Иногда было тяжело мириться с тем, что она теперь на посылках и не может найти применения своим способностям и желаниям. Но ей хватало сил не терять жизнерадостного блеска в глазах, не ощущать себя ущербной. Только все чаще хотелось прижаться к кому-то надежному, теплому и искреннему.
Ульяна не собиралась долго оставаться в профессии «девочкой на побегушках», но ничего приличного не попадалось. А компания процветала, отношения с коллективом сложились добрые, Ульяна зарекомендовала себя грамотным и ответственным сотрудником, и ее перевели на постоянную должность, сделав вторым секретарем.
Свыкнуться с обстоятельствами помогло занятие творчеством на фрилансе. В один из вечеров Ульяна просто решила зарегистрироваться на сайте фрилансеров и хотя бы так удовлетворять потребность в творчестве. Постеры в сети, афиши и иллюстрации к журнальным статьям – бралась за все, но с особым удовольствием работала над обложками для книг. К этому процессу она подходила со всей скрупулезностью. Ульяна старалась полностью прочитать творение автора и только потом создавала яркую проникновенную картинку, отражающую суть сюжета.
У нее получалось угадывать мысли клиентов и давать им то, на что они и сами не рассчитывали, обращаясь к неизвестному художнику. Хотелось больше, чаще заниматься творчеством, но иногда после работы Ульяна валилась с ног, поэтому полноценно погружалась в заказ лишь на выходных, а поскольку сроки были ограничены, то заказов брала мало.
С Аркадием Масловым Ульяна познакомилась, отработав в компании три года. Новый коммерческий директор сразу увидел в молодой женщине потенциал и повысил ее до своего ассистента, который администрировал производственные и договорные вопросы, но она по-прежнему была всего лишь исполнителем: финансовая и юридическая корреспонденция, организация встреч, поездки с поручениями. Ульяна любила общение, и ей легко удавалось договариваться. Клиенты и партнеры уважали ее за организованность, пунктуальность, юмор и такт, с которыми она решала многие вопросы. Однако Ульяна знала, что способна на большее, а в компании для нее перспектив не было. Единственная должность – специалист отдела рекламы и маркетинга, на которую она могла бы претендовать после небольшой стажировки, ускользнула от нее, когда Маслов взял ее с собой в деловую поездку в Китай. Там все и завязалось между ними.
По возвращении Маслов стал намекать о серьезных отношениях, а через полгода и о переезде к нему, на который Ульяна решилась не сразу. Почему-то каждый считал своим долгом намекнуть, что они не пара, потому что возраст рано или поздно даст о себе знать, и тогда молодой мужчина найдет ей замену. Ульяна долго сомневалась, что между ней с Аркадием не просто интрижка.
Но все было не так уж плохо. Ульяна перестала искать другое место. Творчеством она могла заниматься в свободное от работы время, а наладить личную жизнь под сорок, в конце концов, было важнее карьеры.
3 глава
Москва в середине января выглядела сказочно: пушистый снег, светодиодные гирлянды, растянутые причудливыми паутинками между строениями, яркие новогодние фигурки и повсюду мигающие надписи: «С новым 2021 годом!».
Ульяна с нетерпением бежала в кафе аэропорта на встречу с подругой Марией Крыловой, которая переехала сюда из Новороссийска полтора года назад к своему мужчине и теперь наслаждалась прелестями столичной жизни.
– Ой, Ульяша, ты в этом пухане, как космонавтус!– засмеялась Маша, увидев подругу в коротком серебристом пуховике, и, разведя руки в стороны, подбежала к ней.
Они крепко обнялись и, взявшись за руки, вошли в зал кафе.
– Как твои дела, дорогая-я? Как же я соскучилась! Ты совсем мне не пишешь!– разглядывая Ульяну, спросила Маша.
– Ты же знаешь: днем – работа, а вечером – заказы. Я не успеваю иногда моргнуть, как уже утро,– снимая шапку, объемный шарф и взлохмачивая пушистые после плойки-гофры волосы, посетовала та.– Тем более, сама знаешь, как я не люблю писать. Позвонить всегда проще.
– Бросала бы свою скучную секретарскую работу и занялась бы творчеством профессионально,– проворчала Маша, увлекая подругу за собой к уютному столику с диванчиками.
– Я не секретарь,– шутливо-обиженно нахмурилась Ульяна.– Я – ассистент. И, возможно, скоро стану ведущим специалистом отдела…
– Легкой промышленности?– смешливо проговорила подруга и поправила круглые очки.
