Книги жанра пьесы, драматургия
«Комната холостяка. Подколесин один, лежит на диване о трубкой. Вот как начнешь эдак один на досуге подумывать, так видишь, что наконец точно нужно жениться. Что, в самом деле? Живешь, живешь, да такая наконец скверность становится. Вот опять пропустил мясоед. А ведь, кажется, все готово, и сваха вот уж три месяца ходит. Право – самому как-то становится совестно. Эй, Степан!..»
«Комната холостяка. Подколесин один, лежит на диване о трубкой. Вот как начнешь эдак один на досуге подумывать, так видишь, что наконец точно нужно жениться. Что, в самом деле? Живешь, живешь, да такая наконец скверность становится. Вот опять пропустил мясоед. А ведь, кажется, все готово, и сваха вот уж три месяца ходит. Право – самому как-то становится совестно. Эй, Степан!..»
«Комната холостяка. Подколесин один, лежит на диване о трубкой. Вот как начнешь эдак один на досуге подумывать, так видишь, что наконец точно нужно жениться. Что, в самом деле? Живешь, живешь, да такая наконец скверность становится. Вот опять пропустил мясоед. А ведь, кажется, все готово, и сваха вот уж три месяца ходит. Право – самому как-то становится совестно. Эй, Степан!..»
Собрание рассказов, написанных в разных эмоциональных состояниях. Некоторые из историй сборника передают собой всю правду человеческого характера, а остальные не говорят о чем-либо.
В этой глубокой и трогательной книге, основанной на диалоге двух людей в отношениях, раскрываются сложные аспекты любви, доверия и уязвимости. Главные герои Анжела и Анатолий проходят через бурные споры и эмоциональные откровения, которые становятся не только испытанием, но и уроком о значении честности и открытости. Каждый шаг их пути — это зеркальное отражение внутренних противоречий, где страхи…
Монолог. Жанна, то ли чудесным образом спасшаяся, то ли призрак, рассказывает о своей судьбе.
Ваг Гог, только что отрезавший себе ухо, беседует с голландской девушкой. Возможно, наяву, но, скорее всего, галлюцинирует.
Монолог. Хейди рассказывает о том, как на собственном опыте узнала, что секрет, вроде бы очень важный, на поверку может оказаться пшиком.
Романтичный, но не вылезающий из френдзоны айтишник решил разработать свой «Метод исключения», чтобы защититься от тех, кто может разбить его сердце. «Метод» работает, меняя до неузнаваемости не только самого создателя, но и всех, кто узнаёт о нём. Книга содержит нецензурную брань.
Жизнь подростка, заточённого в рамках жестокого мира, кажется бесконечным лабиринтом боли и отчаяния. Его детство наполнено несправедливостью, завистью и чувством ненужности.
Два актера. (1 женская и 1 мужская роли). Романтическая история о Прекрасной Розамунде, любовнице короля, который скрыл ее от всех в лабиринте, и ее убийце, посланным ревнивой королевой. Убийца проник в лабиринт, но вместо того, чтобы убить Прекрасную Розамунду, влюбился в нее без памяти. А она – в него. Им пришлось преодолеть множество преград, чтобы оставаться вместе, но лабиринт в итоге все-так…
Две подруги, Эми и Пейдж, снимают дом. Эми приглашает парня, с которым недавно познакомилась, но отлучается на несколько минут. И этих минут вполне хватает Пейдж, чтобы бедолага удрал со всех ног, не дождавшись своей девушки. Вот она, крепкая женская дружба.
Входит в сагу «Пендрагон-Армитейдж». Три актера (2 женские и 1 мужская роль). Ночь перед похоронами. Две пожилые женщины сидят у гроба покойника, с которым прожили бок о бок много-много лет. Вдруг он не только оживает, но еще и начинает говорить про свою любимую женщину, некую Бетти. Мало того, что старушкам это не нравится, так наготовлена еда на поминки, куплено надгробие, вырыта могила. Не поло…
Входит в сагу «Пендрагон-Армитейдж». Три актера (2 женские и 1 мужская роль). Вечер из жизни Бетти и Джона. Они уже прожили вместе несколько лет, у них родился ребенок, но Бетти не знает покоя, хочет сама не знает, что, и только призрак матери объясняет ей, что от добра добра не ищут, и она должна сохранить и укрепить семью. Бекки Армитейдж Ридди Палестрина – среди основных персонажей саги «Пендра…
2 актера (1 женская и 1 мужская роли). Дама и джентльмен викторианской эпохи едут в санях. Вокруг благостный зимний ландшафт. Но внезапно у дамы возникает мысль: а едут ли они? Или находятся в стеклянном шаре, который красуется на столе в гостиной. И снова переплетаются прошлое и настоящее, реальность и выдумка.