Интервью у Бабы-яги. Рассказывает самая добрая ведьма в истории

Глава 6

Каждая книга оставляет послевкусие. Это как блюдо, которое ты можешь съесть полностью в один присест или растянуть удовольствие. Но есть блюда, которые вроде и аппетитные и вкусные, но съесть сразу всю порцию, ты не сможешь, как бы ни старался.

Таким блюдом оказалась и книга свода законов. Слишком большая, слишком сложная, но надо съесть, потому что нянечка поругает, если увидит остатки на тарелке. Ну, вот София, решила просто находиться подальше от нянечки, постепенно по кусочку поглощая ненавистное блюдо.

«Надо помнить свою историю, помнить кровопролитные войны и держать в голове память о тех многочисленных жертвах, потерянных судьбах, разрушенных городах. Только память не позволит обратно начать все это вновь и не позволит даже помыслить о власти в этом мире. Власть, это народ. Все едино и не может долго сосуществовать в войне».

«Закон из книги свода законов».

Суд против опекунов Трагоновских, которые обвиняются в жестоком обращении с детьми, по недавно изданному закону самого царя Ивана Великого, состоялся в субботу утром. Прилюдно, чтоб неповадно было остальным, обижать беззащитных малышей. Столпилось много народу, которые негодуя, шумно причитали, любуясь справедливостью. Да, она жестока. По тридцать ударов плетью, дорогостоящий штраф и пожизненное лишение возможности брать детей из приюта.

Таковым было наказание. А люди любят, когда наказывают обнаглевших, ожиревших богачей. Эта семья взяла десять детей из приюта и за счет ничтожных сил подрастающего поколения, богатели и жирели. Дело стало таким знаменитым и резонансным, что этих бедных сироток быстро поместили в другую семью, стремясь не разделять. Семью, которая среди народа славилась своей добротой к несчастным сироткам. Добрые люди хотели стереть из воспоминания детишек, жестокость этих бессердечных взрослых.

Сама София Светлая распорядилась построить этой семье дом по просторней, выделив деньги со своего кармана. Все газеты пестрили заголовками об этом деле, где значилась молодая повелительница добра и царь, который быстро состряпал закон построже и по зрелищней, ведь в недавнем прошлом наказывали только штрафом. Новой семье пришлось обзавестись и одиннадцатым воспитанником. Подростком мальчуганом, который теперь был полностью счастлив с новой семьей, где и сестренка была рядом, и появилось еще множество братьев и сестер.

На огромной площади, едва уместились люди, которые хотели посмотреть, как бьют чату Трагоновских. Изощрённо, за дело, за преступления. И все верили, что отныне все будет так, не надо бояться, надо действовать. Каждое преступление не останется не замеченным, безнаказанным. Начался век очищения от несправедливости, от высокомерия и от зажравшихся людей, которые думают, что если они богаты, то теперь могут творить, что вздумается и как.

Нет! Один смелый, добрый и храбрый мальчуган показал, как не надо молчать о своей проблеме, нужно говорить, нет, кричать. На каждом углу, каждому человеку, искренне и однозначно верить, что тебя услышат. Просто необходимо хотеть справедливости больше всего на свете, вселенная услышит и пошлет, наконец, человека, который тебе поможет, искоренит зло и вдобавок, напомнит всем злодеям вокруг, как поступать нельзя.

Именно это дело лишний раз показало всесильность царя. Показало, что этот добродушный, полноватый мужчина, царь, на стороне добра и справедливости. И новая повелительница света, София Светлая, стремится привести власть именно к этому. Эта хрупкая и прекрасная девушка, оказывается прекрасна не только оболочкой. Новая повелительница света, действительно на стороне добра. На стороне обычного народа, простых крестьян. Люди, в изношенных, простых платьях, штанах вдруг увидели лучик света. Супруги Трагоновских, которые в данный момент вскрикивали от боли, успели навредить всем. Обманывали, грабили, используя бесплатную крестьянскую силу, и кидали, кидали на деньги людей, которые надеялись сегодня накормить своих детей досыта. Работали, не щадя себя, здоровья, время за нищенское вознаграждение, и в итоге не получали его. Именно поэтому дело приобрело резонанс, который София не хотела, а царь не ожидал.

София тем пасмурным, осенним днем находилась в замке, предпочитая не присутствовать на наказании. Хоть и на справедливом. В просторной гостиной вместе с царской четой, они обсуждали будущий дом повелительницы добра. София поставила четкое условие, что ее резиденция должна быть в лесу. В тишине и вдали от суеты. Дом, в котором она родилась, и выросла, тоже был вдали от глаз людских. Девушка очень скучала по нему и мечтала воссоздать ту обстановку. Лес, тишина, которая нарушается лишь полноценными обитателями и воссоединение с природой, которая заряжает здоровьем и настроением.

