Не отвечая ему, Карса нагнулся и поднял труп низинника в странной коричневой одежде. Держа мертвеца перед собой, воитель разглядывал его, точно куклу. Хлипкие ручки и ножки, маленькая голова с дурацкой косой. У теблоров такие морщины на лице появлялись после многих прожитых столетий. В сравнении с ними низинник был новорожденным младенцем.
– Они и верещат, как младенцы, – заметил Байрот, угадав его мысли. – Здесь наши сказания говорят правду. Не зря теблоры зовут низинников детьми.
– Дети бывают разные, – возразил Карса, разглядывая морщинистое лицо, тронутое первыми признаками смерти.
– Ты же сам видел, с какой легкостью они гибли.
– Да. – Карса отшвырнул труп низинника. – Однако не забывай, Байрот Гилд: они – наши враги… Так ты будешь следовать за своим воителем?
– До тех пор, пока длится эта война, – ответил Байрот. – Послушай, Карса Орлонг, давай мы пока больше не будем вспоминать о… нашей деревне. Забудем то, что сегодня произошло между нами. Вот вернемся домой, тогда и поговорим.
– Хорошо, я согласен.
Когда на рассвете стая вернулась в лагерь, воины недосчитались двух псов. Да к тому же собаки не вбежали, а почти вползли на стоянку. Грызло старался не смотреть Карсе в глаза. Воитель понял: низинника они упустили. Делюм Торд, который всю ночь провел в обнимку с трехлапой подругой вожака, почему-то жалобно заскулил.
Байрот перегрузил всю поклажу на лошадь Делюма. В числе навыков, утраченных их соратником, было и умение ездить верхом. Как ни печально, но последний и самый важный отрезок пути Делюму придется бежать вместе с собаками.
– А ведь вполне может статься, что уцелевший низинник был из селения на берегу Серебряного озера, – сказал Байрот. – Если так, он успеет предупредить сородичей о нашем появлении.
– Мы его обязательно найдем, – угрюмо отозвался Карса, стягивая ремнем последние трофеи. – Оторваться от собак он мог лишь одним-единственным способом – забравшись в горы. А пешком по горам много не пройдешь. Мы непременно увидим его следы. Коли беглец двигался всю ночь, то наверняка утомился. Если же низинник решил переждать темноту, тогда он где-то недалеко.
Карса повертел на пальце ожерелье из отрезанных языков и ушей, удовлетворенно разглядывая новые трофеи, после чего украсил им свою шею. Поредевшую стаю он решил пустить впереди. Вместе с псами двинулся и Делюм. Он нес на руках трехлапую суку, нежно баюкая ее.
Ближе к полудню они наткнулись на трупы двух собак, которых низинник застрелил из арбалета. Он даже не потрудился вытащить и спрятать стрелы. Более того, рядом валялись части его железного одеяния: беглец явно избавлялся от лишней тяжести.
– А этот малыш умен, – заметил Байрот Гилд. – Он услышит нас раньше, чем мы его увидим, и приготовит нам засаду. – Мрачный взгляд воина уперся в Делюма. – Так мы всех собак потеряем, – добавил он.
Карса покачал головой.
– Ты же сам назвал его умным. Низинник понимает: засада его погубит. Почуяв нас, он наверняка спрячется. Здесь, среди гор, это его единственный шанс спастись. Шкуру свою он убережет, но мы опередим его. Наше появление на берегу Серебряного озера будет внезапным.
– Значит, мы не станем давить эту вошь?
– Нет. Наша ближайшая цель – перевал Костей.
– Воитель, но тогда этот низинник будет следить за нами. Возможно, даже попытается убить.
– Лишить нас жизни? Этот ребенок? Такими стрелами еще можно убить собаку, но для теблоров они – что прутики. Да они застрянут в нашей одежде, как колючки.
– И все же, Карса Орлонг, у этого низинника зоркие глаза. Он в темноте сумел выследить собак. Наверняка он знает, что и у теблоров тоже есть уязвимые места, и будет целиться именно туда.
Карса равнодушно пожал плечами:
– Нам нужно обогнать его, только и всего.
Чем выше они забирались, тем шире становилась тропа. Кони двигались быстрым шагом. Ни Карса, ни Байрот не считали, сколько лиг осталось позади. На исходе дня воины услышали отдаленный гул водопада, над которым висела пелена тумана.
Водопад оказался ближе, чем они думали. В какое-то мгновение тропа просто обрывалась вниз. Карса резко осадил Бурана. Склон был почти отвесным. Воитель вспомнил рассказы деда. По словам Палика, глубина расщелины составляла никак не меньше тысячи шагов. Вторую тысячу река текла по узкому каменному руслу. Глядя на водопад, Карса усомнился в словах деда. Ему вдруг подумалось, что река какая-то странная – она словно бы… не отсюда, не из этих мест. Многочисленные струи водопадов не были частью реки. Они били прямо из скал, будто те таили в себе огромные запасы воды и торопились избавиться от них.
