Увидев это, Билли тут же оторопел и сделал короткий шаг назад.
– Что?.. Ты тоже не сдал? Но, но… Как?
Тут лицо Брайана выдало редкую для него эмоцию: злость. Он резко повысил голос и начал орать на Соррека:
– Я тебе поясню, как! Что ты мне сказал?! Переписать ответы?! Я это сделал, у тебя пятёрка! Радуйся, мудила! Только вот одна проблема – ты, чёрт подери, считал парты!
Глаза Билла мгновенно округлились, а его недовольная шайка резко поднялась с насиженных мест. Гилберт продолжил своё представление:
– Ты у нас такой супер-математик! Парты он посчитал! Да так классно, что мы все хором обосрались! Гляди, смотри на мою оценку! Видишь?! Нам всем пересдавать из-за тебя придётся! Может, ты какую новую формулу выведешь, чтоб мы ещё разок провалились? А? Хотя, знаешь, мне больше всего нравится другое: себя рассчитал как надо, а вот на нас болт положил. Спасибо, Билли!
Соррека буквально трясло от услышанного и осознания того, что сейчас ему влетит по первое число от его приятелей из банды, точнее, бывших приятелей.
Читая поражение на лице Билли, Брайан не останавливался:
– Не хочу больше с тобой связываться, иди-ка ты в задницу! Я сам теперь справлюсь! К тому же тебе сейчас надо подбирать правильные слова для своих ребят, чтобы они тебе меньше рёбер переломали!
Поддавшись чарам превосходной актёрской игры, один из пацанов на заднем фоне завопил на всю свалку:
– Он прав! Это ты виноват, Билли! Мы молча тебя послушали и теперь находимся в полной жопе! Брайан, иди домой, прости нас за этого кретина, тебя больше никто не тронет. А он сейчас получит по своей тупорылой башке!
– Спасибо, народ, – подхватил Гил. – И как мы могли работать с этим чучелом? Идём, Тед, нам пора. Не люблю смотреть на драки…
Развернувшись спиной к Сорреку, Брайан ещё долго слышал скрипучий голос свергнутого Крёстного отца и его жалкие оправдания. Он уверял, что исправит ситуацию, и обещал золотые горы, но, к сожалению, король, совершивший ошибку, более не король. Он тень, через которую можно легко переступить.
По дороге домой Теодор задумчиво молчал, видимо, анализируя случившееся, складывая два и два. Только дойдя до порога жилища Гилбертов, Шкаф наконец заговорил:
– Теперь понятно, почему ты сказал мне ничего не делать… Ну и дубина этот Билли… Тупее меня.
Брайан дружески стукнул Тедди по плечу и легонько засмеялся:
– Хех… Да вообще-то… он правильно всё высчитал. Это я перемешал номера.
Тут Бойл вопросительно захлопал глазами и почесал макушку, пытаясь понять, что к чему.
– А… А зачем ты ему дал правильные ответы, а себе нет? Я ничего не понимаю.
– Начнём с очевидного, мой дорогой Шкаф. С каких пор я нуждаюсь в ответах для тестов? Любое задание мистера Ламара для такого, как я, – это жалкая закуска перед основным блюдом. Когда Соррек поведал нам о своём плане, я понял, что это возможность. Возможность избавиться от него раз и навсегда, и у меня получилось… Эта ситуация выставляет Соррека крайним, а меня чистеньким. Дурачком, поверившим его словам. Получи я пятёрку, у Билли были бы прямые доказательства того, что вина лежит на мне. Но благодаря «неуду» я замаскировался, слился с обстановкой, стал таким же, как оставшиеся члены банды. Разделив их судьбу, я заслужил всеобщее доверие и разрушил репутацию Соррека. Теперь он не встанет на нашем пути. Мы короли этих улиц, и точка.
– Ааа… То есть ты свалил всё на него, и к тебе не пристанут больше?
– Ну… можно и так сказать, – ответил зеленоглазый плут. – Пересдам тест на следующей неделе, он несложный. Главное, что теперь в нашей жизни стало на одну преграду меньше.
Подводя итог первой истории, скажу, что Гилберт действительно сдал тест, причём на «отлично». Шкаф и Фокусник с тех пор ничего не слышали об Уильяме Сорреке: он потерял свою банду, утратил статус школьного мафиози и не смел даже взглянуть в сторону парочки. Понятия не имею, догадался ли Билл, каким образом его обыграли, да и стоит ли об этом думать?
