Может, это любовь?

Вздохнув, решила подумать об этом позже. Она посмотрела на похрапывающего мужчину, откинула с его лба вихор. От её прикосновения Миша тут же открыл глаза.

— Танюшка, ты куда? – заметив, что девушка полностью одета, Данилова схватил её за руку. В глазах страх и мольба одновременно.

— Мне нужно домой. Спи. Я доберусь сама на такси.

— Может, останешься? – Миша соскочил с кровати. Он суетливо натягивал одежду, пытаясь уговорить её остаться.

— Нет. Родители волнуются.

— Я им позвоню, — предложил Миша, не желая так быстро с ней расставаться. Хотелось завернуть её в кулёк, обнять и никуда не отпускать.

— Не надо. Лучше я поеду.

Михаил вызвал такси и проводил её до самой машины, запомнив номер.

Глава 3

Ещё пару месяцев назад Таня считала, что для близких отношений между мужчиной и женщиной должна быть страсть, безумная любовь или что-то ещё будоражащее кровь. Но теперь её мнение поменялось.

Данилов не был красив в классическом понимании. От сидячей работы у него наметился животик. Однако его спокойствие и рассудительность в любых ситуациях создавали вокруг неё ощущение надёжности и защищённости. Они редко ссорились по пустякам, а спорные вопросы решали спокойно, находя компромисс.

Возможно, его терпение и вера в то, что однажды он завоюет её сердце и останется там навсегда, давали ей надежду, что она полюбит его по-настоящему.

Михаил теперь для неё был не только другом, но и любовником. Она не заметила, как он убедил её в наличии чувства, иначе она не смогла бы делить с ним постель.

Несмотря на внешнее спокойствие Михаила, создававшее впечатление «белого и пушистого», оно было обманчиво. В постели его галантность исчезала. Там им правила другая сила — первобытная, жадная, заставлявшая забыть обо всех условностях. В его прикосновениях была не просто страсть, а настойчивая нежность.

— Тань, может, ты переедешь ко мне? Мне не нравятся твои ночные поездки на такси.

Мише было непонятно её бегство домой в любое время суток. Девушка так ни разу и не осталась у него до утра. А раз он не знал причины, то не мог её устранить. Это его раздражало. Неизвестность порождала страх и включала воображение. Картины, нарисованные его фантазией, были не из приятных.

— Миш, я же звоню тебе, как приезжаю.

Они лежали обнажённые на его кровати, переплетясь ногами. Михаил водил пальцами по бархатной коже возлюбленной. В тот момент, когда он наклонился поцеловать её грудь, Таня заметила, как приоткрытая дверь стала открываться шире.

Михаил заслонил своей вихрастой шевелюрой обзор и отвлёк её поцелуем в губы. Когда Таня снова взглянула на дверь, та оставалась в прежнем положении. Девушка решила, что ей показалось.

Анастасия Афанасьевна направилась в комнату к сыну с просьбой отвезти её в торговый центр. Приоткрыв дверь, она остолбенела, увидев обнажённую парочку. Схватившись за сердце, вернула дверь в прежнее положение. Чувствуя, что сейчас свалится без чувств, прислонилась к стене.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы совладать с бушующим внутри негодованием. Первым порывом было ворваться в комнату, схватить Барсукову за волосы и выставить вон в чём мать родила. Но тут прозвучали слова сына, от которых у неё волосы встали дыбом.

— Тогда мы могли бы пожениться.

Прежде чем она услышала ответ Барсуковой, ей показалось, что прошла вечность. Затаив дыхание и закрыв глаза, с ужасом ждала, что та тут же согласится и начнёт строить планы на совместное будущее.

В своё время за такие слова она душу дьяволу бы продала. Анастасия вспомнила себя в этом возрасте: прошло шесть лет, как она сбежала из дома и своим горбом пробивала путь в лучшую жизнь, терпя насмешки и унижения. Именно тогда она решилась на свой главный грех – соблазнить будущего Мишиного отца, чтоб обеспечить себе достойное будущее.

— Миша, мы ещё мало знаем друг о друге. И потом, я не умею так вкусно готовить, как твоя мама. Ты же сразу разведёшься со мной.

