– Да будет так, – согласился офицер. – Мы возьмем с вас дань продовольствием и… вашего защитника заберем с собой. Мне нужны такие бойцы. Как твое имя?
– Блес, господин, – учтиво ответил он.
– Вы двое, сопроводите нашего нового рекрута в лазарет, – обратился офицер к солдатам, которые были подле него.
Крэлану помогли сесть на лошадь, от этого усилия бок обожгло страшной болью, но он сдержался и не вскрикнул, только побледнел. Напоследок он отыскал в толпе Кэтрин и заставил себя улыбнуться ей.
– Спасибо, – произнесла женщина шепотом, но он не мог услышать ее.
В пути они были недолго, но с каждой минутой из него утекала жизнь. Хотя кровь почему-то остановилась, но каждый шаг лошади причинял ему сильнейшие страдания. От этой нескончаемой пытки сознание помутилось. Он не помнил, как его сняли с коня и понесли куда-то. На нем разрезали рубашку, все суетились и что-то кричали. Его заставили выпить сонный настой, и он снова провалился в темноту.
Очнувшись, Крэлан увидел белое полотно у себя над головой, в эти первые несколько секунд он ничего не помнил и не понимал, но затем вернулось осознание действительности. Вокруг он то и дело слышал сдавленные стоны. Это была небольшая палатка вся уставленная узкими дощатыми кроватями, на которых лежали люди только что пережившие операцию. Крэлан повернул голову и осмотрелся, как не странно, но здесь было всего человек семь, остальные места пустовали. Рядом с ним, на соседней койке лежала молодая женщина, у нее была перевязана рука.
– Не думала, что сюда кладут офицеров, – заметила она, мельком взглянув на него.
– Вы ошибаетесь, – ответил Крэлан. – Меня завербовали в день, когда я получил это ранение.
– А это ты победил Бланко? – воодушевленно произнесла она и даже села в постели, чтобы лучше рассмотреть своего собеседника.
– Это трудно назвать победой. Ведь на нем не царапины, а я чуть не умер, хотя и смог разоружить его.
– Ничего, подучать тебя и будешь первым бойцом. Кстати, мое имя Лайза. Я служу лучницей в первом корпусе, неделю назад попали мы в засаду, тогда меня и отметили стрелой. Хорошо, что только чиркнуло, скоро уже смогу вернуться в строй.
Лайза говорила просто и открыто, она была из тех людей, кому нравилась битва, вернее не столько сама битва, сколько опасность. Волосы у женщины были огненно-рыжие, стянутые в хвост на затылке, белая кожа с едва заметными веснушками на щеках, тонкие губы выдавали решительный характер, но в карих глазах не было злобы.
В этот момент Крэлану почему-то вспомнились слова Солиса про обреченность восстания.
– А ты действительно веришь в победу маршала, ведь на стороне правителя магия? – спросил он.
– Маршал говорит, что на троне самозванец. Большую часть своих сил Маркт бросил на поиски истинного повелителя. Властелин ушел, чтобы найти способ разрушить барьер, возможно, он даже не знает, что творится здесь. Знаешь, а ведь я однажды видела нашего правителя, – с горделивой улыбкой произнесла женщина. – Он тогда лично проводил смотр. Высокий, на прекрасном черном коне, в красной мантии и в маске. Под его началом чувствуешь себя спокойно, за ним можно пойти и в огонь и в воду. В последнее время он много сделал для людей: уничтожил старую систему сбора податей, наладил торговлю… Если бы только он вернулся к нам!
Крэлан молчал, он не разделял чувств своей собеседницы.
– А мое имя Блес и я понятия не имею, что меня ждет завтра.
– Ускоренный курс подготовки и война, как и всех нас. Попросись в первый корпус, тебе у нас понравится! – задорно произнесла она. – Уже полдень, пойду за обеденной похлебкой и для тебя порцию захвачу.
Оставшись один, Крэлан приподнялся, это далось ему без особого труда. Рана была плотно забинтована, он машинально коснулся бока, и боли не почувствовал. В этот момент в палатку вошел пожилой человек в белом, видимо, лекарь. Он направился прямо к Крэлану.
