Семь желаний инквизитора

Глава 6

Волк в этом сне был другим. То есть, таким же злым и рычащим, но уже не драным. Густая серая шерсть развивалась от малейшего дуновения ветерка, и вообще животное казалось величественным и благородным. Не заблудшая дикая псина, а гордый защитник. Он зорко осматривался по сторонам, вынюхивая посторонние запахи и постоянно фыркая. В эти моменты он особенно меня веселил. И мы с ним опять оказались на том же месте, где закончился мой прошлый сон.

– Ты точно не хочешь остаться у этого дуба? Ну зачем тебе лезть вниз?

– Гррр!

– Видишь тот край обрыва? Когда-то туда вел канатный мост. Но он оборвался где-то посередине, и я даже не уверена, что веревка доходит до дна этой пропасти. Вот чего тебе туда лезть?

– Гррр!

– Ну как скажешь, – недовольно заключила я и поползла, причитая о том, какой все же упрямый этот волк зверь.

И ведь действительно, спуск оказался опасным, тернистым. Сегодня туман закрывал обзор, но я точно знала, что внизу нас ждали замечательные голубые цветы. Их сладкий манящий запах доносился даже наверх.

Не представляю, каким образом справился волк, но все же оказался вместе со мной на пушистой цветочной поляне. Я опять попала в сказку прямо на дне ущелья под густым слоем тумана, скрывающего это место от посторонних взоров. Цветочки, бабочки, маленький водопад и радуга – и об этом мне придется рассказывать инквизитору? Он будет в ярости!

– Как хочешь, а мы должны найти волшебный цветок. Ищи! – отдала приказ я, на что волк раздраженно рыкнул.

Я сама искать не могла, тело так расслабилось, обмякло, и каждую клеточку полностью и беспощадно захватила лень. Так и упала с блаженным смехом на мягкое цветочное покрывало, словно оказалась в облачке.

И, к моему удивлению, волк сделал то же самое.

– Он прибьет нас, если мы не найдем ему цветок! – захохотала я, не понимая, отчего столько радости, и откуда эта сладкая легкость. – Огромный розовый, должен выделяться среди этих голубых. Ты видишь его?

– Вижу, – ответил волк. Натурально ответил – низким сиплым голосом. Но смотрел при этом на меня, как на кусок мяса.

– Говорила же тебе сотню раз, нет у меня еды. Последние ягоды тебе отдала. Сама проголодалась.

А он долго-долго что-то высматривал в моих глазах, пока я не почувствовала, что не могу выдержать этот взгляд. Закрыла глаза и услышала свое имя. Вроде все тем же рычащим голосом, но нежнее. Так нежно меня звала только мама.

– Ксин.

– Хм…

– Ксин.

Он позвал еще раз, и я посмотрела. Никакого волка больше не было. Вместо него надо мной склонился Роу. И что удивительно, я не испугалась его. Словно он был частью моего сна, и все здесь ему были рады.

– Пробрался в мою голову, верховный? – спросила я недовольно. Он улыбнулся. Даже засмеялся. Да… Такое только присниться могло. Хотя то, что он сделал дальше, вообще не поддавалось объяснению.

Нависнув надо мной, мужчина застыл в крохотном дюйме, наслаждаясь растерянностью юной ведьмы. Он опять упивался тем, что я угодила в его капкан – по глазам видела. И по красивым губам, изогнутым в полуулыбке. Я не должна была так думать о его губах.  Я ведь ненавидела его всем сердцем. Даже там, во сне. А вот он… Ошеломил, шокировал, напугал до жути и мурашек по коже. Поцеловал.

Верховный инквизитор меня поцеловал!

И если бы только это. Руки поползли по телу, касаясь плавно и нагло. Исследуя, затрагивая чувственные точки на шее, ключицах, животе и бедрах. Все это время я не дышала, не смела ему и слова сказать. Боялась и прислушивалась к каждому новому яркому ощущению. Слишком уж смелыми они оказались, непозволительными. Роу заставил меня задыхаться.

– Ксин.

Я не могла смотреть, сколько бы он ни звал. Точно знала, что как только загляну в его тьму, мужчина точно пойдет до конца. А я… В этом проклятом сне сама себе не принадлежала.

– Ксин! Да проснись ты, ведьма!