— Я не мальчик, чтобы из-за этого разводиться. Сам готовить умею. Рестораны и доставка существуют, — развил он тему, убеждая её, что это пустяк. — Полгода – достаточно, чтобы оформить официальные отношения, — настаивал он на своём.

— Я подумаю.

Получив не тот ответ, который ожидал, Данилов закрыл глаза и шумно выдохнул. Он уже знал: «Я подумаю» означает, что Таня будет искать способ мягко отказаться от его предложения, и пытаться убедить её изменить решение будет крайне сложно.

— Давай снимем квартиру и будем жить гражданским браком? — Миша не собирался сдаваться. Теперь просто встречи его не устраивали. Он хотел большего, а не только походы в ресторан или ночные прогулки по спящему городу.

Миша перебрал массу причин, по которым Таня отвергала его предложение, но ни одна не подходила для разумного объяснения. Его сводило с ума её постоянное бегство от него.

— Мои родители не понимают, что значит гражданский брак. Сожительство есть сожительство. Они этого не одобрят, — ответила она. Михаил интуитивно почувствовал, что дело не только в родителях.

— Тань, мне мало наших вечеров. Я хочу с тобой жить под одной… — Таня не дала ему договорить, поцеловав в губы.

Услышав звук поцелуя, Анастасию Афанасьевну бросило в холодный пот. На негнущихся ногах спустилась вниз, выпила корвалол и прилегла на диван. Она не могла смириться с тем, что отношения сына с Барсуковой зашли так далеко.

Таня ей и раньше не нравилась — слишком молода для Михаила. Но всё же надеялась, что это мимолётное увлечение, что Миша одумается и найдёт себе достойную пару.

«Я столько раз знакомила его с девушками из хороших семей, – возмущалась она, прикрыв глаза рукой. – А он выбрал эту… мерзавку! Соблазнила моего мальчика! Как я могла упустить, что у них дошло до постели?»

Через час, провожая взглядом уезжающую машину Тани, она гневно размышляла о происходящем:

«Я не допущу никакой свадьбы!»

Её взгляд упал на фотографию, стоящую в рамке на столе — последний совместный снимок с мужем, напоминание о том, какой путь ей пришлось пройти, чтобы достичь того, что имела сейчас.

Глава 4

Спустя неделю вернулся из армии младший брат Миши, Вадим. Несмотря на четырнадцатилетнюю разницу в возрасте, братья были поразительно похожи.

Анастасия Афанасьевна, зная о вспыльчивом и развязном нраве Вадима, тут же задумала рассорить старшего сына с Барсуковой.

Удачный момент не заставил себя ждать: Миша уехал в длительную командировку, а Таня, забыв ключи от своей машины в его комнате, предупредила о своём визите.

Вадим в этот день был дома. Ещё валялся в постели после гулянки в клубе. До прихода Барсуковой Анастасия Афанасьевна не успела поговорить с ним о «неудачном выборе» Михаила. Пока она подбирала нужные слова, на пороге появилась Татьяна.

Парень открыл дверь и остолбенел. Перед ним стояла дива с обложки журнала. Поздоровавшись, Таня поднялась в комнату Миши. Данилов-младший, провожая её взглядом, полным нескрываемого восхищения и оценивающего интереса, последовал за ней.

Анастасия Афанасьевна поняла, что никакого разговора с сыном и не потребуется. Всё складывалось как нельзя лучше. Она знала, что Вадим, порывистый и напористый, порой даже грубоватый в погоне за своими низменными желаниями, был движим комплексом «младшего» и отчаянно стремился превзойти старшего брата.

Чтобы доказать Михаилу его неправоту, ей достаточно будет намекнуть на поведение Барсуковой в его отсутствие – та заглядывается на молоденьких, а там гляди, и до измены недалеко.

Уверенная в том, что Вадим непременно будет приставать к Татьяне, лелеяла надежду, что та испугается его поступка и сто раз подумает прежде чем связать свою жизнь с их семьёй.

— Так вот, значит, какую красотку отхватил мой брательник! И прячет. Не показывает, — язвительно прокомментировал Вадим, усмехаясь.

Его тон Тане не понравился.

— Значит, вы — Вадим? — уточнила она, ища ключи. Ответ был очевиден: Вадим был словно молодое отражение Миши.

