– Сначала я тебя, – миролюбиво отозвалась я.
В самом деле! Не ругать же ребёнка за то, что он хотел помочь? Да, результат эффектный… мягко говоря. Но малышка не виновата в том, что её магия так сильна.
И тут я призадумалась. А на что способна эта маленькая девочка? Может ли она, допустим, перенести по воздуху тяжелое бревно? Или хотя бы разделить его на доски? О том, чтобы взять материалы для крыши из книг, я и не думала! При первом же дожде защита растает.
Я проводила старой деревянной расчёской по золотистым кудрям Аниты, стараясь делать это той частью, где осталось больше зубцов. Аккуратно распутывала колтуны и убирала застрявшие в прядях соломки.
– Ты спишь на сеновале? – отбрасывая очередную сухую травинку, поинтересовалась я.
– Иногда, – резко кивнула она, и я быстро отпустила волосы девочки, чтобы ей не было больно. – Там мягко и приятно пахнет.
– Хм, – неопределённо отозвалась я, радуясь, что малышка не подвергает себя опасности, ночуя в комнате с покосившимся потолком. – А здесь есть неподалёку деревня? Или город? Где можно приобрести продукты или нанять ремонтника?
Она посмотрела на меня через зеркало и помотала головой. Лицо её приобрело грустное выражение, а глаза влажно замерцали, поэтому я быстро сменила тему.
– Хочешь, я заплету тебе косичку и уложу её как корону?
– Конечно! – радостно подпрыгнула она.
Мне опять стоило больших трудов не сделать ей больно. Вот же непоседливый ребёнок!
– Только нужна заколка… – Осеклась. Какая заколка в мире, где живут в замке и спят на сене? Поправилась: – Какая-нибудь ленточка!
Анита вскочила и подбежала к старому сундуку, где я обнаружила платье. Откинув крышку, достала большие ржавые ножницы и лоскут. Высунув от старательности кончик языка, она неторопливо нарезала кусок ткани на неровные короткие ленты и протянула мне.
– Нужно подлиннее, – покачала я головой.
Отложив ножницы, малышка размяла пальцы и, прежде чем я успела возразить, выпустила маленькую искорку.
Полыхнуло синим, и я зажмурилась. А когда открыла глаза, то увидела облачко из летающих нитей вокруг расстроенной девочки. Синий пух оседал на её золотистых волосах, делая малышку похожей на грустную Мальвину.
Я подошла и, опустившись на корточки, заглянула Аните в наполненные слезами глаза.
– Ничего страшного, Ниточка! – Смахнула тонкие волокна с её чуть вздёрнутого носика. – Можно сделать длинную ленточку и без магии.
– Но остались только небольшие лоскутки, – кивнув на сундук, насупилась Анита.
– Смотри, – подмигнула ей и, выбрав один из кусков, взялась за ножницы.
Они оказались тяжёлыми и тугими.
– Святые пингвинята! – в недоумении ахнула я. – Как ты смогла ими что-то разрезать? Сплошная ржавчина!
Огляделась и, отложив ткань, подхватила с пола кусок камня. Осторожно поскребла им по металлу. На колени мне посыпалась коричневая пыль. Анита поморщилась и, закрыв уши ладонями, воскликнула:
– Какой противный звук!
– Извини, – отбросила я камень. – Да и бесполезно. Таким камнем ножницы не заточишь. Нужен специальный. Или наждачная бумага. Да хотя бы игла!
– Есть! – подскочила малышка и кинулась к сундуку. Покопавшись в нём, гордо продемонстрировала мне толстую иголку длиной с палец. – Вот!
– Отлично. – Я осторожно, чтобы не поранить ребёнка, забрала её и, с усилием разведя кольца ножниц, вложила между лезвиями иглу. – Старый бабулин способ. Если как бы «порезать» иголку, то ножницы будут острее.
