– Да, но только одного хорошо. Стражника – вон того, высокого и седого.
– Не нравятся мне эти люди, – заявила баргастка, поудобнее берясь за рукоятку меча.
– Держись от них подальше, – посоветовал ей Ворчун. – И братьев тоже предупреди, если не хочешь, чтобы с вас шкуру спустили. Я говорю про тех двоих, в плащах. Этого… с бородкой клинышком… зовут Бошелен. А второго – Корбал Брош.
Кафал и Неток вернулись к сестре. Старший брат был мрачнее тучи.
– Его забрали вчера, – сказал он. – Охранные чары снимали. Медленно. Еще до того, как курган вздыбили.
Ворчун, продолжавший пока стоять на опрокинутой повозке, щурился от солнца, разглядывая приближающуюся четверку. Бьюк и Эмансипор Риз едва волочили ноги. А вот у обоих магов вид был такой, как будто они возвращались с прогулки. Тем не менее оба были вооружены: держали в руках боевые цельнометаллические арбалеты, взведенные и заряженные. В квадратных колчанах у пояса оставалось лишь по нескольку стрел.
Ворчун слез с повозки и пошел им навстречу.
– Рад нашей новой встрече, командир, – слегка улыбнувшись, произнес Бошелен. – Ваше счастье, что мы ехали впереди и приняли удар на себя. Вообще же после Сольтана наше путешествие стало слишком беспокойным.
– Я так и подумал, господин Бошелен, – ответил Ворчун, всматриваясь в Бьюка.
Тот заметно постарел, как будто со времени их последней встречи прошло лет десять, не меньше, и упорно отводил взгляд.
– Как вижу, свита твоего хозяина успела пополниться, – заметил Бошелен. – Баргасты, да? Самое удивительное, что представителей этой расы можно встретить также и на других континентах. И везде они называют себя одинаково и следуют идентичным обычаям. Интересно, какие пласты их истории погребены в глубине веков и что нынешние невежественные баргасты сумели унаследовать от своих предков?
– Когда говорят «погребены в глубине веков», то обычно употребляют это выражение в переносном смысле. А вы, похоже, истолковали его буквально, – заметил Ворчун.
Бошелен в ответ игриво пожал плечами:
– Увы, меня одолело любопытство. Мы не могли пройти мимо, упустить подвернувшийся шанс. Не в наших правилах игнорировать возможности. Но нас ожидало разочарование. Дух, которого мы выпустили наружу, принадлежал достаточно опытному и сильному шаману. Однако он не поведал нам ничего нового. Баргасты – древняя раса, и когда-то их было значительно больше. Кстати, они умели не только перемещаться по суше, но и владели искусством мореплавания. – Серые глаза Бошелена вперились в Хетану. Тонкие брови его слегка изогнулись. – И причина деградации вовсе не в том, что жестокие условия жизни отбросили баргастов назад, с высот цивилизации к дикости. Просто… вечный застой. Их система верований, основанная на поклонении предкам, – худший враг любого прогресса. Во всяком случае, так я могу заключить, изучая доступные мне свидетельства.
Хетана тихо зарычала.
– Что вы сделали с духом нашего сородича? – срывающимся от ярости голосом спросил Кафал.
– Почти ничего, воин. Он сам разорвал внутренние путы, но угодил в одну из шаманских ловушек. Думаю, ты понимаешь, о чем я говорю: ваши заклинатели костей сооружают какие-то безделушки из прутиков, лоскутков и бечевы. Они верят, что помогают духам, предлагая тем жалкие куклы, похожие на тела. Ну и понятия у вас о сострадании! В лучшем случае это заблуждение.
– Настоящая плоть – вот достойное вместилище, – тихим писклявым голосом добавил Корбал Брош.
Бошелен улыбнулся:
– Мой спутник искусен в подобных… делах, но меня они почти не занимают.
– Что здесь произошло? – осведомился Ворчун.
– Ясно что, – огрызнулась Хетана. – Сперва эти наглецы влезли в темный круг. Потом на них напал демон. Мы с братьями как раз на такого охотились. Они сумели убежать, а то бы демон их сцапал.