— И давно ты с ним встречаешься? – всё так же язвительно поинтересовался парень, развалившись на диване, небрежно закинув ноги на журнальный столик и нагло рассматривая девушку.

— Давно.

Таня наконец нашла ключи и направилась к выходу. Но Данилов резко сорвался с места и преградил ей дорогу, ухмыляясь.

— Может, зайдёшь ко мне? Посидим, отметим знакомство и моё возвращение из армии? – игриво предложил он. Но в его расширенных зрачках девушка рассмотрела вожделение.

— Михаил вернётся, и мы обязательно отметим, — попыталась она мягко отказать, чтобы не разозлить парня.

— И что ты в нём нашла? Увалень, в отцы тебе годится, — нелестно отозвался Вадим о брате.

Таня опешила, не найдя слов для ответа.

— А я молодой! И у меня много сил, — продолжал парень, облизываясь, как кот.

— Сил? Для чего? – подтекст его слов не сразу дошёл до неё. А когда она осознала, её щёки залил румянец.

Разговор принял неприятный оборот. Она предположила, что Вадим недавно вернулся из армии, и сейчас у него бушуют гормоны, заставляя набрасываться на первую встречную. Мысли о том, что в этой, казалось бы, идеальной семье не всё так радужно, не покидали её.

— Ты разве не догадываешься? – снова облизнул губы он, откровенно раздевая её глазами.

— А Мише сила не нужна. Ему хватает опыта.

— А тебе есть с чем сравнивать? – на его ехидный оскал было невыносимо смотреть.

Поняв, что вести с ним разговор, простая трата времени, девушка решила его завершить:

— Простите, Вадим, я тороплюсь.

Вадим отступил на шаг от двери. Таня проскользнула мимо него, но тут же получила шлепок по попе.

Возмущённая поведением Вадима, она развернулась, чтобы дать отпор. Таня не ожидала, что тот идёт следом, попав прямо в его руки.

— О, сработало! Сама на меня кидается! — в его голосе сквозило злорадство. Из его рта тянуло какой-то отравой.

Парень зажал её между стеной и своим телом. Таня взбрыкнула, но Вадим сделал недвусмысленное движение тазом, и она ощутила его возбуждение в паху.

Парень ещё сильнее вжался в неё, наблюдая, как её лицо медленно краснее от стыда. Но Таня не дала ему насладиться моментом: вырвавшись, влепила ему две пощёчины.

— Ещё раз тронешь меня – убью!

С колотящимся от ярости сердцем, девушка стремительно пробежала два пролёта лестницы. Внизу её встретила Анастасия Афанасьевна. По выражению её лица Таня поняла, что та всё видела, и при удобном случае расскажет Мише, приукрасив события по-своему.

Таня пулей вылетела из дома Даниловых. Её лицо было красным от полученного оскорбления, в груди бушевал ураган. Такого позора она ещё никогда не испытывала.

Вадим, довольный своей выходкой, потянулся, оторвал от грозди винограда в тарелке на столе сочную ягоду и отправил её в рот.

Он бросил взгляд в окно. На бегущую прочь от их порога Таню. Когда силуэт девушки растворился вдали, насвистывая бравурный мотив, вернулся в свою комнату.

Анастасия осталась в кухне одна. Она не почувствовала торжества от маленькой победы над Барсуковой. Перед глазами появились картины прошлого:

«Ах, ты мерзавка! Залезла к моему мужу в постель! – женщина вцепилась в её волосы и с силой дёрнула. Ноги дрожащей от страха и унижения девушки подкосились, и она рухнула на пол. Понимая, что если сейчас не отстоит своё право, то потеряет всё, Настя перехватила запястье нападавшей, и высвободила волосы. Оттолкнув руку женщины, она крикнула ей в лицо:

— Вы – ничтожество! Не смогли его сделать счастливым столько лет. Не родили ему детей, а я – рожу!»

Обведя взглядом кухонный гарнитур кухни, общую обстановку их дома, Анастасия горько усмехнулась:

— В то время я думала, что это мой козырь, чтоб обеспечиться благополучием.

Глава 5

Михаил поджидал Таню на улице возле её дома. Заметив девушку, он поспешно вышел из машины, хлопнув дверью. Вручив ей букет пышных роз, Миша предложил отметить его возвращение в ресторане.

Полчаса спустя они уже заняли столик в уютном заведении и приступили к заказу.