– Карса Орлонг, уж не древний ли бог так расколол гору? – спросил Байрот, перекрикивая шум потока. – Я не верю, что река сама пробила себе путь. Гору словно бы рассекли огромным топором, и ее рана… кровоточит.
Не ответив ему, Карса повернул голову в другую сторону. Его сейчас больше заботил спуск. Вернее, отсутствие хоть малейшего намека на таковой. Повсюду только скользкие камни и завеса тумана.
Байрот угадал его мысли.
– Воитель, как мы будем спускаться вниз? – не без тревоги в голосе осведомился он. – Какой же это перевал Костей? Где они, кости? Тут сплошной мокрый гравий. Едва наши кони ступят на него – и мы кувырком понесемся вниз.
Все так же молча Карса прошел к кромке обрыва. Присев на корточки, он бросил вниз камешек, который всколыхнул завесу тумана. Карса внимательно прислушался. Его посланец не сгинул в неизвестности. Долетавшие до ушей звуки говорили, что камешек… перепрыгивает со ступеньки на ступеньку.
Лестница! Там была лестница с широкими ступенями, сложенными… из костей.
– Все, как мне и говорил Палик, – негромко произнес Карса. – Идем, пора спускаться, – уже громче сказал он, поворачиваясь к Байроту.
Тот слегка прикрыл глаза.
– Да, так оно и есть, – будто в забытьи, промолвил могучий воин. – Истина – она окажется у нас под ногами.
Карса нахмурился.
– Пока что у нас под ногами окажется лестница с костяными ступенями. Только это, Байрот Гилд, и более ничего.
– Тебе виднее, воитель, – пожал плечами Байрот.
И они начали спуск.
Кости были некрупными, похожими на кости низинников, только потолще и потяжелее. Время превратило их в камень. Взгляд Карсы то и дело натыкался на рога и бивни животных. С ними соседствовали костяные шлемы, искусно вырезанные из звериных черепов. Похоже, в этих местах полегла целая армия, иначе откуда бы взялось столько костей на постройку лестницы? Мокрые от тумана и брызг водопада ступени между тем оказались вполне прочными и надежными. Строители мудро сделали их с небольшим внутренним наклоном, что уменьшало риск поскользнуться и упасть. Если бы не опасливый шаг лошадей, Карса и Байрот двигались бы куда быстрее.
Похоже, вызванный Карсой обвал расчистил путь до самого уступа, откуда река обрушивалась в долину внизу и брала дополнительный разбег, чтобы устремиться к Серебряному озеру. Слева – ревущая стихия водопада, справа – отвесная скала, усеянная острыми каменными зубьями. И узкий ступенчатый коридор длиной в тысячу шагов.
Долина, куда спустились теблорские воины, была немногим шире. Из-за тумана здесь царил сумрак. Путники до сих пор продолжали ступать по костям. Более того, Карсе показалось, что кости уходят на дно реки. Грозная соседка немного отодвинулась, однако нрава своего не смягчила.
Коням требовался отдых. Байрот повел их к реке, чтобы напоить. Делюм, весь мокрый и дрожащий, свернулся клубком рядом с собаками. Карса только сейчас заметил слабый призрачный свет, исходящий от костей. «Дыхание» костей было на удивление холодным. Ледяным и мертвым, как весь этот блеклый мир. Даже рокот воды казался каким-то безжизненным.
Вернулся Байрот.
– Воитель, я никак не возьму в толк: кому понадобилось мостить речное дно костями? На другой стороне тоже есть небольшая полоса берега. Так она целиком заполнена костями. Они образуют стену ростом почти с меня. Десятки… нет, сотни тысяч убитых, и мы даже не знаем, кто они.
– Байрот Гилд, не будем понапрасну забивать себе головы вопросами. Здесь мы все равно не найдем ответов. Лошади отдохнули. Надо двигаться дальше. Слышишь стук камней сверху? Либо их задел спускающийся низинник, либо это оползень. Похоже, тут это частое явление. Я видел следы прежнего оползня. Скорее всего, убитым мною низинникам пришлось расчищать заваленные ступени.
Байрот повернул встревоженное лицо к лестнице, откуда с глухим стуком катились камешки. Их становилось все больше.
Воины подвели лошадей к краю долины. Здесь спуск был еще круче. Животные тревожно косились на ступени, уходившие в сумрак и неизвестность.
– Карса Орлонг, вторая лестница опаснее первой. Там мы окажемся еще более уязвимыми.
– Тебя это не должно удивлять, Байрот Гилд. Почти на всем пути сюда мы были уязвимы. Ну и что с того? Главное, мы обогнали низинника. А камни – это всего лишь оползень, который вряд ли достигнет второй лестницы.
Сказав это, Карса осторожно дернул за вожжу, подзадоривая Бурана, который нерешительно топтался на кромке.