— Я хочу воссоздать наше поместье, — воодушевленно объявила свое пожелание София.

Девушка сидела в кресле, гордо держа спину, разодетая сегодня в золотистые цвета осени. На голове волосы были уложены в высокую прическу, по последней моде, с которой выпадало лишь пару прядок, намерено подчеркивая совершенную мягкость и женственность девушки.

— Я уже дал поручение искать тебе строителей и приступать к работе, как можно скорей, — бодро заверил царь Софию.

— Я в вас и не сомневалась, — ответила добродушно София.

— Почему вы не хотите в центре? — удивленно спросила Ева. — Мне кажется, что все правители должны жить в центре. Серж тоже живет так.

— Да, его мрачный замок я вижу из своего окна каждый день, — хмуро изрекла София. — Мне нужен свой уголок. Дела могут сделаться везде. Главное мое присутствие.

— Я не настаиваю, — виновато обронила царица. — Просто боюсь, что вы вообще сделаетесь затворницей.

— Этого не случиться, — успокоила царицу повелительница. — Я подумываю, применить свои недавно открывшиеся способности. Приходить на уроки и читать детям полезные книги. Им будет интересно смотреть глазами, они будут лучше усваивать материал.

В глазах Евы появился веселый огонек.

— Это хорошая общественная работа для повелительницы света, — лучезарно одобрила царица. — Я бы тоже поприсутствовала на уроках, но думаю, что буду отвлекать детей своим присутствием.

— После первого урока надо будет на площади читать, — согласился с улыбкой царь. — Желающих поприсутствовать будет больше, чем достаточно.

— Наверное, сам Александр явиться, — вспомнила царица про принца. — Он был удивлен таким даром.

София, услышав знакомое имя, вдруг вообразила образ принца. Тот был удивлен, впечатлен, но София не хотела бы видеть его на своих уроках. И причина была в самом Александре. Этот человек способен был вызвать бурю разных эмоций за пять минут, а она не хотела, чтоб другие, стали свидетелями их споров и стычек.

— Вы очень добры, Софа, мы очень рады за вас. Эта идея прекрасна, — сообщил радостно царь. — Нам надо явиться на ужин к Сержу и там скажите о ней ему. Он будет очень рад, что вы занимаетесь общественной работой. Заявляете миру о себе и несете в него только добро.

София задумалась. Вдруг легкая тошнота подкатила к горлу и неприятно ударила в голову. От чего — то она побаивалась, этого сурового, большого дядьку в черном. Казалось, ее вызывают на экзамен, к которому она не готова. Но все — таки эта опаска нечем не подкреплена. Откуда такие эмоции, София не могла понять.

— Конечно, надо посетить Сержа, — сквозь зубы выдавила девушка. — Это не вежливо так долго игнорировать приглашение повелителя.

Царь расплылся в дружелюбной улыбке и проговорил:

— Тогда надо предупредить Сержа. А вы, девчонки, не смейте кушать. Серж очень любит заморскую кухню, вы попробуете много нового.

Царица кивнула и встала со своего места.

— Надо поручить горничной, приготовить мне парадное, новое платья, — пролепетала Ева на ходу. — Жена повелителя любит ужинать нарядной, и одевается, как французская королева. Не хочу выглядеть проще ее.

София в мгновение осталась совершенно одна. На девушку вдруг напала усталость, она почувствовала, как настырно закрываются глаза. Уже было три часа дня. День был насыщенным и тяжелым. К вечеру надо будет быть продуктивной и свежей, чтоб голова работала, как часы, поэтому девушка решила прилечь и вздремнуть. Посчитав это самым верным, она прошла в свою комнату наверх. Там прилегла на светлое, нарядное покрывало и моментально заснула.

Ей снился высокий мужчина в черных одеждах. Его лицо было уродливо: большой, крючковатый нос, выделялся на худощавом лице кинжалом, острым и устрашающим, глаза, эти два черных, гневных уголька смотрели на нее с ненавистью и презрением, тонкие губы растянулись в зловещей улыбке. София в этом сне стояла перед ним, как кукла, не двигаясь и не выражая никаких эмоций. А этот непонятный и жуткий человек пел ей, тихо, слов практически не получалось разобрать, но обездвиженная София всеми силами пыталась понять. Вслушиваясь до боли в ушах, она разобрала;

Принцесса, прекрасная принцесса,

Ее уста творят добро.

За это хворь свою возьми,

Лихорадку ты прими.

За дни, секунды ты иссякнешь,

И слов не успеешь ты сказать,

На меня показать.

