Раненый рыцарь уже не ведает, куда заведёт его дорога. А дороге всё нет и нет конца... Или это и есть конец?
Далеко за пределами повседневной реальности живет бессмертная ведьма...
Детское гадание в ночь перед Рождеством, больше от скуки, чем всерьёз, – и вот уже перед тобой незваный гость. Сможешь ли пройти испытание?
«Нашему эпизоду 90-х годов о «Не-делании» Толстого, возникшему в противоположность позитивистической защите бесцельного труда или делания Эмилем Золя соответствует в Германии 70-х годов разрыв Фридриха Ницше с учением Шопенгауэра и с эстетикой Рихарда Вагнера и переход автора «Заратуштры» к позитивизму…»
«…Мы знали Германию только в возрасте критики и не знали, чем была она до критического периода и чего она не утратила совершенно даже и в эту пору. Почему-то критический период представляется нам не временным, не преходящим. Но ведь и Германия была когда-то сельскою, верующею, прежде чем сделалась городскою и неверующею…»
Если бы все рождались со способностью хорошо кататься на лыжах, то, возможно, люди не совершали бы ошибок. И за ними не так интересно было бы наблюдать. Но этот парень не только рассмешил, а заставил всех окружающих ужаснуться...
Начало работы над статьей определяется письмом Белинского к В.П. Боткину от 3–10 февраля 1840 года. В части, написанной 9 февраля, он сообщал: «А дня через два надо приниматься за статью о детских книжках, где я буду говорить о любви, о благодати, о блаженстве жизни, как полноте ее ощущения, словом, обо всем, чего и тени и призрака нет теперь в пустой душе моей». В этой статье наиболее подробно об…
Бледный человек в чёрном доме в конце тёмной улицы. Кто он? Его дом обветшал и всеми забыт, однако у каждой истории есть первая страница. Та, с которой всё начинается.
Накануне отлета на родину Ивару приснился сон - притягательный, страшный и удивительно реалистичный. Рассказывающий ему о его собственной жизни, какой она могла бы стать, если бы он не уехал в эмиграцию. Но едва он оказался в родном городе, как его сон начал сбываться, как бы вытесняя собой ту реальность, в которой он жил до сих пор. Более того: новая реальность играет с ним и его супругой Марго, …
«Звонкая песня лилась рекою по улицам села ***. Было то время, когда утомлённые дневными трудами и заботами парубки и девушки шумно собирались в кружок, в блеске чистого вечера, выливать своё веселье в звуки, всегда неразлучные с уныньем. И задумавшийся вечер мечтательно обнимал синее небо, превращая всё в неопределённость и даль. Уже и сумерки; а песни всё не утихали. С бандурою в руках пробиралс…
«… Тысяча восемьсот восемьдесят четвертого года, января 1-го дня, мы, нижеподписавшиеся, Человечество с одной стороны и Новый, 1884 год – с другой, заключили между собою договор, по которому: 1)…»
«… Однажды в сумерках граф лежал на диване и что-то читал, а композитор стоял посреди комнаты и думал думу. – Послушай, Александр Сергеич, – обратился литератор к композитору, – будь другом, поставь поближе ко мне свечу, а то ничего не видно… – В данную минуту мне приходится оригинальничать, – сказал Даргомыжский, принимая с комода свечу и ставя ее на столик перед В. А. Соллогубом. – Обыкновенно я…
«… У регента соборной церкви Градусова сидел адвокат Калякин и, вертя в руках повестку от мирового на имя Градусова, говорил: – Что ни говорите, Досифей Петрович, а вы виноваты-с. Я уважаю вас, ценю ваше расположение, но при всем том с прискорбием должен вам заметить, что вы были неправы. Да-с, неправы. Вы оскорбили моего клиента Деревяшкина… Ну, за что вы его оскорбили? – Кой чёрт его оскорблял? …
«…Наш шестидесятилетний бухгалтер Глоткин пил молоко с коньяком по случаю кашля и заболел по сему случаю белою горячкой. Доктора, со свойственною им самоуверенностью, утверждают, что завтра помрет. Наконец таки я буду бухгалтером! Это место мне уже давно обещано…»
«…Три года тому назад я почувствовал присутствие того священного пламени, за которое был прикован к скале ПрометейИ вот три года я щедрою рукою рассылаю во все концы моего обширного отечества свои произведения, прошедшие сквозь чистилище упомянутого пламени. Писал я прозой, писал стихами, писал на всякие меры, манеры и размеры, задаром и за деньги, писал во все журналы, ноувы!!!