Распахнув глаза от мягкого толчка, я увидела перед собой все того же инквизитора. Все в тех же позорных дюймах от моего лица. Слишком близко! И как же свежи были ощущения, словно я вот-вот их испытала здесь, наяву.

Если бы не знала, что ему нужен только цветок, подумала бы, это безумие случилось взаправду. Клятый поцелуй, от которого до сих пор жгло губы.

– Ну! – требовательно спросил он. – Ты весь день проспала. Нам пора в путь. Рассказывай!

Я в ужасе округлила глаза, не представляя, под каким соусом подать ему ТАКОЕ! Да, дракусу в пасть, ни за что в жизни я не признаюсь своему злейшему врагу, что отвечала ему на тот злосчастный поцелуй.

– В этот раз ничего, – соврала я и начала торопливо собираться. Встала, отряхнула от веток и листьев накидку, завязала на шее и, не глядя на подозрительно затихшего инквизитора, потопала к воде.

Он остановил меня, резко дернув за руку и развернув к себе.

– Отпустите! Я только воды попить хотела.

С прищуром меня осмотрев, Роу медленно снял кольцо с пальца и лишь тогда отпустил.

– А я думал, ты достаточно осмелела, чтобы обращаться ко мне на «ты», – проговорил он насмешливо, встав надо мной со сложенными на груди руками. Я умылась и напилась, но все равно не знала, как посмотреть ему в глаза и начать говорить. Я ведь могла сказать лишь часть правды, но он так требовательно смотрел, что мысли просто разлетались.

– Что тебе снилось, Ксин? – спросил он уже строже.

– Цветка не было! – охотно сообщила я. – Только волк, я, ущелье, волк, бабочки…

Прикусив язык, я захлопнула рот и отругала себя за нервный лепет. Нужно врать убедительнее!

Он раскусил меня сразу же. Шагнул ближе, только я выпрямилась, и заявил:

– Ты дважды сказала «волк». И твои щеки горят прямо сейчас.

– Не-е-ет! – ужаснулась я и глянула в свое отражение. Жаль, вода не передавала красок. Но, конечно, я и так чувствовала, что они горели. Не подумала только, что верховный заметит.

– Ты же понимаешь, что волк в твоих снах – это я? – задал он совершенно страшный вопрос, от которого теперь пылали и мои уши.

Я мотнула головой.

– Что? Нет. Глупости какие! Почему это? Мне этот волк ой как давно снится.

– Как и ты мне, – ошарашил Роу, и взгляд его при этом стал настолько понимающим, глубоким, проникновенным, будто он точно-точно знал, что именно было в том жутком кошмаре. Хуже того, он, кажется, намекал, что ему снилось все то же.

Небеса! Нет, ну это уже слишком. Теперь запылала и шея.

– Мне надо туда, – ответила я, показывая себе за спину. – По делам.

– Да что ты, – издевательский протянул он, и эти его губы изогнулись в усмешке.

Я упрямо кивнула и попятилась к кустам – единственное место, где хоть ненадолго можно было спастись от пронзительных глаз.

– В другую сторону, – со вздохом подсказал инквизитор. Действительно, кусты были в другой.

И оказавшись за ними, я смогла облегченно выдохнуть. А после еще долго ходила взад-вперед, встряхивая руками. Мама так делала, когда нервничала, но мне ничуть не помогало. Если провести аналогию, то олени – разбойники. Тогда приставший ко мне злой волк – действительно Роу. Но что тогда значило то ущелье и все, что было на дне? Безобразие – вот что! В ущелье не спускаться – ни за что! Это единственный логический вывод, который напрашивался.

Я мысленно обдумала каждую фразу, а также вопросы, которые могли из этого последовать, и как раз собиралась вернуться к инквизитору, как на мой рот легла огромная грязная ручища. Ну вот опять!

– Я все равно узнаю, что было в том сне, – звучащий неподалеку голос инквизитора давал надежду, что он вот-вот пойдет за мной или хотя бы услышит крик о помощи. Только дотянуться зубами до ладони никак не получалось – губы плотно держали закрытыми. Я замычала и начала пинаться, пока огромный мужик утаскивал меня в обратную сторону от инквизитора.

– Ксин?

Его голос становился дальше. И еще появился как-то шуршащий звук, который привлек Роу.