С каждым движением металл становился светлее, появлялся блеск, да и поддавались ножницы всё легче. Через пару минут я взяла ещё один лоскут и воткнула в него иглу, чтобы не потерялась. Отложив его, подхватила первый и начала аккуратно отрезать ленточку шириной в пару сантиметров.
– Если не разрезать до конца, – показывала крошке, – а перевернуть и начать делать то же самое с другой стороны, то…
Сделав ещё несколько надрезов, я отодвинула инструмент и растянула получившуюся ленту за концы.
– Вот в этих местах, где мы оставили, – показала Аните, – будет немного перекручиваться. Но для наших целей сойдёт. Садись, я тебя заплету!
– Вот это да! – восхищённо отозвалась Анита. Схватив ленту, она уселась на старый стул и внимательно рассмотрела её. – И даже без магии!
– Не всегда нужно волшебство. – Смеясь, я ещё раз провела расчёской по волосам крошки, зачёсывая её роскошную шевелюру на правую сторону. Выделив три тонкие пряди на левой, начала плести аккуратную косичку. – Иногда достаточно смекалки или знаний. В моём мире, собственно, в основном только ими и обходились. А если что-то казалось фантастическим, было либо фокусом, либо обманом.
Подхватывая в косичку прядки только со стороны макушки, я неторопливо и аккуратно выплетала вокруг головы девочки золотистую корону.
– Красиво получается, – глядя на себя в зеркало, прошептала Анита.
– Мама меня так заплетала, – с улыбкой поделилась я. – А её – бабуля…
– А теперь ты меня.
Девочка посмотрела на меня такими лучистыми глазами, что я не выдержала и обняла её.
– А что вы тут делаете?
В комнату важно вошёл кот. По-хозяйски осмотрелся и, заметив ленточку, вдруг бросился на неё. Схватив зубами, метнулся к выходу, волоча разрезанную ткань по грязному полу.
– Это моё! – закричала Анита. – Мне мамочка подарила!
Пустившись в погоню за воришкой, она подняла руку, и с её тоненьких пальчиков сорвались две искры разных цветов. Фиолетовая врезалась в стену, отколов кусок камня, а розовая влетела в проём двери. Со стороны коридора послышался жуткий грохот и дикий кошачий вопль.
– Кажется, я знаю, как замок пришёл в такое состояние, – коснувшись выбоины на стене, ошеломлённо проговорила я. И вздохнула: – Надо спасать кота!
Глава 8. Призрачная поддержка
В коридоре меня ждало потешное зрелище. Вальдемар, помахивая длинным пушистым хвостом и вцепившись всеми четырьмя лапами в стену метрах в двух от пола, громко урчал и упрямо удерживал в зубах злополучную ленточку. Внизу до неё пыталась дотянуться Анита. Девочка подпрыгивала, стараясь схватить за закрутившийся конец, и кричала:
– Вальдемар, отдай! Или запру в подвале, будешь мышей ловить!
Кот косил на девочку диким взглядом, будто в упомянутом подвале водились мыши величиной с крокодила, но держался изо всех сил. К чести малышки, больше магию она не применяла, а то от кота давно бы остался лишь рыжий пух.
И первый её выстрел, как я догадалась по выбоине в стене, был лишь запугивающим – чтобы попасть в кота, девочке нужно было выпускать искры ближе к полу. Скорее всего, Вальдемар заорал от страха… Но розовый искрящий шарик всё равно нашёл свою цель, пусть и случайную.
Напротив меня неподвижно стоял граф Офигейро. Не знаю, каким чудом, не имея головы, он выражал эмоции, но от рыцаря так и исходили волны обиды. Казалось, железная жестянка вот-вот расплачется. А всё потому, что грозное оружие, которое он держал в руках, стало розовым и сверкало так, будто его обклеили камешками от Сваровски.
– Получилось… очень миленько, – поддавшись сочувствию, сказала я. – Вам идёт.