Книга - в самом широком смысле - о хоровом пении. Но не только про человечий хор, в одном из которых я пою вот уже 7 лет (с 2014-го), но и обо всех хорах, звучание которых (в хорошем смысле) преследуют нас всю жизнь. Я имею в виду голоса природы: насекомых, птиц, воду, ветер... Не люблю только машинные воплей - они поперёк хора. Когда остаёшься один где-нибудь в лесу, в степи или на берегу моря, ч…
У каждой Женщины наступает момент, когда она чувствует плотью присутствие своих корней – не абстрактных и не мифических, а осязаемых стопами. Эти корни – продолжение ног и питание макушки. Они зарождают расцвет и дают возможность процветания. Данный сборник о неуемной и неиссякаемой женской силе, которая нуждается в любви и обереге.
«…Сумрак предрассветный… Буря снеговая… Злоба вихрей бледных треплет ранний звон… Колокол безумный бредит, обмирая, И относит дальше взвеянных ворон…»
«…Сумрак предрассветный… Буря снеговая… Злоба вихрей бледных треплет ранний звон… Колокол безумный бредит, обмирая, И относит дальше взвеянных ворон…»
«…Блажен, кто взлелеян богиней Цитеры, С лет юных вкушает отрады любви! И радостью взоры его пламенеют, И скорбь не туманит румяных ланит!..»
«…Грянул гром не из тучи… Ах я грешник окаянный! Я себя в восторге чистом До сегодняшнего полдня Называл матерьялистом. Был я к Бюхнеру привязан, Покоряясь общей моде, И читал его девицам В запрещенном переводе…»
«…Над степью высится гора-могила. С землею в ней опять слилось земное, И лишь в ее незыблемом покое Покой нашла измученная сила. Но песнь законы смерти победила И страстная, как ветер в южном зное, Векам несет то слово дорогое, Которым прошлое она бодрила…»
Все россказни мои вы назовете бредом Согласен, спора нет; и я за вами следом Их сонным бредом назову: Но тот, кто раз быть вместе с вами, Признается легко, что бредит я стихами. О том, что каждый в вас увидит наяву.
«…О свободе громких фраз Много слышится у нас, Но сознаться хоть обидно, А свободы всё не видно…»
«Поэты, не пишите слишком рано, Победа еще в руке Господней. Сегодня еще дымятся раны, Никакие слова не нужны сегодня…»
«Где-то милая? Далеко, На совдепской на земле. Ходит, бродит одиноко, Ест солому, спит в золе…»
«На сердце непонятная тревога, Предчувствий непонятных бред. Гляжу вперед – и так темна дорога, Что, может быть, совсем дороги нет…»
«Проклятой памяти безвольник, И не герой – и не злодей, Пьеро, болтун, порочный школьник. Провинциальный лицедей…»
«На Смольном новенькие банты из алых заграничных лент. Закутили красноармейские франты, близится великий момент. Жадно комиссарские аманты мечтают о журнале мод…»
«Сиянье слов… Такое есть ли? Сиянье звезд, сиянье облаков – Я всё любил, люблю… Но если Мне скажут: вот сиянье слов – Отвечу, не боясь признанья, Что даже святости блаженное сиянье Я за него отдать готов… Всё за одно сиянье слов!..»