– Из филиала, – уточняет Олег, и я слышу в голосе напряжение. Аккуратно за его спиной кручу пальцем у виска, давая понять Лере, что еще секунда – и мы с ней сгорим синим пламенем.
– А… да, дождалась, все нормально, – тут же включается она. – Устала за рулем, давно так долго не ехала, совсем не соображаю.
Я медленно перевожу дыхание и радуюсь, что Денис возвращается только сейчас, а не минутой раньше.
– Ты чего такая раскисшая? – спрашивает он недовольно.
– Да устала просто… всю неделю носилась, как угорелая…
– Ну, так соберись, будь добра. Не хочу смотреть на твое недовольное лицо, – произносит он, и Лера вымученно улыбается:
– Все в порядке, Мастер…
– Другое дело. Иди, полежи полчасика, да ужин надо накрывать.
– Я сама, – вмешиваюсь я. – Пусть отдохнет, ну, в самом деле, лица же нет.
Денис бросает на меня неодобрительный взгляд, но Олег предупреждающе покашливает:
– Тебе есть разница, кто тарелки расставит?
– Нет, конечно, – сникает Денис. – Занимайся, Мари.
– Спасибо за разрешение, Мастер, – не удерживаюсь я, и Олег закатывает глаза, давая понять, что я перебрала. – Простите, сэнсэй, умолкаю.
После ужина, пока Ира убирает со стола, мужики растаскивают мебель в комнате, чтобы было место для двух переносных крестов.
Дениса новость о моем «донжонстве» сперва приводит в бешенство. Он выкатывает глаза и орет:
– Совсем уплыли?!
– Что ты орешь? – спокойно спрашивает Олег. – Она тебе слова не скажет – катай в свое удовольствие. Но меня не будет, я устал, хочу полежать спокойно, а кто-то не практикующий вам нужен. Так почему не Мари?
– Она никогда даже не смотрит!
– Ну, а сегодня вот посмотрит. Ты стесняешься, что ли?
– Чего мне стесняться?! Или чего она-то там не видела?
– Тогда вообще не понимаю, чего ты взъелся, – Олег пожимает плечами, берет сигареты со стола.
Из Дениса словно выпускают воздух. Он смотрит на Севера, но тот корчит равнодушную морду и не поддерживает разговор.
– Ладно! – цедит Денис. – Но если она попробует вмешаться…
– Ты меня с первого раза не услышал? Она слова вам не скажет, просто посидит на диване.
– Ну, это что-то новое, – цедит Денис, – чтобы меня бывшая нижняя контролировала…
– Никто тебя контролировать не собирается, ты сам не маленький и не вчера плеть в руку взял. С нижними сами обговорите?
– Чего с ними обговаривать? – бросает Север. – Надо будет – роту солдат пригоню на просмотр. А тут – Мари.
– Ну, дело ваше, – Олег берет меня за руку: – Давай-ка выйдем на минутку.
Я иду за ним на улицу, накинув на плечи куртку и захватив свои сигареты. Усаживаюсь на перила, щелкаю зажигалкой:
– Ты что-то хотел мне сказать?
– Держи себя в руках, Мари.
– Серьезно? – моя рука с сигаретой останавливается в полдороге до губ. – Я – себя в руках держи?! Ты зачем тогда на это подписался, раз настолько мне не доверяешь?
– Тон смени. Я доверяю тебе, иначе бы не разрешил. Просто предупреждаю. Память – вещь непредсказуемая, может подкинуть что-то, с чем ты не совладаешь.
– Олег… ты думаешь, что я..? Ну, ведь знаешь, я пробовала – но где в итоге оказалась-то? Нельзя в одну реку дважды, нельзя повторно под ту же плеть, под ту же руку, что когда-то тебя изуродовала, понимаешь? Когда есть тот, кто тебя поднял в небо, уже не вернешься к тому, кто только и может, что на дно тащить.
– Красиво, Мари. Хорошо, что ты это понимаешь.
Я бросаю недокуренную сигарету в ведро, притягиваю Олега к себе и беру его лицо в ладони:
– Ты сомневаешься во мне. И мне это больно, Олег. Мне без тебя давно уже все больно. Мне дышать больно, если ты не рядом.
– Осторожно, Мари, – улыбается он как-то грустно. – Я ведь могу в это поверить.
Меня словно бьют хлыстом, я вздрагиваю и опускаю руки, но Олег тут же перехватывает их и подносит к губам, глядя мне в глаза:
– Я очень люблю тебя, Мари. Наверное, слишком.
– Да. Ты прав. Нельзя так с нижней носиться.
– Ага – корона свалится, – хохочет он.
В доме все уже готово, девки на крестах спиной ко входу, Север курит в кухне, Денис заворачивает до локтей рукава белой рубашки. Ну, вот так – мой Верхний работает в хакама и голый по пояс, а Денису непременно для настроя нужна белая накрахмаленная рубашка. Я это про себя всегда называла «менеджер на отдыхе». На диване разложены девайсы, такой же комплект – на полу возле креста, где зафиксирована Ира.
– Я наверх, – говорит Олег и уже в дверях напоминает многозначительно: – Мари!
– Не волнуйтесь, сэнсэй.
– Не мельтеши, найди место себе! – командует Денис.
– Спокойнее, Мастер, – прошу я. – Не отвлекайтесь на меня, я разберусь.
Усаживаюсь на диване так, чтобы он меня видел, а я при этом не видела лиц зафиксированных девок, потому что Ира уже дергается и пытается через кляп что-то сказать. Север обходит крест и врезает ей пощечину:
– Молчать!
Лера, кажется, тоже удивлена, но благоразумно не издает ни звука.