– Надеюсь, что так.
– Я Ирина Владимировна, мама Александры. Той, что была убита на свадьбе, – представилась женщина.
– Простите, не сразу узнал, – затушевался я. – На свадьбе людей видишь как-то по-другому. Многих потом в жизни узнать трудно.
– Да, конечно, наряды, улыбки…
– Приношу свои соболезнования, – я не знал, что сказать матери погибшей.
– Я нашла ваш адрес в записной книжке моей дочери. Мне надо с вами поговорить.
– Да. Конечно. Проходите, а я пока приведу себя в порядок.
– Мне позвонил майор Петров и сказал, что Александру убила ее лучшая подруга Лена, – начала Ирина Владимировна, когда я уселся напротив нее.
– Да, я знаю, буквально несколько минут назад смотрел сюжет.
– Но я думаю, что это не так, что убийца моей дочери ходит на свободе. Я не верю, что Елена Крупчинская подняла руку на свою лучшую подругу, что бы там между ними не произошло. Еще хочу Вам сказать, что Евгений и Александра очень давно знакомы. У них не было друг от друга никаких тайн.
– Я знаю. Они вместе занимались бегом. Я иногда составлял им компанию.
– Мне известно, что вы, Дмитрий, бегали вместе с ними. Мне известно, что вы с Женей и Александрой хорошие знакомые. И я знаю, что вы отличный журналист. Именно поэтому я пришла к вам. Мне думается, что если вы проведете журналистское расследование…
– Я уже не журналист, я – частный детектив, – перебил я Ирину Владимировну.
– Тем лучше. – Ирина Владимировна нагнулась ко мне, словно желая сказать что-то очень важное и тайное. – Незадолго до свадьбы Александра получила известие из Италии, о том, что она является наследницей огромного состояния.
Последние слова заставили меня слегка вздрогнуть. Еще бы! Дело начинало принимать совсем другой оборот.
– Когда-то я работала на автозаводе переводчиком, – продолжила Ирина Владимировна. – К нам часто приезжали иностранцы. Я тогда была молода и, поверьте, очень красива. Однажды я познакомилась с одним итальянцем, и у нас случился страстный роман. Мы жить не могли друг без друга. Проводили вместе все свободное время, мечтали о нашем совместном будущем. Наверно это странно, но будучи молодыми, мы часто говорили о внуках. Валерио – так его звали – считал, что внуки это лучшее что может быть в жизни, что без них жизнь человека нельзя считать полноценной. Так случилось, что он уехал, а у меня родилась Александра. Он знал о дочке, долго писал мне, уговаривал уехать в Италию, а потом пропал. И вот перед самой свадьбой выясняется, что Валерио стал очень богатым человеком. Перед смертью он сделал завещание, согласно которому Александра является его наследницей.
– А как вы узнали о наследстве?
– Очень просто. К нам по почте пришло письмо, в котором все это говорилось.
– А можно на него взглянуть?
– Я не нашла его. Перед свадьбой у нас была такая суматоха, возможно Александра его куда-то положила. Но как теперь это узнать! – на глазах Ирины Владимировны появились слезы.
– Ну, хорошо, Ирина Владимировна, скажите, вы сами своими глазами видели это письмо, читали его?
– Да, конечно, я много раз держала его в руках. Для нас это была такая радость! Поначалу мы не знали, на какие средства справлять свадьбу, но известие о наследстве все изменило! Мы взяли кредит и были абсолютно спокойны.
– В каком банке вы взяли кредит и сколько?
– В каком – не помню, всем занимался Женя. Кредит был на миллион рублей. Мы хотели, чтобы все было как у людей. Свадьба, банкет, свадебное путешествие. Заложили под кредит квартиру.
– Миллион рублей! – воскликнул я. – А вдруг письмо о наследстве – это проделка банка! Узнали о вашем прошлом, сочинили историю, написали липовое письмо, дали вам кредит, а затем заберут квартиру!
– Не пугайте меня, Дмитрий! – взмолилась Ирина Владимировна. Я узнала на копии завещания, которое было в письме, подпись Валерио. Там еще было что-то написано, но у меня не очень хорошее зрение. Мне было достаточно его подписи и того, что прочитала мне моя дочь.
– А что прочитала вам ваша дочь?
– То, что она является наследницей Валерио и что после некоторых формальностей ей пришлют приглашение в Италию для оформления наследства.
– Ну, если Вы узнали подпись, то, скорее всего, это правда. Вот только что станет теперь с этим наследством?
Мой вопрос окончательно вывел Ирину Владимировну из себя. Она уткнулась в платок и зарыдала:
– Мне никогда не нравился этот Женька, я чувствовала, что в их отношениях что-то не так. После смерти Александры он пропал, как сквозь землю провалился. Не звонит, не приходит, а ведь скоро похороны. Майор Петров сказал, что следствие закрыто и можно будет забрать из судебного морга мою милую Сашеньку!
– Я попробую во всем разобраться, Ирина Владимировна, а пока давайте выпьем, – предложил я и принес из кухни еще одну рюмку. – Для начала могу я узнать адрес и телефон Евгения.