София в панике, хотела закричать, ответить мужчине, потребовать остановиться, но была полностью под влиянием этого мрачного колдуна. Или мрачного сна? Вдруг ощутив острую боль во всем теле, она поморщилась, ноги подкосились и девушка упала. Лежа на сырой, холодной земле, которая пахла тошнотворной сыростью и грязью, София бессильно лежала и плакала. Плакала от боли и обиды.

Жутковатый мужчина неторопливо приблизился к ней. София видела только его ботинки. Хотелось поднять голову, посмотреть в его глаза. Но это было непосильной задачей. Тот присел на корточки и пропел очередные слова:

— Добро превратиться в пепел,

Улетит с ветром

И сгниет в земле.

После этого София открыла глаза, увидела привычный потолок. Тяжело дыша, девушка обнаружила, что вся вспотела. Ткань платья, вся пропиталась потом, неприятно прилипало к телу. Она поднялась и присела на кровать. Голова ужасно болела.

Вспоминая сон, девушка списала этот кошмар на предстоящий ужин, которого она не желала и боялась. Серж, несмотря на ареол добропорядочности вокруг себя, выглядел соответственно своему статусу. Внешность у него была немного устрашающая из — за сильной, магически черной энергетики. Этот человек имел большую власть и это пугало, хотя тот не применял эту власть во зло. Однако славился мстительным и чрезмерно справедливым правителем.

София еле заставила себя подняться. Хотелось помыться и приготовиться к ужину. Приятный и освежающий, послеобеденный сон не принес облегчения. Надо было взбодрить себя другими методами.

Каждый шаг был пыткой. София кое — как помылась и оделась с помощью слуг. Колдовать не было сил вовсе. Хотелось лечь спать и проспать сутки. Повелительница, разодетая в молочное, нарядное платье, значительно отличалась от него кожей лица до трех оттенков холоднее. Прекрасная повелительница выглядело молодо и роскошно, несмотря на легкий, нездоровый вид. Под глазами осели легкие тени, которые ранее ее никогда не беспокоили.

Белоснежная кожа Софии, выглядела немного бледней, чем обычно. Сочные, прекрасные губы вдруг высохли и потрескались, блеск исчез из недавно чарующих глаз. Внутри все было намного хуже. София спускалась вниз и чувствовала, как начинает ныть каждая клеточка тела, в горле пересохло. Хотелось только пить и спать. Внизу суетливая царская пара, выбежали в холл и, оглядев мельком Софию, заторопились на улицу. В карету, которая уже была подана. На улице заметно смеркалось, а внутри кареты было еще более темно. Транспорт тронулся, как только все трое оказались внутри. От тряски Софию затошнило, она усилием воли пыталась побороть этот приступ. Пока получалось, но с огромным трудом. Царская чета перемолвились несколькими возбужденными фразами и замолчали.

София ничего не слышала из — за появившегося звона в ушах. Очень хотелось пить, девушка хотела побыстрей приехать в замок Сержа и напиться. К счастью дорога была не долгой, но Софии она показалось бесконечной. Наконец, через минут двадцать они стояли у ворот, которые заботливо открывали лакеи. Карета неторопливо въехала в просторный двор повелителя зла.

Резиденция Сержа вблизи выглядела впечатляюще. Виды кричали о том, что хозяин очарован черным цветом и всеми его оттенками. Двор был огромен, мрачен и холоден. София выглянула в окно, тут же стало тревожно на душе.

«По виду совсем неуютное место, — подумала девушка, дрожа всем телом, непонятно отчего: от озноба или страха».

Оказалось, что у основного огромного замка, возвышающегося над ними, было три головы. Каменные, жутко страшные, молчаливо вопящие в пасмурное, потемневшее небо своими зубастыми пастями.

Она присмотрелась и не ошиблась. Это были драконы. Само здание, будто в шипах или в чешуе этого огромного каменного зверя. Казалось, Серж со своей семьей жили у него в желудке. По обеим сторонам дороги к брюху этого великана их встречали древние, каменные, уродливые демоны с открытыми, разъярёнными пастями.

Карета остановилась, дверь отперлась, впуская прохладный, но такой освежающий воздух. Софии сразу стало лучше и она начала дышать, глубоко вдыхая природное лекарство от тошноты и головокружения. Она ступила на землю и отметила, что ноги абсолютно ватные и не послушные. Включая только мышечную память ног, девушка вошла во внутрь. Там было тоже прохладно, София уже решила, что может, переживет ужин.

— Как тут холодно, — сдавленно проговорила царица, обхватив себя руками.

— Нормально, — серьезно возразил царь, — это у нас во дворце перетапливают.

Из — за угла вышел хозяин замка. Мужчина, брюнет с черными глазами — угольками, которые прожигают насквозь. Сейчас он улыбался, неторопливо приближаясь к гостям.

— Извините за неудобства, ваше величество, — обратился тот к Еве. — Понастроили хоромы, а обогреть их очень сложно. Один из каминов не вовремя сломался.