– Оставайся там, – услышала я уже совсем тихое и уже далеко.

– Тише, ведьма, – зашептал на ухо грубый голос. Я подумала, что это главарь меня схватил. – Тебе с нами будет лучше, чем с ним. А если будешь себя хорошо вести, то останешься живой.

Вот теперь я испугалась и запаниковала по-настоящему. Они придумали хитрый план – окружили нас и отвлекли Роу, заставив его отойти от меня подальше. Он направлялся прямо к ним в лапы, в ловушку. Ну нет! Я стала рабыней инквизитора, но какой-то шайки грязных изгнанников точно не стану!

Перестав пытаться топтать мужику ноги, я как можно больнее зарядила пяткой ему под колено. И только почувствовала, что хватка на лице ослабла, вырвалась и закричала, что было мочи:

– РОУ! ЭТО ЛО…

Рот мне снова закрыли, но верховному и этого было достаточно.

Его злое шипение и ругань разнеслись, наверное, над половиной леса. А тот, ктодержал меня, сразу понял, что дела плохи, и ускорился.

– Вот дура, – уже не таясь, процедил он, и голос я узнала – точно главарь бандитов. – Мы его живым хотели оставить. Нам проблемы с королевской гвардией не нужны. Но теперь-то придется его убить. И все твоя вина. Могла бы просто по-тихому со мной пойти. Ну, дура же.

Сам олень!

Роу нагнал нас быстро, выпрыгнул из-за кустов и повалил главаря по прозвищу Дед на землю. Вместе со мной, конечно, ведь тот и не думал отпускать.

– Ксин, в сторону! – Приказал верховный, и теперь даже мысли не возникло ослушаться. Я отползла, а мужчины начали драться. Ни один не уступал другому в росте, широте плеч и мощи. Одна беда – Дед был не один. Спрятавшись за ствол ближайшего дуба, я осмотрелась и охнула от ужаса. Они, другие разбойники, наступали, появляясь со всех сторон.

Солнце как раз садилось за горизонт, и в лесу становилось все темнее, но их злые кровожадные лица я видела очень хорошо. Такими рожами только детишек пугать. И они направлялись ко мне,  не обращая никакого внимания на дерущихся. Будто на все сто были уверены, что их главарь справится с Роу. Я за неимением большого выбора болела, конечно, за верховного. Да и не сомневалась в нем ничуть. Но как быть с остальными? Пять, семь… Одиннадцать!

– Попалась! – вскрикнул кто-то за моей спиной, заставив меня визжать. И все повторилось вновь. Руки обвились вокруг моей шеи и талии, меня подняли, как куклу, и понесли, не обращая ни малейшего внимания на попытки царапаться и брыкаться. Казалось, похитителю хоть бы хны, тогда как я билась в истерике, тратя все силы.

– Роу! – позвала жалобно, понимая, что все. Они победили, ведь реально уже далеко меня от него унесли. И звуки битвы становились все тише. Но чей-то хриплый стон, наполненный муками и болью, заставил меня на секундочку застыть. Я смотрела в то место, где дрались мужчины, и видела теперь только контуры. Один лежал повергнутый, второй стоял над телом. И раз не спешил бежать за мной, то это был не Роу.

А это значило… Конец всему. Конец моей семье.

– НЕТ! – заорала я неистово и подумала о магии. Кольцо было на мне весь день, значит, должно было остаться немного силы. Я начала собирать ее, призывая к рукам.

– Ведьма колдует! – заорал олень, бегущий рядом. – Глазища светятся как, видали? А волосы!

Мне давно было плевать на спавшую накидку. И про глаза я ничего не знала. Думала только о боли, желая ее вот буквально всем им и посильнее.

– Выруби ее! – предложил кто-то деятельный.

– А на кой она нам тогда, если она нас заколдует? – спросил на ходу третий.

– Молодец! – воскликнула я зло, ткнув на изгнанника пальцем. – Ты здесь самый умный из всех!

– Голодом ее морить надо, руки связать и тогда она как шелковая будет. Я вас научу, как ведьму заарканить, – похвастался тот, кто нес меня.

– А с Дедом что?

– Он нас выпивкой из своих припасов угостит. Обещал же! Ох, сегодня ночь шальная будет!

