– Да не можем мы его задержать больше положенного, – на повышенных тонах отвечал Крис Браун – мой лечащий врач. – Он полностью здоров. А ещё у него нет никакой страховки. Я не могу его оставить даже при всём моём желании.
– Да посмотрите на него! Он совсем не похож на того, кому негде жить! Его, скорее всего, ищут… – вставила Элейн свои мысли.
– Вот именно. Мы неделю назад сделали запрос в полицию и ничего. Поиск по фотографии ничего не дал. Его нет ни в одной базе. Сделали даже поиск по всему миру. Никто не откликнулся.
– Так ведь прошло всего несколько дней, – жалобно проговорила медсестра.
– В любом случае это не наши проблемы, сестра Аддисон. У нас не дом для приблудных. Наше дело маленькое. Вылечить и выписать. А ему и лечить нечего. Психологи говорят, что он сам всё вспомнит, когда придёт время. На этом всё! Займитесь своим делом, наконец!
С этими словами доктор ушёл, а я подошёл к Элейн.
– Спасибо вам, но не стоило из-за меня ссориться с ним, – кивнул в сторону, куда ушёл Браун.
– Он вас выписывает. Но вам же некуда пойти. И полиция…
Я лишь снисходительно улыбнулся ей и покачал головой.
– Не волнуйтесь. Я не пропаду. А полиция… Вряд ли их действительно волнует участь бездомного и безродного, – пожал плечами. – Спасибо вам за помощь. Надеюсь, у вас всё будет хорошо.
Почти отошёл, как оказался перехвачен за руку медсестрой.
– Вы можете пожить у меня, – выпалила она на одном дыхании. – То есть, если желаете. Вам ведь некуда идти, вот я и подумала… – она мило замялась, а я благодарно накрыл её ладонь своею.
– Не стоит, – ушёл обратно в палату.
Выписался я в тот же день, написав заявление по собственному желанию. Кажется, доктор даже вздохнул с облегчением по этому поводу. Странный.
И вот теперь я шёл по грязным улицам Бруклина, то и дело глядя по сторонам. Криминальный район оправдывал свои многочисленные слухи. В первый же день здесь на меня напала группа мальчишек, по виду наркоманов. Вот только срубить с меня было нечего. А то, что было, я отдавать не собирался. Ещё долго после этого думал, где научился так драться, и зачем мне это было нужно. Впрочем, грех жаловаться за такой приятный сюрприз, так как мне это помогло остаться в живых и при своих вещах, да ещё и обжиться деньгами.
Да, это было нехорошо, но что ещё оставалось делать человеку, у которого нет ничего, кроме самого себя? Выживать, как может. Что я и делал все эти дни…
А сегодня в управлении полиции мне выдали новые документы на имя Джереми Блэка. Тупое имя, бабская фамилия. Впрочем, говорящая. Тёмные волосы, как и глаза, отлично отражали её суть. Пришлось довольствоваться тем, что дали. После этого меня направили на биржу труда, где определили в строители. Тридцать долларов в день конечно откровенно мало, но хоть так. Завтра мой первый рабочий день. Как ни странно, об этой профессии я знал достаточно настолько, что вполне способен был при должных инструментах построить себе дом. С каждым днём моё прошлое занимало всё больше мыслей, вытесняя насущные проблемы.
Кто я? Откуда? Есть ли у меня семья, и ждёт ли кто-нибудь? Где-то там…
А ещё меня притягивала Луна. И чем ближе подходило полнолуние, тем хуже приходилось. Немотивированная агрессия и резкие скачки настроения с каждым днём становились основными моими спутниками. От меня не просто сбегали, а шарахались, не дойдя и десяти шагов в мою сторону. Впрочем, это тоже было мне на руку.
Наконец, сегодня ярость, постоянно бушевавшая во мне, поутихла. Куда больше волновало, как будут обстоять дела на работе, и заплатят ли обещанную сумму. Жить мне по-прежнему было негде, и я намеревался снять комнату в каком-нибудь доме неподалёку от здания, на строительство которого меня определили. А эту ночь в очередной раз придётся провести в клубе. Благо дураков, которые отваживаются нападать на одиночку – достаточно, как и их денег. На входе дежурил привычный угрюмый Марк, который пропустил без вопросов и в обход толпы. Стоило оказаться внутри, как почти сразу же вокруг стали крутиться девочки, показывая свои телеса в танце со всех сторон, фактически предлагая себя в открытую. А мне становилось мерзко и тошно при взгляде на них. Если мой взгляд и задерживался на ком-то, то это всегда была брюнетка. Видимо, в прошлом часто их выбирал.
В то, что меня ждут, уже не верилось. В полиции ясно дали понять, что, если кто-то и объявится, мне сообщат, но в целом надеяться не на что. Да и в районе Бруклина, как теперь понял, часто пропадали люди. Наверное, копы надеялись, что и я тут сгину.
Интересно, а могло так случиться, что меня мои же родственники выбросили из дома? Но тогда с чего бы я потерял память? Из-за такого? Вряд ли. Не верю.
В общем, вопросов было много, а ответа ни на один.
Подошёл к барной стойке и заказал себе выпить недорогой бурды. Вокруг веселился народ, кто-то танцевал, другие просто общались, третьи выискивали развлечение на ночь. Музыка, алкоголь и наркотики заставляли раскрепоститься и поддаться разного рода искушениям. Скривившись от этой низменности, отвернулся от толпы и стал рассматривать бутылки, стоявшие на барной стойке. Майк – сегодняшний бармен – остановился напротив меня и приветливо улыбнулся, одновременно смешивая какой-то коктейль.
