banner banner banner
Истинная для Грифона
Истинная для Грифона
Оценить:
 Рейтинг: 0

Истинная для Грифона


Виттор отдернул руку от ее лица, боясь ей навредить. Ведь слова девушки вновь возвращали ярость в его сердце. Почему его парой стала она? Не двуликая, человек, без рода, шлюха, еще и дерзкая. И он все равно невероятно хочет ее.

– Алисия хвалила твои навыки, – Виттор вновь откинулся на спинку софы, пропуская между пальцами волосы Сии, чтобы в один рывок намотать их на ладонь и потянуть девушку к себе. Сия невольно прижалась грудью к нему, чуть зашипев от боли. – Мы ведь действительно не очень близко знакомы, – он провел подушечкой большого пальца по губам девушки, приоткрывая их. Удлинившиеся когти уменьшились до обычных человеческих ногтей.

– Отпустите, – попросила она, пытаясь отвернуться.

Виттор надавил на ее нижнюю губу сильнее, запустил палец в ее горячий рот.

– Так ты обслуживала клиентов? – Виттор почти рычал.

Запланированная страстная ночь превратилась в обычное выяснение отношений. Еще и Сия смотрела на него так, будто он ее оскорбил. Только сейчас он осознал, насколько его выводили из себя те другие, что были у его пары. Настолько, что он готов был отыскать каждого и убить за то, что прикасались к ней.

Виттор с шипением отдернул руку. Сия вскочила с софы и через секунду скрылась за закрытой дверью своей спальни. Он с удивлением взглянул на свой кровоточащий палец. Она укусила его! Виттор подлетел к двери, с ноги выбил ее. Сия испуганно пятилась от него, сжимая перед собой металлическую лампу. Глаза блестели от слез, кажется, она уже и сама жалела о своем поступке.

– Не подходите, – дрожащим голосом проговорила она.

Но Виттор уже надвигался на нее. И самой большой ошибкой за этот вечер стала ее попытка сбежать, когда он и так еле сдерживал свою злость. Грифон в нем взревел, когда Виттор в мановение секунды настиг Сию, и бросил на кровать. Лампа ударилась об стену. Сия затрепыхалась, закричала, когда Виттор с треском разорвал на ней платье, а потом и белье.

– Ты принадлежишь мне, – зашипел он, впиваясь в ее губы своими и прерывая ее гневную речь.

Руки беспорядочно гладили извивающееся под ним тело. Такое соблазнительное, красивое. Тишина воцарилась в комнате на долгие мгновения этого яростного поцелуя.

– Нет, – возразила Сия, тяжело дыша, когда губы Виттора вновь сосредоточились на ее груди.

– Нет? – переспросил он, после чего чуть прикусил сосок, потянув его вверх.

Сия с тихим вздохом выгнулась в спине, когда ее руки все еще пытались оттолкнуть его. Виттор провел пальцами по влажной промежности девушки, удостоверяясь в том, что сама Сия не хотела признавать.

– Хотим мы того или нет, – прошептал он, припав губами к ушку Сии и в одно движение врываясь в ее тело. – Но мы пара, – новый глубокий толчок сорвал стон удовольствия с уст девушки.

Сегодня все было иначе. Они оба злились, может потому близость происходила столь ярко, столь остро. Почти болезненные поцелуи сменялись бессвязным шепотом, пока они двигались навстречу друг другу быстро и рвано. Сия кончила первой, с громким криком изогнулась, запрокинув голову и впившись ногтями в его плечи, царапая кожу. Виттор уткнулся лицом в покрывало над ее плечом, утробно зарычал, содрогаясь всем телом в оглушительной разрядке.

Глава 14

/Анастасия Свободина/

Несмотря на то, что заснула я в кольце рук Дрейсона, проснулась в одиночестве. Может это и к лучшему. Почему-то на душе было муторно, даже дышалось тяжело, словно что-то незримое давило на грудь. Вчера… я даже не знаю, что произошло.

Дрейсон и на второй день явился только ночью. Его отношение злило, выводило из себя. Выяснилось, что мне запрещено покидать особняк, гулять разрешалось только в закрытой части сада и надлежало избегать парадной части особняка при гостях. А присланный для меня гардероб окончательно взбесил, ведь все платья были чересчур фривольны. Откровеннее только сшитое для меня белье.

Так что я решила дождаться его и поговорить. Искренне пыталась разговаривать спокойно, но, кажется, не получилось. Да что уж, я вывела его из себя. Хотя раньше он все же вывел из себя меня, намекнув на работу в борделе. Я так разозлилась, что укусила его. В тот миг, когда он ворвался в комнату, я мысленно попрощалась с жизнью. Его лицо менялось, теряло человеческие черты, серые глаза впились в меня острыми жалами. Одежда на мне в доли секунды превратилась в рваные лоскуты. И до сих пор удивляло, что он не задел меня когтями.

А потом была близость, не секс, а что-то иное, будто мы оба пытались выплеснуть кипящие внутри эмоции. Безысходность, она ощущалась в каждом движении, в каждом прикосновении и каждом вздохе. Мы не могли остаться равнодушны друг к другу, но не хотели быть вместе. Я боялась его, мне и так было сложно свыкнуться с тем, что Дрейсон не человек. А вчера я в полной мере осознала, насколько мы различны. Благодарность к нему соперничала с обидой за вчерашнюю грубость. Я сомневалась, что у нас что-то выйдет.

