Книги жанра детективная фантастика
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Это роман-нуар, балансирующий на грани суровой криминальной драмы и философской притчи. Действие разворачивается в двух эпохах одновременно: в лихих 90-х, когда Ленинград перекраивали заново, и в наши дни, гд…
В Ладомире прошлое можно услышать, но нельзя допросить. Архивистка Вера Ланская обнаруживает кражу голосовых следов умерших — отголосков, которые сохраняют слова, однажды изменившие чужое решение. Вместе со следователем Мироном Берестовым она выясняет: подлинные фразы монтируют в новую «волю предков», а за каждое воспроизведение живые возвратчики расплачиваются собственными обещаниями. Пока река п…
Размеренный ход работы операторов горнодобывающего оборудования на отдаленной планете прерывается загадочным происшествием. Руководство не торопиться идти им на выручку и работникам приходится самостоятельно разбираться в сложившейся ситуации, тем более, что от этого зависят их жизни.
Мёртвые не разговаривают. Обычно. Я — Павел Громов, сорокадвухлетний судмедэксперт с испорченной карьерой, взрослой дочерью и скверной привычкой не подписывать удобные заключения. После вскрытия неизвестного из частной клиники над телом появляется невозможная надпись: РЕКОНСТРУКЦИЯ ДОСТУПНА. 01:30. Теперь я вижу последние девяносто секунд убитых и могу заимствовать их навыки. Чужая меткость, чужая…
На старой станции авария начинается с почти незаметных отклонений: чуть падает давление, автоматика подправляет показатели, очередная неисправность остаётся «в пределах допуска». Инженер Ивар Тесс первым замечает страшную закономерность — система не просто теряет воздух, она постепенно учится считать ухудшение нормой. След ведёт к центральному распределителю, где человеческая рунная инженерия нало…
Перед вами история о мальчике, который родился не для счастья. Марк — жертва домашнего насилия, потерявший мать в младенчестве, выросший в семье, где любовь заменила нагайка, а забота — страх. Его жизнь — это борьба за выживание. Но когда он теряет глаз от руки собственной мачехи, когда его единственный защитник — дедушка — умирает у него на глазах, Марк понимает: он не может больше быть жертвой. …
Фемида судит с закрытыми глазами. Абсолютное беспристрастие. Абсолютная объективность. Абсолютные ли?
Перед вами история о мальчике, который родился не для счастья. Марк — жертва домашнего насилия, потерявший мать в младенчестве, выросший в семье, где любовь заменила нагайка, а забота — страх. Его жизнь — это борьба за выживание. Но когда он теряет глаз от руки собственной мачехи, когда его единственный защитник — дедушка — умирает у него на глазах, Марк понимает: он не может больше быть жертвой. …
Есть города, которые не хотят, чтобы в них жили. Трей — один из них. Его улицы помнят крики, которых никто не слышал, и снег здесь падает как пепел. Маркус Славинов — живой труп, прячущий лицо под маской. Он не помнит, когда перестал хотеть жить. Но кто-то помнит его. Кто-то вплетает его в узор из крови и огня, оставляя единственным выжившим в трёх катастрофах. Когда Маркус связывает названия мест…
Тихий провинциальный город охватила череда загадочных исчезновений. Жители опасаются выходить на улицы, полиция бессильна перед лицом неизвестности, а город тем временем заполняют странные существа.
Это роман-нуар, балансирующий на грани суровой криминальной драмы и философской притчи. Действие разворачивается в двух эпохах одновременно: в лихих 90-х, когда Ленинград перекраивали заново, и в наши дни, где эхо тех событий всё ещё звучит в гранитных набережных. В центре сюжета — человек, которого называют Гримёр. Его имя стало его сутью. В прошлом — снайпер, мастер спорта по рукопашному бою, пр…
На станции Вольных Рубежей погибает техник. Рядом — повреждённый человеческий рунный узел и след мюридского Плетения. Удобная версия почти готова: Мюрид вмешался в чужую систему, произошёл сбой, человек погиб. Гримнский механик Редд Варек не видит Эфир и не умеет читать руны. Зато он умеет смотреть на металл. А металл говорит, что кто-то очень хотел, чтобы расследование смотрело в другую сторону. …
После операции Инквизиции в жилом блоке Нео-Тартаруса осталось тридцать тел. Городской реестр утверждает, что погибших тридцать один. Дарен Весс занимается гражданскими записями и привык считать документы надёжнее человеческой памяти. Но его тридцать первый мертвец умер за несколько часов до операции — а тела нигде нет. Вскоре простая ошибка учёта превращается в след, ведущий к долгам, имущественн…
Двести семей отправили к другой звезде самое дорогое — своих ещё не рождённых детей. Корабль летел шестьдесят восемь лет. Растить, учить и защищать колонистов на океанической планете у Тау Кита должна была ГЕРА, искусственный интеллект, созданный лучшими умами Земли. Она справилась. Двести детей выросли счастливыми, под двумя лунами, в городе, который построила для них она. Но за девять лет до ста…
Двести семей отправили к другой звезде самое дорогое — своих ещё не рождённых детей. Корабль летел шестьдесят восемь лет. Растить, учить и защищать колонистов на океанической планете у Тау Кита должна была ГЕРА, искусственный интеллект, созданный лучшими умами Земли. Она справилась. Двести детей выросли счастливыми, под двумя лунами, в городе, который построила для них она. Но за девять лет до ста…