«Братья, я иду с юга, где прежде стояли города. Они разрушены. Отголоски предсмертных криков до сих пор звучат по всему континенту. Может, нас обманывают? Наверное, это все – лишь иллюзия?»
К’рул обратился к тому, кто первым заговорил с ним:
«Драконус, я тоже слышу эти предсмертные крики. Сколько боли… они еще ужаснее, чем страдания Павшего бога. Наша сестра ошибается: никакая это не иллюзия, а жестокая действительность».
«Поскольку все мы ступили на эту землю, то чувствуем то же, что и ты, К’рул, – ответил ему Драконус. – Мне тоже трудно поверить в истинность увиденного. Сестра, ты уже близка к чертогам Верховного Короля?»
«Да, братья. Я призываю вас к себе, чтобы мы сообща предстали перед этим смертным. Отправляйтесь сюда».
Братья открыли порталы своих магических Путей.
Вскоре оба древних бога уже стояли рядом с сестрой на каменистом, обдуваемом ветрами холме. Воздух застилали клубы пепла. На груде обгорелых костей возвышался трон, который занимал самодовольно улыбающийся человек.
– Как видите, я подготовился к встрече с вами, – сказал он. – Я знал, что вы придете: ты, Драконус из рода Тиамы. И ты, К’рул, которого зовут Созидателем Троп. – Серые глаза Каллора остановились на женщине. – И тебя я тоже ждал. Ты сменила прежний облик. Ходишь среди смертных в обличье заурядной колдуньи. Это же крайне рискованно. Но, должно быть, тебе нравится играть в смертельно опасные игры. Ты не раз стояла на поле битвы и должна знать: одна шальная стрела…
Каллор не договорил, медленно покачав головой.
– Твое правление всегда строилось на страхе и крови. Мы пришли, дабы положить ему конец, – произнес К’рул.
Верховный Король удивленно вскинул брови:
– Вы намеревались отнять у меня все, чего я достиг тяжелым трудом? Пятьдесят лет… да, мои дорогие противники… пятьдесят лет я потратил на завоевание этого континента. Я покорил всех. Ну, может, Ардата еще сопротивляется. Она всегда запаздывала с уплатой мне дани. Впрочем, такая мелочь меня уже не занимает. Вы знаете, что она бросила меня? Жалкая сука. Думаете, вы первые, кто решил мне противостоять? Круг магов призвал чужеземного бога. Увы, их усилия, скажем так, провалились, что избавило меня от необходимости убивать этих глупцов собственными руками. А этот Павший бог… он еще не скоро оправится. Но и тогда… неужели вы всерьез думаете, что он станет кому-нибудь подчиняться? Я бы на его месте…
– Замолчи, Каллор! – рявкнул Драконус. – Я устал слушать твою болтовню.
– Как тебе будет угодно, – ответил Верховный Король, наклоняясь вперед. – Вы явились, дабы освободить моих рабов от тирании? Моей тирании. Вынужден вас разочаровать. Я так просто бразды правления не отдаю. Ни вам, ни кому-либо еще.
Каллор вновь откинулся на спинку трона и лениво махнул рукой:
– Вы собирались отнять у меня то, что я уже отнял у самого себя.
К’рул отказывался верить, хотя истина была очевидна:
– Что ты сказал? Повтори.
– Да ты, никак, ослеп? – вскричал Каллор, вцепившись в перекладины трона. – Все кончено. Моих подданных больше нет! Они исчезли! Они разбили свои цепи! Слышите? Что же вы замерли? Да, я их всех освободил. Оглянитесь вокруг. Они теперь свободны! Свободный пепел. Свободные кости. Полнейшая свобода!
– Давай называть вещи своими именами, – гневно бросила ему сестра древних богов. – Ты испепелил целый континент. Ты уничтожил Якуруку.
– Да, моя дорогая. Он уже не восстанет вновь. Ран, нанесенных мною, никто не исцелит. Понимаешь? Никто и никогда. И вся вина ложится на вас троих. Это вы избрали благородный путь, вымощенный костями и посыпанный пеплом. Так что же, интересно, вы теперь возмущаетесь?
– Мы не можем этого допустить…
– Глупая женщина! Это уже случилось!
