До самого копчика, словно колом проткнули…
И какое-то сытое удовлетворение накрыло: Варя накинула ткань на плечи, запахнулась в нее. Начала впитывать мой запах.
– Отлично выглядишь. Мне нравится. – Голос перестал слушаться, стал каким-то колючим, хриплым. Каждое слово царапало горло…
Варя упорно смотрела куда-то вдаль. Хмурила брови, крылья точеного носика вздрагивали.
– Пойдем домой. Там есть нормальная одежда. И шляпу какую-нибудь дам. Иначе реально – ты тут сваришься.
Надо было что-то делать с этим наваждением: у меня на девушку совсем другие планы были, а не разврат. Во всяком случае, разврат – не самое главное!
– А мне тут нравится… – Варя, словно проверяя на прочность мою выдержку, крутанулась вокруг своей оси. Как модель на подиуме.
В моих глазах замерцали какие-то темные мушки.
Это было что-то невозможное.
– Ну, я же говорил, что у тебя все получится. Осваивайся, Варя, обживайся. – Звуки все так же царапали горло. Но хоть как-то отвлекали меня от сумасшедшей и сводящей с ума красоты.
– Буренушка, милая, не ешь эту каку. Она вредная для желудка! Ты же потом не сможешь давать хорошее молочко…
Варя заворковала с теленком, обняла его, погладила по ласковой морде. И легко, нанавязчиво отобрала у нее свои замученные шмотки.
И танцующим шагом пошлепала обратно по тропинке.
– Степка, ты откуда эту русалку-то вынул? – Из-за кустов вынырнула тетя Маня. Приставила руку козырьком к глазам, залюбовалась осанкой красотки.
– Помощницу тебе привез. Из города.
Тетя Маня оглянулась на полное ведро с молоком. Перевела взгляд на Варю. Опять на ведро.
– Помощницу? Так она же сломается под любым коромыслом…
– Поверьте, не сломаюсь, милая женщина! Не дождетесь!
– Ты где ее взял-то, Степ? Такую смелую и без штанов? – Соседку подобными заявами уже давно никто не смог бы тронуть и пронять.
– Купил он меня. Задорого! – Варя ни капли не смутилась и не застеснялась.
Хотя, куда тут смущаться уже, когда все окружающие, включая птиц и зверей, успели разглядеть все ее прелести? Я вот, между прочим, все никак не мог отвести глаза от белоснежной кожи, выглядывающей из-под края рубашки. Оттенки сравнивал, конечно же: выбирал, какой белее – ткань или бедра Вари?
– Купил, говоришь? – Тетя Маня качнула ведром, легко перекинула его из левой руки в правую… Цокнула языком. – А ты зачем ему продалась?
– А я и сама не знаю. Теперь вот уже сомневаюсь, что в своем уме была…
Варя вильнула хвостом… В том смысле, что качнула бедрами и развернулась, не желая стоять и продолжать разговор.
– А ты не сомневайся. Степан у нас – парень справный, и хозяин хороший. За ним не пропадешь! – Ну, вот. Включился режим свахи. Он, наверное, у всех деревенских женщин входит в заводские настройки по умолчанию…
– Отдайте ему ведро, пожалуйста. – Варя встала, посмотрев на меня в упор.
– Это еще зачем? – Тетя Маня даже растерялась. – Мое ведро. Степану оно ни к чему…
– Если он справный парень, то уж такую тяжесть донесет. Что это за дела? Вы надрываетесь, а он налегке бродит?
– Так я и сама могу… – Все. Феминизм добрался и до нашей забытой Богом деревушки, и довел тетю Маню до полной растерянности.
А меня – до смущения и стыда.
– Я не сомневаюсь, что вы можете!
Варвара смотрелась весьма оригинально: рубаха с чужого плеча, из-под нее торчит кружевное белье, а сама красавица сердито топает ногой и грозит нам с соседкой пальцем.
– Давайте, действительно. Варя права. А я себя веду очень странно…
Пришлось выдирать железную ручку из цепких ладоней простой деревенской жительницы. И вводить ее в окончательный транс…
– Степа. Ты что? Да что же это такое-то?! – Тетя Маня теперь выглядела полной, настоящей сиротой – когда осталась с пустыми руками…
– Пускай идет и сам своих коров доит, поняли? А нам, женщинам, не пристало таскать тяжести, когда есть мужчина рядом!
Варя схватила женщину под локоток и почесала вперед.
Я – следом. Ощущая себя полным идиотом. Привез себе помощницу, так ее растак! Сразу стало легче и проще со всеми делами справляться!
– Пойдем, хоть приодену тебя, что ли? Нечего тут срамом по полям светить… – Соседка быстро смекнула, что пора брать все в свои натруженные руки. Иначе жизнь на хуторе покатится куда-то не туда…
– Думаете, стоит? Степан сказал, что это – местная такая униформа. И другого мне не положено ничего…
Варя уже окончательно освоилась в ситуации, дерзить начала. И настраивать местное население против меня!
– С ума, что ли, сошла?! Да тебя за голую задницу вечером комары искусают! А сейчас вот слепни начнутся. Будешь чесаться везде и опухнешь. Разве можно так разгуливать?
Простодушная тетя Маня все приняла за чистую монету. И, кажется, уже нашла во всем виноватого:
– Степан! Ты почто девчонку обижаешь? Хочешь ее со свету сжить? Смотри, какая ладная-то? И кожа гладкая, чистая? Зачем ее портить?
– Чтобы проще было маскироваться, теть Мань. И сливаться с окружающим миром!
Женщина шутку не поняла, махнула на меня полотенцем и потянула Варю к своему дому. Всем видом намекая, что меня там точно никто не будет ждать.
Может – и к лучшему. Нужна была пауза: отдышаться и подумать, что мне делать с Варварой дальше. И не пора ли вернуть ее обратно в город, от греха и соблазна на мою голову!
– Эй, хозяин! Ты жив еще? Или надорвался от таскания тяжестей и внезапно помер?
Вместе с приближением голоса раздавался грохот, сдавленные ругательства, от которых покраснел бы даже мой дед, шлепанье босых ног по твердо утоптанной земле заднего двора.
Черт. Она должна была бы застрять у соседки подольше…