Молодой мужчина оттолкнулся от перил и направился в её сторону. Вита, сама не осознавая, сделала шаг назад и уперлась спиной в стену.
Зачем она его злила? Именно сейчас? Играла с огнем, со стихией.
Ей бы, глупой, переждать. Дотерпеть до ночи, когда начнется вакханалия, и Багровский наверняка напьется, расслабится со шлюхами, и, возможно, ей удастся…
– Уехать? Губастая, ты пять лет пыталась от меня слинять. Не надоело?
– А тебе не надоело со мной нянчиться?
Он надвигался, она сильнее вжималась.
Беги… не стой… беги…
Больная нога прострельнула новой болью.
Поймает.
Шагу не успеет ступить.
Почему он так на неё смотрит? Словно она ему должна. Непонятно, что. Или всё разом?
Может, и должна… Их семьи столько долгов наделали друг другу. Но ей сказали, что всё закончено. Всё списано.
Но этот взгляд… Он пугал. До чертиков. И какой бы смелой и отчасти отчаянной Вита себе ни казалась, сейчас она ничего, кроме удушающего страха не испытывала. Да и кто тут не испугается, когда на тебя надвигается разъяренный взрослый мужчина, ростом не менее метра восьмидесяти пяти и весящий под девяносто килограмм, а, может, и больше?
Она же худенькая, невысокая. Прихлопнет ее между ладонями и не заметит.
– Я ещё и не начинал нянчиться, – Багровский ухмыльнулся сильнее, обнажив ряд белоснежных зубов. В его словах отчетливо слышалась не то угроза, не то обещание. А, может, и всё вместе.
Вита интуитивно выставила руку вперед, выкрикивая:
– Не подходи!
– Ты мне запрещаешь?
– Не подходи…
Она его боялась. Кто бы и что бы ни говорил, ни убеждал, её жизнь последние пять лет полностью зависела от этого мужчины.
И потому Виталина сделала то, чего была делать не должна. Надо было сохранять спокойствие, не показывать, как страх захлестнул её. Мужчина на её месте, возможно, и выдержал бы моральный прессинг. Не она… Отец всегда жалел, что у него родилась дочь, и при каждом удобном случае брезгливо говорил об этом Вите. Не становилась она любимой дочкой, как бы того ни хотела.
Но это в прошлом, в настоящем она не справилась с давлением и попыталась убежать. Рванула с места, чтобы сразу же вскрикнуть от боли.
– Какого… – от приглушенного рычания Багровского, идущего из глубины его сущности едва не задребезжали стекла.
В следующую секунду Виту подхватили на руки.
РОМАН
Увидел её и все благие и не благие намерения закончились разом.
– Давай её привезем тебе? – спросил Рустам год назад.
Роман, сжимая губы и кулаки, мотнул головой.
– Нет.
Он видел, что Рустам готов ещё что-то сказать, но не осмеливался. Его человек всегда строго соблюдал субординацию и, если не спрашивали его мнение, не озвучивал его. Хорошее качество у того, кто рядом с тобой. С Рустамом они вместе росли, учились драться, отстаивать свои интересы. Как шутил Роман:
– Ты мне перешел по наследству.
Отец Рустама работал на Влада, он сам на него. Парни сдружились с ранних лет, но, опять же, каждый четко понимал, какое место займет.
Именно Рустам позаботился о том, чтобы его встречали профессиональные шлюхи, готовые выдержать его непростой темперамент. Роман настраивался на долгую ночь.
Это был, пожалуй, единичный случай, когда его доверенный вмешался.
– Не моё дело, но ты её сломаешь. Берег черте знает сколько лет…
Рустаму хватило одного взгляда Романа, чтобы замолчать.
Да, берег.
А сегодня крышу рвет.
Он знал про Виту всё. Чем дышит, как учится, какие фильмы смотрит по вечерам и какой чай заваривает по утрам, если закончилось кофе. А кофе у неё заканчивалось часто, потому что она, мать вашу, никогда не снимала деньги, закинутые от него ей на карту. Гордая губастенькая сучка с бесконечным вызовом в глазах.
Роман подхватил её на руки, а у самого мгновенно встал член. Вот так запросто и очень быстро. Возбуждаться он стал, когда ещё по лестнице поднимался. От одной мысли, что Вита в его доме, пусть и не ждет его, но у НЕГО, кровь начинала бурлить в жилах, адреналин зашкаливал в крови, и вся сдержанность моментально полетела к чертям собачьим.
Не зря Влад его сегодня матом обложил.
– Какого вчера надумал драться? Срок продлить захотел?
Роман отмахнулся. Они оба знали, что его выпустят минута в минуту.
– Мне надо было.
– Надо ему, – брат выругался и снова прижал его к себе, похлопал по спине. – Пар спустил, да?
– Поехали уже.
Да, он спускал пар. Ходил последние дни злой, как черт. Нетерпеливый. Мужики на зоне последние дни, наоборот, на добрячке, свобода маячит на горизонте, а его разрывало изнутри. Он нарывался на драку, прямо ждал, когда кто-то косо на него посмотрит или слово неверное скажет. Окружающие чувствовали, но попался один беспредельщик. Молодой, борзой.
– Багровский что ли? – нагло усмехнулся он. – И чё сидишь-то? С вашими связями? Или всё, сдулась семейка?
Роман предвкушающе оскалился. Мужики расступились в стороны, разошлись. Правильно, чтобы не задело.
Он бил точно, зная, куда именно наносить удары. Его обучали лучшие тренера, а на спарринг он выходил с экс и действующими чемпионами мира. Не мог устоять только перед кикбоксерами, но за пять лет поднатаскался и в этом виде спорта. Благо время было, и человек нужный оказался рядом. Влад подсуетился.