Сия история наглядно демонстрирует, кто такой Брайан Нолан Гилберт – умный, хитрый и изворотливый трикстер. Нужно обладать невероятным интеллектом, мощью или глупостью, чтобы бросить ему вызов. Однако до той части, где Брайану всё же попадётся подобный враг, нам ещё очень далеко…
***
Настал час второй истории, куда более серьёзной и имеющей долгосрочные последствия. Две тысячи двадцать пятый год, именно тогда Гилберт получил доступ к прелестям жизни в высшей лиге. Деньги хлынули, словно из рога изобилия, позволив ему открывать перед собой любые двери. «Но откуда они взялись?» – спросите вы. Источником неимоверного обогащения хитреца стал биржевой брокер, базировавшийся в Техасе, – Гарри Сэпмсон Моррис.
Дабы расставить точки над «и», поясню: Гилберт не сразу покинул глиняные края Виктории. Перебраться оттуда он смог лишь к апрелю две тысячи пятнадцатого года, продав земельный участок родителей, слишком рано покинувших мир. Смена обстановки и самостоятельная жизнь ни капли не изменили техасца; он по-прежнему искал свой Лаки-Лэнд. Сперва им стал Хьюстон, затем Сан-Антонио. Фокусник метался между ними годами в попытках найти истинное призвание. Он никогда не распространялся о том, какое образование получил… говорил лишь, что знал пару трюков. До поры до времени ни я, ни Джефф не понимали, что это значит.
Стоит также упомянуть одну существенную деталь: в две тысячи шестнадцатом наш зеленоглазый красавец женился. Счастливицу звали Сара Уолкер – она была дочерью и единственной наследницей влиятельного банкира Тревора Уолкера. Парочка познакомилась в Хьюстоне на вечеринке, приуроченной ко Дню независимости. Между Гилбертом и Уолкер «неожиданно» (кавычки здесь неспроста) завязался разговор, во время которого выяснилось, что у них «тааак много общего!» Удивительно, правда? Особенно, учитывая финансовое положение Сары…
Брак просуществовал недолго, всего три года. Почему? Во-первых, тесть страшно недолюбливал Брая, вечно называя его «альфонсом» и «прихлебалой», во-вторых, фокусник постоянно пропадал вместе с Теодором, занимаясь мутными и явно незаконными делишками. Итог: громкий развод с кучей нецензурной брани и проклятий с обеих сторон. Нетрудно догадаться, по какой причине Брайан ни разу не вспомнил о бывшей жене.
Как было сказано выше, Бойл работал вместе с Гилбертом – конечно же, сбежав из Виктории, тот прихватил лучшего друга с собой. Ребята в основном развлекали всяких толстосумов на тематических сборищах. Что до содержания представлений, то они были… необычными: реквизитом служили ножи, огнестрел и другие опасные предметы. На своих выступлениях Брай и Тед буквально ходили по краю: жирным богачам нравилось смотреть, как они стреляют друг в друга и устраивают на сцене хаос. Эта напускная бравада служила предлогом – инструментом для проникновения в мир хрустящих долларов. Может возникнуть ощущение, что жизнь Брайана Гилберта сложилась не лучшим образом, ведь угождать «ходячим денежным мешкам в коньячно-винном соусе» – такой себе расклад… Однако наш маг никогда не уходил без бонусной награды. Техасский плут умел разговорить пьяных «богатеньких папенькиных сынков» и выудить из них либо информацию, либо лишний кэш. С такой «работой» он и Теодор нигде долго не задерживались, ибо высшим чинам дай повод, чтобы спустить голодных псов. Парочка фокусников не намеревалась дожидаться этого момента.
Вот отсюда и начинается самое интересное – упомянутый мной две тысячи двадцать пятый. Во время выступления в загородном доме Эрни Халлека в городе Корпус-Кристи Брайан начал своё победоносное шествие навстречу деньгам и роскоши. Пристегните ремни, намешайте коктейль позабористей и прикажите домашним на заднем фоне (если таковые имеются) звонко клацнуть челюстями и заткнуться – впереди интересная часть.