– Да, конечно. – Ирина Владимировна выпила залпом коньяк, порылась в сумке и достала листок. – Вот, я уже все для Вас приготовила. Копытов Евгений Михайлович, его телефон, адрес, место работы.
– Спасибо! Это хоть как-то, но все же упрощает дело.
– А здесь мои телефоны: сотовый и городской, а так же адрес. Вдруг понадобятся, – Ирина Владимировна протянула мне еще один листок и сразу же засобиралась. – Я пойду. Вы уж, Дмитрий, разберитесь, пожалуйста, Христом богом прошу!
– Хорошо, я постараюсь.
Проводив Ирины Владимировну до дверей, я закрылся на все замки и с бутылкой коньяка в руке уселся в кресло. Информации для обдумывания было столько, что необходимость в рюмке отпала. Коньяк мелкими глотками заходил в меня прямо из горлышка.
Глава 6
Если верить Ирине Владимировне, то звонить Евгению было бесполезно, но тем не менее я попробовал. Бывают такие моменты в жизни, когда сознание четко и ясно представляет всю никчемность и даже вредность определенного действия, но сам человек, вопреки и назло, все равно делает по-своему. По этому принципу не очень зрелые люди лижут железо на морозе или засовывают в рот лампочку. Лампочки под рукой у меня не было, а на улице было плюс тридцать три, поэтому я взял телефон и стал названивать Евгению. Как и ожидалось, трубку он не взял ни с первого, ни с одиннадцатого раза. Поймав себя за мыслью, что тупое вызванивание мне чем-то начало нравиться, я пока не поздно, решил бросить это дело. Оставался домашний адрес Евгения и место работы. Время было около десяти утра, и я поехал на работу к Евгению в Торговый дом «Товарищ», где он трудился продавцом-консультантом. Такси на это раз я решил не брать, чтобы хоть немного поразмять косточки.
Трамвай под номером «один», который в Удмуртии старожилы местного наречия иногда называют ужасным несуществующим словом «однёрка», так же ужасающе проскрипел по рельсам. В тесном вагоне я чувствовал себя, как соленый огурец в банке ассорти, зажатый между краснотелыми помидоринами ягодиц и боков раскрасневшихся от жары полуголых пассажиров. Ехать надо было через весь город, и я проклинал тот момент, когда выпил коньяк. «Мог бы сейчас как все нормальные люди стоять в пробке, но в собственной машине», – размышлял я, тупо рассматривая выбеленный солнцем городской пейзаж за окном. На одной из остановок в вагон вошло в несколько раз больше народу, чем мог вместить трамвай, согласно его техническим характеристикам и здравому уму. Меня каким-то несусветным образом прижало между стенкой трамвая и женщиной среднего возраста с восьмым или девятым размером груди. Хотел я того или нет, но мне пришлось сгорбиться, словно рыболовный крючок, прямо над декольте, в котором нескромно обитали две пышные «близняшки».
– Читала сегодня интернет, – произнесла хозяйка «близняшек» кому-то рядом, и они заколыхались, вторя ее низкому голосу, – там написано, что яд, которым отравили невесту на свадьбе, привезен из Африки, что с помощью него можно сделать сколько угодно зомби. С невестой тоже так хотели поступить, но она выпила шампанское и это ее спасло. То есть спасло всех нас. А то ходил бы сейчас по улице живой труп в свадебном платье. Перегрызал бы горло и пил кровь!
– Ни чего себе! – ответила, по-видимому, подружка пышногрудой. – Живешь себе, живешь и тут на тебе – яд из Африки. Нам что своего не хватает! Мы и так все в этом сраном трамвае как живые трупы!
– Всемирная паутина это ваш интернет! – влез в разговор женщин интеллигентный мужской голос. – Паутина, собирающая всех в одно огромное, чудовищное стадо. И пастух у этого стада скоро будет один.
«Близняшки» в декольте на секунду замерли, а потом ожили:
– Мужчина, Вы что, интернет не любите?
– Нет, – ответил мужчина, и трамвай остановился.
Это была моя остановка. Я кое-как протиснулся, между «близняшками» и чей-то спиной, и вышел изрядно помятый. «Откуда в интернете информация по яду? – заинтересовался я. – Каким-то образом надо будет узнать все подробности».
Салон отделочных материалов «Товарищ» располагался в помещении бывшей книжной базы. Там, где когда-то хранилось великое и вечное, теперь пестрели ровными рядами унитазы, раковины, обои, ламинат, ковролин и другие товары современной эпохи – Века Великого Потребления. Народу в магазине было немного, и продавцы-консультанты открыто скучали, бродя между рядов отделочного изобилия. Не успел я пройти и пару метров по магазину, как ко мне подкрался один из них и, расправив улыбкой рот, блеснув холодным огоньком в глазах, бесцеремонно прощупал меня на покупную способность.
– Вам что-нибудь подсказать? – спросил меня продавец так, что мне стало неловко, за то, что я еще ничего не купил.
– Я ищу Евгения Копытова, – сказал я в натянутую улыбку продавца. – Он сегодня работает?