— Да, ничего страшного, Серж, — проговорил весело царь. — Моя женушка ужасная мерзлячка.

— Я прикажу подать ей плед из настоящей шерсти. Она мигом, согреется. А потом, и горячее подадут, — ответил повелитель зла и повел их в столовую. — Я очень рад, что вы посетили меня.

Хозяин дома шел впереди, а гости послушно ступали за ним. София разглядывала интерьер. Все было выполнено в готическом стиле, но все дорого и даже не прилично роскошно. В глаза бросились бархатные шторы синего цвета. Вместе со светло — серой стеной под кирпич, все смотрелось очень уж впечатляюще. Они зашли в просторный холл, и тут девушка онемела от красоты. Все было выполнено в черно — белых тонах. Шторы большие, роскошные ослепляли своей белизной и выгодно подчеркивали огромное окно, которое выходило на легендарный замок, где хранилась подлинная книга свода законов.

София заворожено подошла к нему, не отводя потрясенных глаз от интересного вида. Посреди комнаты раскинулся величественный, черный, мраморный стол, покрытый белоснежной скатертью, на которой уже было подано множество закусок в изящной серебряной посуде. Рядом стояло множество таких же черных, мраморных стульев, с мягкими белоснежными подушечками. На таком же черном полу, лежала белая шкурка неизвестного зверя, чтоб ноги гостей не мерзли. По центру горел роскошный камин из белого камня, выполненный нарочно из дикого, необработанного материала. Из абсолютной черноты камина вырывались горячие языки пламени, согревая столовую.

Софии обратно затошнило от тепла. Такого приятного для замершего тела, но в тоже время возвращающее девушку в болезненное состояние. Она отвлеклась от вида, потому что захотела присесть. Казалось, что ноги вот, вот подкоситься. В то же время окончательно поняла, что скорей всего заболела. Хотелось быстро закончить этот вечер и уехать лечиться в замок: в кровать, пить отвары, и отлеживаться.

София села за стол, где все уже заняли свои места.

— Добро пожаловать в логово зла, София Светлая, — поприветствовал Серж девушку сидя в своем кресле в самом отдаленном уголке стола, и задумчиво подперев руками подбородок.

— Спасибо, что пригласили, — ответила с полуулыбкой София. — У вас очень красивый замок.

— Его строил еще мой отец, — бодро заговорил с гордостью повелитель. — Немного жутковат, но для повелителя зла, самое то.

В столовую вошла высокая женщина в потрясающем, красном платье, Серж поспешил их представить:

— О, я должен вас представить. Это моя супруга, Елизавета. Она очень хотела, познакомиться с вами.

К Софии подошла статная женщина средних лет с черными, длинными волосами по пояс. Очень красивая, но ее стиль был, как и у всей семейки, агрессивно отталкивающий. Лицо напоминало волчицу, такое же породистое и выразительное. На нее смотрели глаза, глаза Александра, сверкнули интересом и умом.

— Приятно познакомиться с новой светлой повелительницей, — пролепетала Елизавета на удивления нежным и добрым голоском.

— И мне, — поспешила ответить София, улыбнувшись виновато, потому что не могла найти, что еще можно сказать. Голова болела, хотелось пить. Казалось, что горло сейчас потрескается, как земля при чудовищной засухе.

Следом вошли еще один мужчина, лет двадцати и парень — подросток. Сразу видно, что братья, потому что очень похожи.

— Это Андрей, мой средний сын и Дмитрий, младший сын, — представил прибывших Серж.

«Целых три сына? — мысленно удивилась София. — Наверное, повелитель мечтал о маленькой принцессе в своем замке. Хотя, Елизавета еще весьма детородная».

— Приятно познакомиться, — вяло выдавила София.

— Вы охрипли, — встревожено заметила Елизавета, обращаясь к девушке. — Вы приболели?

— После послеобеденного сна почувствовала себя не совсем хорошо, — честно ответила София и, наконец, дождавшись момента, попросила: — Можно воды?

— Конечно, — решительно ответила Елизавета.

Через пару минут служанка принесла Софии стакан воды. «Очень мало, — пронеслось в голове у нее». София осушила стакан в секунду. Голова закружилась от облегчения. Она приподнялась и попросила шепотом у служанки еще воды.

София, как через стекло, наблюдала за всеми за столом. Все мило общались и изредка поглядывали на нее, молчаливую, бледную, пьющую стакан за стаканом воду. Девушки вдруг стало совершенно безразлично, какое впечатление она произведет на всех.

— София? София!? — услышала она голос Сержа, через устойчивый гул в ушах. — Может, вам лечь, отдохнуть? Елизавета вам даст отличных травок. Мне всегда помогает.