— Как у тебя дела? – спросил Михаил, беззастенчиво любуясь ею.

Надеялся, что после того как они стали близки, Таня станет более открытой. Но снова ошибся. Не понимал в чём причина её холодности. Во всяком случае Таня перестала ставить блок между ними и терпела его присутствие рядом – такое определение он давал их взаимоотношениям.

За всё время, что он пробыл в филиале, она позвонила лишь пару раз. Когда звонил он, их разговор длился не более пяти минут. При встрече она не бросилась в его объятия. Его теория, что на расстоянии чувства становятся сильнее, потерпела фиаско. Таня была так же далека от него, как и раньше. На его вопрос она слегка улыбнулась и ответила:

— Всё хорошо.

— Я скучал без тебя, — попробовал он растопить лёд в её глазах.

Он буквально задыхался без неё! Все дни, проведённые в разлуке, казались пустыми и бессмысленными.

Таня слегка сжала его длинные пальцы, лежавшие на ажурной скатерти стола. Официант принёс приборы, расставил тарелки и, сказав, что заказ будет готов через пять минут, тихо удалился.

— Мне тебя не хватало, — ласково произнесла она, избегая прямого взгляда. Для неё было сложно произнести что-то более значительное. Страшно было ошибиться в своих чувствах. Ещё страшнее — показать их Данилову, будучи не уверенной в себе.

На сердце Данилова легче не стало. Он перехватил Танину ладонь, удерживая её в своей.

«И это всё?! Меня же не было два месяца!» - пронеслось в его голове.

Разумом он понимал, что девушка не любит его так же сильно, как он её, и старался этого не замечать. Но сердце жаждало услышать другие слова.

Тихими вечерами вдали от неё, у него было предостаточно времени для размышлений. Каждая женщина мечтает выйти замуж, иметь семью, детей. Таня тоже об этом мечтает, но где-то далеко и, похоже, без него.

«Может быть, дело в её молодости? Может быть, познакомившись с Вадимом, она всё переосмыслила?!» — его сердце гулко билось в груди. Про историю с Вадимом от неё он ничего не услышал.

— Мама сказала, что ты как-то заезжала ко мне, — констатировал он факт, наблюдая за её реакцией.

Звон упавшей вилки, ударившейся о край тарелки за соседним столиком, заставил Таню вздрогнуть. Ощущение было такое, словно ей на плечи вылили кипяток.

«Или это из-за того, что ему наговорила Анастасия Афанасьевна? – неприятное чувство разлилось по всему телу. — Миша задаёт этот вопрос неспроста – значит, он уже в курсе того происшествия».

Вино не помогло справиться с комом в горле. Таня вернула бокал на место и посмотрела на Данилова. Ни красивая мелодия скрипки, ни мерцающие в полумраке свечи не создавали той романтики, для которой были призваны.

Вокруг них воздух стал густым, нарастало напряжение.

— Да, заходила. Тебе разведка уже доложила? — она выдержала пристальный взгляд мужчины, чувствуя, как неистово бьётся сердце. «Но я ведь ничего противозаконного не совершила! Всего лишь защищала себя». – Что ты хочешь узнать?

— Я хочу услышать твою версию.

— Твой брат вёл себя не допустимо, и я дала ему отпор. Но мне кажется, что это был постановочный спектакль.

У неё было достаточно времени, чтобы проанализировать тот случай. Случайность или хорошо разыгранная сцена, но факт оставался фактом – в качестве невестки её в доме Даниловых не желали видеть.

— Что ты имеешь в виду? — прищурился Михаил.

Когда мать неожиданно позвонила и срывающимся голосом начала рассказывать о непристойном поведении Тани в их доме, он не понял, о чём идёт речь.

Миша был рад возвращению брата. Зная заносчивый характер Вадима, предположил, что Таня могла задеть того словами, и парень совершил дерзкий поступок. Но чтобы девушка сама «вешалась ему на шею» — ни за что не поверил! Она с ним-то в начале их знакомства проявляла сдержанность. Даже сейчас, когда они стали любовниками, её прикосновения были редкими.

— Я имею в виду твою мать. — Видя его непонимание или неверие, Таня пояснила: — помнишь, мы как-то с тобой не виделись дня два или три, и были в твоей комнате… не одетыми? Скорее всего, она видела нас вместе.