– Ложитесь, я вас осмотрю, – скомандовал врач.
Мужчина подчинился, и доктор разрезал бинты.
– Странно, на месте открытой раны у вас остался только свежий рубец. Вы счастливчик. Думаю, что уже через пару дней я смогу вас отпустить.
– Спасибо, сэр, – машинально ответил больной.
Лекарь наложил ему новую повязку и пошел к другому пациенту. В это время вернулась Лайза с двумя мисками горячей похлебки. После еды Крэлан снова почувствовал слабость и лег. Когда он проснулся, было уже темно, а соседняя койка пустовала. Мужчина старался снова уснуть, но сон не шел, его мучила неизвестность.
Судьбоносная встреча
Утром лекарь опять пришел осмотреть его, а днем зашла Лайза и принесла обед. Увидев ее, Крэлан очень обрадовался, почему-то он доверял этой странной рыжеволосой женщине. В этот раз они болтали о всяких пустяках. Внезапно ее лицо стало серьезным.
– Я хотела показать тебе лагерь. Тебе уже можно гулять? – спросила она.
– Да, конечно. Веди.
Они вышли из палатки, но она не повела его вглубь лагеря. Лайза молча шла впереди, она привела его к смотровой вышке. Женщина легко взобралась по деревянной лестнице на небольшую площадку на дереве.
– Поднимайся, – пригласила она. – Это мой пост, здесь мы сможем поговорить без свидетелей.
– И что же ты хотела сказать? – спросил он, взобравшись наверх.
Лайза посмотрела ему прямо в глаза и произнесла:
– Я обязана тебе жизнью матери и сестры. Я родом из той деревни, которую ты спас. Наша встреча была не случайной, я специально проникла в палатку, где держат раненых, чтобы познакомиться с тобой.
Быстрым движением женщина развязала бинты на руке, на ее коже не было и следа от раны.
– То, что ты сделал, я знаю только один способ отблагодарить за это. Клянусь служить тебе и оберегать, отныне моя жизнь принадлежит тебе.
Крэлан растерялся.
– Нет, не надо. Я просто человек, мне не нужно служить. Не надо клятв, простого спасибо будет достаточно, – произнес он и робко улыбнулся. – Но я буду рад, если ты станешь мне другом.
Крэлан устремил взгляд вдаль, перед глазами расстилалось необъятное поле с высокой шелковистой травой. Сейчас она походила на зеленое море, ветер пригибал стебли к земле, но стоило ему уменьшить напор, как травы снова поднимались.
– Знаешь, единственное, о чем мечтаю я – это снова увидеть свою семью, – тихо произнес мужчина, при этих словах в его глазах заблестели слезы. – Но кажется, что мне не суждено с ними встретиться. Я не воин, а простой пахарь, то, что я победил в том поединке чистая случайность… А что меня ждет дальше? Меня будут учить убивать людей, а если откажусь, то здесь и умру.
Крэлан сжал руку в кулак с такой силой, что побелели костяшки пальцев, одинокая слеза скатилась по его щеке. Лайзу поразила эта картина, в этом человеке она ощущала столько силы, но вот он плачет перед ней… было в этом что-то неправильное. Женщина подошла ближе и положила руку ему на плечо.
– Я сделаю все, чтобы помочь, обещаю, – тихо произнесла она.
Крэлан поспешно стер слезы и проговорил:
– Прости, видимо я просто устал. Превращаюсь в старого брюзгу. Видела бы меня сейчас моя маленькая Илма.
– Твоя дочь? Сколько ей? – с любопытством спросила Лайза, желая переменить тему разговора и немного приободрить своего собеседника.
– Нет, внучка. Ей сейчас уже шесть.
– Это шутка? Тебе же не больше тридцати лет, – настороженно спросила женщина.
Крэлан рассмеялся, не понимая причину удивления своей собеседницы. Лайза же поняла это по-своему и тоже рассмеялась.
– Ну ладно, шутник. У тебя есть ребенок, а жена?
Лицо мужчины сразу стало серьезным.