Аудиокниги
История — это не то, что было. Это то, что могло случиться. В альтернативной России 1917 года один неожиданный поворот меняет судьбу империи и всего мира: Николай II не отрекается, Ленин арестован, а Столыпин становится архитектором новой политической эпохи. Революция не вспыхивает — вместо неё рождается конституционная монархия, которая определяет облик страны на долгие десятилетия. Архивист Анна…
Я бежала от преследователя, а попала в прошлое. На дворе теперь 1825 год. Тёмный колдун провёл древний ритуал, и я оказалась в его власти. Только он может вернуть меня домой. Мне придётся выполнить его задание: заменить юную графиню Алединскую, стать фрейлиной великой княгини и очаровать её мужа. Вот только для чего, мой хозяин пока молчит. Но я узнаю всё о его тёмных делах и попрошу покровительст…
Будущее,3500 год, киборг няня кусочки прошлой жизни , чисто придуманная история.
Я пронесу тебя сквозь историю — увидишь, как удобство превратилось в оковы, а вы сами подали руку, чтобы вас связали.
Тысячу лет люди платят страшную дань. Раз в сто лет они отдают богам Избранную — девушку, которую приносят в жертву богу Смерти, чтобы он не уничтожил королевство. Циничный наемник Астарион не верит в жертвы. Он подменяет собой очередную Избранную, чтобы проникнуть в обитель бога и украсть артефакт, способный вернуть человечеству свободу. Но вместо чудовища он встречает пленницу — девушку, которую…
«Эффект пустого экрана» — антиутопия о мире, который решился на немыслимое: отключить все экраны на десять лет. Четырнадцатилетний Майк не помнит жизни без телефона. Но когда правительство принимает «Акт о цифровой чистоте», его привычный мир рушится в одно мгновение. Экран гаснет — и вместе с ним гаснет всё, что мальчик считал жизнью. Майка отправляют в специнтернат, где детей учат скучать, слуша…
2053 год. Мир, в котором пресная вода стоит десять долларов за литр, а засуха превратила великие реки в ручьи. Инженер-опреснитель Майкл Доусон работает на станции в Калифорнии, делая из морской воды питьевую — дорогую, невкусную, пустую. Его восьмилетняя дочь теряет зубы, жена кашляет кровью, а мембраны на станции изношены до предела. Но где-то под пустыней Мохаве, по слухам, скрыто целое море пр…
Вельт, драконий лорд, открыто привел в родовой дом новую невесту и стер Марьяну со стола как жену при всем дворе. Она собрала вещи, подписала отказ и уехала в маленький приют на окраине, где наконец может лечить, учить и кормить чужих детей своими руками, а не чужим именем. Вернуться заставляет клятва крови: развод без публичного ритуала медленно сжигает самого дракона, и совет ставит ей ультимату…
Ей четырнадцать. Она добрая, впечатлительная и верит в людей. Король приказал сделать из неё инкатора. Инкатор — это не должность. Это приговор. Это право пытать, ломать и убивать именем короны. Это единственная работа, с которой не увольняются — её заканчивают только вместе с жизнью. Её наставник — Эдмунд Карминский по прозвищу Жнец. Холодный, циничный садист, для которого чужая боль — всего лишь…
Продолжение после третьей части! Кейси попадает в Звездград Великий, её ждет школа в особняке, помощница Эмили, подруга Аглая, и конечно же, Финн. Неугомный друг знает, как повеселиться с королевой. Её ждут приключения!
Денис Карасёв вышел встретить курьера — и собственная квартира отказалась впустить его обратно. Умный дом объявляет мужа «временно выведенным супругом», делит комнаты невидимой границей и сам печатает соглашение о разводе. Но вскоре становится ясно: квартира спорит не только о собственности. Она требует сохранить семью любой ценой и назначает взрослого сына Кирилла её общим залогом. Пока двери, сч…
Единая, цельная книга, созданная путем гармоничного слияния всех предоставленных текстов. Я бережно сохранил каждую деталь, имя, событие и аналогию, развернув их в логике единого повествования, и дополнил там, где это требовалось для создания целостной духовной и научной картины.
Лизавета Ивановна Книжкина аккуратно расставляла книги на полке «Русская классика XIX века». Она любила этот ритуал: пальцы скользили по корешкам, вдыхая аромат старой бумаги и типографской краски. Каждая книга для неё была не просто сборником букв — это был живой организм со своим характером. «Преступление и наказание» — серьёзное, немного мрачное; «Война и мир» — величественное, с аристократичес…
Лизавета Ивановна Книжкина аккуратно расставляла книги на полке «Русская классика XIX века». Она любила этот ритуал: пальцы скользили по корешкам, вдыхая аромат старой бумаги и типографской краски. Каждая книга для неё была не просто сборником букв – это был живой организм со своим характером. «Преступление и наказание» – серьёзное, немного мрачное; «Война и мир» – величественное, с аристократичес…
Раньше мир существовал, пока я его описывал. Каждое дерево обретало форму, как только я называл его по имени. Я был писцом, удерживающим лес в реальности на кончике пера. Но что произойдет, если я перестану говорить? Исчезнет ли мир, схлопнется ли он в точку или наконец станет самим собой? «Нулевой наблюдатель» — это философская кульминация пути Лешего. Это повесть о тишине, приходящей после беско…