– Думаешь, съесть или нет? – рассмеялась девушка. – С одной стороны, перед балом лучше посидеть на диете, с другой – эта липучка не будет тебя преследовать.
– Вот тебе диета точно не помешает, – пробурчало яйцо. – Ешь больше орехов и мёда. Говорят, они улучшают работу человеческого мозга. Может, тогда не станешь предлагать кому-то пробовать редкое двухсотлетнее яйцо!
– Вообще Липучка прав, – уселась подруга и подмигнула мне: – Срок годности давно закончился…
– Смотри, – перебила я и протянула руку, выпуская немного эгры.
Ворчание, которым разразилось яйцо после ехидного замечания девушки, прервалось, а скорлупа посветлела. Даже пятнышки пропали. Через миг всё восстановилось, свечение исчезло.
– Вот это да, – поразилась подруга и тут же заулыбалась: – Ночью удобно освещать себе путь. Замечательно!
– И странно, – подытожила я.
– Брось его, – предложила Оливия. – В твоём платье нет карманов, так что Липучка не появится… Кстати о платье. Оно превосходно!
Вскочив, девушка потянула меня за руку и осмотрела с восхищением.
– Какая же ты красавица! Тебе очень идёт белый цвет. Уверена, что в твоём роду нет эльфов?
– Уверена, – рассмеялась я привычной шутке. – Зато один из светлых сегодня сопровождает меня на бал.
– Который вот-вот начнётся, – напомнила подруга. – Идём, ректор не простит опоздания. Будет ворчать почище твоего Липучки…
Посмеиваясь и перекидываясь шутками, мы спустились. При виде Шандатиля сердце моё сладко замерло, дыхание сбилось, а к щекам прилил жар. Эльфу безумно шёл белоснежный камзол с золотистой окантовкой. Глаза парня казались ещё ярче, а красота совершеннее. Как ни старалась я убедить себя, что бал мне совершенно неинтересен и я с большим удовольствием провела бы это время с близнецами, всё же с нетерпением ожидала первого танца.
Глава 9
Приветственная речь, которой каждый год пытал нас Алмиус перед началом бала, затягивалась. Разряженные ведентки переминались с ноги на ногу и уныло переглядывались. Парни принялись откровенно зевать, и лишь преподавательница истории искусств жадно внимала каждому слову ректора.
Ни для кого не секрет, что магентка Венди беззаветно влюблена в него ещё со времён веденчества. Беззаветно и безответно, к сожалению. Возможно, женись Алмиус снова, его характер смягчился бы. Сегодня эта молодая и вполне миловидная женщина облачилась в пышные кружева светло-зелёного цвета, вызывая у меня упрямые ассоциации со свежим салатом.
В животе забурчало, и как назло, в этот момент речь Алмиуса как раз закончилась. Веденты обернулись на звук, на мне сошлись насмешливые взгляды, послышались шепотки.
– Бедняжка, – наигранно посочувствовала Аннет и поправила складки своего персикового платья. Цвет ей действительно очень шёл, жаль только, что сама девушка в этом наряде нежнее не становилась. – Пришлось голодать, чтобы влезть в корсет.
Шандатиль молча развернулся и направился к двери. Глядя на его прямую спину, я поджала губы от обиды. Конечно, неприятно, когда над твоей девушкой насмехаются, но вот так уходить… Можно было сделать вид, что куда-нибудь срочно потребовалось отлучиться и, извинившись, попрощаться. В груди будто что-то оборвалось.
От огорчения я даже не стала отвечать на колкость Аннет, и девушка, довольная, что сегодня последнее слово осталось за ней, широко улыбнулась своему спутнику. Ведентка почти висела на локте хмурого Райли. Племянник принца тоже сегодня был в белом одеянии, возможно, именно схожесть с нарядом эльфа и испортила веденту настроение.
Впрочем, что мне до его недовольства, если меня бросили до начала бала? Я растерянно огляделась, рассчитывая обрести поддержку в лице подруги. Оливия нашлась на противоположном конце большой, ярко освещённой залы, но девушке явно было не до меня. Она не сводила взгляда с высокого темноволосого красавца.