Беда не приходит одна, как говорится. Вот и меня посетили месячные. На этот раз раньше срока. Видимо, эффект очищающего сбора Вильи. По крайней мере, я точно не беременна от Дрейсона. Вновь оглядев хмурым взглядом присланный мне гардероб, я выхватила одно из временных платьев, что мне выделила Валери. Бежевое, с широкими бретелями и вырезом лодочкой, оно было велико и абсолютно мне не шло. Но не в шелках же, демонстрируя грудь, разгуливать. Стоило одеться и позавтракать, как зашла Валери, чтобы сообщить, что вит желает меня видеть. К слову, вчера Валери пояснила мне, что вит или витесса означает принадлежность к высокородной аристократии. Так что мой нелюдь не только сюзерен, но еще и высокородный.

Вит ожидал меня в своем кабинете. Помещение было оформлено в сдержанных синих и белых тонах. Вит заседал за массивным столом из темного дерева, заваленного сейчас бумагами. После кратких раздумий я подошла. Если честно, ожидала извинений, объяснений. Но зря.

– У меня для тебя подарок, – Дрейсон придвинул по столешнице синий бархатный футляр для драгоценностей. Вот, значит, как?

Подхватив футляр со стола, я раскрыла его. Внутри оказалось ожерелье, выполненное в изумрудах и бриллиантах. В драгоценностях я абсолютно не разбиралась, но даже я понимала, что держала в руках очень дорогую вещь. Любую девушку восхитит блеск драгоценных камней, и я не стала исключением. Вот только и все драгоценности мира не сравнятся по значимости с моим медальоном, в котором хранится фотография родителей. А ожерелье? Ну что я с ним буду делать? Наряжусь в подаренные шелка и буду дефилировать перед зеркалом? Меня же никуда не пускают. И даже если будут пускать, чего он ожидает от меня?

– Красиво, – сдержанно похвалила я, закрывая футляр. Но выражать восторги было выше моих сил.

– Вчера я был несколько груб, не привык, что мне дерзят. Впредь советую тебе проявлять больше уважения.

Его слова развеяли последние надежды на благоприятный исход.

– Вчера вы просто были собой, уважаемый вит Дрейсон, – футляр был вновь положен на стол. Вит недовольно нахмурился. – Я надеялась, что вы поясните, чего ждете от наших отношений. Но, по-моему, и так ясно, что я должна стать послушной любовницей.

– Ты рассчитывала на что-то иное? – Дрейсон откинулся спиной на широкую, обитую тканью спинку своего кресла, сложив перед собой ладони в замке. Серые глаза смотрели холодно, с предупреждением.

– Да, по наивности, – мне пришлось прочистить пересохшее горло, настолько становилось не по себе от исходящего от Дрейсона волнами раздражения. – Мне кажется, у нас ничего не выйдет.

На этих словах лицо Дрейсона закаменело, губы напряженно сжались в прямую линию. Вздернув подбородок, я твердо смотрела в его глаза, не собираясь уступать. Пусть не думает, что я буду терпеть его пренебрежение в благодарность за спасение. Вчера он намекнул на оральный секс, а дальше что? Удовлетворять его по первому требованию? Тогда я не далеко ушла от работы шлюхой в борделе, разве что клиент только один.

Ничего возразить Дрейсон не успел, нас прервало появление незнакомки. Девушка впорхнула в кабинет как к себе домой. Она, можно сказать, была моей полной противоположностью. Высокая, рослая, с тонкой талией и большой грудью. Но, кажется, все двуликие крупнее людей. Светлые волосы были собраны в сложную прическу, в которой блестели драгоценные камни. Теперь я уже иначе взглянул на подарок Дрейсона и на свой гардероб. По крайней мере, голубое платье-бюстье девушки выглядело куда откровеннее моих нарядов, а от изобилия драгоценностей рябило в глазах. Видимо, здесь так модно. Или нет? Как же тяжело не знать элементарных вещей о мире!

– Виттор, – девушка театрально надула губки, притопнув ножкой. Голубые глаза смотрели лукаво на моего нелюдя. Моего?! – Ты совсем не посещаешь меня? Я соскучилась!

Девушка прошла к столу, абсолютно игнорируя мое присутствие.

– Это из-за меня, – заявила я, сразу обругав себя. И что я вклинилась?

– Сия, – от угрозы в голосе вита по моей спине пробежали мурашки страха.

– Кто это, Виттор? – девушка оглядела меня чуть ли не с презрением. Без макияжа, в дурацком платье я смотрелась бледно. Взгляд девушки сразу метнулся к моей печати. – Ты взял под покровительство преступницу? Человека? – взвизгнула она, отступив от меня и прижав в груди сумочку, будто испугавшись, что я ее сиюминутно ограблю.

– Преступницу? – возмутилась я, ощущая, как сердце сжимают тиски неприятного предчувствия.

– Сия, выйди! – невольно втянула голову в плечи под громогласным приказом Дрейсона.

Проигнорировав вита, я ринулась к девушке, готова была в ноги ей броситься, пусть только пояснит.

– Объясните, пожалуйста, почему вы решили, что я преступница?

– На тебе печать греха, – пояснила обескураженная моим поведением и вопросом девушка. – Ее наносят преступникам, отбывающим наказание под покровительством, – она с непониманием взглянула на Дрейсона, который уже стремительно обогнул стол, направляясь ко мне.

– Но вы сказала, что я ваша… – договорить я не смогла.

От печати прошла волна боли. Я рухнула на пол, тяжело дыша, почти теряя сознание.

– Выйди, я сказал! – Дрейсон подхватил меня под мышки, в рывок поднял на ноги.

– Нет! – не знаю, откуда взялись силы, но я как-то умудрилась оттолкнуть Дрейсона. – Вы объясните, что… – новая волна боли вырвала меня из реальности. Краем уплывающего сознания я лишь увидела подхватившего меня на руки Дрейсона.

Пришла в себя я уже в кровати своих покоев. За окном занимался закат. Возле меня сидела Вилья, мягко поглаживая мою ладонь.

– А, очнулась, – просипела она.