Но какая сознательность может быть у ребенка в семилетнем возрасте? Даже если он демон.
Вот и у меня её практически не нашлось. Всё, на что меня хватило, это сказать им спасибо за всё хорошее, что между нами было, и уйти во взрослую жизнь, не причинив им вреда.
Следующие пятьдесят лет я жила в своё удовольствие. Моим домом были подворотни, моими учителями – улицы. Естественно, при таком раскладе ничего приличного из меня не выросло, так что довольно быстро меня начала разыскивать сначала континентальная, а затем и межгалактическая полиция. Тогда я ещё не понимала, что не стоит привлекать к себе лишнее внимание, и жила так, как мне хотелось, без оглядки на чужое мнение и законы.
А потом меня начали убивать. Первый раз был… Невнятным. Я вообще не поняла, что это было, просто перестав существовать на долю мгновения. Уже в следующее осознала себя разумом без четких границ, естественно, озадачилась, а когда увидела собственное тело с жуткой дырой в голове, то и расстроилась.
Но не разозлилась нет. Я вообще практически никогда не злилась и тот эпизод также не вызвал во мне этих эмоций. Скорее даже наоборот, заинтересовалась перспективами и весь следующий час активно экспериментировала, наводя ужас и панику на район, а когда внезапно даже для себя вновь ощутила плотность физической оболочки, то удивилась повторно и поняла, что это всё безумно любопытно.
Следующие пять смертей я экспериментировала. Было весьма увлекательно… Но я снова не подумала о том, что стороннее внимание для меня нежелательно – за мной начали полноценную охоту самые суровые спецслужбы империи.
Именно тогда я познакомилась с герцогом Шейном Камберленом, весьма привлекательным и харизматичным мужчиной, просто столкнувшись с его корветом высоко в горах возле его охотничьего домика, когда в очередной раз убегала от погони.
Шейн был… милым. Настолько милым, что сам не заметил, как мы стали любовниками, и раскрыл мне все прелести интимных отношений между существами разного пола. А ещё через две недели нас нашли имперцы. Именно тогда мне пришла в голову гениальная идея принести клятву служения человеку и заверить окружающих, что я теперь совершенно для них безопасна, ведь не сделаю ничего, что мне не позволит хозяин.
Мне просто не хотелось расставаться с Шейном, да и бегать надоело, а убивали меня больно и далеко не сразу, частенько калеча так, что я уже сама желала смерти, лишь бы перестать чувствовать бренность физической оболочки.
Как бы то ни было… Я просчиталась.
Став моим официальным хозяином, герцог Камберлен тем не менее передал меня правительству и следующие несколько лет прошли в застенках лабораторий, где меня изучали, изучали и снова изучали. В какой-то степени это было познавательно и для меня, поэтому я не противилась экспериментам, хотя большая их часть была противна и болезненна, но раз в месяц мне позволяли видеться с герцогом… И я терпела.
А смысл снова бежать?
Меня кормили и развлекали, достойно содержали и давали уйму знаний. Начали отправлять на задания, где я могла убивать уже официально… А потом я как-то привыкла, тем более Шейн никогда не пропускал наших свиданий, глубоко в душе оставаясь неисправимым романтиком и не оставляя надежды сделать из меня «нормального человека».
А потом он начал стареть… Годы превратились в десятилетия, на его лице появлялось всё больше морщин, а я всё так же оставалась восемнадцатилетней. Думаю, он догадывался, что я не особо честна с людьми из правительства, да и с ним тоже, особенно в вопросе служения, поэтому за день до того, как привел ко мне своего внука, герцог попросил не бросать его семью и в память о нашей любви продолжить служение на благо империи.
Не стала ему говорить, что демонам не знакомо данное чувство, но всё же согласилась. Да, я привязалась к нему и не захотела расстраивать, ведь даже став стариком, Шейн оставался всё таким же статным и привлекательным… А потом я познакомилась с его внуком Этьеном.
Внешне мальчишка оказался практически копией деда, так что я быстро им увлеклась, но так же быстро осознала свою ошибку. Ученый до мозга костей, он был тем ещё циником и не видел во мне женщину, так что очень быстро наше общение свелось к минимуму, а эксперименты возобновились.
Не самое приятное было времечко, но меня всё так же посылали на задания, и в целом жизнь была сносной.