Уши Тани порозовели от того, что ей приходиться обсуждать с ним щекотливую тему. Она сделала паузу, ощущая, как жар разливается по щекам.

— Ты же прекрасно понимаешь, что она не хочет видеть меня в качестве твоей жены. В роли подружки, любовницы, кем угодно, но только не женой.

— Почему ты не рассказала мне? – с упрёком спросил Миша, сопоставляя факты.

Да, он знал, что его мама против их отношений. Похоже, после того как их тогда застукала, она решила поднять этот вопрос. Мама много раз пыталась завести с ним разговор на эту тему, но тогда ему удавалось уходить от обсуждения. Но то, что начинает твориться сейчас, его не устраивало.

— Думала, что мне показалось.

— Понятно, — Михаил нахмурился. Он сожалел, что Тане пришлось принять на себя удар неприязни его матери. Видя, как она закусывает губу и краснеет от смущения, убедился в её скромности. — Тебе следовало сказать мне. – Его задело, что Таня до сих пор не доверяет ему. Но этот вопрос он оставит на потом. Он его доработает. — Что на счёт Вадима?

— Вадима? – Таня непонимающе посмотрела на него. На лбу появилась морщинка.

— Ты сказала, что он распускал руки, — напомнил Данилов. Мать так толком и не объяснила, что Вадим сделал, поэтому хотел выяснить это у Тани.

— Да, — коротко ответила Таня, сделав глоток вина, чтобы смочить пересохший рот. Ей не хотелось вспоминать мерзкий поступок младшего брата Миши.

— И? – Миша развернул ладони, лежавшие на скатерти, вверх, требуя пояснения.

— Он шлёпнул меня по попе. Я дала ему пару пощёчин, — резко ответила она.

«Тот, скорее всего, шлепком не ограничился. Полез к ней целоваться?!» — зревшая внутри Михаила паника взорвалась. Сосчитав до десяти, он задал мучивший его вопрос:

— Вадим тебе совсем не понравился?

Осознавал, что с молодостью не поспорить.

Таня поперхнулась сёмгой, которую только что положила в рот. Данилов тут же подскочил и услужливо постучал ей по спине, помогая откашляться.

— Спасибо, — поблагодарила его Таня, промокнув выступившие на глаза слёзы. Прочищая горло, мысленно поражалась ходу мыслей Данилова. — Сомневаюсь, что этот грубиян своими примитивными шуточками вообще способен кого-то привлечь. – Услышать от Михаила подобный вопрос было неприятно. Не могла определить из-за чего именно, но слова задели её. — Мы знакомы с тобой больше полугода, разве я давала тебе повод усомниться во мне?

— Нет, но… — запнулся он. Не желал признаваться ей в собственных сомнениях. Оба осознают, что Таня терпит его присутствие в своей жизни. И не любит.

После звонка матери взглянул на ситуацию глазами Тани: «Зачем он ей? Если она полюбит другого, держать её насильно? Сломать ей жизнь? Наверное, лучше отпустить. Но я не смогу».

— В жизни всякое бывает. Ты молода, умна, красива. Это мне уже поздно метаться в поисках, — горько заметил он.

— Хм, — усмехнулась девушка. – Не ожидала от тебя такого…. Дело ведь совсем не в Вадиме? В твоих сомнениях, — Таня сглотнула, почувствовав, как ком встал в горле, и мешает ей говорить. – И твои сомнения во мне задевают. Обидно, Миш.

Услышав её слова, сначала подумал, что Таня догадалась о его собственных сомнениях, но последняя фраза всё изменила.

«Она только что сказала, что я ей не безразличен?!» - интерпретировал Михаил её фразу по-своему.

— Вот как? – просипел он, боясь спугнуть внезапно вспыхнувшую радость правильно понятых им слов. – Прости за моего брата и мои неосторожные слова. Предлагаю закрыть эту тему.

— Хорошо. – Таня мельком глянула на Данилова, который рассеянно ковырял вилкой в тарелке. По его неопределённому выражению лица не смогла прочитать его мысли.

Миша думал о том, что сломает брату руки, если тот снова приблизится к его женщине. В следующий раз устным внушением он не ограничится.

