– Я понял, – ухмыльнулся мужчина, – тогда принесу на свой вкус с надеждой, что тебе тоже понравится.
И на этих словах Кристофер так стремительно встал и пошел делать заказ, что она даже ничего не успела сказать или возразить, сославшись, например, в растерянности на то, что кофе будет достаточно.
Макс шел к прилавку и вспоминал, обдумывая, что она любит и что выбрать.
Пока Кесси ждала его, то девушка уже несколько раз отругала себя, что повелась на это предложение выпить кофе. Все было долго, странно и как напряженно не понятно для нее. А еще эти итальянские названия. Она уже было встала, чтобы вежливо уйти, готовая сказать, что устала, когда увидела, что Кристофер идет, рассекая толпу, по направлению к ней с двумя чашками кофе в руках, а за ним умело лавируя, официант с двумя тарелками.
«Черт, не успела», – разозлилась Кесси на себя, неожиданно поняв, что сегодня настолько рассеяна и неуклюжа, что, видимо, поэтому не может противиться влиянию Кристофера на нее. И именно поэтому согласилась на это его предложение с кондитерской.
«А не надо было», – вдруг подумала она тоскливо, не в силах оторвать взгляд от его уверенных движений.
– Уже уходишь? – вдруг удивленно и немного холодно поинтересовался Кристофер, слегка приподняв бровь.
Кесси посмотрела на него и от этого жеста тихо присела обратно. Это было так знакомо.
«Мне опять кажется! Ну почему все время в каждом видится Макс?» – чуть не плача подумала Кесси, чувствуя, что настроение вдруг резко испортилось.
– Да, пожалуй, мне уже пора, – торопливо сказала она, начав одевать теплое пальто и хватаясь за спасительные, как ей казалось, ручки коляски, чтобы уходить.
– Но…, – начал было Кристофер удивлено, но тут же словно одернул себя, резко повернулся к официанту и неожиданно немного властным тоном сказал:
– Десерт упакуй с собой. Быстро.
Тот порывисто кивнул и быстро удалился, так и держа тарелки в руках.
– Ты хотела кофе, – аккуратно произнес Макс, пытаясь удержать ее хоть ненадолго, протягивая к ней руку, держащую чашку с эспрессо.
Он смотрел на Кесси, судорожно опять куда– то убегающую от него, вспоминая, что выбрал ей капрезе, вкуснейший шоколадный торт с миндалем, сделанный именно так как надо: с хрустящей корочкой по краям и мягким центром. Уже делая заказ, Макс вдруг вспомнил, что она любит это сочетание. Он так надеялся заработать в ее глазах парку «очков» за правильный выбор. А тут она опять убегает.
Кесси взглянула на него странно, потом выдохнула и, помедлив немного, опять все– таки неуверенно, но вернулась за столик.
– Хорошо, кофе так кофе, – тихо произнесла она.
Кесси, уже почти собравшись уходить, неожиданно со стороны увидела всю эту сцену. Он так заботливо принес и держит этот кофе, а еще десерт, а при этом даже не разозлился на ее за эту непонятную попытку быстро уйти. И вдруг она почувствовал себя полной дурой, которая боится даже своей тени. И ей стало стыдно. Поэтому она опять вернулась за столик, не смея поднять на него глаза.
Макс не мог сдержать полуулыбку. Она опять согласилась. Он все больше понимал, что на нее нельзя давить. И чем сильнее он давит, тем сильнее ее отдача назад.
«Как же набраться терпения?» – судорожно думал мужчина, наблюдая, как она осторожно села и взяла чашку, которую он поставил на столик вместе со своей, еле– еле удержавшись, чтобы не передать ей ее так, чтобы Кесси невольно коснулась его пальцев…
И он почти сделал это, но в самый последний момент чуть ли не отдернул руку, боясь реакции. Причем сам не понимая, чей больше ....
ГЛАВА 11
Кесси сидела напротив Кристофера в камерном и уютном итальянском кафе, и пыталась понять, как так получилось, что этот мужчина столь ненавязчиво и незаметно завладел ее сознанием столь быстро. Как так оказалось, что он может легко уговорить ее на то, что она совершено не собиралась и не думала делать? Девушка неспешно пила кофе, глотая терпкую жидкость, не замечая его вкус, как бы не любила этот напиток, а сама размышляла и пыталась договориться со своим телом и чувствами, чтобы так не реагировать на этого мужчину. На его движения, на его голос. Кесси почти с ужасом вспоминала, что еле удержалась от того, чтобы не перехватить чашку так, чтобы дотронуться до его руки, хотя бы до кончиков пальцев, но вовремя остановила этот свой безумный порыв. Такие мысли не на шутку испугали ее. Это был тот очень нехороший звоночек, который дает понимание, что все идет неправильно, во всяком случае не так как она решила для себя сразу после рождения Ланы.
Наконец, Кесси показалось, что ей удалось совладать со своим телом и мыслями, поэтому она сделала глоток побольше, чтобы допить кофе, поставила пустую чашку на блюдце, учтиво улыбнулась и произнесла:
– Теперь уже точно надо идти. Лана скоро проснется.