К’рул мысленно обратился к своим спутникам: «Я знаю, что нужно сделать. Я сотворю место для всего этого… внутри себя».
«Еще один магический Путь? – с ужасом спросил Драконус. – Брат мой…»
«Не отговаривай меня. Это необходимо. Лучше помоги мне. Осуществить задуманное не так-то просто».
«Но, К’рул, это сломает тебя, – вмешалась сестра. – Надо придумать что-то другое».
«Ничего другого мы не придумаем. Нельзя оставлять континент в столь ужасающем состоянии… Нет, здешний мир еще слишком молод, чтобы нести на себе эти чудовищные шрамы…»
«А какой будет участь Каллора? – спросил Драконус. – Что мы сделаем с этой… тварью?»
«Мы оставим на нем свою отметину, – ответил К’рул. – Мы ведь знаем его самое сокровенное желание?»
«А какой будет его жизнь?»
«Долгой. Очень долгой».
«Мы согласны».
К’рул моргнул, устремив на Верховного Короля тяжелый взгляд своих темных глаз:
– За это преступление, Каллор Эйдеранн Тэс’тесула, ты понесешь заслуженное наказание. Ты станешь существовать вечно, но при этом жить жизнью смертного, который подвластен разрушительной силе времени, телесной боли от ран и мукам отчаяния. Твои мечты будут разрушаться в прах, твоя любовь – сохнуть, как опаленное огнем дерево. И все эти долгие годы, века, тысячелетия ты будешь страшиться призрака смерти.
– Каллор Эйдеранн Тэс’тесула, ты никогда не станешь Взошедшим, – произнес свой приговор Драконус.
– Каллор Эйдеранн Тэс’тесула, сколько бы ты ни пытался вознестись, ты всякий раз будешь падать, – сказала сестра К’рула и Драконуса. – Все твои достижения станут неизменно обращаться в прах. То зло, что ты сотворил здесь, будет возвращаться к тебе вновь и вновь.
– Три голоса прокляли тебя. Наше проклятие обрело силу, – подытожил К’рул.
Человек на троне затрясся. Его губы искривились в зловещей усмешке.
– Я расправлюсь с вами. С каждым из вас. Я клянусь в этом на костях семи миллионов своих жертв. Тебя, К’рул, позабудут, и имя твое исчезнет с лица земли. Все твои творения, Драконус, обратятся против тебя. А твое тело, женщина, растерзают на поле битвы, однако на этом твои мучения не закончатся. Таково мое проклятие тебе, Сестра Холодных Ночей. Я, Каллор Эйдеранн Тэс’тесула, проклинаю вас троих, и да обретет мое проклятие истинную силу!
Они ушли, оставив Каллора на его троне, стоявшем на груде костей. Трое древних богов объединили свои усилия, опутав незримыми цепями континент, где свершились чудовищные убийства, а затем втянули останки всех жертв внутрь специально сотворенного магического Пути. Сам континент Якуруку боги оставили пустым, чтобы время залечило его раны.
К’рул ощущал себя сокрушенным. Он знал, что никогда уже не будет прежним. Более того, он чувствовал: близится закат веры в него (проклятие Каллора все же возымело действие). Но, как ни странно, грядущее забвение тревожило К’рула меньше, чем он ранее себе представлял.
Все трое стояли возле портала созданного ими безжизненного мира и взирали на дело рук своих. Потом Драконус нарушил молчание:
– Со времен Всеохватной Тьмы я начал ковать меч.
К’рул и Сестра Холодных Ночей удивленно повернулись в его сторону, ибо ничего не знали про это.
– Моя работа продолжалась долго… очень долго. Сейчас меч почти готов. Магическая сила, вложенная в него, велика, но не безгранична, и однажды она иссякнет.
– Тогда тебе нужно исправить сей недостаток, – прошептал К’рул.
– Мне тоже так кажется. Но я хочу как следует все обдумать и взвесить.
Потом К’рул и Драконус вопросительно посмотрели на сестру.
– Я постараюсь защититься, – сказала она. – Я знаю: меня может погубить лишь предательство. Но от него не убережешься, иначе моя жизнь превратится в сплошной кошмар из вечных подозрений и недоверия. Я не намерена опускаться так низко. А пока я жива, продолжу играть в игры смертных людей.