Я даже не сразу узнала в её кавалере преподавателя боевой магии. В тёмном, украшенном серебряной окантовкой камзоле он выглядел совершенно другим человеком. И мягко улыбался своей молоденькой спутнице. Хоть у кого-то всё хорошо. Пусть наслаждается – Оливия заслужила счастье. Вздохнув, я отступила к стене и вжалась спиной в её прохладу.
Убеждая себя, что ничего страшного не произошло и я смогу ускользнуть после пары танцев, вздохнула. Да эгра с ним, с балом. Что, если Шандатиль теперь не полетит знакомиться с батюшкой? Весь план яйцу под хвост… Интересно, есть ли у существа, что сидит внутри, хвост?
Я так глубоко задумалась о природе дара Древа жизни, что не поняла, когда наступила полная тишина. Вот-вот начнётся музыка, и в ожидании этого торжественного момента все разговоры иссякли. Прозвучали первые аккорды, и Райли неожиданно стряхнул с локтя руку Аннет и шагнул ко мне.
– Кэтрин, подари мне первый танец.
На миг я растерялась. Что? Танец? После того, что ведент устроил, мне и рядом с ним стоять противно!
– Райли! – возмутилась Аннет. – Ты же обещал первый танец мне…
И, покраснев, осеклась. Но слова, которые можно было ожидать только от мужчины, уже вырвались. Раздались ехидные смешки, на сжавшуюся девушку было жалко смотреть. Я заметила, как на густых ресницах её заблестели слёзы.
– Сожалею, – покачала я головой, – но я тоже обещала первый танец своему парню.
– Это какому? – высокомерно ухмыльнувшись, заозирался Райли. – Не вижу желающих.
Аннет зашипела как кошка, которая сама себя укусила за хвост. Ведь именно из-за её слов Шандатиль бросил меня одну.
– Он сейчас вернётся, – уверенно солгала я.
Райли шагнул вплотную и, изменившись в лице, взял меня за руку.
– Кити, пожалуйста.
Он посмотрел в глаза с такой тоской, что я засомневалась в своём отказе. На миг почудилось, что это тот самый парень, в которого когда-то я влюбилась с первого взгляда. Милый, серьёзный, чуточку застенчивый… И куда всё это делось после первого же года обучения? Полная вседозволенность и всеобщее подобострастие быстро превратили скромного паренька в наглого высокомерного типа.
Но в этот миг всё будто растаяло. И его ложь, и мои слёзы – всё это осталось где-то там, за пределами маленького интимного круга, образованного прикосновением его руки к моей. Казалось, мы одни, и я смотрю в тёмные бездонные глаза любимого… Делаю шаг…
– Кэтрин!
Мягкая сладкая нега разбилась будто стекло, от строгого голоса эльфа. Моргнув, я вырвала руку и с гневом воскликнула:
– Да как ты смеешь давить эгрой? Только попробуй ещё раз!
Райли дёрнул уголком рта и бросил:
– А то что?
Не дожидаясь ответа, он развернулся и широкими шагами направился прочь. Аннет, вытирая мокрые щёки и счастливо улыбаясь, побежала за ним. Я же повернулась к своему спасителю и искренне поблагодарила:
– Спасибо.
Опустила глаза и тихо призналась:
– Думала, ты меня бросил.
Ощутив подбородком осторожное прикосновение его пальцев, я вскинула взгляд на Шандатиля. Он дотронулся до моего лица? При всех? Это же… Щёки залило жаром от смущения, но губы растянулись в улыбке. Которая тут же растаяла от удивления. Другой рукой эльф протягивал мне маленькую тарелочку.
– Пирожное?! – изумилась я. – Откуда?
– Ты голодна, – спокойно констатировал эльф и, взяв меня за руку, вложил в неё угощение. – Поешь.
– А как же, – окончательно смутилась я, – первый танец?
– Будет второй, – резонно ответил Шандатиль и добавил: – И во время него ты не упадёшь в голодный обморок.