Сперва отвечу на вопрос, кто такой этот Эрни. Помните, я обмолвился о пьяных «богатеньких папенькиных сынках»? Как говорится, вот он, можно трогать руками. Эрнест Халлек – сын Эрла Халлека, главы «Kol IT’D Corporation», занимавшейся производством компьютерных технологий и исследованиями в области коммуникаций и связи. Лакомый кусочек для любого акционера, учитывая специфику работы корпорации. Эрни (ещё то трепло) стал для Брайана ценным источником информации, поэтому в течение месяца стабильно раз в неделю фокусник проводил у него шоу, а наивный Халлек с радостью отстёгивал приличные суммы. Гил очень быстро смог разговорить Эрнеста и выудил у него, где тот хранит акции на фирму отца, точнее, её часть. Стоимость этих бумажек в разных кругах составляла примерно десять миллионов долларов. По сто восемьдесят три тысячи баксов за акцию (неудивительно, ибо «Kol IT’D Corporation» сотрудничала с великим Патриком Ризом, о котором мы ещё поговорим).
План долго выдумывать не пришлось. Теодор Франклин Бойл, несмотря на свою… приземлённость, обладал одним исключительным талантом: он был первоклассным медвежатником с золотыми руками. Пьяный в стельку Халлек похвастался, что у него есть папочкины бумаги в сейфе, и потому он большой человек, а не сыночек богатого отца. Как первое мешало второму, непонятно, но какой спрос с пьяницы? У сейфа не обнаружилось даже охранной системы, ибо тупица Эрни не мог и представить, что хоть кому-то придёт в голову его обокрасть. В принципе, тут есть и вина Халлека-старшего, который доверил ненаглядному отпрыску хранение столь важных бумаг… Но суть тут не в том, чтобы найти крайнего.
В фургоне у фокусников всегда лежало необходимое оборудование, готовое к использованию. Пока Брайан развлекал молодую публику, показывая знаменитый «трюк с пятью картами», Тед занялся делом. У него не ушло много времени на то, чтобы вскрыть сейф. И что же он увидел внутри? Кучи бумаг на дом и участок, открытая бутылка бренди (почему я не удивлён?), фотографии девушек в бикини и без, ну и, конечно, акции с прикреплённым к ним криптографическим ключом на переносном носителе (без него ценные бумаги Kol IT’D бесполезны, ибо их уникальные глифы хранятся только в двух местах: в базе данных корпорации и на этом самом ключе). «Никогда не доверяй тому, кто почти всё время пьян. ДАЖЕ ЕСЛИ ЭТО ТВОЙ СЫН!» – именно эти слова хотелось адресовать Эрлу Клею Халлеку.
Брайан продолжал работать в штатном режиме, демонстрируя чудеса ловкости рук с присущим ему артистизмом. Когда кутёж закончился и гости улеглись спать, Эрни расплатился с иллюзионистом. Ну как «расплатился»… лёжа у бассейна, проорал, что кошелёк в кармане штанов, которые висят на дереве. Не спрашивайте, как они туда попали… Гилберт забрал свою долю, честно до каждого цента; вычищать бумажник он не стал, ибо уже получил нечто куда более ценное, чем пара бонусных баксов.
На этом интересности не заканчиваются. Алкоголик Халлек так и не обнаружил потерю драгоценных бумажек. Скажу даже больше: его отец приехал к сыну из Хьюстона только через месяц. На похороны Эрни. Наш «трезвенник» после очередной вечеринки, накачавшись наркотой, улёгся спать у бассейна… и упал туда лицом вниз, в итоге захлебнувшись. Славный конец для столь «славного» парня.
Эрл Халлек только после похорон узнал о пропаже акций и ключа. Началось расследование, которое, разумеется, ни к чему не привело. Во-первых, потому что Эрнест вырубил в доме все камеры, дабы папуля не узнал, чем он там занимается, а во-вторых, украденные (пусть и застрахованные) бумажки пошли по рукам до того, как ключ доступа переписали. Что со всем этим стали делать, Брайана Гилберта совершенно не интересовало, так как свой план он реализовал фактически сразу – всего за неделю с момента кражи. Техасец нашёл Гарольда Сэмпсона Морриса по прозвищу «Пророк».
Кто же такой этот Гарри Моррис? Нечистый на руку биржевой брокер и бизнесмен, родившийся в чёрном районе Детройта. Главной его гордостью была созданная им уникальная формула расчёта процентов по вкладу. Он всегда знал, где и как навариться и не вызвать подозрений. Многие тянули ручки к заветной формуле, но Пророк умудрялся защитить свою собственность без посторонней помощи: мог одним только взглядом распугать стервятников, сующих клюв, куда не надо. Именно поэтому сочту за необходимость описать его внешность.