– Да, конечно, – сказал спокойно мужчина напротив, поставив свой кофе и встал, готовый идти.
В этот же момент подскочил официант и поставил на стол пакет с коробочкой, и тут же быстро ретировался.
– Это десерт, – произнес Кристофер, – я решил, что можно и нужно попробовать его и дома. Он вполне достоин этого.
Кесси не могла не уловить в этом тоне, что он не против, если она пригласит его к себе домой на этот самый десерт.
«Наверно, так и было задумано», – вдруг подумала женщина, и эта мысль отрезвила ее чувства и эмоции окончательно. Она сразу стала собранной, спокойной и отстраненной, словно вновь почувствовав опасность.
– Но, думаю, что попробую его только завтра, – ответила она, тут же обозначив для него, что сегодня, а тем более сейчас, нет оснований приглашать его. А может и вообще никогда.
– Жаль, завтра это будет уже не то, – произнес мужчина с легким оттенком сожаления, а Кесси только утвердилась в своем впечатлении.
Она тоже порывисто встала и начала одеваться. Когда девушка была готова выходить, Кристофер уже тоже застегнул свое пальто, которое в теплом помещении успел только распахнуть, иначе никак бы не донес их кофе, неся то на руке.
– Ты готова? – произнес вдруг он как– то по– свойски, и Кесси удивленно вздрогнула. А потом вспомнила, что согласилась, чтобы тот проводил ее. Отказаться сейчас ей показалось очень невежливым. А еще ей захотелось доказать самой себе, что она больше не подвластна его чарам, не боится побыть с ним рядом подольше.
Но в этой его простой фразе она вдруг явно услышала подтекст.
«К чему он хочет, чтобы я была готова?» – задалась Кесси невольно вопросом, вот только даже самой себе он почти сразу показался глупым и смешным. «Что может спрашивать мужчина, которого я вижу всего второй раз в своей жизни о готовности, кроме как продолжить то ли прогулку, то ли проводы домой?»
– Да, пожалуй, – кивнула она максимально спокойно и безразлично, покатив коляску на выход.
Когда они опять очутились на улице, то снег уже значительно усилился. Он падал крупными влажными хлопьями и ложился на одежду, волосы, лицо Кристофера и ее тоже. Но к своему негодованию, Кесси видела только, как растаявшие снежинки быстрым ручейком стекают по его теплой коже. От этого по телу девушки пробежала легкая дрожь какого– то странного волнения.
«Что же со мной такое твориться?» – ошарашенно думала она, решив по этой причине смотреть только на дорогу. Это помогло, пока она катила коляску вперед, и сразу опять придало ей уверенность в себе и своих эмоциях.
Но тут они проходили как раз мимо того самого магазина, где она хотела заказать игрушку для Ланы. Кесси невольно остановилась и посмотрела на витрину, украшенную по– рождественски и сверкавшую разноцветными огнями иллюминации, в центре которой и стоял предмет ее мечты для дочери. Рядом тихо остановился Кристофер.
Так они стояли и молчали некоторое время, каждый думая о своем. Когда Кесси опомнилась и повернулась продолжить уже путь домой, то вдруг услышала голос своего спутника:
– Отличная игрушка! Я подарю ее Лане.
– Нет! – только и выдохнула Кесси, обескураженная его словами. Мало того, что в принципе он не должен был дарить подарок ее ребенку, да еще такой дорогой.
На столь достаточно громкое возражение Кристофер удивленно посмотрел на Кесси и так же, как чуть раньше в кондитерской приподнял бровь.
– А что или кто мне может запретить это сделать? – поинтересовался он.
Его тон был таков, что не допускал никаких возражений.
Кесси растерялась на секунду. Но вдруг странное ощущение, что она словно больше не может распоряжаться своими желаниями, пронзило ее. Девушка так долго планировала эту покупку, мечтала, как сама ее подарит, уже представляя этот момент, и все это перечеркнуто внезапным решением совершенно чужого им человека.
– Я не приму ее, – сказала она твердо и немного зло, смотря на мужчину.
Макс чуть не зарычал в бешенстве. Он видел, как Кесси смотрела на эту игрушку, явно понимая, что она очень хочет ее купить. Но он прекрасно знал о ее финансовом положении. Как только по его приказу Хэнк заблокировал счета, то Макс попросил достать информацию о всех суммах, которыми она располагает. Он хотел быть уверен, что Кесси все– таки позвонит, но в то же время не будет голодать. А эта покупка точно подкосит ее материальное положение, хотя это и было ему на руку, но что– то заставило Макса принять решение купить игрушку самому. Он вдруг почувствовал желание побаловать дочь, так же как когда– то баловал Кесси, покупая ей дорогую одежду и драгоценности. И что планировал делать и сейчас при ухаживании, просто пока не понимал, как это лучше преподнести ей, чтобы не испугать. А тут подвернулся такой случай.
Они стояли перед витриной и смотрели на друг друга с ощутимой враждой, которая чувствовалась даже в воздухе между ними.