Когда умер Шейн, я очень расстроилась и целый год ждала, что, может быть, он воскреснет, как и я, но уже молодым, однако чуда не произошло, и я окончательно разочаровалась в людях.
А многие годы спустя я познакомилась с Робертом, очередным герцогом Камберленом. О, Роб был замечательным! Светлым, начитанным… наивным! Мне даже удалось его соблазнить, но это стало для мужчины таким большим эмоциональным потрясением, что в следующий раз я увидела его лишь в день, когда он привел ко мне Жизель.
Ей было лет десять, как сейчас помню, но уже тогда я увидела её неприглядную суть. Ещё маленькая, но уже стерва. Она глядела на меня, как на вещь, которая по праву принадлежит её семье. Говорила со мной, как с отребьем. Не боялась. Не ценила.
К счастью, надолго знакомство не затянулось и за последние двадцать лет я видела её лишь трижды и в основном мельком, однако ничуть по этому поводу не сожалела.
Но сегодня, сейчас…
Девочка, ты начала мне мешать. Что бы такое с тобой сделать, чтобы никто не понял, что за этим стою я? Хм…
ГЛАВА 3
Не забывая пролистывать брошюрки с картинками и впитывать текстовую информацию из учебников, я продолжала размышлять о грядущей свадьбе главнокомандующего, которую требовалось расстроить, ну или как минимум отложить на неопределенный срок. Даррен оказался крепким орешком и не велся на простейшие провокации с моей стороны, хотя я видела, что нравлюсь ему внешне.
Но что-то его останавливало…
Что?
Неужели пресловутая человеческая верность? Ох, как неудобно!
Но ведь он не будет верен своей невесте, если она просто перестанет существовать, верно? Может даже останется жива, но её статус… изменится. Хм.
Да, лучше не убивать. Насколько мне известно, она единственный потомок Шейна, и если её не станет, то правительство забеспокоится новыми для меня оковами. На самом деле их в принципе никогда не было, но сила внушения и веры – такая интересная штука, что сейчас мне как раз-таки выгодно не убивать эту крашеную суку.
А жаль.
Итак, что остается? Подстава! Необходимо опорочить её честь и достоинство, чтобы эти двое разорвали помолвку, и Гранд снова стал свободен. Свободен для меня!
Интересно, какой аргумент станет решающим? Измена Родине или измена жениху?
А может одновременно? Ну, чтоб наверняка.
Хотя надо ещё понять, на чем вообще зиждется их будущий союз.
Нда, работы предстоит немало… Но я справлюсь.
Я всегда справляюсь.
А это что за справочник такой нелепый? «Этикет для леди из высшего общества». Главнокомандующий не ошибся? Вообще-то я не леди. Зачем мне это знать? Но раз положили, то гляну одним глазком. Вдруг и впрямь важно?
Как это обычно бывает, день затянул его в водоворот неотложных дел, которые ни отложить, ни вырваться, но даже за званым ужином, который любезно организовала невеста, главнокомандующий не забывал о своей новой подчиненной.
Журналисты не приукрашивали, назвав его Бессердечным, ведь он и впрямь отличался тяжелым характером и суровыми (но эффективными!) решениями, однако это ни в коем случае не значило, что Даррен Гранд был недальновидным глупцом.
Чем конкретно сейчас занимается Асонара? Не в руинах ли ещё департамент? Не доведена ли до нервного срыва капрал Томпсон? Жив ли капитан Варнелл?
И почему, тьма подери, он не додумался заранее установить в своём кабинете камеры? Сейчас бы просто подключился к ним удаленно и увидел всё собственными глазами!
Но нет… Вместо этого он сидит за роскошно сервированным столом, поддерживает непринужденный разговор с будущим тестем, изредка улыбается невесте, чтобы ничего не заподозрила… И думает о том, догадалась ли капрал Томпсон без предварительного инструктажа предложить его адъютанту поужинать.
Что-то ему подсказывает, что нет…
Дерьмо! Как бы эта задержка не вышла ему в самое ближайшее время боком!
Придётся импровизировать… Как же он этого не любит!
– Я задержался, извини.
Я совершенно не следила за временем, стараясь изучить как можно больше материала, чтобы стать для Гранда незаменимой, поэтому появление главнокомандующего восприняла как само собой разумеющееся. Задержался? Пф, бывает. Не на годы же, а всего на… хм, девять часов?
