Легенда о половинках. Часть 2
Ана Ховская
Легенда о половинках #2
В маленьком фермерском поместье жизнь течет размеренно и по своим правилам. С детства малышка София и самые родные ей люди получают жестокие уроки. Предательство отца, его ограниченность и несостоятельность, приведшие к банкротству фермы, а потом и к собственной гибели, много меняют в жизни всей семьи. Но судьба каждого ведет своим путем, на котором их ждут интриги и трагические события, страсть и разочарования, страх и шпионские игры по-настоящему, любовь и прощение… Это трогательная сага о сокровенных мечтах, ярких воспоминаниях и поиске своих половинок – добрая и искренняя история о всех нас.
Ана Ховская
Легенда о половинках. Часть 2
ОТ АВТОРА
Дорогие читатели, это продолжение романа «Легенда о яблоке», и без 1-й части романа недействительно.
Не судите строго и не сравнивайте первый в жизни роман – пробу пера – с моими нынешними работами. Написан он в 2007 году в классическом стиле, навеян романтикой и настроением полюбившихся мне в то время книг Сидни Шелдона.
Это не современный короткий роман, а скорее, роман-эпопея, повествующий о нескольких линиях жизни людей в последние десятилетия ХХ – начала XXI в. В нем есть интриги и трагические события, страх и шпионские игры по-настоящему, страсть и разочарования, любовь и прощение…
Почему я решила не оставлять его «пылиться на полке»? Роман атмосферный: семейные отношения, становление героев, опыт, мечты, надежды… Но главное, в основу сюжета положены воспоминания моих друзей и родных, сокровенные мечты юности. Есть и фантазия, может быть, наивная, но светлая, добрая… Все это делает историю источником тепла и искренней любви к моим близким и друзьям. Герои – реальные и вымышленные – обычные люди и вовсе не идеальные, как и все мы. Им не чуждо все человеческое: они живут, мечтая о счастье в меру своих представлений о нем.
Возможно, роман не приглянется моим нынешним читателям, но будет понятен и близок другой аудитории.
Приятного прочтения!
США, штат Техас, Хьюстон, апрель 1999 года
…И сердце полно музыкой такой,
Что мне ее не слушать невозможно.
А все ведь оттого, что ты своей рукой
Моей руки коснулся осторожно…
Промышленная зона Хьюстона всегда вызывала чувства напряжения и сосредоточенного ожидания «скачка через пропасть». Серость и безликость района непроизвольно вызывали боевую готовность и перестраивали привычный ход мысли на стратегический. Активизировались все скрытые ресурсы, даже ускорялся обмен веществ в организме.
Для Александра Ахматова эта зона всегда ассоциировалась с новым риском, неожиданными решениями, неумолимыми обстоятельствами, моральным и физическим напряжением. Здесь находилась штаб-квартира АМБ, и вызов агентов означал одно – чрезвычайную ситуацию, требующую немедленного эффективного решения.
Билл Макстейн ожидал прибытия последнего агента в зал совещаний, где уже присутствовало другие четверо. Лицо каждого из них было знакомо Ахматову. Это была постоянно действующая команда чрезвычайного созыва. Состав группы никогда не менялся в целях безопасности каждого и операции, над которой она работала. В суть и ход операции никогда не посвящали параллельные группы.
Александр Ахматов – лидер группы, стратег; Тед Андерсон – инженер-техник в информационно-системном отделе ФАМО и офицер скрытой службы внутренней безопасности ФАМО, Сибил Кайл – психоаналитик, инструктор по курсу выживания; Эд Стивенсон – информационный аналитик и непосредственный помощник Макстейна и, наконец, Майк Келтон – агент внешнего наблюдения и специалист по техническим разработкам: прослушка, видеонаблюдение, радиопередача и информационные системы – все, как рыцари Камелота, сидели за круглым столом во главе с директором первого подразделения Агентства международной безопасности Биллом Макстейном.
Воздух в помещении был заряжен нервозностью и испытывающим терпение мрачным безмолвием. Агенты играли в переглядки. Макстейн, сердито дергая губами, долго молча листал папку с документами, вводя присутствующих в недоумение своим поведением. Невооруженным взглядом было видно, что Макстейн был вынужден собрать группу для нового задания, которое ему явно было не по душе и нельзя не выполнить. Он нервничал и не мог собраться с мыслями.
Наконец, Ахматов кашлянул и спокойно сказал:
– Сэр, группа в сборе. Ожидаем ваших инструкций.
– Да, вижу я!– вспылил Билл и захлопнул папку. Затем, громко выдохнув и немного остыв, обратился к сидящим:– По отношению к вышестоящему руководству АМБ я такая же пешка, как и вы. Не могу сказать ничего хорошего по поводу создавшейся ситуации на поле деятельности нашего агентства. Европа принципиально недовольна Федеральным агентством международных отношений (ФАМО), которое своей деятельностью подрывает благополучное развитие некоторых государств, вносит разлад в политические процессы. Французское отделение АМБ зафиксировало приход конфиденциальной информации с Запада. Есть факт утечки. Посредством данной информации советом Европы совершены некоторые действия, которые не позволяют ООН и ФАМО решать международные проблемы. Ответственные структуры просто не имеют полномочий. Абсурд какой-то! Известно, что такого рода информация могла исходить только из архивов ФАМО. Европа, Россия, вся Азия обвиняют ФАМО и ООН как контролирующую организацию в некомпетентности и некорректной работе с информацией. Это, в свою очередь, осложняет налаживание дипломатических отношений со многими государствами. Слухи быстро расходятся…
– Простите, сэр,– перебил Ахматов,– но наше подразделение не отслеживает Западно-Европейский канал по вполне объективным причинам – это функция второго подразделения АМБ. Меня смущает такой агрессивный выпад в нашу сторону…
– Второе подразделение уже семь дней как расформировано, и, оказывается, его функции перешли к нам. Эти семь дней мы проявляем свою некомпетентность и халатность. А руководству вынь да положь. Кто у нас курирует ФАМО?