– Не совсем так, красавица, – снисходительно усмехнулся Бошелен. – Прежде всего, нас атаковал не демон. Уж можешь мне поверить: с демонами я знаком очень хорошо. Но нападение было внезапным и жестоким. В чем вы имеете возможность убедиться собственными глазами. А случилось это, когда мы возились с курганом. Если бы Бьюк вовремя не подал сигнал тревоги, боюсь, нас осталось бы вдвое меньше.
– Но кто же тогда на вас напал, если не демон? – поинтересовался Ворчун.
– Непростой вопрос, командир. Видимо, кто-то из бессмертных. Хотя правильнее называть подобные существа нежитью. Их повелитель находится далеко отсюда, а сами они обладают почти несокрушимым могуществом. Мы были вынуждены призвать на помощь целый сонм своих служителей. Они погнались за противником, однако безуспешно. Мало того, вскоре появились еще два немертвых охотника. Многие верные наши слуги погибли в бою с ними, однако нападавшие в конце концов отступили. Но я подозреваю, что это лишь временная передышка. Они обязательно предпримут новую атаку, и, если их окажется больше, всех нас ждут тяжкие испытания.
– Я должен переговорить с хозяином, – сказал Ворчун.
Бошелен чуть склонил голову набок:
– Обязательно переговори. А мы пока пойдем и посмотрим, что осталось от нашей бедной повозки.
Ворчун взял Хетану за руку и повел туда, где возле фургона Керулия их ждали Харло и Каменная. Братья баргастки побрели следом.
– Они поработили дух нашего сородича, – прошипела Хетана, разъяренно сверкая глазами. – Я убью их! Всех поубиваю!
– И сама погибнешь, едва успев сделать шаг, – резко возразил Ворчун. – Хетана, это же чародеи. И не простые колдуны, а некроманты – гадатели на мертвечине. Корбал практикует искусство создания нежити, а Бошелен умеет вызывать демонов. Они – две стороны монеты, и на каждой нарисовано по черепу. Это Худом проклятые, злобные… и смертельно опасные маги. Понимаешь? Даже и в мыслях не держи напасть на них.
– Нам с ними ни в коем случае нельзя ссориться, друзья мои, – послышался из повозки голос Керулия. – Боюсь, нам скоро понадобится помощь этой жуткой парочки, ибо они повелевают внушительными силами.
Ворчун покосился на повозку. Ставни приоткрылись ровно настолько, чтобы образовалась тоненькая щель.
– Хозяин, так вы знаете, кто эти немертвые охотники?
Керулий ответил не сразу:
– У меня есть кое-какие догадки на сей счет. Сила этих охотников подобна паутине. Они опутывают ею громадные пространства. Кто бы и где бы ни задел эту паутину, им тут же становится обо всем известно. Мы не сумеем проскользнуть незамеченными.
– Так давайте повернем назад, пока еще есть время, – предложила Каменная.
– Увы, слишком поздно, – ответил Керулий. – Немертвые охотники – служители Паннионского Провидца. Они идут откуда-то с юга, откликнувшись на его призыв. Армия нежити уже совсем близко от Сольтана. Мне думается, ее воинов сейчас намного больше у нас за спиной, чем впереди.
«Утешительная новость, хозяин!» – язвительно подумал Ворчун.
А Керулий продолжил:
– Мы просто вынуждены заключить временный союз с этими некромантами. Так уж вышло, что нам по пути. Они ведь тоже направляются в Капастан.
– Похоже, что так, – согласился командир стражников.
– Если оставить в стороне некоторые их… изъяны, то в остальном они вполне трезвомыслящие люди.
– Мы вместе с ними не пойдем, – заявила Хетана.
– Вряд ли у нас есть выбор, – вздохнул Ворчун. – Это касается также тебя и твоих братьев. Вам что, не терпится напороться на кого-нибудь из нежити? И зачем? Чтобы вас разорвали на кусочки?
– Думаешь, мы явились сюда неподготовленными? Да ничего подобного. Мы провели обряд в каменном круге. Шаманы всех кланов плясали, передавая нам свою силу. Очень долго мы там простояли.
– Три дня и три ночи, – буркнул Кафал.
«Неудивительно, что она вчера так меня искусала и исцарапала!»
– Однако этого может оказаться недостаточно, – возразил Керулий, – если вы трое по-настоящему привлечете к себе внимание Паннионского Провидца. Командир, сколько дней пути до Капастана?
«Можно подумать, что ты сам не знаешь!»