– Уверена, это были важные и неотложные дела. – На моём лице появилась улыбка по форме номер три, которую рекомендовал справочник поведенческих нормативов для секретарей. – Я как раз почти закончила, осталась лишь пара книг.
Отметила, каким напряженным взглядом смотрит на меня шеф, краем глаза замечая, как за его спиной трое мужчин в униформе обслуживающего персонала торопливо пакуют мою одежду и уносят в неизвестном направлении, и немного застопорилась, экстренно вспоминая, не забыла ли чего и правильно ли себя веду. Тут же мысленно шикнула на свою недогадливость и поторопилась исправиться, сменив всего лишь улыбку на заинтересованное выражение лица номер четыре.
– Как прошел день?
– Продуктивно, – спустя несколько секунд произнёс приблизившийся ко мне вплотную Даррен, но почему-то лишь сильнее нахмурился. – Ты хоть раз поела за этот день? Или так и просидела здесь всё это время?
– Я изучала рекомендованный материал, – кивнула осторожно, не понимая причины его раздражения. Кажется, всё-таки что-то не учла, потому что его глаза отчетливо блеснули гневом.
– Для кого в контракте прописано четыре получасовых перерыва в сутки в течение рабочего дня? – ласково-ласково, аж мурашки по спине пробежали, поинтересовался главнокомандующий, одновременно с этим препарируя меня негодующим взглядом. – Почему ты не воспользовалась ни одним из них и даже не заказала себе в кабинет новую порцию какао, не говоря уже о полноценном обеде? И не лги мне, я знаю, что ты даже не пробовала, капрал Томпсон об этом отчиталась.
Его претензия показалась мне настолько странной и неуместной, что я сначала откровенно опешила, а затем с трудом подобрала хоть какие-то слова.
– Да я как бы… не голодна.
И тут пространство кабинета потревожил крайне странный звук. Насторожилась, прислушалась… Звук повторился снова.
– Это так ты не голодна? – Тон Гранда оставался всё таким же ласковым, а глаза уже метали молнии. – Я тебя сейчас, наверное, удивлю, но эти звуки издает твой собственный желудок. Он голоден. Ты с ним вообще контактируешь хоть изредка?
Это было… унизительно. Пытаясь разобраться в собственных крайне смешанных чувствах и при этом не наломать дров, ведь мы были всё ещё не наедине, в конце концов потупилась и смиренно покаялась:
– Простите, главнокомандующий Гранд. Зачиталась. Это отняло чуть больше энергии, чем я привыкла. Как мне это исправить?
И указала на свой живот, чтобы понял, что конкретно я имею в виду. Вообще-то я могла бы и энергетическим вампиризмом заняться, но это было слишком очевидно и не факт, что одобрено. Тем более я уже успела выстрелить щупами в самые разные стороны и с удивлением констатировала, что здание практически опустело и толковых доноров, как таковых, не осталось, а рабочие и без того были излишне напряжены и мой к ним интерес был бы мгновенно отслежен.
– Тебе точно больше двухсот? – протяжно выдохнул главнокомандующий, прикрывая глаза и потирая переносицу двумя пальцами. – Почему у меня периодически складывается ощущение, что тебе и десяти годиков нет?
– Шизофрения, – улыбнулась ему с сочувствием, не став поправлять, что мне вообще-то уже триста. – А ещё маниакально-депрессивный психоз, раздвоение личности, постравматическое стрессовое расстройство, социофобия и сопутствующий им невротический дисбаланс личности. Может и ещё что-то, дальше мне не дали почитать.
– Чушь, – презрительно цыкнул Гранд, чем очень сильно меня удивил, и резко взмахнул рукой, требуя подняться. – Ты абсолютно здорова, я в этом отлично разбираюсь, так что даже не пытайся прикрываться всеми этими диагнозами, не поверю. Бери, что не дочитала, и идём, поужинаем. Какую кухню предпочитаешь?
– Чипсы, газировку… – напомнила о своих словах, впрочем особо не надеясь, что мне повезет.
И не ошиблась.
– Я спросил про еду, – жестко отрезал главнокомандующий, слегка приподняв бровь, когда я взяла со стола лишь две не самые пухлые книжицы. – Я знаю, что ты без капризов питалась тем, что давали в тюрьме, и это были самые обычные продукты. Поэтому спрашиваю в последний раз…
– Я люблю стейки средней прожарки, сырые овощи и фрукты, – буркнула, отводя взгляд в сторону, потому что ещё от прошлого фиаско не отошла, а тут уже новое нагрянуло.