Билл строго посмотрел на Ахматова и Андерсона. Те переглянулись, но не чувствуя вины за собой и не желая возражать вышестоящему по должности, промолчали.
– Вот именно!– проницательно заметил директор. – Их там не волнуют объективные обстоятельства нашего бездействия. Их вообще ничего не волнует. Есть служба – будьте любезны выполнять свои обязательства. К дьяволу всех этих бюрократов! Создали отдел на отделе, по-дилетантски раскидали функции, теперь не в состоянии разобраться, кто за что отвечает и кто кому подчиняется.
– Что же теперь? – спросила Сибил Кайл, теперь понимая и не осуждая небывалую жесткость Макстейна.
– Ввиду сложности и неоднозначности ситуации высшим руководством АМБ приказано в месячный срок организовать, обучить группу для отслеживания и сбора информации для обнаружения «крыс». Нет никаких данных, конкретных ниточек, за которые можно зацепиться. ФАМО и само не подозревает об утечке информации, только какие-то необоснованные претензии совета Европы, а что, почем… Ситуацию надо взять под контроль и предоставить всевозможные сведения. Информация содержится во всех головных терминалах ФАМО. Доступ к ней имеют все руководители отделов и информационно-системный отдел как технически обязанный. Существуют, конечно, разные уровни доступа к базам данных и к архивам, но, как видите, это не мешает похищать информацию тем, кто ведет свою игру. Не исключаются все руководители отделов, кроме, разумеется, Ахматова… Я надеюсь…
Билл сделал многозначительную паузу. Все оглянулись на Александра.
– Только вы, сэр, умеете сохранять чувство юмора в сложной ситуации…– парировал Ахматов с абсолютно невозмутимым выражением на лице, прекрасно понимая, что сейчас Макстейн в дурном расположении духа.
Макстейн устало рассмеялся:
– Прости, Алекс, нервы… Итак, проанализировав имеющийся кадровый потенциал, я пришел к выводу, что необходимо внедрение в ФАМО высококвалифицированного специалиста в системно-аналитический отдел. Двое наших талантливых парней уже прикреплены в не менее важные государственные структуры Хьюстона, срочно нужен еще один. Не исключается внешняя вербовка. Требования вам известны. Да… еще одна палка в колесо: во всей этой заварухе замешаны высокопоставленные лица, многоуважаемые и заслуженные…– Билл прервал фразу на вдохе, мгновенно решая не называть лишних аббревиатур,– в общем, приоритетная задача – осторожность, деликатность, хитрость. Никакой самодеятельности – добыча информации, и все. Если мы не введем человека в ФАМО и ООН не будет контролировать ситуацию, не знаю, что с нами будет.
– Это непросто сделать. Человека надо найти, обучить,– рассудил Андерсон.
– Главное, чтобы информация проходила через нас, сроки их не волнуют. Насколько это возможно, пока Ахматов и Андерсон будут поставлять сведения. А когда найдем человека, будет намного проще.
– Нельзя ли назначить официальную проверку?– спросила Сибил.
– ООН не может этого сделать. Назначить полное расследование – поставить под сомнение репутацию директора ФАМО Леона Фарлонга или его пресловутый совет. Это может затянуться надолго и спровоцировать еще большее нагнетание обстановки, шум, суету… Полетят головы, всем места мало будет. В общем, первостепенная задача – обнаружить двойного игрока или игроков, очевидно, служащих в ФАМО.
– Давно мы не играли,– пошутил Майк и тут же осознал, что неудачно, когда поймал на себе суровый взгляд директора.
Пока Макстейн делал замечание Келтону, Алекс неожиданно вовремя вспомнил вчерашний вечер в ночном клубе в компании Леона Фарлонга и Пола Сэндлера – директора Департамента по экономическим преступлениям, и в его мыслях всплыл их дружеский разговор…
– Этот «талант» запортачил мне всю систему!– возмущенно пожаловался Фарлонг на своего служащего.– Хорошо, что инженеры спасли сервер. Хвала господу, программисты восстановили базу данных, но, сколько сил было вложено. Я не спал недели две! Ну оставил я этого «гения» до лучшей кандидатуры… Но запретил работать с базами данных. Уж не знаю, где мне взять первоклассного системного аналитика и чтоб в программировании соображал?
– Это большая редкость,– вставил Ахматов, непроизвольно мысленно перебирая штат АМБ для внедрения еще одного агента в ФАМО.
– Хочешь, окажу тебе неоценимую услугу?– гордо сказал Сэндлер и глотнул виски.
– Что – есть варианты?
– Среди моих придурковатых техников-программистов затесалась одна леди. И, скажу я тебе, она этих придурков перекрывает с лихвой. Уж насколько они у меня гении, но эта дамочка – еще та кудесница!
– Девчонка?!– удивился Фарлонг и усмехнулся.– Женщина и компьютерные технологии? Этот нонсенс!
– И такое бывает!– утвердительно кивнул Пол.
Ахматов цедил виски и мотал на ус.
– Могу с ней переговорить. Спасибо скажешь.