Глава 6

Данилов предпринял решительные действия, следуя своему плану по завоеванию Тани: купил двухкомнатную квартиру в центре города.

«Пора своё гнёздышко вить! Отдельно от родственников», — решил он.

Выбирал долго и тщательно. Миша несколько месяцев искал не только удобное расположение, но и место с особой атмосферой. И нашёл.

Дом находился на границе старой и новой частей города. В ближайшем сквере были установлены музыкальные арт-объекты, которые завораживающе горели во тьме, создавая романтическое настроение. Он уже представлял, как они с Таней гуляют здесь, а навстречу им попадаются счастливые семьи. В тайне надеялся, что вид мелких шалопаев разбудит в Тане материнские чувства.

Но прежде чем сделать такой серьёзный шаг, ненавязчиво поинтересовался об идеальном уголке своей спутницы: та квартира, которую ей подарили родители, её не устраивала своей безликостью и шаблонностью.

Миша вложил много сил, времени и денег, чтобы новая квартира максимально соответствовала предпочтениям возлюбленной. Ему пришлось сделать перепланировку комнат, чтобы установить камин. Задержка поставки эксклюзивной мебели из Португалии чуть не сорвала его планы.

Последним приобретением, сделанным за два дня до намеченного сюрприза, стала беговая дорожка – трансформер. Таня, избегавшая публичности, мечтала о домашнем тренажёре, так как у родителей места было не так много.

Вдохновлённый своей идеей, что совместная жизнь убедит Татьяну оформить отношения официально, Данилов был в глубоком заблуждении, считая, что её нежелание выходить за него замуж обусловлено молодостью и неопытностью.

Наступил тот день, когда он наконец смог показать Тане их новый дом.

Михаил помог скинуть кожаный плащ с хрупких плеч девушки, приглашая её войти.

— Проходи, — произнёс он, с нетерпением наблюдая, как она ступает на паркет.

Таня медленно прошла по комнате, её взгляд остановился на тигровой шкуре, расстеленной перед камином. Огонь потрескивал, наполняя помещение особым теплом и уютом.

Каждый стук её каблучков отдавался эхом в сердце мужчины. Она обвела взглядом комнату, чувствуя, как пульс учащённо бьётся в горле.

«Всё повторяется! — острая боль пронзила её. Когда-то она была счастлива от мысли о собственном уголке с любимым…Таня посмотрела на вошедшего из кухни Данилова. — Нет. Сейчас всё иначе. Сейчас это исходит от него, а не от неё. Здесь не должно быть обмана».

Пока она боролось с внутренними демонами, мужчина подошёл ближе и поцеловал её руку.

— Ужин готов, — произнёс он, стараясь скрыть волнение в голосе. — Только я не знал, где ты захочешь поужинать: в комнате или на кухне?

Миша затаил дыхание, ожидая её ответ.

— Здесь. Мне здесь нравится. У камина. На шкуре.

Стараясь скрыть облегчение, Михаил подкатил к ним столик.

— Вино будешь? – спросил он, пытаясь понять её настроение: рассердилась? Смущена?

— Да, — Татьяна стояла у окна за шторой, рассматривая горшки с цветами на подоконнике. – Значит, вот для чего ты выспрашивал о доме моей мечты? Когда ты успел всё это провернуть? Ты же всё время был рядом со мной, – в голосе звучало удивление и недоверие.

Миша протянул ей бокал.

— Это было трудно, но не невозможно. Для тебя я и луну с неба достану, — он показал в окно, где на тёмном небе ярко сияла огромная луна. Она, кажется, видела в соцсетях название этого явления – «Розовая луна». Но прекрасное зрелище не тронуло её.

«Кажется, я его недооценила». От осознания его смелости и решительных действий по её коже побежали мурашки. Таня вскинула на мужчину глаза, отметив, что многих вещей раньше не замечала: бардовая сорочка сочеталась с серым галстуком и контрастировала с тёмно-синими брюками от костюма. Он готовил ужин, поэтому поверх всего был надет фартук.

Заметив на себе её взгляд, Миша пояснил:

— Больше не хочу повторений подобных недоразумений. Решил, что пора иметь свой дом. Я перевёз уже свои вещи сюда, осталось перевезти тебя. Я устал от наших мимолётных встреч. Мне нужна ты. Вся.