– Аркадий предложил.
– Давно пора,– одобрительно кивнула та и раскрыла меню. Скептично пробежав взглядом по строчкам с десертами, категорично заявила:– Сегодня гуляем, а завтра утром испечешь свой фирменный десерт. Безумно соскучилась по твоим тортикам! Рассказывай, что у тебя еще нового?
– Ну…– Ульяна нарочно закусила губу, сдерживая довольную улыбку, и поводила пальцем по своему меню.
– Эй!– хлопнула по столу Маша.– А ну выкладывай! Я же сейчас поседею от любопытства!
– Не канючь! Ты – блондинка,– засмеялась Ульяна и счастливо продолжила:– Вернусь из Москвы и перееду к Маслову.
– Наконец-то!– громко обрадовалась Крылова, вскинув руки к потолку.
Проходящий мимо официант испуганно отшатнулся и чуть не выронил поднос. Ульяна закрыла рот ладошкой и звонко засмеялась.
– Ой, простите, мужчина,– сделала жалостливые глаза Маша и тут же вернулась к подруге.– Ну?..
– Что ну… Пока это просто переезд. Но мне кажется, он настроен серьезно.
– Сколько ему, ты говорила?..
– Тридцать четыре.
– Да уж… Ну бог с ним, а что насчет детей?
Ульяна мягко улыбнулась и, подперев голову ладонями, заметила:
– Мне бы лет десять назад надо было родить, а сейчас уже не знаю… Да и не говорили мы с Аркадием о детях.
– Что значит – не говорили?!– возмутилась Крылова.– Что-то я уже в нем сомневаюсь. Могла бы давно родить, за тобой такие кавалеры увивались…
– Вот именно, что только увивались. Я не сторонник неполноценной семьи. Сама знаешь, как я росла. Что, если со мной случилась бы беда, с кем остался бы ребенок?
– Абы, да кабы… Никто не знает, что на деле было бы,– отмахнулась та.
Ульяна снисходительно улыбнулась такой знакомой категоричности подруги.
– Знаешь, я давно уже поняла, что в этой жизни все приходит в свое время, а если не приходит, значит, есть причина, которую тебе не дано знать. А я прыгать выше головы не умею, и страдать из-за этого тоже не вижу смысла.
– Я не против философского подхода, но это как-то слишком…
– Наверное, старею,– нахмурилась Ульяна, недовольная тем, что произнесла такое вслух.
– Ой,– рассмеялась та,– да никто ни в жизнь не скажет, что ты мэйд ин раша сорок лет назад. Ты себя в зеркало видела? Ни морщинки, кожа, как перламутровая, ни лишних складок на подбородке и боках. Я твоей заднице завидую. Волосы вон – шикарная шевелюра! Стареет она! А мне тридцатишестилетней что тогда делать?
– Ах, прости, мудрею,– театрально кокетливо закатила глаза Ульяна и поймала свой взгляд в отражении широкого окна кафе.
Действительно, больше двадцати семи ей никто не давал, но ей было тридцать девять. Тридцать девять – цифра, от которой кровь стыла и хотелось спрятаться от самой себя.
– Хочется уже просто устроить личную жизнь.
– С Масловым ты уже сколько… полтора года?
– Почти два…
– С квартирой вопрос не решала?
– Нет,– посерьезнела Ульяна.– Написала тетке, что переезжаю к Аркадию, та пока не ответила.
– Старая стерва еще не померла?– выругалась Маша.– Это ж надо захапать себе квартиру после смерти родной сестры. Твои дед и бабка ведь обеим дочерям оставили по квартире. Жадоба! И усом не шевелит, чтобы переоформить на тебя.
– Ссориться с ней не хочу,– пожала плечами Ульяна.– У тетки муж с квартирой, по одной в Новороссийске и Сочи, и все дети при жилье. А меня никто и не выгонял никогда…
Ульяна умолчала о том, что двоюродный брат Юрий не раз являлся к ней нетрезвый с предложением съехать из квартиры, чтобы сдать ту в аренду или продать. Тетка Лиля не заговаривала об этом, поэтому Ульяна деликатно выпроваживала брата и списывала эти выпады на его эмоции после регулярных ссор с женой. Но все было гораздо сложнее, о чем она и сама не хотела думать, и никогда ни с кем не обсуждала.
– А что ты молчишь? Как твоя жизнь, как твой бизнес? Как тебе Москва?– сменила тему Ульяна.