Стандартный случай
Вот тут меня переклинило!
– Что? Ты приведешь к партнерам новую прошмандовку?!
Из-за этой… этой… ну, пусть будет Анастасии, у отца совсем крыша поехала. Так обойтись с матерью!
– Прикуси язык, сын!
– На официальную встречу, куда все явятся с семьями, ты собрался притащить свою проститутку?
– Я сказал, думай, что говоришь!
– Только посмей ее туда взять! Ноги моей на вашем званом вечере не будет!
– Оно нужно мне столько же, сколько и тебе. И нечего бегать от обязательств.
– Я развод с матерью тебе никогда не прощу! Но если на подобные мероприятия будешь таскать свою любовницу с двумя высшими полуприкрытыми образованиями, силиконом которых ты наслаждаешься каждую ночь, то знай! Разбираться придется без меня!
– Очень напугал.
– Еще раз тебе говорю. Приедешь завтра вместе с ней – будешь искать себе нового директора по развитию!
– Обойдешься. Не для того я в тебя так много вложил. Пора выплачивать дивиденды. Да и кому ты нужен, кроме меня?
– Неужели всерьез считаешь, что я нормальную работу себе не найду? А вот какого неопытного птенчика ты посадишь к себе – это еще очень большой вопрос.
– Да брось. Отряд не заметит потери бойца. Ты уже не сможешь без этой работы. И смотри. Из твоего любимого университета о-о-очень легко могут пнуть под зад любого преподавателя. Так же непринужденно, как и взяли светить перед студентами своими отвратительно расписанными до самой шеи мышцами.
– Так уж и непринужденно.
– Максим, я предупредил. Мне твои выкрутасы уже поперек горла встали.
Да не-е-е-ет, отец меня не отпустит. Я уверен. Слишком ценит как специалиста. А иначе бы не держал кусок нервотрепки у себя под носом. Каждая наша с ним встреча заканчивалась ссорой. Жаль, что в качестве сына я для него пустое место. И сейчас. И всегда был. Но если сегодня мне на это наплевать с высокой колокольни, то в детстве это осознание очень сильно ранило маленького доверчивого сорванца.
– Советую смириться, сын, что когда-нибудь придется занять мое место. Хочешь ты этого или нет. Поэтому тебе нужно добирать необходимый опыт в управлении и общаться с нужными людьми, а не сидеть пожизненно в своем отделе, – очень много он понимает в продвижении и рекламе. – Надеюсь, ты меня услышал. И не забудь, у матери скоро день рождения.
– Удивительно, что ты об этом еще помнишь.
– До встречи завтра. Рассчитываю не быть опозоренным перед партнерами.
– Насте это своей скажи.
В трубке послышались короткие гудки. В сердцах швырнул ее на кровать.
Что бы я ни говорил, а ехать придется. Потому что преемник (аж поморщился от этого слова) основателя компании в обязательном порядке должен присутствовать на мероприятии. Как же он меня достал! И в амплуа отца еще больше, чем в роли работодателя!
Перед ненавистной поездкой я решил повидаться с матерью. Хотел привезти ей кое-что из продуктов, но она очень требовательна к качеству, да и отец выдает ей неплохие суммы на содержание. Поэтому прихватил с собой лишь несколько пирожных и ее любимое баснословно дорогое мороженое с кислинкой.
– Максим! Здравствуй, дорогой!
– Привет, мам! Я ненадолго. Дела.
– Да, конечно. Ты голодный?
Улыбнулся. Мама при первой же возможности пытается засунуть в меня ложку чего-нибудь съестного.
– Нет. Ты же знаешь, – привычно чмокнул ее в щеку и крепко прижал к себе. – У меня свой режим.
– Ты уже и так могучий богатырь. К чему же еще так безостановочно стремишься, сынок?
– Нет предела совершенству. Иди чайник включай. Я привез тебе кое-что.
Как ни странно, но мама относится к тому разряду людей, для которых мороженое – отдельный вид десерта. И наслаждается она им, только запивая чаем. С мятой. Всегда.
– Пойдем, составишь компанию.
– Мне скоро уезжать. Отец тащит на свой дурацкий прием.
– Да, ты всегда их не любил. Когда-нибудь и сам будешь устраивать подобные. И за руку тащить упирающуюся жену, – мама ласково мне улыбнулась, а я вдруг подумал. Как можно было променять ее на какую-то девку с улицы? Мама у меня, как куколка, в свои пятьдесят два года. Всегда идеальная прическа, идеальная одежда, идеальный маникюр, идеальные манеры. Она вся один сплошной идеал. Это все равно, что всю жизнь питаться в лучшем ресторане и в итоге сорваться на слипнувшиеся пельмени сомнительного качества в ближайшей забегаловке. Пусть и дурацкое сравнение, но другого в голову не пришло.
И я точно знаю, что развод они еще не оформили. Отец всегда запрещал матери работать, а она не настаивала. Возможно, и сама не хотела, а, может, предпочитала не ругаться лишний раз. Но, в любом случае, мама и сейчас живет в их бывшей общей квартире, в знакомой обстановке (где я провел свою юность), с привычным укладом жизни, за одним исключением – мужчины у нее больше нет.
