– Мы хотим поговорить о твоих посягательствах на Дена Вентери, – выкрикнула левая брюнетка. Она говорила нарочито медленно, словно была полностью уверенна, что мой ущербный мозг не в состоянии угнаться за быстрыми фразами.
Да не на ту нарвалась. Я ведь могу и подыграть.
– Простите, девушки, но со мной пока бесполезно разговаривать. Я еще не проснулась.
И ведь честно обо всем предупредила. Любой здравомыслящий человек в такой ситуации понимающе кивнул бы и отпустил досыпать человека, но девицы из фан-клубов не отличались здравомыслием.
– Мэг Фридом, – указала на меня русоволосая, выдвигаясь из конца линии, – мы объявляем тебе официальный бойкот!
Пфф! Как предсказуемо…
– Вот, – мне в руки сунули стилос, – распишись тут, тут и тут, где красная галочка.
А вот это что-то из области диво-дивное и чудо-чудное.
– Не умеешь расписываться, поставь крестик, – съехидничала левая брюнетка.
Я прожгла чересчур остроумную неприязненным взглядом и быстро подмахнула документ, в котором меня информировали о бойкоте и отклоняли все претензии к фан-клубу. После чего девицы радостно оскалились, развернулись и вплыли в академию.
– Черт-те что! – буркнула я, сделала пару глотков свежего воздуха и шагнула внутрь.
Я уже рассказывала про зверские методы обучения подростков?
Так вот, в Академии дела обстояли не лучше.
Учиться можно было семь лет или меньше, в зависимости от того, как быстро ты проходил предложенные программой курсы. Курсы можно было выбирать самостоятельно, что не могло не радовать, но приходилось каждый раз учиться в разношерстных группах, что бесконечно раздражало.
У меня и так-то память на лица не сказать, чтобы вау, а при постоянном калейдоскопе физиономий в аудиториях существовал шанс, что даже к седьмому году обучения я вряд ли кого запомню.
Если, конечно, доучусь.
Сверившись с расписанием – первой значилась пара под название «Биографии великих» – я прошла в аудиторию и поднялась на самый верх. Села, сгорбилась за партой, словно матерый стервятник, и окинула взглядом аудиторию. Мало ли чего придумали эти курицы из клуба поддержки команды? Обычной травлей, злобными комментариями меня было сложно напугать, но пакости с использованием магии… Магия – это другое дело.
Конечно, в академии существовал запрет на использование заклинаний во вред другим обучающимся, но плох тот студент, кто никогда не нарушал правила. К тому же чуйка шептала, что озлобленные девы способны на многое.
Аудитория медленно наполнялась студентами всех годов обучения. Первокурсники старались держаться первых рядов, старички забивались в середку, остальные поднимались на галерку. Я практически сразу приметила двух шатенок из фан-клуба, а вот на девушку в ореоле кудрей бросила лишь мимолетный взгляд.
И зря.
– Мэг Фридом?! – заорала она, закрывая собой весь обзор. – Великая гравитация!!! Это же та самая Мэг Фридом!!
Так, если это обещанная мстя девушек, то мне уже не по себе.
– Глазам не верю!
Девушка села за соседний стол и развернулась ко мне всем корпусом. Высокая и очень худая, даже сидя она возвышалась над миром на добрую голову.
– Дай я тебя потрогаю.
– Эй!
– Ой, ну точно. Живая! – пропищала девушка, подпрыгивая на стуле от распирающего ее восторга.
Я хмуро одернула рукав пиджака.
– А были сомнения?
– Конечно, в нашем обманчивом мире полно всяких галлюцинаций, – с самым серьезным видом заявила это недоразумение, а после представилась:
– Таша Шоу. Твоя фанатка!
Дожили.
От дальнейшего общения меня спас звонок, телепортировавший преподавателя в аудиторию. Это был темноволосый маг в самом расцвете сил, которые он вознамерился восполнить путем поедания трехслойного бутерброда, завернутого с одного конца в промасленную бумагу.
Собственно, на этом моменте – рот широко открыт, слюна выработалась, желудочный сок приготовился переваривать, рука с зажатым бутербродом замерла в каких-то десяти сантиметрах от пункта назначения – его и перенесли к нам.
– Мудак хар! – выругался маг. – Даже поесть нормально не дают.
– Новая реформа, – громким шепотом поделилась Таша. – Ректору осточертели опоздания преподавателей, поэтому он настроил прямой телепорт в аудитории. Истеричку – тьфу ты! – историчку заклинание вытащило прямиком из постели, а тренера по магическим потокам в момент, когда тот прятался в кабинке раздумий с кроссвордом в руках.
Жесть. Надеюсь, нововведение опробуют только на преподавательском составе. Перспектива быть перенесенной из душа, кровати или туалета прямо в аудиторию откровенно пугала.
– Ну что, господа студенты, давайте начинать, – со вздохом откладывая бутерброд, выдавил разом погрустневший преподаватель. – Сегодня разбираем жизненный путь и заслуги Эдварда Фроста, трагически скончавшегося четыре года назад. Поистине, смерть произвела магическое воздействие на репутацию покойного. Он был злым и взрывным старым пердуном, но мы тактично не вспоминаем об этом…
Лекция прошла как обычно. Многие студенты в аудитории уже знали про заслуги Фроста перед магическим сообществом, поэтому слушали вполуха, предпочитая незаметно переписываться друг с другом или играть под партой. Таша так вообще рисовала всю пару, и только я старательно пыталась запомнить материал, попутно помечая темы, которые придется штудировать дома самостоятельно.
Спасибо, папочка, удружил. Не мог похитить меня пораньше?
Скажем, не в двенадцать лет, а в семь! Сейчас не приходилось бы нагонять программу.
После «Биографии великих» Таша убежала на «Искусство и Магию», а я поплелась на сдвоенное практическое занятие «Прокачка магического поля».
Вот еще один серьезный минус того, что я оказалась на острове магов в двенадцать, а не раньше. Мои энергетические каналы подверглись всяким нехорошим воздействиям, что присущи цивилизации Тверди. Как еще совсем не загнулись, вообще загадка.
Для большей наглядности представьте двойную радугу в небе и черную кляксу. Несложно догадаться, что «клякса» магичила хуже, чем любой другой маг на острове. К счастью, в моем арсенале значились непрошибаемая воля и огромное упрямство, что делало меня практически непобедимой на пути преодоления трудностей.
Я была так выжата после практики, что до столовой еле дошла, а там…
– Мэг! Мэг, сюда! Я заняла нам столик!
Таша вскочила со стула и начала энергично размахивать руками. Стул не выдержал ее оглушительной энергии и с оглушительным «ба-бах!» рухнул на пол. Волшебница охнула, вернула стул в прежнее положение и вновь заработала руками. Со стороны это выглядело так, словно ветер треплет одуванчик, и вызывало смех или улыбку у сидящих рядом студентов, но мне было откровенно плевать на реакцию окружающих. Доползти и сесть – вот о чем я мечтала.
– Мэг, а ты чего такая бледная? – суетилась Таша. – Я взяла тебе еду. Не знала, что ты любишь, поэтому набрала всего по чуть-чуть. Как прошли пары? Мы занимались оживлением набросков. Мне всего пару секунд удается, но вот к концу года…
Краем уха слушая восторженное журчание Таши, я рухнула на выдвинутый стул и взглянула на заставленный подносами стол. Наконец-то хоть что-то, дающее калории и силы. На автомате придвинула тарелку с салатом, сняла с подноса чашку с чаем и потянулась за приборами.
– А ты всегда такая позитивная? – уловив паузу в монологе, спросила я волшебницу.