Кто бы мог подумать, что это так неприятно! А он хорошо подготовился… Надо быть осторожнее.
– Десерты? – невозмутимо уточнил Гранд.
– Фисташковое мороженое с клубничным сиропом, – вздохнула, окончательно сдавая позиции и послушно идя следом за шефом на выход.
– Неужели это настолько личное, чтобы так страдать? – Новый вопрос, заданный участливым тоном, привел меня в очередное замешательство, и я застопорилась в дверях, вскинув на спутника растерянный взгляд.
Гранд глядел на меня… с теплом и терпеливым ожиданием, поэтому я не удержалась и поспешила коснуться его руки, чтобы проверить, он ли это вообще. Но нет… Рядом со мной стоял всё тот же главнокомандующий Даррен Гранд, прозванный журналистами Бессердечным за жесткость решений, неизменно приводящих к победе по всем фронтам.
Хм… Тогда совсем ничего не понимаю! Чего это он?
– Асонара? – напомнил о себе блондин и я торопливо заморгала, вспоминая вопрос.
– М-м, нет. Просто… – пожала плечами. – В общем, просто.
– Не хочешь говорить, – сделал собственные (и до ужаса верные!) выводы главнокомандующий, но настаивать не стал, пропуская меня в коридор первой. – Ладно, идем. Как насчет бокальчика вишневого эля? Или обойдемся клубничным какао?
– Адъютант не имеет права распивать алкоголь в рабочее время! – возмутилась его попытке скомпрометировать меня в первый же рабочий день.
– Между прочим, твоё рабочее время закончилось сорок семь минут назад, – справедливо заметил Гранд, я же бросила пытливый взгляд на его наручный коммуникатор, потому что не знала точно, который сейчас вообще час в данной местности.
Удивительно, но мужчина это заметил и тут же сам себе кивнул.
– Всеми необходимыми гаджетами ты будешь обеспечена уже завтра, потерпи. Так на чем мы закончили? Ах, да. Пить будешь?
– Если позволите, – проявила максимум тактичности, начиная подозревать, что идущий рядом со мной мужчина ведет какую-то собственную игру, в которой мне отведено крайне странное место.
Ведь зачем-то же он взял меня к себе на работу адъютантом, хотя уверена, на это место тысячи желающих, которые гораздо умнее, способнее и просто надежнее меня.
Но он выбрал меня.
Зачем?
– Почему нет? – загадочно усмехнулся Гранд. – Более того, охотно составлю тебе компанию. Вишневый эль, да?
– Да.
– Заказ принят, – мне лихо подмигнули, грозя с минуты на минуту повредить в целом достаточно стойкую демоническую психику несвойственным поведением, галантно пропустили в лифт, но вместо первого этажа мы отправились на последний.
Сто пятидесятый.
А почему?
Изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимо и в соответствии с занимаемой должностью, пускай и закончилось моё рабочее время (но я всё ещё в форме и рядом с Дарреном, а это главное!), я не задала ни единого вопроса. Ни пока мы поднимались на лифте. Ни когда вышли на крышу, где нас ждал личный мотофлай главнокомандующего на два посадочных места. Ни тем более в пути, потому что скорость мы с ходу развили запредельную и наши лица закрывали мотошлемы.
Кстати, не знаю, как у Гранда, а у меня на такой высоте серьезно продрогли ноги и даже капрон не спас. Про юбку вообще говорить нечего – во время поездки она задралась до талии, так что, спешившись, я первым делом уделила внимание своему внешнему виду, чтобы даже непреднамеренно не опозорить шефа.
Место, куда мы прибыли, не отличалось чем-то особенным, хотя я сразу постаралась понять, почему именно этот бар, а не тысячи других. И почему вообще бар?
Не кафе, не ресторан, не личный дом, наконец. Почему бар, да ещё такой… странный?
На улице уже давно стемнело, поэтому город сиял и переливался неоном, а вывеска бара «Датый ондатр» игриво подмигивала разноцветными буквами, вселяя странную тревогу. Особенно встревожил меня подозрительный мохнатый зверь, изображенный рядом с названием, больше всего похожий на толстую крысу-мутанта с планеты Эйзен. Одно время я делила с ними подворотню и не скажу, что соседство было приятным: наглые, шустрые, дико сообразительные, пакостливые и совершенно невкусные твари.
