Книги жанра русская классика
В этой книге собраны рождественские новеллы зарубежных писателей-классиков, и некоторые имена станут открытием для читателей. Эти произведения описывают ожидание и переживание праздника Рождества Христова, приводящие людей к настоящей духовной радости. Такие рассказы западают в сердце и дают повод к обсуждению прочитанного в семье и с друзьями.
В этой книге собраны рождественские новеллы зарубежных писателей-классиков, и некоторые имена станут открытием для читателей. Эти произведения описывают ожидание и переживание праздника Рождества Христова, приводящие людей к настоящей духовной радости. Такие рассказы западают в сердце и дают повод к обсуждению прочитанного в семье и с друзьями.
В этой книге собраны рождественские новеллы зарубежных писателей-классиков, и некоторые имена станут открытием для читателей. Эти произведения описывают ожидание и переживание праздника Рождества Христова, приводящие людей к настоящей духовной радости. Такие рассказы западают в сердце и дают повод к обсуждению прочитанного в семье и с друзьями.
В этой книге собраны рождественские новеллы зарубежных писателей-классиков, и некоторые имена станут открытием для читателей. Эти произведения описывают ожидание и переживание праздника Рождества Христова, приводящие людей к настоящей духовной радости. Такие рассказы западают в сердце и дают повод к обсуждению прочитанного в семье и с друзьями.
Рождество и Новый год – самые детские праздники в году. Нарядные елки, игрушки и подарки, веселые, смеющиеся детские личики – такую радостную картинку рисует благосклонный читатель. И всем хочется, чтобы было так! А все иное пусть останется в прошлом, отойдет в глубокую даль, как истории из старинных журналов. В этом сборнике рассказы русских писателей дают пищу для ума и сердца, трогают до глубин…
В этой книге собраны рождественские рассказы русских писателей, и многие имена станут открытием для читателей, потому что их публикации остались лишь в дореволюционных журналах. Но звучат они очень современно! Истории, описания образны и кинематографичны, часто имеют непредсказуемый поворот сюжета и неожиданный финал. Читателей ждет увлекательное чтение со смыслами, такую книгу приятно дарить и ра…
«Барон подарил Мери письменный стол. Эту дорогую вещицу (дамский письменный стол неприятно называть мебелью) он купил нетерпеливо и радостно, предвкушая ласковую улыбку женщины. Ей, конечно, необходимо было писать на чем-нибудь свои записочки-лилипуты…»
Стихотворения и рассказы Надежды Тэффи.
«Эта глупая уездная старуха сидела на лавке в кухне и рекой лилась, плакала. Святочная метель, вихрями носившаяся по снежным крышам и снежным пустым улицам, стала мутно синеть, наливаться сумерками, а в доме темнело…»
«Многие ли знают, как умер Вольтер, где похоронен он был первоначально и какова была судьба его сердца и мозга? Об этом с обычным мастерством и с вечно присущей ему тонкой иронией рассказывает Ленотр…»
«Госпожа Маро родилась и выросла в Лозанне, в строгой честной семье. Замуж вышла она по любви. В марте 76 года, среди пассажиров старого французского парохода «Овернь», шедшего из Марселя в Италию, оказалась чета новобрачных. Дни стояли тихие, прохладные, море серебристыми зеркалами терялось в туманных весенних далях, новобрачные не сходили с палубы. И все любовались ими, все глядели на их счастье…
«На рассвете, в тумане и сумраке, когда все еще спали в городе Синопе, подошел к Синопу разбойничий корабль. Петухи пели по всему нагорному берегу, по всему селению в этот темный и сладкий час, и с разбойничьего корабля с дружной радостью откликался им разбойничий петух…»
«Мы приехали в Женеву под дождем, ночью, но к рассвету от дождя осталась только свежесть в воздухе. Отворив дверь на балкон, мы почувствовали упоительную прохладу раннего осеннего утра. В улицах таял молочный туман с озера, солнце тускло, но уже бодро блистало в тумане, а влажный ветер тихо покачивал кроваво-красные листья дикого винограда на столбах балкона. Мы умылись и оделись быстро и вышли из…
«Месячной осенней ночью, светлой и тихой, я пешком возвращался с полевой охоты по сухим, блестящим жнивьям, пашням и проселкам и зашел ночевать на хутор, одиноко стоявший в поле…»