– Знаю, один у меня даже живёт в подвале.
На его лице не было испуга. Значит, черти не так страшны, как мама расписывала.
– Вас это нисколько, похоже, не смущает.
– Да что смущаться-то? Чёрт как чёрт. Молоденький, закомплексованный. Если хочешь, познакомлю с ним. Хотя нет, не стоит. Ещё кому расскажет, что ангелов в посёлке стало больше, шум поднимет.
– Он специально за вами следит.
Меня начала злить откровенная безалаберность Митеньки. Я чётко помнил слова о боевых действиях. В посёлке готовилась какая-то серьёзная афера, и мне не хотелось в неё ввязываться.
– Я знаю, – снова беспечный ответ. Да он просто дурак, раз ничего не понимает.
– Как вы можете так относиться к серьёзным вещам? – в памяти ещё очень свежи были ночные страхи и лежания на полу.
– А как я должен относиться?
– Вам что совсем не страшно?
– Чего боятся? Самое страшное, что могло быть, со мной случилось. На небо я не вернусь никогда. Не ангел, не человек – я сейчас никто. Что хуже может быть? А черти? Да что в них страшного? Мелкие пакостники, корректировщики судьбы. Хотя тебе поостеречься их стоит – если они тебе в твоём задании помешают, мне компанию составишь. Узнаешь, что такое столетия изгнания. А в остальном они наивные, забитые системой создания. Мой, например, двое суток сидел без куска хлеба и глотка воды. Его на задание отправили по принципу «самообеспечение на месте по обстоятельствам». Сам знаешь, тоже на подножном корму бывал.
– Нормально я питаюсь, без обид.
– Так у тебя дурацких комплексов нет. А этот идейный, чужого не берёт.
Наличие таких принципов у чёрта меня рассмешило. Никогда сам от них не страдал.
– Я его выловил на кухне, когда он над кастрюлей плакал с вилкой в руках. Сжалился, накормил бедного и с собой еды дал, чтоб не голодным в холоде сидел. Теперь хоть есть с кем вечерами поболтать. Да, а ты здесь почему?
– По заданию.
– Интересно как, расскажи, может, помогу чем.
– Секретному.
Вот хоть режьте, ничего не хотелось говорить этому профану.
– Хоть имя скажи, объясню, в каком доме живёт.
– Сереньков, – всё равно выследит, если захочет. Деваться некуда.
– Сосед мой, дом направо от двери повернёшь, следующий по улице, – Митенька рукой махнул в нужном направлении.
– Спасибо. А скажите ещё, почему меня черти до сих пор не вычислили?
– Откуда ты вообще знаешь, что они в посёлке?
Наконец, первый толковый вопрос. Не удивительно, что ты, Митенька, задание завалил. С такими умственными способностями как тебе вообще кого-то доверили, не пойму. Пересказал подслушанный ночной разговор.
– Будь осторожен. Ты правильно поступил, что спрятался от них.
Он стал серьёзным. На лице отражались волнение и усиленное шевеление извилин. Но толкового совета я так и не услышал.
– Хоть скажите, чем конкретно мне черти помешать могут?
– Они умеют накидывать кокон, который блокирует твои способности. Ещё силой могут задавить. Скажем, к полу прижать, руки связать и прочее.
– А убить?
– Нет, этого не могут. Сильно повредить тоже. У нас договорённость с их конторой. Мы их не бьём, а они – нас. Табу. За всё время совместной деятельности на Земле ещё ни разу не нарушалось.
– Это радует и успокаивает.
– А в каком доме ты чертей видел?
Я объяснил. Митенька почесал затылок, улыбнулся чему-то, а потом заявил:
– Теперь понятно, почему Мироныч съехал. Всё жаловался на боли, странные шумы по ночам, тени. А я ещё подумал, что он навыдумывал это. Оказывается, нет. Нужно будет при случае извиниться.
Я не стал задерживаться, распрощался с Митенькой. Втихаря стащил бутылку прозрачной со стола.
