Они оседлали своих жеребцов и выехали за ворота, где их ожидали семь римских воинов. Окинув их взглядом, Ирис оглянулась на Дария все с тем же вопросом в глазах, типа: «А эти, что здесь делают?» – но он лишь снова приложил палец к губам, а вслух сказал:
– В последнее время я предпочитаю брать с собой охрану. Времена, знаешь, неспокойные.
Он дернул вожжи и поехал вперед, а Эмиль нарочито притормозил. Ирис поняла, что Дарий специально хочет отъехать на некоторое расстояние, чтобы свободно поговорить и, пришпорила Тантума.
Поравнявшись с ним, она спросила, стараясь всячески сдерживать свои эмоции:
– Я надеюсь, ты меня к Сахиру везешь, или как?
– Все в свое время, И?рис. Все в свое время, – спокойно ответил Дарий.
– Ты не ответил на мой вопрос, – чуть вспыхнула она.
– Почему же, я ответил.
– Но ты не сказал, ни да, ни нет.
– Хорошо, я отвечу; нет, я везу тебя не к Сахиру, а на прогулку. Прежде чем я отвезу тебя к нему, мне хочется с тобой кое-о-чем поговорить.
Она какое-то время ехала молча, борясь с желанием надуться на него как маленькая девочка. Затем, понимая, что Дарий, скорее всего, лучше знает, что делает, сказала:
– Ладно. У меня к тебе тогда другой вопрос. Ты уже ознакомился с теми свитками, которыми я тебе передала в отношении Астэр?
Это было неожиданно. Дарий только сейчас вспомнил, что И?рис, в день, когда она передала ему деньги для выкупа Атэса, вместе с этими деньгами вручила ему большую плоскую корзину со множеством свитков и сказала, чтобы он надежно ее спрятал и обязательно нашел время, чтобы их посмотреть и решить, что с ними делать. А он, поскольку был занят всем тем, что нужно было сделать для Атэса, оставил корзину у себя дома в трапезной и совершенно про нее забыл.
Посмотрев на нее беспомощными глазами, он понял, что врать смысла нет.
– Ирис, дорогая, прости! – Он положил руку на сердце. – Я совершенно забыл про то, что ты меня об этом просила.
– Вот так, значит! Он, видите ли, забыл! – Сказала она, высоко подняв голову и расправив плечи, явно давая понять, что крайне возмущена. – Значит, к Сахиру он меня не везет! Корзину, видите ли, забыл! И ведь сейчас скажет, что был все это время занят каким-нибудь важным делом!
– Да. Скажу.
– Хм… И каким же, если не секрет, позвольте спросить?
– Сахиром.
– Сахиром?! Тогда, почему я до сих пор не имела возможности увидеться с моим Сахиром? Всему свое время, да? Конечно! Сейчас ты снова это повторишь. А ведь, эти свидетельства мой отец собирал в течение многих-многих лет. И там есть множество неопровержимых свидетельств преступной деятельности царицы против римского народа.
– Ирис, ты говоришь слишком громко, – постарался он ее урезонить.
– Хорошо-хорошо, – она снизила тон. – Но ты должен понять, что, если мы обнародуем эти свидетельства, Сахиру, возможно, даже не придется скрываться, а ты на них даже не взглянул. Ну, и как это называется?
– Ты сказала… свидетельства? – переспросил он, пытаясь вспомнить, а говорила ли она ему что-то подобное, когда вручала корзину.
– Да, свидетельства. Я же сказала тебе, что это очень важно, и это нужно срочно посмотреть.
– То есть, ты хочешь сказать, что Мелькарт собрал реальные свидетельства преступлений Астэр против римлян?
– Да-да, именно это я и хочу сказать, Дарий. Я не шутила, когда просила тебя посмотреть эти свитки. Там множество разграбленных деревень, поголовно вырезанные поселки. Это сотни, десятки сотен людей. Там и старики, и дети, и просто мирные жители. Она старалась действовать так, чтобы свидетелей не оставалось, а потом присваивала себе их имущество. Но все равно кто-то остался, и эти свитки – это свидетельства оставшихся в живых.
– Так, что же ты сразу не сказала?
– Ты же помнишь, в каких условиях я тебе их передавала. Я не могла сказать больше.
– Ладно. Я понял. Теперь обязательно посмотрю.
– Ну, и о чем таком важном ты хотел со мной поговорить?
– В целом, как я думаю, нам нужно хорошо продумать, как вы можете встречаться так, чтобы вас не замечали. Теперь, хотя ты и имеешь, в общем-то, свободное перемещение, это не значит, что Астэр оставит свои попытки в отношении тебя и своего сыночка. Я думаю, что она все равно продолжит за тобой следить, и может случайно узнать правду. А нам, во всяком случае, пока, никак нельзя допустить, чтобы она узнала, что Сахир на свободе.
– Честно говоря, меня сейчас меньше всего волнует Астэр и ее выкормыш.
– Мне кажется, что царь не был бы доволен, если бы услышал, как ты отзываешься о его сыне. – Сказал Дарий, а мысленно добавил: «И брате твоего Сахира».
– Ладно-ладно. Не буду. Ну, и что ты предлагаешь? Это из-за этой твоей излишней осторожности я до сих пор не имела возможности увидеться со своим законным женихом?
– Сегодня всего второй день, как он на свободе, а ты уже называешь мою осторожность излишней? – вспылил Дарий. – Я уже начинаю думать, что тебя нужно немного наказать этак на недельку, чтобы ты немного поубавила свой гонор. Я конечно понимаю, что ты теперь свободна и сказочно богата, но мне совершенно не нравится, какой тон ты позволяешь себе в разговоре со мной. Создается впечатление, что я для тебя делаю что-то плохое, а не хорошее.
Дарий сказал это, как ему показалось, тоже излишне громко, и с опаской оглянулся на своих воинов, и на Атэса, надеясь, что тот не услышал его, и что расстояние до них достаточно большое.
Ирис поняла, что зашла слишком далеко, и со вздохом сказала:
– Ладно. Прости, пожалуйста, Дарий. Это просто эмоции. Я, видимо, так много переживала в последние дни, что теперь сама не своя.
– Понимаю.
Какое-то время они ехали молча, осмысливая сказанное. Она боролась со своими чувствами, а он думал, есть ли за ними слежка. Они не видели, что на некотором расстоянии едет всадник и наблюдает за ними издалека. Однако воины Дария его заметили и тоже внимательно наблюдали за его действиями.
Через какое-то время они подъехали к лесу.
– Мы, что… в лес? – спросила она.
– Да, в лес. В тот самый твой любимый лес.
– Ну, уж не знаю, насколько он любимый. С одной стороны, я здесь встретилась с Сахиром, а с другой, меня здесь чуть не убили.
Дарий обернулся к своим и крикнул:
– Эмиль!
Его верный управляющий и с ним три воина тут же пришпорили лошадей и проехали метров на пятьдесят вперед, а остальные остались позади.
– Зачем это они? – спросила Ирис.
– На всякий случай. Я хочу быть уверенным, что, пока мы на прогулке, никакие разбойники нам не помешают.
– М-м, понятно. Все так серьезно! Я думала, мы всего лишь пошли погулять.