В троллейбусе было не продохнуть. Люди толкались, огрызались, протискивались. Бабушки ехали на рынок с большими котомками. Некоторые красноречиво поглядывали на него, не осмеливаясь напрямую попросить его уступить им место, но он сделал вид, что ничего не замечает.
«Еще чего, толкаться», думал он, оправдывая себя, но внутри ему было как-то неловко.
Наконец, кондуктор объявил: «Остановка: «школа № 23»».
Парень облегченно вздохнул, выпрыгнул из троллейбуса, на ходу случайно наступил кому-то на ногу, и помчался в класс. Завернув за ларек, стоящий прямо здесь на остановке, он заметил, что шнурок на его ноге развязался. Он остановился и присел на корточки, чтобы его завязать. Когда он поднял голову, ему показалось…, как будто какие-то странные тени промелькнули перед ним на асфальте. Ему даже представилось, что они скачут, как лягушки, вокруг его ног. Не придав этому значения, он тряхнул головой, и побежал дальше, поглядывая на часы. Теперь он опаздывал на 19 минут.
Конечно же, школьный двор был уже пуст. Окна его класса выходили прямо к входу в здание. Вероятно, он бежал довольно громко, поскольку учительница посмотрела в открытое окно, находящееся прямо рядом с учительским столом, и покачала головой.
Через минуту, постучавшись, он вошел в класс. По классу прошел смешок, а учительница пристально смотрела на него. Всем своим видом она говорила: «Ох, Верзилов, когда же ты перестанешь опаздывать?»
– Что ж, Алексей, проходи, коль пришел, – с вздохом сказала она, и что-то отметила у себя в журнале.
С одной стороны, ему было немного стыдно, но с другой стороны, как всегда, он был в центре внимания, а это, что ни говорите, было приятно.
Он сел на свое место, достал учебник и раскрыл тетрадь. На странице с последним домашним заданием красовалась большая двойка. На какое-то время Лешка задержал на ней взгляд, а затем перевернул страницу, и застыл от изумления. В углу страницы небрежно, но четко была нарисована большая зеленая жаба, с отвратительными бородавками и желтыми злыми глазами.
«Это еще что такое? – подумал он. – Что-то я не помню, чтобы я здесь такое рисовал».
Он перевернул тетрадь, чтобы посмотреть на обложку. Все было нормально; тетрадь по литературе, с его именем, подписанная его размашистым почерком. Он снова перевернул тетрадь на нужную страницу, и… даже ойкнул от неожиданности. На странице ничего не было!
Леха перевернул на страницу назад с последним домашним заданием…, двойка была на месте. Он снова перевернул страницу…, потом еще одну. Никакого рисунка. Он пролистал все страницы до конца тетради, потом еще раз. Никакой жабы!
«Что за ерунда! Не приснилось же мне это», – с волнением подумал он.
Алексей со страхом оглянулся вокруг, и столкнулся взглядом с одноклассником, Витькой. Судя по всему, вид у него был сильно озадаченный, потому что во взгляде у Виктора был вопрос.
«Это уже слишком, – подумал Лешка, – не хватало только, чтобы кто-то подумал, что я ненормальный. Наверное, я не выспался».
Сделав вид, что ничего не произошло, он, как ни в чем не бывало, опустил голову снова в тетрадь, и… что это? То ли ему показалось, то ли на самом деле…, в том же самом углу мелькнуло уже знакомое изображение жабы.
«Да что это со мной?» – у него даже испарина на лбу выступила. Однако он заставил себя взять ручку и начать писать. Заглянув к Насте соседке по парте, отличнице, в тетрадь, которая прилежно все записывала под диктовку учителя, и больше ничего не замечала вокруг, он списал название темы и несколько пунктов урока.
Несколько раз он еще окинул украдкой взглядом класс, но, казалось, кроме Витьки, который на него больше не смотрел, никто ничего не заметил. Поскольку на странице больше ничего не появлялось, он немного успокоился.
***
День прошел как обычно. Сашке не особенно нравилось учиться, однако, в этот раз учеба помогла ему отвлечься и забыться. После урока физики, когда учитель показывал им крутящуюся электрическую машину, которая пускала молнии, он вообще забыл про все свои беспокойства. Теперь ему хотелось только попробовать вставить между электродами машины лист бумаги, чтобы проверить, пробьет его молния или нет. Однако учитель бумагу вставлять не стал, а просто рассказывал что-то о статическом напряжении, чего Сашка особенно не понял.