По пути заглянул к Серенькову, понаблюдал за ним. Обычный человек, живёт одиноко. Немного расстроенный, имеет привычку бормотать себе под нос.
Чертей нигде не наблюдалось. На старую ночёвку возвращаться не стоило. Поэтому разместился здесь же. Выбрал уголок поукромнее: залез на печку, разгрёб бытовой мусор, залёг, решил ждать дальнейших событий. Надеюсь, меня чертям падший ангел не заложит. И очень надеюсь, что разберусь с этим заданием до завтрашней ночи.
Дело
Устроился, нужно отметить, неплохо. Пока хозяин выходил на улицу, успел перетащить на печку матрас и подушку. Достал заначку и маленькими глоточками начал сокращать ожидание. Кимарнул часок-другой.
Пару раз вышел на свежий воздух… Хорошо-то как! Придержал дверь подопечному, когда тот вносил какую-то коробку. Он поблагодарил почему-то за услугу не меня, а Бога. Вот и делай таким добро. Задумался над вечным вопросом несправедливости и чуть не рухнул, когда Сереньков с силой вырвал у меня из рук дверную ручку. Выматерились оба одновременно. Потом вспомнил, что он меня не видит, тоже поблагодарил Бога за заботу и отправился на печку.
Ближе к вечеру зазвонил телефон.
– Алло… Да… Я… Да пойми… Ну как ты можешь такое говорить?!… Нет, денег больше не будет… На этой неделе точно… Да, я помню, что у меня сын… И дочь… Да, я помню, сколько я тебе отдал в прошлый раз… Извини, больше не зарабатываю… Конечно, он лучше меня… Ты правильно сделала, что к нему ушла… С детьми можно будет встретиться?… Ты обещала… Понятно, маме привет…
Трубка была брошена на аппарат. Несколько матерных слов женского рода сопровождали её полёт. Да, мужик, бывшие они такие… Правильно ты о них сказал… Сильно… Что-то тёмное промелькнуло из угла в угол. Или мне показалось? Снова телефонный звонок.
– Алло… Привет, да ничего, со своей поговорил… Ай, что у тебя нового?… Тьфу ты…
Иван Петрович подёргал шнур, подул в трубку. Судя по всему, звонок сорвался. Положил трубку. Снова мат, такой проникновенный, аж за душу прихватило. В знак солидарности я глотнул горяченькой. Х-р-шо то как!
Мой подопечный странными двоящимися зигзагами ходил по комнате, наводя в ней порядок. Не очень адекватным сознанием я замечал серые тени, маячившие за его спиной. Он поднял тарелки, видно, переставить хотел – пыль протереть… Споткнулся и разбил всё вдребезги. Хорошую ему подножку подставили. Я ещё глотнул.
Матерясь и жалуясь на жизнь, Иван Петрович взялся за веник и совок. Мусор благодаря грамотным манипуляциям чертей убегал от попыток его убрать. Хи-хи. Хорошие ребята, классно мужика доводят до грани. Упс, бросил совок. Плюнул на мусор. Включил телевизор. Симпатяга с рожками протиснул руку в проводку, коротнул её. Изображение, естественно, накрылось. Хммм. Мата уже не было.
Интересно, как часто они тут развлекаются? Судя по уверенным движениям – чуть ли не каждый вечер. Хэх, мужик, ты попал… Может, тоже покуролесить?
Оставил недопитую бутылку на краю печки. Слез. Почти уверенным шагом приблизился к Серенькову, опёрся о его плечо. Оттолкнул чёрта, который попытался закрыть обзор. С любопытством уставился на виток добротной верёвки и кусок мыла. Придержал узел, который никак не получался у Ивана Петровича. Благодарности даже не ожидал. Хотя было обидно: можно сказать со всей душой, готов помочь, а тут… Придержал табуреточку, чтоб не упал подопечный. Мы, ангелы, такие: всегда за плечом, всегда готовы услужить. Дал под зад чёрту, который шарил под ногами. Тот обиделся и побежал из дому – наверное, жаловаться. Кто-то нагло подхватил меня сзади, завалил на живот, прижал к полу.