Но точно не для меня. Лучше смерть, чем так. Но даже этого я позволить себе не могла, иначе умрут и мама, и папа, и сестренки.

Боль! Я призвала всю магию, и она, наконец, сработала как надо. Державший меня мужик взревел, резко остановился и отпустил, буквально отшвырнув на землю.

Я упала, но встала и бросилась бежать. И тут же наткнулась на лезвие ножа. Гады окружили меня плотным кольцом. Куда ни глянь – злые ехидные морды.

– Не подходите, – заорала я, выставив вперед руки. Да только бесполезно. Тупая боль неожиданно врезалась в затылок, и глаза мгновенно застелила темнота.

Нет. Нет. Он не мог меня так оставить…

Глава 7

– Проснись, Ксин.

Я подняла веки и увидела пару черных глаз напротив. Таких уже хорошо знакомых – строгих, но с хитринкой, с огоньком.

– Роу, – прошептала с несказанным облегчением. И застыла, округлив глаза от удивления. Прямо над его головой пролетела стая ярко-синих бабочек. А еще этот запах, и так мягко лежать… Голубые цветы, та самая поляна и тихое журчание водопада.

– О нет! – сокрушенно простонала. – Ты опять мне снишься.

– Только не ври, что тебе не понравилось в прошлый раз, – произнес он, мгновенно вгоняя меня в краску. Ох, и он все еще был на мне, как тогда в комнате трактира, прижав к кровати и сковав руки. Только вместо кровати – цветы, а вместо моей порванной сорочки – одна только его накидка. Я очень хорошо чувствовала, что под ней на мне ничего нет. И от этого пылать начала еще больше.

– Слезь с меня! – потребовала я. – Слезь сейчас же и вернись в реальность! И мне туда надо. Где тебя вообще дракусы носят? Ты хотя бы выжил после битвы с Дедом?

Он насмешливо фыркнул, словно я смолола какую-то глупость. И на вопрос не ответил. Но встал и подал мне руку.

– Ты должна сосредоточиться на поиске цветка, – твердо заявил верховный, будто это даже сейчас было важнее всего.

– Но…

– Нет! Ничего просто так не происходит. Почему мы здесь? Почему эта поляна? Что для тебя значит это место?

Я осмотрелась по сторонам и пожала плечами.

– Оно сказочное и милое. Но я понятия не имею, зачем было спускаться сюда. И как теперь выбираться?

Мы оба посмотрели вверх, но там был только туман, сквозь который очень плохо просматривалось звездное небо.

– Странно, что там ночь, а здесь, внизу, светло как днем, – задумчиво произнесла я и посмотрела на Роу.

Он рассматривал меня со странной улыбкой. В общем-то, он вообще никогда еще не улыбался вне этого диковатого сна. Но даже здесь видеть его таким… игривым и беззаботным было непривычно.

– Вот и подумай об этом, пока я буду тебя спасть, – предложил он и щелкнул пальцем по моему носу. Я плотнее закуталась в его накидку и насупилась, когда он начал пятиться от меня в сторону темной пещеры. А я ее здесь раньше и не видела.

– Проснись, Ксин, – повторил он. И это был последний приятный звук, который я услышала. А вот где-то вдалеке звучал совсем другой – мерзкий, отвратительный рычащий голос.

– Ведьма-а-а!

И другой, ничем не лучше:

– Ну же, буди ее уже! Полночи прошло, а эта куколка  все строит из себя недотрогу.

– Ты ее долбанул палкой по голове, кретин!

– Так она же колдовала!

– Но теперь-то будет шелковой, да, ведьма?

Мерзкие запахи, звуки, холод и боль вырвали в меня реальность. Здесь было ужасно. Даже глаз открывать не надо было, чтобы это понять. Но когда я все же отважилась и подсмотрела, поняла, что все даже хуже. Эти изверги привязали меня к столбу и порвали мое платье, оставив одни только лохмотья, едва прикрывающее тело. Но даже больше этого поразило, что у одно из четверых окруживших меня уродцев в руках была прядь моих волос. Та самая… Розовенькая.

– Ну все! – воинственно заключила я. – Об этом вы точно пожалеете.