После уроков, когда они с Витькой шли домой, он уже ни о чем не беспокоился, и об утреннем разговоре не вспоминал. Виктор шел рядом, то и дело, пихая ногами попадающиеся по дороге камешки.
– Мне бы такую машину домой, я бы всем тараканам экзекуцию устроил. Классно она молнией, да? – начал разговор Сашка.
– Да, ничё так, – согласился Витька. Ему не особенно хотелось разговаривать про электрофорную машину. Почему-то утренний разговор с другом не выходил у него из головы. Виктор сам не понимал, почему рассказ друга о каком-то сне, который вначале его никак не впечатлил, теперь не дает ему покоя. Теперь одна мысль его не выходила у него из головы; почему во сне фигурировал он, и почему у него изо рта лезли какие-то там жабы?
«Что-то в этом есть. Не просто так ему это приснилось», – уже в который раз в течение дня подумал он.
Сашке, однако, совершенно не хотелось вспоминать свои утренние страхи. Единственное, что ему хотелось с утра, это поскорее забыться, чтобы неприятный вкус и образ жабы больше не приходили ему на память. После разговора с Витькой ему стало намного легче, а теперь, когда он все это забыл, ему не хотелось даже и думать о ночном переживании.
– Ты видел, как Леха себя сегодня вел? – спросил его Витька.
– Леха? А что Леха? Нет, не видел, а что?
– Ну…, он сел за стол, потом достал тетрадь, потом заглянул в нее, и повел себя так, будто там было что-то страшное. Он даже вздрогнул. Потом он еще пот со лба вытирал, и вокруг оглядывался.
– Ну, и что?
– Ну, как что? Может, ему тоже что-то приснилось?
Сашке совсем не хотелось ни о чем вспоминать. Он почувствовал, что его совершенно не тянет больше разговаривать об этом, поэтому он сказал с напускным равнодушием.
– Да, ладно тебе. Ничего особенного. Мало ли что там было. Может просто наляпал в тетради, вот и перепугался, что ему снова двойку влепят.
– Чтобы Леха насчет этого вздрагивал? На него это не похоже. Мне кажется, если у него и вся страница будет заляпана, он не заметит.
– Витька, не бери в голову. Ну, хочешь, спроси у него завтра, чего это он вздрагивает, если тебе интересно.
Тут они подошли к Сашкиному дому, и он сказал, чтобы поскорее отделаться от неприятного страха, который возник у него внутри от навязчивого напоминания Витьки:
– У меня уже все прошло, так что забудь. Что было, то было. Главное, что теперь все классно! Ну ладно, давай, пока…
Он схватил портфель под мышку и побежал напрямик через газон к своему подъезду.
***
Алексей пришел домой, бросил портфель в угол в коридоре, прошел в зал, сел в кресло, откинулся на спинку, и, закинув руки за голову, положил ноги на журнальный столик напротив.
Он был слегка смущен.
«Ну, парень, что-то с тобой сегодня не то. С какой это стати ты стал глюки видеть?»
Неприятные воспоминания о странных видениях навязчиво беспокоили его в течение всего дня. Он постарался прокрутить в голове последние события, пытаясь понять, что могло вызвать сегодняшние жабьи образы. Из головы не выходили скачущие тени около ларька, и злые желтые глаза в тетради.
Он встал, сходил в коридор, принес портфель и снова достал тетрадь по литературе. На странице ничего не было, кроме тех записей, которые он сделал сегодня на уроке. Он еще раз внимательно просмотрел страницу за страницей, присмотревшись внимательнее к той странице, где, как ему показалось, он увидел рисунок жабы. Никакого рисунка, а также чего-то, что могло бы навеять хотя бы что-нибудь подобное, не было.
«Странно…, но ничего нет».
В его голове снова пронеслись образы скачущих теней около ларька. Ему даже показалось, что он услышал какое-то ехидное кваканье в ушах.
«Ну, парень, ты, похоже, совсем спятил», – подумал он.
Лешка посмотрел на часы. Было 16:00.
«Боже мой, уже четыре!»
В своих размышлениях он совсем забыл про обед. В желудке было пусто… очень пусто!
«Ладно, нужно действительно пойти перекусить, и хоть развеяться немножко».