Книги жанра ЛитРес: чтец
«Я не случайно избрал тему о быте. Я выбрал эту тему потому, что многократно в Москве и в целом ряде городов РСФСР самая разнообразная публика требовала от меня доклада именно на эту тему. Большой интерес к этой теме является, с моей точки зрения, совершенно объяснимым и даже закономерным. Можно заранее предсказать, что к тому времени, когда мы начнем более или менее устраивать нашу общественную ж…
«Инженер Суслин вошёл на площадку трамвая на углу Невского и Литейного, хотел пройти в вагон, увидел в вагоне мужа Натальи Дмитриевны и не двинулся с места… Муж Натальи Дмитриевны – господин точный, с брюшком, с длинными усами и бритым подбородком. Глаза навыкате, большие, странные, пустые глаза. Щёки у него одутловатые, со складками у шеи: „Как она может любить этого урода?“ И шляпа у него всё та…
Княжич Светловой хочет навсегда оставить рядом с собой возлюбленную – богиню весны Лелю. Но та вынуждена ускользать от него с каждым поворотом годового круга. Вырвать же ее оттуда невозможно, это означает верную погибель для всего мира. Светловой разыскивает священную Чашу Судеб, надеясь с ее помощью повидаться с Лелей посреди зимы. Долгая и почти безнадежная охота за неуловимой Весной постепенно …
В пространстве Паддока есть: 1) чётко очерченные границы; 2) чётко обозначенные локации; 3) неизменный день прибытия; 4) варьирующееся число обитателей; 5) один охотник. В этом месте выживают только самые везучие из тех, кому не повезло сюда попасть. Поиск выхода – смысл, обязанности – необходимость, риск – привилегия. Привилегия здесь и память. Однако любая прерогатива обязывает к ответственности…
«Инженер Суслин вошёл на площадку трамвая на углу Невского и Литейного, хотел пройти в вагон, увидел в вагоне мужа Натальи Дмитриевны и не двинулся с места… Муж Натальи Дмитриевны – господин точный, с брюшком, с длинными усами и бритым подбородком. Глаза навыкате, большие, странные, пустые глаза. Щёки у него одутловатые, со складками у шеи: „Как она может любить этого урода?“ И шляпа у него всё та…
Ее величали «иконой советского кино» и «первой звездой СССР». Она была лицом великой эпохи и любимой актрисой Сталина. Ходили даже слухи о романе Вождя с Любовью Орловой… Как оказалось, это были не слухи, что подтвердила она сама! Любовь Петровна решилась написать о своих отношениях со Сталиным после того, как его тело вынесли из Мавзолея, а «разоблачение культа личности» переросло в информационну…
Перед вами продолжение головокружительных и сногсшибательных сексуальных приключений Майкла Д. Кому-то они могут показаться непристойными, но жизнь гораздо богаче наших представлений о ней.
«… – Эй, придурок! – Это вы мне? – А здесь еще кто-то есть? Тебе, тебе, не сомневайся. Ты ведь придурок? – Ну, трудно так сразу ответить… От многого зависит. – От чего, например? – От того, в каком я настроение в данный момент, от времени дня, от того покладистый у меня характер в эту минуту, или драчливый, хорошо я поужинал или нет, от многого…»
«В „Киевской мысли“ появилась статья г. Л. Войтоловского „Шлиссельбургское последействие“, написанная на основании записок бывших шлиссельбургских узников М. Фроленко и М. Новорусского о выходе их на свободу. Статья г. Войтоловского, воспевающая величие коллективного инстинкта, пользуется трагическим примером шлиссельбуржцев для показания, как изоляция личности от коллектива толпы приводит даже „б…
«В „Киевской мысли“ появилась статья г. Л. Войтоловского „Шлиссельбургское последействие“, написанная на основании записок бывших шлиссельбургских узников М. Фроленко и М. Новорусского о выходе их на свободу. Статья г. Войтоловского, воспевающая величие коллективного инстинкта, пользуется трагическим примером шлиссельбуржцев для показания, как изоляция личности от коллектива толпы приводит даже „б…
Бронте О’Хара в одиночку воспитывает своего маленького племянника, у нее привычная, устоявшаяся жизнь. Но однажды в их дом стучится беда – у мальчика обнаруживают лейкоз, и лишь один человек может быть донором костного мозга – брат-близнец давно погибшего отца ребенка. Меньше всего на свете Бронте хочется просить помощи у такого жестокого человека, как Лукас Блэкстоун, но у нее нет другого выхода.…
«Была ночь. Сумрачная, но тихая. Иуда, скрывавшийся в широкой тени, бросаемой башней Антония, сидел скорчившись на камне и глядел прямо перед собою немигающими глазами. Он не спал вот уже несколько ночей, и зевота, похожая на больную судорогу, широко кривила порою его крупный, чувственный рот…»
«Была ночь. Сумрачная, но тихая. Иуда, скрывавшийся в широкой тени, бросаемой башней Антония, сидел скорчившись на камне и глядел прямо перед собою немигающими глазами. Он не спал вот уже несколько ночей, и зевота, похожая на больную судорогу, широко кривила порою его крупный, чувственный рот…»
Этот роман открывает собой серию книг об Управлении Н – подразделении Службы внешней разведки, которого никогда не существовало в природе, и об одном из наиболее успешных его агентов с оперативным псевдонимом Одиссей – который тоже всего лишь плод воображения автора этих книг. Все пять романов «Неоконченных хроник Третьей мировой» – сугубый и исключительный вымысел, полёт фантазии автора – хоть и …
Легендарный выстрел, подавший сигнал к штурму Зимнего дворца, не только превратил «Аврору» в символ Революции, но и затмил реальную историю этого крейсера и его «систершипов». А ведь их поразительная судьба могла бы стать сюжетом для приключенческого боевика. Знаете ли вы: что имена для крейсеров «Аврора», «Диана» и «Паллада» выбирал лично император Николай II, но на флоте их не любили, давая неле…