Когда Кесси поняла это, то растерянно выдохнула, поняв, что только один человек в ее жизни вызывал в ней в ответ такую же быструю смену чувств и желаний, такие же сильные эмоции. Именно его она любила и ненавидела одновременно.
«И как так получилось, что мне подвернулся точно такой же мужчина?!» – задалась она неожиданным вопросом от шока и осознания.
Но как только она поняла эту суровую правду, то тут же решила порвать с этим мужчиной любые отношения и прекратить встречи.
Макс сразу все понял по ее взгляду. За секунду из приятной и немного смущенной женщины она превратилась в прекрасную фурию, которая, к сожалению, не хотела иметь с ним ничего общего. Он ругнулся про себя, поняв, что опять не сдержался. Он столько всего хотел дать ей, что ему чем дольше он находился рядом с Кесси, тем ему становилось все труднее не позволить себе лишнего во всем, даже в таких мелочах.
– Прости, я погорячился, – пересиливая себя, не имея привычки извиняться, произнес Макс.
Кесси резко выдохнула, враждебность в ее взгляде немного погасла, но не исчезла полностью.
– Я хотел порадовать эту замечательную девочку, – произнес он, показывая на спящую Лану, еле сдерживая свою злость на самого себя, – но если ты против, то я куплю ей то, что ты скажешь.
– Ты не обязан, – выдохнула Кесси, уже успокаиваясь и ругая себя за порывистость и чрезмерную настороженность. Но она не могла не признаться себе, что желание мужчины подарить незнакомому и чужому ребенку такой дорогой подарок более чем странно и непонятно.
«Или он просто богатый самодур?» – подумала вдруг она, от чего ей на секунду стало легче.
Кесси приходилось с такими сталкиваться по работе, а Макс был очень ярким примером именно этого. А так получалось, что и Кристофер тоже.
– Я думаю, что просто сувенира будет достаточно, – решив не обострять ситуацию сейчас, произнесла она более лояльно.
– Поверь, я могу себе это позволить, – сказал Кристофер мягко, смотря на нее своими черным глазами. – Многое позволить для девочки и ее матери, – уже тише произнес мужчина таким уверенным и проникновенным тоном, от которого у нее пробежали мурашки нехорошего предчувствия по спине.
А затем кровь отлила от лица Кесси в понимании. Это было какое– то наваждение. Этот мужчина. Она испытывала столько противоречивых эмоций рядом с ним. Всего– то недолгая прогулка, а ее уже то возносило на пик вожделения, а то она тут же летела в пучину почти ненависти. Все так похоже…
– Думаю, мы можем дойти сами! – холодно и жестко произнесла она, твердо решив, что если все прекращать, то именно сейчас. Она не хотела опять испытать все то же самое заново.
– Если я испугал тебя своим напором, то мне очень жаль, – произнес он неожиданно печально. – Просто я так давно не ухаживал ни за кем, – вдруг сказал Кристофер, и это прозвучало так искренне и так проникновенно, даже немного безнадежно, если это вообще можно было ожидать от такого мужчины. В ответ Кесси, невольно остановилась и внимательнее посмотрела на него.
– А почему? Как так получилось? – только и выдохнула она, сама не зная, зачем задала эти вопросы.
– Просто никогда не встречал такой как ты, – тихо произнес он, стоя в футе от нее с руками вдоль тела, в упор смотря в глаза так, что ее сердце забилось часто– часто. Словно она очень важна для него. А Кесси вдруг показалось, что он словно ждет, что она убежит или исчезнет, как она и собиралась сделать только что… Вся его поза говорила о сильнейшем внутреннем напряжении, а глаза горели странным, волнующим огнем.
Кесси только и смогла выдохнуть, чувствуя, как ее все сильнее затягивает в омут его глаз.
Она плохо понимала, что ей сейчас делать, а тело так и застыло как в трансе, не подчиняясь разуму, а только его взгляду.
ГЛАВА 12
Кесси так и стояла посередине улицы у витрины, не смея двинуться и еле дыша, и неотрывно смотрела на Кристофера, в шоке от услышанного. Она с трудом нашла силы даже сглотнуть, чувствуя, как теряет себя в этих черных, как пропасть, глазах. Мужчина же помедлил секунду, но видя, что она никуда не уходит, стал медленно и осторожно подходить к ней все ближе. И он так и не отрывал свой взгляд, словно заклинатель змей, жизнь которого зависит от того, насколько пристально он смотрит.
