В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
В монографии впервые предпринята попытка системного описания понятия «затекст» в аспекте феноменологии и психологии художественного творчества. Принципиально разграничен затекст как форма авторской рефлексии и затекст как рецептивная практика. Книга адресована гуманитариям и может быть интересна как литературоведам, так и философам, культурологам, искусствоведам, психологам и литературным критикам…
Издание, которое вы держите в руках, объединяет три книги, основанные на уникальном цикле лекций искусствоведа Паолы Волковой. Первая – это «Комментарий к Античности», где прослеживаются новые связи между формами – от Стоунхенджа до театра «Глобус», от Крита до испанской корриды, от европейского средиземноморья до концептуализма XX века, – все это связано и не может существовать друг без друга. «Я…
Автор книги – известный французский писатель Анри Перрюшо, исследователь творчества европейских художников-импрессионистов и постимпрессионистов, таких как Поль Сезанн, Огюст Ренуар, Винсент Ван Гог, Поль Гоген, Анри де Тулуз-Лотрек, Жорж-Пьер Сёра. Биографии-романы А. Перрюшо всегда достоверны и документированы, но это не мешает им быть живыми и волнующими, ярко воссоздающими облик художников и э…
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АРХАНГЕЛЬСКИМ АЛЕКСАНДРОМ НИКОЛАЕВИЧЕЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АРХАНГЕЛЬСКОГО АЛЕКСАНДРА НИКОЛАЕВИЧА. Как жаль, что русскую классику мы проходим слишком рано, в школе. Когда еще нет собственного жизненного опыта и трудно понять психологию героев, их счастье и горе. А повзрослев…
*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АРХАНГЕЛЬСКИМ АЛЕКСАНДРОМ НИКОЛАЕВИЧЕЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АРХАНГЕЛЬСКОГО АЛЕКСАНДРА НИКОЛАЕВИЧА. Как жаль, что русскую классику мы проходим слишком рано, в школе. Когда еще нет собственного жизненного опыта и трудно понять психологию героев, их счастье и горе. А повзрослев…