– Ты в этой блузке от жары умрешь. Спина горячая. Еще немного – и будет тепловой удар.
Как ни в чем ни бывало, он спрятал свою ладонь в карман. Прикинулся, значит. Чтоб его черти за ногу потянули прямо в ад! Меня всю внутри перетряхнуло и расколбасило. А он, получается, температуру тела проверял?
– Спасибо за совет.
Стряхнула с ног туфли. И чуть не расплакалась от удовольствия: ступни давно уже отекли от жары и усталости, гудели и ныли. И теперь горячая трава была для них как искупление…
Степан внимательно наблюдал за моими действиями и молчал.
А мне уже было пофигу.
Хотел раздеть меня посреди поля?
Да пожалуйста!
Начала потихоньку расстегивать пуговки блузки. И – да, мне стало легче дышать.
И такое удовольствие – наблюдать, как вытягивается его наглая физиономия!
Глава 2
Твою ж налево…
На улице – жара. Такая, что давит к земле.
А у меня – мороз по коже. Мурашки ползают по телу и колют, поднимая дыбом все волоски.
Что же она творит? Что она, черт побери, делает? Эта колючая, холодная, неприступная стервозина?!
Тонкие пальчики снуют по петелькам, выпуская пуговки на волю…
А я непроизвольно сглатываю слюну.
Голодную.
Затаив дыхание, жду… Очень сложно не показывать, как манит меня то, что спрятано под полами блузки. А они, как назло, не хотят расползаться по сторонам…
Белоснежная шея, не тронутая загаром, кажется все длиннее и длиннее. Ползущая по ней капелька пота завораживает.
Кулаки сжимаются в карманах. Усилием воли держу их на месте, чтобы не рвануть уже, к хренам собачьим, эту несчастную белую ткань и не довести дело до логического конца!
Краешек кружевного белья – словно кость для жадного взгляда. Его уже просто невозможно отвести больше.
Бледно-розовые ореолы светятся под тонким кружевом и доводят меня до состояния, близкого к трансу.
Еще немного – и мы оба окажемся в ближайших колючих и пыльных кустах. И плевать, что на этом сломаются все мои планы!
К счастью, телушке Варя тоже очень сильно понравилось. Или к несчастью?
Краешек нежной блузки оказался очень вкусным. И буренка его с наслаждением зажевала. Смачно так, причмокивая, пуская слюни…
– Надевай мою. – Не заметил даже, как скинул свою рубаху, протянул ее девушке.
– Зачем? Сам же сказал – очень жарко. Твоя тоже мешать будет…
Высокомерная засранка. Отшатнулась от моего подношения.
– Сгоришь, нахрен. Одевайся. У меня – хлопок, в нем от жары не умрешь.
Колкий взгляд – вместо ответа.
И ее руки спускаются к пряжке ремешка, поддерживающего брюки.
– Хочешь, спою тебе?
Возбуждение, накрывшее с головой, чуть отпускает.
Женщина, которая не хочет меня слушаться, – прекрасна. И заводит своим непослушанием. И я ни за что не откажусь от своих планов.
Но стриптиз на виду у коровьего стада – это что-то. Не только волнующе, но и очень смешно.
– Думаешь, стоит устроить конкурс талантов? – Варя тоже ловит комизм ситуации, но не тормозит.
Молния на брюках расползается, ярко-синие штанины сползает на пол. И Варе плевать, кажется, что вся ткань становится серо-бурой от налета пыли.
– Просто стриптиз без музыки – это как-то не очень романтично…
Взгляды могут убивать. Да, я про такое слышал.
Но увидел впервые – едва-едва успел от едкого выстрела увернуться.
– А где здесь стриптиз показывают? – Она с нарочитым удивлением покрутила головой по сторонам…
– Тебе костюм, я так понимаю, не нужен? – Буренка уже выплюнула тряпку, в которую успела превратить белоснежную кофточку Вари и теперь пристраивалась к брюкам. Не то, чтобы меня очень сильно волновала судьба костюма… Но надо было как-то отвлекаться от длиннющих стройных, бесконечно красивых ног.
Раньше думалось, что каблуки и шпильки всегда добавляют женщинам роста, стройности и красоты… Ни хрена подобного: Варя без обуви и штанов оказалась еще стройнее и красивее!
– Так он же не экологичный. Сам сказал?
– Ты чего добиваешься, Варя? Хочешь сгореть на палящем солнце? Я, конечно, не против того, чтобы намазывать твою нежную спину сметаной… Но есть и другие развлечения, более приятные, согласись?
С упорством, достойным чего-то более важного, я добивался того, чтобы она надела мою рубашку. Хотел ее увидеть в своей одежде.
Озабоченный идиот, не иначе. Самое обидное: никогда раньше за собой не замечал такого…
– Ой. Давай уже. – С достоинством королевы она протянула руку.
Как электричеством щелкнуло, когда кончики женских пальцев коснулись моих.