– Арина! – Отец повышает голос, всё же поднимаясь. – Откуда эта невоспитанность?
– От её дочери, – киваю на Веру, – Катенька у нас в выражениях не стесняется. Общение с ней плохо на меня влияет, именно поэтому с сегодняшнего дня оно сократится до минимума. Если ты, конечно, не желаешь, чтобы «трахаться» я использовала для связки слов.
– Не желаю.
– Вот и договорились. Я возвращаюсь к прежнему расписанию: институт, Настя, дом. Прошу вернуть моего водителя-охранника Илью, договор с которым был разорван по причине моего замужества. Вашего сына видеть не желаю, какими бы ни были ваши с отцом договорённости, – ловлю недовольный взгляд Евдокимова. – А теперь хочу обдумать всё произошедшее и элементарно отдохнуть в своей комнате. Послезавтра у меня экзамен, который я бы пропустила из-за поездки за границу, но теперь брошу все силы на подготовку к нему. Всем спокойной ночи.
Разворачиваюсь и ухожу, не дождавшись комментариев присутствующих. Комната встречает чистотой и множеством сумок, которые я собрала для переезда к Олегу. Сейчас благодарна службе доставки, которая вчера пропустила выезд на мой адрес и перенесла выполнение заявки на два дня. Распаковываю вещи, развешивая и складывая в шкафу.
Несколько минут сжимаю в руках рубашку Глеба, а затем с жадностью вдыхаю приятный запах с нотками табака, возвращаясь к прошедшей ночи на смятых простынях.
Что он сейчас делает? Куда едет? На кого смотрит? О чём думает? Я никогда не узнаю.
«Завтра всё будет по-другому». Глеб был прав. Теперь всё по-другому. Если раньше я просто остерегалась Веру и Катю, то теперь нужно максимально ограничить любые контакты с ними. Я была уверена, что Катя успокоилась, нашла свою компанию, друзей и занятия, исчезнув из моей жизни, но нет. И Олег ей не нужен. Целью была я – унизить и растоптать, лишив меня возможности уехать из этого дома.
Кате всё время напоминали, что она не родная кровь, в свою очередь она не забывала напоминать мне о невозможности свободы передвижений и гиперопеке отца. Каждый раз, собираясь отправиться на очередную тусовку, Катя обязательно наведывалась ко мне в комнату, чтобы блеснуть откровенным нарядом и подробно рассказать о планах на вечер. Видела, что я с завистью сглатываю каждое слово, и, нажравшись досыта моих эмоций, с улыбкой на лице уезжала из дома.
Больше она не переступит порог этой комнаты и не удостоится элементарного приветствия. Хорошая девочка больше не желает быть хорошей.
Нестерпимо хочется с кем-то поговорить, излить душу и почувствовать элементарную жалость. Мама. Осматриваюсь, уткнувшись взглядом в свою сумку, брошенную на кровать. Вероятно, папа привёз из ЗАГСа. Достаю телефон, а включив, получаю множество оповещений: куча звонков от папы, Насти, Олега и несколько от мамы.
Набираю номер, который отзывается протяжными гудками в трубке. Не берёт. Вероятно, занята, и лишь потом вспоминаю, что разница с Курильскими островами восемь часов. У мамы сейчас семь утра. Телефон вибрирует.
– Мам, привет! Не разбудила?
– Нет, ребёнок. Уже все проснулись. У нас воскресенье не является выходным днём, – звонко смеётся в трубку, согревая тёплыми нотками родного голоса.
– Как твои вулканы?
– Стоят: некоторые спят, некоторые в полудрёме доставляют неудобства. Я так жалею, что не попала на твою свадьбу… Ну ты же знаешь, корабль приходит два раза в сезон и только смерть является причиной, чтобы тебя на санитарном рейсе доставили на сушу, но со мной, слава богу, всё в порядке.
– Мам, не было свадьбы.
– Как не было? Ты фото в платье прислала, а с Демьяном я разговаривала за час до регистрации.
– Мам… – Собираюсь с духом и выкладываю все события вчерашнего дня, умолчав только об одном важном моменте – встрече с Глебом.
– Вот же Демьян, – шипит, – ни слова не сказал. Хоть бы позвонил. Твой отец не меняется.
– Да не в нём дело. Я сбежала, переночевала в отеле. Телефон остался в сумке. Он и сам не знал, где я, может, просто не хотел, чтобы ты волновалась?
– Мне кажется, твой отец перестал волноваться о моём благополучии пять лет назад, когда мы разводились. В общем-то, с тех пор ничего не изменилось… – вздыхает, замолкая на пару минут. Даю ей время. Так всегда происходит, когда кто-то из родителей вспоминает прошлое.
– Мам, не надо, – умоляю. Только не сейчас. Я не готова к душевным разговорам и воспоминаниям, от которых не станет легче.
