– Лида, а ну успокойся, – его слова резко контрастировали с тоном. Вроде бы и проявляет заботу, только легче не становится. – Я вижу, ты стараешься. Но какого-то черта дрожишь, как лист осиновый. Посмотри на меня.
Лида не могла не подчиниться. Повернула голову и застыла в неудобной позе.
Мирон приподнялся, отчего кубики на прессе проявились отчетливее. Как и мускулы на плечах.
Мужчина слегка повел головой, продолжая перебирать волосы Лиды.
– Я не садист. Перестань меня бояться. Ничего плохого я тебе не сделаю, поняла?
– Да. Эти стены…
– Я слышал уже, – рыкнул мужчина, и желваки на его скулах заиграли сильнее. Он снова рукой надавил ей на затылок. – Давай, поработай ротиком. Хочу кончить ещё. Потом отдохнешь.
Его слова должны были её успокоить. Придать уверенности.
Ничего подобного!
Но Лида снова склонилась.
Потому что он так хотел.
Снова поцеловала, впустила в рот.
– Встань на колени ко мне задницей. Хочу тебя видеть.
Он сдвинулся, освобождая ей пространство. Лида устроилась более основательно, уже не рискуя позорно свалиться на пол. Вторая рука мужчины опустилась ей на ягодицы…
Он не оставил ей ни единой возможности действовать на своё усмотрение. Плюс надавливал на голову, давая понять, какая глубина ему требуется. Лида пыталась соответствовать, давясь и дыша через нос. Он не нежничал. Брал, что ему давали.
Что давала ему она.
Задвигался бедрами ритмичнее, снова и снова толкаясь ей в рот. Она уже ничего не делала. Вел он. Толчок и ещё один толчок. Горло засаднило от особо глубокого проникновения. Лида дернулась назад, пытаясь избежать повторного.
Куда там…
– Тихо… Носом дыши активнее. Давай, детка, возьми… глубже…
И ещё один толчок.
Довольно глубокий. После которого Скиф громко застонал и начал бурно кончать, надежно фиксируя её голову.
Лида поспешно сглатывала терпкую, вязкую жидкость.
Спину девушки покрыла испарина, после которой пришел холод.
Она сглотнула всё, и лишь тогда Скиф отпустил её, ослабил хватку и рухнул на кровать.
Лида уперлась в матрас рукой, не шевелясь.
Дыши, Лида…
Это только начало.
В комнате воцарилась тишина. Лишь их дыхание нарушало идиллию.
Лида выпрямилась и села боком.
– Я оденусь? Прохладно, и у меня волосы влажные. Не хочу заболеть.
Лида сознательно давила на здоровье. Заниматься сексом с дамочкой, хлюпающей носом, удовольствие малоприятное.
Мирон прикрыл глаза и закинул руки за голову.
Он, в отличие от неё, никакого дискомфорта от обнаженности не испытывал.
– Валяй.
Лида поспешно встала. Ноги ещё не окрепли после пережитого эмоционального шторма. Она быстро прошла к дорожной сумке, поджимая пальцы ног от холодного пола, где закончился ковролин. Сюда ступать точно не стоит.
Подкатив сумку к кровати, Лида дрогнувшей рукой расстегнула молнию, откинула плотный тканевый верх и выудила необходимое – платье-рубашку и фен.
Вот оно – простое женское счастье. Иметь возможность привести себя в порядок и укрыться от чужих глаз.
Лида выпрямилась, на время отложив фен на край кровати.
И уже собиралась надеть платье через голову – дома она не додумалась расстегнуть пуговицы, – когда краем глаза уловила движение. Мирон резко, абсолютно не напрягаясь, сел.
Чтобы снова впиться в неё взглядом.
Глава 7
Что с ней, сука, не так?
Мирон наблюдал за Лидой.
Скупая на эмоции? Неразговорчивая? Для него это наоборот хорошо. О чем ему разговаривать со шлюхой?
Не любил он лишние разговоры. Под водочку с Долей, Игнатом, Степаном – пожалуйста. Когда разговор льется неспешно, и все понимают друг друга с полуслова. Когда достаточно порой одного взгляда.
А как они отрывались в Вегасе! Их кутежи там – отдельная тема. Последнюю Скиф пропустил. Даже он в этом грешном городе пороков, роскоши, вседозволенности и азарта иной раз пускался, выпуская наружу всех своих демонов одновременно. Почему бы и нет?..
Но всё же ему больше по душе был первый вариант.
С женщинами тоже знал, о чем поговорить. Просто не любил.
В отношении Лиды он шестым чутьем понял: что-то не то.
Или, наоборот, всё до предельности просто.