Высокий, прекрасно сложенный чернокожий мужчина, в свои сорок семь находившийся в поразительной физической форме, способный дать фору даже спортсменам. На его тёмных коротких волосах виднелась седина, придававшая ему солидности, лисьи глаза орехового цвета очерчивали густые ресницы, а под широким носом красовались аккуратные усы, обрамлявшие пухлые губы. Фишкой Морриса была небольшая щербина между передними зубами, которая смотрелась органично и весьма ему шла. Начинаешь задумываться: как такой душка мог кого-то напугать? Секрет в том, что харизматичный детройтский брокер превосходно управлял своей мимикой: он умел приветливо подмигнуть кому надо или, наоборот, злобно стрельнуть взглядом, да так, что твои штанишки сиюминутно наполнялись вчерашним ужином и ты сразу понимал, что прямо сейчас эти огромные, накаченные ручищи сомнут тебя, как оригами.
Что можно сказать про него как про человека? Моррис обожал деньги даже больше собственных двух дочерей, а про жену вообще почти не вспоминал, ссылаясь лишь на юридическое существование своего брака. Миссис Моррис такой расклад вполне устраивал, однако вопреки нуждам и желаниям она хранила ему верность, не смея даже посмотреть на другого мужчину. Одной из причин столь рьяной супружеской преданности, возможно, служил тот факт, что Пророк подавал хороший пример детям и окружающим: никогда не любил хвастаться перед теми, кто не мог позволить себе того, что мог он. Гарольд очень серьёзно относился к такому понятию, как работа, и всегда говорил, что любой труд почётен. За это его и уважали.
Как и любой другой, Моррис любил поразвлечься в свободное время. Какой способ скоротать часы он предпочитал? Игру в покер, конечно же. Будучи ярким персонажем, Гарольд обладал несколькими уникальными бзиками, связанными с этой карточной игрой. Во-первых, он проводил подобные партии исключительно на своей территории, чтобы иметь полное право диктовать условия; во-вторых, каждое обещание, данное за столом, Пророк всегда выполнял; и, в-третьих, всё сказанное во время партии, что не касалось самой игры, должно было быть исключительно чистой правдой. То есть ты можешь блефовать с картами, но о том, действительно ли у тебя хер двадцать пять сантиметров, ты обязан быть кристально честен. Вот такой человек Гарольд Сэмпсон Моррис. Зная Брайана, мы прекрасно понимаем, что он всё спланировал ещё в Корпус-Кристи, во время работы на покойного малыша Эрни.
Огромный хьюстонский особняк Гарри, если верить тамошним таблоидам, готовился стать местом проведения пышного приёма для высших слоёв общества: там-то Моррис наверняка не удержался бы от партийки в покер. Игровой взнос в двадцать тысяч долларов – сумма крошечная для такого, как он, но во время игры всегда делались большие ставки. Именно этого и хотел Брайан. Деньги-то не проблема… но как попасть на закрытую игру? Выкатывайте красную дорожку, господа, руку помощи протянет ещё живой на тот момент Эрни Халлек. Со дня забойной вечеринки с «блэкджеком и акциями» прошла неделя. Наш техасский плут знал, что пьянчуга Эрнест ничего не прознает о краже, и воспользовался им в последний раз. Тот был очень рад слышать «старого друга» и замолвил за него словечко перед свитой Гарольда. Гилберт якобы должен был представлять интересы Халлека на вечеринке.
Стоило Брайану повесить трубку, как Теодор сходу задал ему вопрос:
– Ну что? Прокатило?
Бойлу не нравился этот план: слишком многое в нём держалось на удаче и умении Гила разбираться в людях. Однако, несмотря на сомнительные шансы на успех, последний не унывал:
– Да, ещё как прокатило. А ты думал, этот ходячий градус что-то поймёт? Пройдёт не один месяц, прежде чем он очухается, это нам и нужно. Завтра мы идём на приём к Моррису. Ты точно сможешь помалкивать? Вне игрового стола Пророка легко спугнуть, и только за ним он верен своим принципам.
Великан обречённо вздохнул:
– Эх… Да, смогу. Боюсь я за тебя, Гил.
– Не стоит, дорогой Шкаф. В крайнем случае я использую козырь.
Довольный таким ответом, Тед широко улыбнулся: на месте, где когда-то была прореха между зубами, стояли виниры.