Так убей меня, проблем-то? В идеале из аннигилятора, это мгновенно и почти не противно. И тело утилизировать не придётся.
– А вот сейчас немного не понял, – напрягся главнокомандующий. – Зачем мне тебя убивать?
– Затем, чтобы я создала себе новое тело по всем желаемым тобой параметрам, – объяснила ему, как маленькому, и очаровательно улыбнулась. – У тебя ведь есть аннигилятор?
– Есть, – скупо кивнул Гранд, недовольно сводя брови. – Но убивать я тебя не буду, макияжа вполне достаточно.
– Как знаешь, – я пожала плечами, всем своим видом давая понять, что это крайне неэффективное решение.
Но с начальством вроде как не спорят, да? По крайней мере в справочнике об этом упоминается не менее трех сотен раз на четыреста страниц убористым шрифтом. Какая… нелепая книжонка!
– А мне обязательно исполнять свои обязанности четко в соответствии с этим справочником? – уточнила кисло, когда окончательно впитала в себя всю содержащуюся в нём информацию. – Или можно брать лишь за основу?
– Что тебя смутило? – заинтересовался главнокомандующий.
– Не то чтобы смутило… – Я выразительно поморщилась и с ходу открыла книгу на нужной странице. – Вот. Контроль за качеством питания и в случае необходимости дегустация всех без исключения блюд. Понимаешь, я как бы… Не люблю есть то, что едят люди.
– А что ты любишь? – Даррен приподнял брови и слегка наклонил голову набок, давая понять, что искренне ждет ответа.
– Сладости, чипсы, газировку, – перечислила с охотой. – По праздникам в тюрьме мне давали вишневый эль. Очень калорийные продукты, их хватает совсем немного, чтобы тело не ощущало потребности в физической пище. А вообще я энергетический вампир, но это ты и сам наверняка знаешь.
– Читал, – размеренно кивнул главнокомандующий, задумчиво щурясь, – и не совсем понимаю, как при таком раскладе ты спокойно переносишь длительное одиночное заключение.
– А где связь? – удивилась, широко распахивая глаза. – Или ты наивно веришь, что для этого необходим физический или хотя бы визуальный контакт?
– А разве нет? – напрягся блондин, чем невероятно меня повеселил, я аж расхохоталась от души, после чего даже смахнула влагу, выступившую на глазах.
– Вообще-то да, – хихикнула снова, – но лишь для тех, кто ни разу не умирал и не выходил за рамки обыденности. Я и сама раньше об этом не знала, но где-то сотни две лет назад, когда меня в очередной раз аннигилировали, я поняла, что нет ничего невозможного, и все мои «не могу» – это всего лишь «не пробовала». В общем, я просто попробовала и у меня всё получилось.
И широко улыбнулась, всем своим видом предлагая похвалить меня, всю такую умницу.
– А что ты попробовала? – въедливо уточнил главнокомандующий. – Поподробнее, пожалуйста.
– Питаться энергией по удаленке. Это очень просто! Показать?
– Хм… – Даррен поджал губы, похмурился секунд десять, после чего решительно кивнул. – Да, продемонстрируй, пожалуйста. Только без критичного вреда для окружающих. Насколько широк спектр твоих возможностей?
– Ну-у… – я задумчиво приложила палец к губам и даже прикусила ноготь от усердных раздумий. – Я давно не тренировалась, но где-то в пределах континента. А что?
– Конти… нента? – Гранд почему-то запнулся на этом простом слове и вперил в меня напряженный взгляд. – Ты можешь энергетически осушить любое разумное существо в пределах данного континента?!
– Ну да, – пожала плечами. – Только я этим не занимаюсь, слишком скучно. Гораздо интереснее собирать по капле с тех, кто самый вкусный. А что? Надо всё-таки кого-то убить, да? Ты только скажи, я для тебя всё-всё сделаю! – Подалась вперед, чуть ли не ложась грудью на стол, и протяжно выдохнула: – Ко-о-отик!
– Обойдемся без убийств, – скупо улыбнулся главнокомандующий. – Но свои умения, пожалуйста, продемонстрируй. Конкретно сейчас вот на… этом мужчине. Сможешь?