– Ты еще не поняла, что с нами шутки плохи, ведьма? – спросил мерзко улыбающийся гад, стоявший напротив. У него в руке был нож, и он поддел одну из десятков веревок, которыми я была обмотана вокруг ствола. Посмотрел мне в глаза, обещая самый страшный ужас, который я могла себе представить, и только тогда перерезал.

– Я первый! – зловеще прохрипел тот, который тащил меня в лесу. Он, видимо, меня палкой и стукнул.

– Первый Дед, – поправил его другой, совсем уродливый на вид с огромными бородавками по всему лицу.

– А Дед так и не вернулся, – огрызнулся ему самый буйный. – Так что, она моя!

Я зажмурилась и начала молиться высшим силам, когда ко мне потянулись сразу все эти жуткие руки. Я и древних богов вспомнила, которым король давно запретил молиться, и святую землю призвала помочь, и небеса, и колдовство. Даже дракусов! Даже их.

Ведь знала же, куда иду, и какая опасность здесь ждет. А все равно не могла поверить, что со мной происходят эти ужасы. Я всхлипнула. Взвыла, разрыдалась, когда веревки полностью ослабли, и меня за волосы рванули вперед, заставляя упасть на сырую промерзшую землю. Ночь стояла глубокая, и луна светила так ярко как никогда. Но зова я не чувствовала. Совершенно ничего. Только страх.

– Не надо, прошу, – со слезами начала умолять и закричала, когда они начали приближаться.

Страшный животный рев разнесся по лесу, пугая птиц и летучих мышей. Они с визгом сорвались с веток и заполнили небо черным облаком. Мы все застыли. Все эти жуткие личности, окружившие меня, и остальные, которые напивались у костра неподалеку. И, конечно, я. Все как один посмотрели вверх, в небо, откуда доносился рев, как раскат грома, как гневный крик богов. Черное птичье облако рассеялось, и над верхушками деревьев очень быстро мелькнула огромная тень.

– Вашу ж бабушку, – прошептал кто-то испуганно и схватился за свой клинок. Сразу за этим отовсюду послышался лязг металла.

Я была напугана до этого, но теперь буквально оторопела от охватившего ужаса и вместе с тем неверия.

– Дракус, – прошептала я, продолжая смотреть на небо. Эту огромную тень могли оставить только его крылья. Других настолько больших монстров на Мориусе нет. И этот рев…

Когда он раздался вновь, я завизжала и начала ползти к дереву. Руки дрожали так, что даже не держали вес моего тела. Что уж говорить о ногах, которые и вовсе парализовало от страха.

– Не может быть! – заорал тот, самый буйный, крепко сжимая меч двумя руками. – Какой к дракусам дракус? Сейчас? До Проклятой ночи еще трое суток. Это просто тучи. И старый медведь, на которого мы вот уже третью неделю охотимся. Сейчас его и добьем!

Казалось, он сам себя в этом убедил и даже осмелел. Опустил меч и двинулся ко мне с особо жестоким видом. Но даже на шаг не подступил, как его ноги оторвались от земли. Жуткий звук теперь раздался прямо над моей головой, и я с визгом накрыла голову руками. Земля дрожала, словно горы содрогались. Отовсюду то и дело доносились крики от страха и боли, звон металла, тупые удары и рев. Такой оглушающий рев, что хотелось провалиться под землю.

Что-то грохнуло рядом, и я, пребывая в полном ужасе и ступоре, подняла голову. ДРАКУС! Он был прямо передо мной. Огромный! Не меньше десяти медведей и намного-много больше папы. И он был совершенно другим. У папы кожа серела, покрывалась тонкими чешуйками, а крылья и хвост были не очень большими. Но этот сверкал в свете огня, как будто его чешуя сделана из алмазов! Крылья даже в сложенном виде казались невероятно мощными, на краях имелись когти, которыми дракус умело раздирал противников. А на кончике хвоста виднелись шипы. И этот самый кончик размером со всю меня сейчас нервно подрагивал у моих ног, заставляя землю трястись от каждого удара. А я, вместо того, чтобы бежать, пока дракус меня не заметил, сидела так, как онемевшая статуя, и рассматривала чудовище во все глаза. Вот так выглядит моя смерть. Красивая и жуткая.