Когда его лицо оказалось прямо перед ее, Кесси уже не могла сдержать порывистое дыхание, только сейчас увидев огонь на дне этой черноты. Она вдруг поняла, что одновременно мечтает и боится того, чтобы он поцеловал ее. Причем умом женщина понимала, что, скорее всего, обязательно потом пожалеет об этом, но справляться со своим желанием этого, которое с его приближением все крепло и усиливалось, ей было все труднее.
«Хочу поцелуя или нет?» – думала она судорожно, смотря в его глаза.
Все эти противоречивые эмоции за мгновение проносились сквозь ее тело и мысли, больше похожие по силе и быстроте на торнадо, и она сама не понимала, на чем остановиться этот дьявольский круговорот ее чувств и желаний.
А Кристофер вдруг порывисто снял перчатку, и медленно, словно борясь с собой, приблизил свою руку к ее щеке, остановился за миллиметр от ее кожи, помедлил, боясь дотронуться, а потом, так и смотря ей в глаза, наконец, прикоснулся до ее щеки легким движением. Силы сказать «нет» в этот момент у Кесси почти не осталось. А ее последнее сопротивление растаяло как снег, который сейчас падал на ее лицо, стекая влажными зигзагами воды. Мыслей в голове вообще не осталось в эту секунду. Она просто стояла и ждала, сама не зная, что же на самом деле хочет от него.
Когда Кристофер дотронулся до нее кончиками пальцев, то их тепло почти обожгло ее прохладную от мороза кожу, а он вдруг неожиданно нежно, лишь подушечкой большого пальца вытер след от только что упавшей ей на щеку снежинки.
– Как красиво, – выдохнул Кристофер тихо, сказав это словно специально так неоднозначно, не зная, как она отреагирует на все, что происходит в эту секунду.
Макс еле дышал. Он так мечтал дотронуться до нее с самой первой встречи. Ответ на ее вопрос так непроизвольно вырвался у него, что он тут же заволновался, что испугал Кесси. Он совершенно не знал, что она сделает в ближайшую минуту. Он вдруг понял, что она всегда была для него непостижимой загадкой, даже когда он был уверен, что сломал ее. Вот и сейчас Макс не мог предугадать, как она себя поведет после его смелого поступка. Но пока она не двигалась, он не мог не воспользоваться этим мизерным шансом почувствовать ее. Мужчина боялся думать о чем– то большем, кроме того, что просто коснуться ее, уже ощущая, как победоносно завывает внутри демон.
Но в тот момент, когда он осознал ее прохладную нежную кожу под пальцами, она, словно испытывая его силу воли, приоткрыла губы. Макс чуть не зарычал от желания, поэтому замер, пытаясь совладать с демоном и почти не дыша.
А Кесси в этот момент, тая от ощущения его руки, судорожно думала, что же ему ответить, что сделать, что сказать, и дать ли волю своим собственным чувствам, которые заставляли не думать ни о чем, кроме этого момента. Или в ней все– таки победит самосохранение. Но Кристофер вдруг бросил на ее рот такой горячий взгляд, что она задохнулась от желания, забыв все мысли и слова, которые еще оставались у нее в голове.
И вот, когда неумолимость его поцелуя казалась Кесси восхитительной и желанной, а предчувствие этого уже перекрывало все остальные чувства, а Кристофер уже сделал вздох, перед тем как наклониться к ее лицу, то внезапно захныкала и заворочалась в коляске просыпающаяся Лана.
Кесси дернулась, как очнувшись от транса, и судорожно посмотрела на коляску. Она тут же почувствовала себя свободной от его глаз, наконец, начав дышать.
Макс сжал зубы от разочарования, боясь издать то ли стон, то ли рык. Момент был упущен безвозвратно. А он был так близок! Мужчина чувствовал, что Кесси, чтобы не испытывала и не говорила еще минуту назад, в этот краткий миг была вся его. Пусть на мгновение, но оно так его опьянило. Это было ровно так, как он мечтал: она сама, без ненависти и по собственному желанию была готова уступить, пусть и не сказала словами, но он видел это желание в ее глазах. И это обожгло его, а демон довольно и требовательно заурчал внутри.
Но как только она услышала хныканье их дочери, то словно вернулась в реальность. Магия исчезла, уступив место суровой реальности. Женщина в ужасе выдохнула и негрубо, но решительно отстранила Кристофера, отстранив его руку со своей щеки, сразу отвернулась от него и нагнулась к Лане.