С помощью пульта, вынутого из верхнего ящика стола, активировав большинство экранов, Гранд указал на третий во втором ряду, который выводил картинку с какого-то кабинета. За рабочим столом сидел ничем не примечательный мужчина средних лет в форме, сосредоточенно работая на планшете, так что невозможно было так сходу сказать, в чем провинился именно этот экземпляр рода человеческого.
Или выбор случаен?
Ах, какая разница?
Подойдя ближе и изучив жертву, я уже хотела закрыть глаза, чтобы сосредоточиться и начать искать его энергетическими щупами, невидимыми в обычном спектре, но вспомнила, что мы не оговорили один немаловажный нюанс, и уточнила:
– Что мне с ним сделать? Легкое недомогание, головная боль, судороги, нервное истощение? Или, может, всё-таки убить?
– Головная боль и начальная стадия нервного истощения, – тонко усмехнулся главнокомандующий и я с умным видом кивнула, тут же приступая к выполнению задания.
Старательно концентрируясь на нужном образе, я потратила минуты полторы, чтобы нащупать его на другом краю этого же здания, а спустя ещё мгновение присосалась к энергетической оболочке жертвы. Не скажу, что он был вкусным, обычная посредственность, так что для меня не составило большого труда взять с мужчины ровно столько, чтобы у него моментально разболелась голова, по телу расползлась предательская слабость, а мысли приобрели негативный окрас.
– Всё, – облизнулась, довольная результатом, когда мужчина с экрана начал интенсивно тереть лоб, откинулся на спинку рабочего кресла и страдальчески уставился в потолок, чуть ли не прямо в камеру. – Достаточно или ещё кого-нибудь помучить?
– Достаточно, – резко посуровел Даррен, выключая мониторы, и отдал по коммуникатору очередное указание своей секретарше, чтобы та направила майора Нойза в медблок с последующим открытием больничного. Завершил беседу, уставился на меня… И хмуро поинтересовался: – Кто ещё знает об этой твоей возможности?
– Только ты. – Я доверчиво похлопала ресницами и мило улыбнулась, возвращаясь на своё место. – Последнее обследование было проведено больше ста лет назад и касалось немного… иных параметров моей физической оболочки. Люди не любят беседовать со мной по душам и задавать личные вопросы. А что? Я что-то не так сделала?
– Всё так… – загадочно протянул блондин, изучая меня крайне странным взглядом. – Любопытно. Тянет на конфиденциальную информацию государственного значения, которую не стоит озвучивать кому попало. Не находишь? А давай-ка мы с тобой побеседуем по душам о личном, Асонара. Или ты больше любишь, когда тебя называют Сонечкой?
– Если будешь звать меня Асей, я расскажу даже о своих тайных сексуальных фантазиях в отношении тебя, мой котик… – выдала с томным придыханием, но тут в дверь постучали и я, к сожалению, прекрасно помня, что могу вести себя естественно и непринужденно лишь наедине с главнокомандующим, резко поскучнела, посерьезнела и вообще села ровно-ровно.
Не подкопаться.
– Разрешите войти? – На пороге кабинета возник незнакомый военный непримечательной внешности с внушительным чемоданчиком.
– Капитан Варнелл, проходите, – деловито предложил ему Гранд, тут же указывая на меня. – Вот объект. Необходим возраст как минимум двадцати лет. Справитесь с задачей?
Приблизившись размашистым шагом, капитан замер напротив меня и секунд десять вдумчиво изучал. Скептично похмыкал, покривил губы… и с досадой цокнул.
– Будет сложно, слишком нежные черты, а вечерний и сценический макияж в данном контексте неуместны. Но я постараюсь. Приступать?
– Приступайте, капитан, – дал отмашку Даррен, а мне достались следующие слова: – Продолжим беседу чуть позже, адъютант Хельм. Как закончите, дождитесь меня здесь. Если буду задерживаться, потратьте время с умом.
И указал на те три внушительных стопочки книг, брошюр и просто документов, которые мне полагалось изучить, дабы понимать, как правильно исполнять свои новые обязанности.
– Да, сэр, – отозвалась со всем должностным усердием и, сообразив по вставшему из-за стола главнокомандующему, что он собирается уйти прямо сейчас, уточнила: – А с капитаном Варнеллом мне тоже надо будет подружиться?