– Бегите! – заорал кто-то из разбойников, и это меня встряхнуло. Бежать! Спасаться! Ради семьи. Хотя нет! Что это я. Бежать никак нельзя, это ведь только раздразнит зверя. Прятаться нужно. Единственное, что пришло в голову – лезть на дерево. Он многие разрушил, буквально вырвал с корнями, но я попятилась к самому толстому дубу поближе к костру. Огня дракусы очень боялись. Значит, у меня был шанс, что он не станет подходить. И он действительно был увлечен беглецами. Ревел, догонял их, царапал когтями и рвал зубами. Жестокая смерть для таких уродов, как эти олени. Мне их жаль не было, я думала, лишь как свою шкуру спасти. Ползла по дереву, соскальзывала, царапала ладони и ступни до крови, но не на мгновение не позволяла себя сдаваться и раскисать.

Я долезла до верхних веток и слилась со стволом дуба, подглядывая за поляной одним глазом. Да, теперь здесь, посреди густого леса, будет поляна. А заодно и кладбище.

Зажмурилась от очередного вопля дракуса и смерти Сена, когда в него врезался шипованный хвост, пригвоздив к дереву. Дракус двигался, как ящерица, быстро маневрируя между деревьями, не особо заботясь об их сохранности. Мужчины пытались бежать, разбегались в разные стороны, но как бы ни старались, монстр догонял каждого и злился все сильнее. Последний бежать не стал, он стоял под моим деревом и держал меч в одной руке, а факел в другой. Рычал сам и дрожал от страха, понимая, что ему не выжить. Но все равно собирался драться.

– Давай сюда, тварь! – процедил олень, махая факелом.

Дракус попытался затушить огонь лапой, но разбойник увернулся и вонзил меч монстру в грудь чуть ниже шеи. Там, где у них билось сердце. Чешуйчатый взревел на этот раз от боли. И снес напавшего на него мужчину лапой, расплющив его весом своего тела. Но реветь не перестал. Пронзительный оглушающий звук звенел у меня в голове еще долго, даже когда зверь успокоился. Крик превратился в шипение, а после и вовсе стих. Я застыла, смотря на него сверху. Он был прямо под моим деревом. Шатаясь в стороны, словно охмелел, дракус завалился набок и начал сипло дышать.

Жаль? Ну нет, мне не было его жаль. Он ведь кровожадный монстр, в конце концов. И если бы его не ранили, точно напал бы на меня. Просто… Он ведь не контролирует себя. Он просто мужчина. Чей-то сын, возможно, чей-то отец. Кто он?

Я не могла отвести глаз. Мертвой хваткой вцепилась в дерево и запоминала малейшую деталь этого диковинного чудовища. Об алмазных дракусах я еще не слышала. Черные есть, серый, синие, но чтобы такие…

Стало жутко тихо, было слышно даже треск поленьев в костре. И, конечно, его тяжелое дыхание.

В какой-то момент он резко повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза, словно все это время знал, что я наблюдаю за ним. Его глазища были такими огромными и черными, как целая бездна. Как у верховного.

Я закрыла рот рукой, боясь что снова закричу от этой сумасшедшей мысли. Но самое ошеломляющее меня ждало впереди. Когда блеск на чешуе начала тускнеть. Когда шипы на крыльях и хвосте плавно втянулись под шкуру. Когда мощные лапы, туловище и шея стали уменьшаться на глазах. Когда раздался треск и хруст костей. Дракус обращался, шипел от боли, скулил, кричал, уже по-человечески, не по-звериному, сжимая челюсти и кусая губы. По моим щекам катились слезы.

– Это ты, – шепнула я, когда трансформация наконец завершилась.  Для меня она тянулась вечность. – Роу.

Все, что я видела свысока – кровь. Ее было так много на нем – на руках, ногах, шее и больше всего груди. Та рана от меча была глубокой. Но раз он все еще держался, то не смертельной. Я начала спускаться, задыхаясь от нервозности. Уже все прошло, все закончилось, и я не пострадала. Можно было вздохнуть с облегчением, но я его не испытывала. Спрыгнув с самой нижней ветки, на мгновение застыла, проверяя реакцию Роу. Его глаза уже были закрыты, но он все еще сильно сжимал челюсти, значит, был в сознании. У костра, который почти догорел, валялись какие-то тряпки. Среди них я разглядела и свою накидку. Схватив ее и горящую ветку, чтобы подсветить, медленно подошла к мужчине.