– Ну, и чего сидишь такой кислый? Пошёл бы, познакомился с какой-нибудь красоткой, да оторвался хорошенько. Может и рожа повеселее станет? – засмеялся он над своей шуткой.
Пришлось скалиться в ответ. Что у официантов за привычка лезть не в свои дела? Им за это доплачивают что ли? Ничего не ответил, отвернувшись к танцполу. В одном Майк был прав: стоило найти развлечение на эту ночь, иначе ночевать будет просто-напросто негде. Если предыдущие дни меня прикрывали ребята из охраны, то сегодня была другая смена, а с этими парнями я ещё не успел познакомиться.
Свет неонов выхватил из толпы рыжие волосы. Или это из-за подсветки они такими казались? Но стоило девушке обернуться, как стало ясно, что да – рыжая. Та самая медсестричка из клиники, где я лежал. Карие глаза в удивлении расширились, когда она заметила меня, а после пухлые губы растянулись в приветливой улыбке. Подмигнув, она отвернулась и продолжила танцевать. Я же следил за ней, чуть склонив голову на бок, одновременно с этим заливая в себя очередную порцию алкоголя, который обжигал глотку, но успокаивал нервы. Правда, я и не преследовал цель напиться, да и не получилось бы у меня этого. Попробовал, в первый раз оказавшись в этом клубе, – не вышло. Сколько бы я ни выпил, голова оставалась лишь слегка затуманенной. Единственное, притуплялись эмоции, успокаивался рвущийся в агонии внутренний зверь, отступала головная боль, которая иногда становилась совсем невыносимой. Никакие таблетки не помогали. А ещё врачи говорили, что я здоров, как бык. Тоже мне специалисты.
Девушка красиво извивалась в танце. Рыжие пряди волос двигались в такт её движениям, а карие глаза сверкали надеждой и радостью, когда она невольно останавливала на мне свой взор.
– Уверена? – проговорил ей одними губами.
Элейн закусила нижнюю губу и немного смущённо кивнула.
Усмехнулся.
Что ж, её никто не заставлял.
Кинув на барную стойку оплату за выпивку, соскочил со стула и направился к ней, пристраиваясь сзади, касаясь её тела лишь едва, подстраиваясь под движения. А в этом что-то есть… Когда, прикрыв глаза, отдаёшься во власть музыке, а рядом податливое женское тело. Возбуждение словно растекалось по всему телу и смешивалось с чужим. Я, как наяву, чувствовал запах Элейн, как он менялся и закручивался спиралью вокруг нас, разжигая ещё сильнее огонь в крови.
Мои руки легко прошлись по её бёдрам, прижимая к своему паху. Девушка выдохнула и развернулась ко мне лицом. Я вглядывался в её глаза, полные смущения, и внезапно захотелось ей улыбнуться. Открыто и беззаботно, что и сделал. И в следующий миг поймал своими губами её ответную улыбку, зарываясь руками в рыжие волосы.
– Боже, я даже не знаю, как тебя зовут, – выдохнула она после поцелуя.
– Кажется, Джереми, – пробормотал ей в губы, хотя едва ли она расслышала за грохотом музыки.
А значит, пора уходить. Схватив Элейн за руку, направился в специальную зону с отдельными кабинетами для интимных встреч. Внутри горел приглушённый красный свет, придавая комнате ореол романтики, настраивая на нужный лад. Всё здесь дышало сексом: начиная от бордовых стен и заканчивая чёрным диваном. На стенах висел полупрозрачный красный тюль. Впрочем, разглядывать обстановку не стал и девушке не позволил, толкнув на диван. Сам же остался стоять рядом с ней, рассматривая рыжую более пристально.
На ней были одеты короткие шорты, предоставляя обзор на длинные стройные ноги, и белая майка с надписью «Stars» на груди. Одна из тонких лямок топика слетела с её плеча. Нижнее бельё отсутствовало, о чём свидетельствовали заострённые соски. Склонился и втянул один из них ртом прямо через ткань. Из горла девушки вырвался слабый стон, и она дугой выгнулась подо мной. Не знаю, что произошло, но перед глазами внезапно мелькнуло другое тело девушки с разметавшимися тёмными волосами. Вздрогнул и отскочил от Элейн, как ошпаренный.
Что это только что было?
– Джереми? – растерянно позвала меня медсестра.
Посмотрел на неё невидящим взором, а перед глазами калейдоскопом мелькали очертания другой девушки. И, клянусь, будто наяву слышал иной женский голос, но никак не мог разобрать слов. Головная боль нахлынула с новой силой, и я, застонав, схватился за голову.
– Джереми! – раздался рядом взволнованный голос Элейн.
Тёплые ладони прикоснулись к моим, отводя в сторону. Она всматривалась в меня и всё больше хмурилась.
– Всё в порядке. Сейчас пройдёт, – прохрипел, еле ворочая языком.
– И часто у тебя такие приступы? – уже спокойно поинтересовалась девушка.
В её голосе слышались властные профессиональные нотки.
– Бывает. Неважно.
Прошёл мимо неё к дивану и фактически упал на него, откинув голову назад.
– Может, тебя проводить до дома? А по пути в аптеку зайдём, – предложила рыжая, на что я лишь покачал головой.
– Не нужно. Знаешь, – посмотрел прямо ей в глаза, – тебе лучше найти кого-то другого на этот вечер. Я немного не в форме сегодня, как видишь.