Как бы Макс не пытался внушить себе, что все хорошо, что это просто недоразумение, нелепое стечение обстоятельств, но демон скребся внутри от ярости. Он думал, что раз Кесси так отреагировала на него сейчас, то у него хорошие шансы, а Лана однозначно важнее, но демон продолжал возмущенно бушевать, царапая его изнутри до глубоких болезненных ран.
И Макс сейчас тратил все силы, чтобы попытаться удержать его, прекрасно понимая, что иначе он потеряет контроль. И тогда это точно ничем хорошим не закончится. Поэтому у него не было другого выхода, как просто запереть демона внутри, а единственной известной Максу преградой для этого монстра было его внешнее безразличие. Но и это давалось с трудом. А значит осталось одно..
– Всего доброго, Кассандра, – вдруг вежливо и сухо произнес он, прощаясь и порывисто, с трудом найдя в себе силы, развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел вперед, не разбирая дороги. Он понимал, что поступает грубо, что ему это будет стоить свою цену, но риск сорваться и совсем потерять контроль был слишком велик. Макс чувствовал, что всего секунда отделяет его от того, чтобы сделать так, как привык, как хочет и требует его демон: взять то, что считает своим, не дожидаясь согласия. Взять силой.
Кесси ошарашенно смотрела на спину удаляющегося Кристофера, уже почти исчезнувшего за пеленой снегопада. Еще секунду назад он был так нежен, так заботлив и внимателен, и она видела, что даже очень хотел ее поцеловать, как вдруг столь резко изменился.
Она вдруг осознала, что это произошло, как только заворочалась Лана. Именно тогда от него повеяло таким холодом, что девушка невольно поежилась даже сейчас, хотя до этого не замечала мороз на улице. Кесси не могла ничего понять. Кристофер до этого так искренне интересовался ее дочкой, даже хотел подарить этот чертов подарок, а тут поступил так, словно та разочаровала или разозлила его.
«Или это я его разочаровала?» – подумалось ей вдруг.
У нее еще до сих пор перед глазами стояло, как он вежливо и сухо попрощался и, даже не дождавшись ее ответа, развернулся к ней спиной и пошел прочь, словно земля жгла ему обувь.
«Но чего я, собственно, хотела? – спрашивала она сама себя, уже поспешно идя в сторону дома. – «Ведь я же хотела прекратить все отношения? Просто это сделал он, но результат же тот, что я и хотела?»
Но именно в тот момент, когда она это сама себе это говорила, ей стало вдруг грустно. Но дочка уже начала сильнее похныкивать, проголодавшись после долгой прогулки, и Кесси забыв о своих мыслях и чувствах, что было сил, спешила домой.
Уже когда они поели, и Лана увлеченно играла дома на полу большой гостиной, Кесси вспомнила, что так и не вытащила десерт из коляски. Ей вдруг стало интересно, что же выбрал Кристофер в той кондитерской для нее. Когда она распаковала коробочку, то увидела там кусочек шоколадного торта и меренгу. И то, и другое, она просто обожала.
«Как он угадал?» – выдохнула она, не в силах скрыть удивление. – «Он взял именно то, что я так люблю!»
Но тут она опять вспомнила его холодный взгляд и грустно вздохнула. Сейчас, вспоминая себе то, что произошло у витрины, Кесси была уверена, что видела мужчину в последний раз в своей жизни.
«Может, так оно и к лучшему», – думала она, то ли успокаивая себя, то ли признавая правильность случившегося.
*особняк Макса *
Макс сидел в своей комнате и неспешно, по глотку потягивал виски. Он не знал, хочет ли напиться или нет, но ему нравилось, как напиток, обжигая горло, проскальзывает по горлу внутрь, оставляя терпкий вкус во рту. Он не пил почти год, а теперь, вернувшись после прогулки с Кесси, не выдержал и налил себе порцию. И даже оправдание, что он очень замерз на прогулке, а особенно когда возвращался пешком до офиса, не пожелав взять свою машину, не очень его утешало.
Мужчина сидел в удобном кресле у камина и думал, как ему быть дальше. С одной стороны, его план по завоеванию Кесси успешно претворялся в жизнь, и сегодня была такая серьезная победа. Но с другой стороны, демон тоже становился все сильнее. И ему было все сложнее сдерживать его внутри, когда он был рядом с ней.