А внутри… оказалось куда приятнее, чем я успела заподозрить. Низкий потолок, приглушенный свет, ламповая обстановка под старину какой-нибудь периферийной планетки – на меня мгновенно накатила ностальгия и я даже не сопротивлялась, когда Гранд прошел прямиком к бару, взяв меня под локоток.
Увы, там меня ждало новое откровение.
– Даррен, а ты в курсе, что бармен – демон? – торопливо зашептала на ухо своему спутнику, стоило мне только пересечься взглядами с крупным мужчиной за стойкой.
– Надеюсь, ты не расистка? – беспечно отозвался мой спутник и приветливо махнул рукой бугаю. – Клаус, приветствую. Как денек, как настроение?
– Вашими заботами, господин Гранд, – доброжелательно пробасил бармен, уделяя мне внимание поскольку постольку, словно моя личность интересовала его в разы меньше, чем бокал, который он усердно полировал тряпочкой. – Вам как обычно? Чего пожелает леди?
– Меня зовут Асонара Эмори Хельм, – представилась сама, когда поняла, что Даррен не спешит это делать, а бармен ждёт ответа именно от меня. – И я не леди, а адъютант главнокомандующего.
Последнее прозвучало с вызовом, но произвело совсем не тот эффект, на который я рассчитывала – демон добродушно ухмыльнулся.
– Так вы к нам праздновать? Что ж сразу-то не сказали? Эй, Холли! Тащи свой тощий зад сюда! Глянь, кто тут к нам заглянул! Сама леди-адъютант!
Последнее высказывание показалось мне откровенной издевкой, но я не успела ни оскалиться на наглеца, ни даже хлестануть его энергетическим щупом, когда из подсобки справа вынырнула… она.
– Но… – Я изумленно подалась назад и если бы не рука Гранда, уверенно удержавшая меня на месте за талию, то вполне возможно могла бы и оступиться. Вместо этого я повернула голову к спутнику и беспомощно пролепетала: – Как?
– В отличие от тебя, моя кровожадная мышка, большинство демонов ассимилировались среди людей ещё полторы сотни лет назад, – понимающе-мягким тоном просветил меня главнокомандующий, подталкивая вперед и предлагая сесть на высокий барный стул. – Их немного, о них мало кому известно, но подавляющее большинство ведет добропорядочный образ жизни и ничем не отличается от людей. Поэтому мне даже интересно, как ты их так быстро раскусила.
– Но… это же… очевидно… – пробормотала кое-как, пытаясь уложить в голове бесспорно фамильярное обращение «моя мышка». Нет, его точно за эти девять часов подменили! Но как?! Кто? Зачем??! И почему я это не чувствую?!
– Не для меня, – качнул головой Даррен, садясь рядом и приветливо кивая очень стройной, но при этом грудастой женщине с нереально рыжими волосами и смазливой мордашкой, которую Клаус назвал Холли. – И не для них. Так что?
– М-м… – пригляделась к демонам исподлобья, но гораздо внимательнее, отметила их искреннюю заинтересованность и ни капли страха, после чего цинично усмехнулась собственным мыслям. А ведь они ещё ни разу не умирали! Вот это новость! – Я расскажу тебе всё… но наедине.
Повернула голову к Гранду, подалась вперед и доверительно сообщила:
– Это конфиденциальная информация государственного значения.
– Даже так? – Несмотря на вопрос, главнокомандующий не выглядел удивленным, зато лица обоих демонов выразили откровенную досаду. – Что ж, как скажешь. Клаус, угловой столик свободен? Мы займем его. Мне виски, моему адъютанту вишневый эль, а на закуску пару стейков средней прожарки и что-нибудь овощное. Асонара, идём.
Не знаю, планировал ли Гранд изначально занимать именно столик и именно в этом углу, но местечко оказалось очень удачно расположено: на небольшом возвышении, которое было огорожено низким деревянным заборчиком с мощными перилами. Их в свою очередь украшали вазоны с незнакомыми мне растениями с широкими листьями, так что когда мы сели, то практически целиком спрятались от окружающих в этом подобии оазиса.
– У демонов очень острый слух, – заметила вроде как невзначай, когда утолила своё любопытство, закончив изучать ближайшую стену с постером – на нём был изображен старинный звездолет на фоне незнакомой галактики.
