Книги жанра культура и искусство
«Какая радость… Всегда радость, если человек, которого давно считаешь погибшим, вдруг оказывается живым. Радость, даже если его едва знаешь. А когда он друг? Тот, чье письмо сейчас передо мной, – мой давний друг. Никто, может быть, не знает так хорошо некоторых подробностей его приключений в 18 г., как знаем мы. Но в 18-м же году он уехал в Сибирь, в белую армию, и до сегодня мы ничего о нем не сл…
«Пророчества понимаются лишь тогда, когда исполняются или начинают исполняться. Это известно. Но даже исполняясь, они требуют истолкования. Пророк поневоле неясен: он говорит образами, уподоблениями…»
«Сейчас же подумают: какое игривое заглавие! Очень характерно, что так подумают. Я немножко об этой характерности и хочу поговорить. Статьи о «поэтессах» моего коллеги – критика Мочульского – мне очень нравятся. Такие они тонкие, благожелательные. Я надеюсь, что покончив с поэтессами, г. Мочульский перейдет к беллетристкам и критикессам. Он, очевидно, специализировался на рассматривании искусства …
«Трудно сейчас о русской Церкви говорить: хочется кричать – вместе со всем миром. Мир закричал, – немножко поздно, – но и то, слава Богу. Трудно говорить, но, может быть, все-таки нужно. Может быть, пригодится кому-нибудь мой спокойный рассказ о том, как воспринимают данное положение Церкви и что думают о нем русские люди в России…»
«Большевики убили Набокова. Нет, нет, это не ошибка. Я знаю, что убийцы называются «монархистами». Но как бы им было ни угодно себя называть, монархистами или коммунистами, они, главным образом, убийцы. И это деление людей – на убийц и не убийц – для нашего времени самое правильное и единственно реальное…»
«Наши деды не так уж были глупы, когда при всяком удобном (и даже неудобном) случае пили за „Истину, Добро и Красоту“. Избитая триада! Правда, кто не избивал ее? Избивали, забывали, вспоминали, чтобы снова избивать; в результате – болят руки у избивателей, а триада стоит себе, нерушимая и, главное, неделимая; и по-прежнему только к ней влечется воля человеческая…»
«Надо, прежде всего, воскреснуть. Двадцать лет непрерывного вглядыванья в литературу, оценки писателей, старанья выразить то, что видишь; двадцать лет критической работы… и затем, с начала 18-го года, конец. Нет не только меня (что – я?), нет литературы, нет писателей, нет ничего: темный провал…»
«Статья Гр. Ландау „Происхождение смуты“ („Руль“) любопытна по тому выводу, который делает автор и ради которого, может быть, эта статья написана. Этот вывод „все, принимающие февральскую революцию, должны также принимать и торжество большевиков“…»
«Не для того, чтобы оспаривать чьи-нибудь мнения о моей статье в „Совр. Записках“, я прошу редакцию „Посл. Новостей“ поместить эти несколько строк. Каждый волен иметь свои мнения, я – как другие. Но в критику моих критиков вкралось несколько фактических неточностей, порою даже описок, и несколько неясностей, которые я должен отметить, – хотя бы в интересах людей, мою статью не читавших…»
«В своей книге „Философия неравенства“ Н. Бердяев рассматривает вопросы общественные и рассматривает их с религиозной точки зрения. Хочет взять общественность – „в свете религиозного сознания“. Я не собираюсь заняться подробной критикой его многосложного и многословного труда, да вряд ли это было бы мне и под силу. Но я хочу говорить о тех же вопросах, о которых говорит Бердяев, – общественных, – …
«Несколько слов о недавнем собрании писателей «Миссия русской эмиграции» и о вызванной им критике – «Голоса из гроба». Мое неучастие в собрании, несмотря на совпадение в религиозных взглядах с некоторыми ораторами, мое согласие с главными выводами критика «Посл. Нов.» – дают мне возможность отнестись к обеим сторонам с полезной объективностью…»
«„Отцы и дети“ – это, в конце концов, только художественный образ. Он понравился, привился, но вряд ли можно ставить его темой серьезного обсуждения. Спор „отцов и детей“ – лишь фигуральное определение двух, непосредственно одно за другим следующих поколений, непременно будто бы друг с другом несогласных…»
«Это – краткая сводка, конспект современных разговоров, ставших „почти банальными“. Но, может быть, как раз своей повторяемостью (почти без вариаций, лишь с новыми деталями), упорным возвращеньем к столь „общеизвестному“, разговоры эти и примечательны. Скажу, кстати, что мысли „Оптимиста“ мне приходилось слышать не только от дилетантов, но и от представителей эмиграции довольно известных, даже пар…
«В дальние времена, когда все мы, критики со смыслом, пытались бороться с повальным сумасшествием, – обожанием Горького и Андреева, – появился молодой Арцыбашев…»
«Я не считаю особенно продуктивной полемику посредством напоминания П. Б. Струве, что в таком-то году он держался таких-то политических взглядов, а теперь высказывает противоположные. Поворот Струве начался давно, и об изменениях своих политических позиций Струве всегда открыто заявлял. Но о перемене взглядов своих на религию, в частности на Церковь и Православие, мы таких открытых его заявлений н…