– Ладно-ладно. Что будешь делать дальше?
– Учиться. Остался год, после защиты пойду на практику в Министерство иностранных дел. Настины родители обещали помочь и устроиться по желаемому направлению. Кто знает, может, получится попасть в ряды дипломатической миссии в Париже. Со временем, конечно, не сразу.
– У тебя всё получится, ребёнок. Я хочу, чтобы вчерашняя ситуация сделала тебя твёрже, устойчивее. На твоём жизненном пути будет ещё много ям и кочек, а мы не всегда будем рядом.
– Я стараюсь, – хлюпаю носом, желая укутаться в мамины объятия. Но нас разделяют одиннадцать тысяч километров и её работа. – Когда ты приедешь?
– Через пару месяцев. Потом практически сразу улечу в Индонезию, предположительно на год.
– Снова уедешь?
– Да. Жалко, что не во Францию, была бы немножечко ближе к тебе. – Мама улыбается, слышу, а бархатный голос на миг возвращает в детство, когда она, вернувшись из очередной поездки, приходила в комнату и гладила по волосам, пока я не засыпала.
– Я так редко тебя вижу…
– Не переживай, ребёнок, на твою следующую свадьбу я точно приеду. – Смеёмся вместе, и я понимаю, что разговор с мамой всегда, словно волшебная таблетка, которая снимает тяжесть с души и дарит крылья. – Мне пора, все ждут. И запомни: один плохой мужчина не повод всех считать таковыми. Люблю, пока.
– Люблю…
Не хочу больше ничего раскладывать, поэтому забираюсь на кровать, подгибаю ноги и выключаю свет. Долго всматриваюсь в темноту, размышляя о случившемся.
Что удивительно, нет обиды на Олега и даже на Катю, так глупо и открыто подставившую меня. Даже не испытываю злости и желания отомстить людям, которые испоганили день моей свадьбы. У судьбы свои планы, и, вероятно, где-то там, на пересечении кривых линий судьбы, была предначертана моя встреча с Глебом.
Каждый человек, который пришёл в нашу жизнь, для чего-то необходим. Случайности отсутствуют, и даже когда нам кажется, что всё произошло посредством элементарного стечения обстоятельств, цепочка событий запущена задолго до часа икс, и мы лишь слепо идём в заданном направлении, перебирая тонкие звенья. Иногда кажется, что запутался, свернул не туда, выбрал неверный путь, но на самом деле «правильно» априори не существует, потому что человек – существо эмоциональное и способное действовать сиюминутно, не задумываясь о последствиях.
Думала ли, когда сбегала со свадьбы, что в итоге окажусь неизвестно где с мужчиной, способным эмоционально встряхнуть и показать, что я могу быть другой? Незапланированная встреча, нужный разговор и ночь в одной постели напрочь выжгли во мне сожаления об испорченной свадьбе с человеком, к которому я не испытываю глубоких чувств.
Глеб спас меня от самоуничтожения, которое логически должно было накрыть с головой уже через несколько часов. Я бы изводила себя сожалениями о случившемся, боялась откровенного разочарования отца и его рухнувших надежд на выгодную сделку; осуждения со стороны Евдокимова-старшего и сотен гостей; контакты с Катей не были бы разорваны, и девушка по-прежнему нагло вторгалась бы в мою жизнь.
Щелчок. Тумблер переведён в верхнее положение. Активирован новый режим.
Пока не решаюсь предположить, как будут дальше развиваться события, но мне осталось перетерпеть год, а после окончания института никто не сможет удержать меня в этом доме, и вот тогда начнётся новая глава в моей жизни, называемая «свободой».
Глава 7
Полгода спустя
Арина
– Доброе утро, Илья, – проскальзываю в салон автомобиля, и дверь тут же закрывается.
– Куда едем, Арина Демьяновна?
– Сначала за Настей, затем в институт.
Водитель согласно кивает, покидая парковку нашего дома. Чувствую себя в безопасности рядом с охранником, который последний год находится рядом почти каждый день. Контракт Ильи прерывался на два дня, когда я планировала выйти замуж за Олега, но быстро был восстановлен. Очень обрадовалась, когда узнала, что мужчину ещё не отправили к другому клиенту – привыкла.
Пока едем, набираю Настю, предупреждая, что мы близко, а значит, она, уже собранная, должна ждать нас около своего дома.
– Привет. – Подруга вваливается в салон, плюхаясь рядом. – Вот за что я терпеть не могу зиму, так это за кучу вещей, которые нужно на себя натянуть. Ни повернуться, ни вздохнуть! – Расстёгивает шубку и с облегчением выдыхает, но сразу же подаётся резко вперёд, обхватывая водительское сиденье с двух сторон: – Доброе утро, Илья. Как провели выходные?
– Прекрасно, Анастасия. Отдыхал, смотрел фильмы и был на встрече с друзьями. А вы?