Странно хмыкнув, Гранд смерил оторопело замершего капитана оценивающим взглядом… и отрицательно качнул головой.
– Нет, адъютант. Отношения согласно уставу, пункт 7.9.
И ушел.
Проводив главнокомандующего взглядом до самых дверей, с досадой отметила, что он ни разу не обернулся, но быстро взяла себя в руки и сосредоточилась на первоочередной задаче. Выглядеть на двадцать лет надо, говорите?
Сделаем.
На самом деле изначально это тело создавалось мной на семнадцать-восемнадцать человеческих лет, а ещё парочку я могла легко накинуть себе сама, причем даже без макияжа – достаточно было убрать из взгляда дурашливость, не дуть губы, не сутулиться и четко выдерживать линию подбородка, но…
Мне хотят сделать профессиональный макияж!
Не буду мешать.
В итоге спустя всего сорок минут капитан был невероятно доволен собой, приложив максимум усилий и нанеся на моё лицо минимум косметики. Подровнял линию бровей, нанес на верхнее веко немного темно-серых теней, тщательно прокрасил межресничный контур, не удержавшись от комплимента, что у меня дивный «лисий» разрез глаз, нанес немного контура на нос и скулы, сделав четче, а под конец долго выбирал тон помады, но в итоге остановился на «ледяной вишне» – достаточно темном тоне холодного красного, но в пределах устава.
С волосами тоже помог, научив убирать в аккуратную «ракушку» с помощью резиночек и шпилек, после чего отошел на пару шагов и по мужскому лицу расползлась удовлетворенная улыбка с жирным намеком на мужской интерес.
– Адъютант, вы прекрасны. Как насчет более близкого знакомства в свободное от работы время?
– Вы не в моём вкусе, капитан Варнелл, – произнесла предельно честно, уже успев коснуться его энергетическим щупом и не найдя в мужчине ничего интересного. Обычная посредственность, коих во вселенной миллиарды. Да, умеет мастерски наносить макияж… но и только.
– Нацелились на главнокомандующего? – кивнул с понимающей усмешкой. – Что ж, неплохой выбор, но бесперспективный. К тому же он помолвлен и свадьба, насколько мне известно, намечена уже на лето, и изменять своей супруге наш Бессердечный точно не планирует, это не в его правилах. Так что… Позвоните мне, когда передумаете.
Мне сунули картонку визитки и пока я пыталась понять, что мне с ней делать, игриво подмигнули и, собрав свои рабочие инструменты, оставили меня одну.
Хм, а кто мне скажет, какой сегодня день недели? Когда тут вообще планируется лето?
Покрутила картонку, подумала… И вспомнила, что в моём рабочем контракте как раз стояла дата. Если сегодняшняя, то время ещё есть, ведь сейчас чуть меньше, чем середина весны. И не сказать, что мне кровь из носа нужен секс с Дарреном, но… Я бы не отказалась. Да просто глупо упускать шанс изучить единственного заинтересовавшего меня мужчину со всех сторон, включая интимную. Люди вообще склонны преувеличивать значение секса, придавая ему слишком много значения. А их, так называемая, верность? Пф! Бред. Кому она вообще нужна? Это же против самой природы! Против изначальных законов мироздания!
Есть сильный самец, есть привлекательная самочка. Встретились, завели здоровое потомство, чтобы продолжить род, разошлись. Зачем усложнять?
Кстати, да! А почему бы мне не завести потомство от Гранда?
Обдумав эту любопытную мысль со всех сторон, не нашла в ней изъяна. Он привлекателен внешне, он силен энергетически, а больше мне и не надо ничего. Ему даже совсем необязательно знать, что он отец, у людей в этом плане какие-то странные законы, понятия и вообще страдает логика.
Вот я своих биологических родителей, допустим, вообще в глаза не видела. Отца так уж точно, а мать подкинула меня на порог чужого дома в младенчестве и до трех лет я росла в семье обычных людей, даже не подозревая, кем являюсь. Потом, правда, начались проблемы, когда во мне начала просыпаться родовая магия и генетическая память, но я искренне благодарна Марле и Чейзу, которые до семи лет растили меня, как свою родную дочь, и только когда мои возможности резко переросли даже самые необычные человеческие, а нормы морали так и остались неусвоенными, им пришлось мне открыться, пытаясь воззвать к сознательности.