– Не острее «глушилки», – хитро прищурился Даррен, кладя на стол небольшое устройство в виде простенькой коробочки, сочетающее в себе магию и высокие технологии. Я как раз прочла о таких штуках весьма любопытную книжицу часа так четыре назад.
Активированная глушилка способна как подавлять, так и искажать шумы в радиусе своего действия, так что никто не сможет подслушать нашу беседу даже с помощью спецприборов. В зависимости от настроек, все любопытные будут слышать либо тишину, либо легкомысленную беседу о погоде-природе-моде, причем именно нашими голосами. Интересно, на что настроена эта? И можно ли в таком случае считать, что мы наконец остались наедине?
Ох, как волнительно!
Чувствуя внутри определенный трепет и предвкушение, тем не менее я дождалась, когда нам принесут выпивку (это сделала Холли, со знанием дела скривив губы при виде «глушилки»), продегустировала, одобрительно причмокнула и перевела полный любопытства взгляд на главнокомандующего.
– Даррен, а мы пришли сюда поужинать или всё-таки поговорить о личном и конфиденциальном? Если второе, то я хочу диалога.
– О как? – Гранд едва заметно приподнял брови. В отличие от меня, заинтересованно навалившейся на столик, он откинулся на спинку кресла и всем своим видом выражал вальяжную расслабленность, неторопливо дегустируя свой виски. – И что же тебя во мне интересует… Ася?
Естественно, я обратила внимание на то, как он меня назвал! Не могла не обратить, особенно вкупе с тем, как иронично блеснули его глаза и дрогнули губы. Не в полноценной улыбке, скорее в её намеке, но…
А он умеет держать интригу!
Решено!
Хочу от него как минимум дочь!
– Ты любишь Жизель? – начала я с самого главного и тут же оскорбленно насупилась, когда мужчина сочно расхохотался. – Что смешного я спросила?
– Ты спросила «люблю ли я», – повторил он, когда отсмеялся. Дернул бровью, цинично ухмыльнулся, удивительным образом позволяя себе тьму самых разнообразных эмоций, которые совершенно не демонстрировал ранее, отпил… И покачал головой. – Естественно, нет. Ася, не глупи. Я не в том статусе, чтобы идти на поводу у чувств в данном вопросе. Не ты ли только утром восхищалась прозвищем, которое мне дали ушлые журналисты? Это политически важный ход, не более того. – Прищурился, снова отпил и вкрадчиво продолжил: – А теперь спроси меня: почему это важный ход?
– И почему этот ход так важен? – послушно повторила за ним, даже не пытаясь найти ответ самостоятельно. С него станется заявить что-нибудь совершенно немыслимое! А я как-то устала выглядеть сегодня глупо.
– Потому что он позволил мне добраться до тебя, моя кровожадная мышка, – многозначительно блеснул глазами главнокомандующий и снова спрятал улыбку в своем бокале.
Так. Ладно. Беру свои слова обратно.
Настолько глупо я чувствую себя впервые.
– Зачем? – уточнила тихо спустя лишь секунд десять, когда отмела прочь не меньше дюжины вариантов. При этом последние пять выглядели абсолютно нелепо.
– Иначе до тебя было не добраться, – небрежно пожал плечами самый непредсказуемый мужчина во вселенной. – И вот мы, наконец, дошли до сути. Ты наверняка не раз за этот день задавалась вопросом, зачем я предложил тебе должность своего адъютанта. – Взглянул на меня поверх бокала и с нажимом уточнил: – Задавалась ведь?
– Задавалась, – подтвердила без заминки.
– И каковы варианты? Давай, не стесняйся. Мне правда интересно услышать.
– Вариантов тьма, – настал мой черед пожимать плечами и загадочно улыбаться, потому что четкого ответа у меня не было, – но ни один не выдерживает критики. Как девушка я наивно верю, что сразила тебя своей красотой и обаянием, как демон цинично считаю, что всё дело в моих кровожадных наклонностях. Но что из этого ближе к правде? Знаешь лишь ты.
– Как всегда истина где-то посередине, – не стал спорить Гранд, при этом салютуя мне бокалом. – Мне нужна и ты, и твои способности. Ты ведь уже поняла, что я привел тебя именно сюда неспроста? Демоны действительно живут среди людей. Много демонов. Самые разные. Человекоподобные и не очень, одаренные и без искры магии, порядочные и не совсем. И поиск последних меня как раз-таки и интересует.