– Когда вы планируете покончить с разводом?
– Боря молчит по этому поводу. Это ведь его постоянно грызет молодая любовница, а мне торопиться некуда.
– А если бы он вдруг передумал и вернулся. Ты бы простила?
Мать с ответом не торопится. Задумалась на минуту.
– Я люблю твоего отца. Наверное, через какое-то время перешагнула бы. Но простила бы… приняла бы назад или нет… это слишком сложный вопрос, сынок. Я ведь полностью зависима от него. Могу, конечно, пойти полы мыть…
– Это просто смешно.
– Уже нет. Я в своей жизни так ничему и не научилась. Слишком часто шла у Бори на поводу. Слишком быстро стала от него зависима. Он ведь и сейчас меня содержит. А воротить носом… не в моей ситуации. Ты ведь знаешь, к какой жизни я привыкла, Максим. И то, что ты работаешь на двух работах, чтобы хоть как-то ему противостоять, добавляет тебе смелости и мужества в моих глазах. Ты истинный сын своего отца. Такой же напористый. Упертый с детства.
– Если не он, то я и сам смогу тебя содержать. Пусть не в такой роскоши, но все же. Я ведь не бедствую.
– Что ты! Через какое-то время тебе и самому будет, кого содержать.
– Это вряд ли.
– Ты ошибаешься. Я прекрасно вижу, какими восхищенными глазами на тебя смотрят девушки. Придет время, и одна из них сможет обогреть стужу в твоей душе.
– Кроме тебя, вряд ли кому-то из женщин удастся туда забраться.
Мама привычно улыбнулась. Как-то очень тепло, нежно и грустно. Сколько себя помню, я всегда искал у нее утешение и поддержку. Неважно, будь то разбитые коленки, конфликты с отцом или неудачи в учебе. Потому что от второго родителя кроме вечных подзатыльников, грубых нравоучений и постоянных замечаний я особо ничего и не видел.
И пусть мама в столкновениях с ним всегда выходила побежденной, но, когда дело касалось меня, она превращалась в разъяренную львицу.
– Дорогой, ты ни разу не приводил в дом девушку, но это ведь не говорит о том, что сердце твое пустует, верно?
Ох, как же часто ее проницательность мне выходила боком!
– Это совершенно ничего не значит, кроме того, что девушку, достойную знакомства с тобой, я еще не встретил, – сказал и совершенно не покривил душой, потому что моя квартира на постоянной основе сталкивается с различными новыми лицами. Не, ну как лицами… Почти.
Сейчас почему-то вспомнилось возмущенное, до глубины души пораженное выражение нежного личика Альбины, ее чуть надутые от обиды губки и упрямо выдвинутый вперед подбородок в тот момент, когда Кирилл так необдуманно и беспечно бросил оскорбительную фразу. Мне до сих пор перед ней крайне неудобно. Сегодня на сдвоенной паре она была очень сдержана. Нехотя принимала участие в обсуждении, когда я намеренно втягивал некоторых студентов-молчунов в принудительный разговор, задавая вопросы по пройденному за неделю материалу.
Стараясь избежать дальнейшего разговора, я поднялся на ноги и взглянул на часы, подаренные отцом на двадцать пятый день рождения. Вот уже три года при каждой новой ссоре хочу бросить их ему в лицо, но каждый раз меня что-то останавливает. Это так глупо и по-детски. И, кроме того, я точно не смогу без напряга позволить себе подобную безделушку в ближайшем будущем. Я еще за Леху не до конца расплатился. Вот она. Жизнь с кредитами.
– Мне пора, мам. А то отец меня с потрохами съест.
Перед выходом обнял стоявшую передо мной с гордым сияющим взглядом женщину. Самую родную на свете. И горячо любимую.
Медленно прошелся до своей умопомрачительной спортивной «купешки». В прошлый выходной успел забрать автомобиль у дилера. Спасибо, хоть не поцарапали. Низкий им поклон.
Чуть утепленную, но, тем не менее, легкую кожаную курточку, решил оставить в машине. Не люблю гардеробы, а нести ее с собой к столу считается неприличным.
Поэтому, совершенно не смотря по сторонам, быстро проскочил внутрь. Тут же до моего слуха донеслась негромкая мелодия. Отец прямо внеочередной корпоратив устроил, тщательно замаскированный под светский семейный прием. Ладно, мне потерпеть максимум час, а то и минут тридцать. И до свидания.
Я еще даже не успел подойти к присутствующим, как столкнулся лицом к лицу с отцом. В компании одного из его деловых партнеров и первого зама.
– А вот и мой наследник пожаловал, – родитель поднял ладонь в знак приветствия, послав молчаливый приказ задержаться и не проходить мимо. Как же меня бесит подобное представление!
В ответ на это я уважительно протянул руку стоявшему рядом мужчине, демонстративно игнорируя отца.
– Роберт. Рад новой встрече с вами.
– Здравствуй, Максим, – партнер отца добродушно хлопнул меня по плечу, как делал в каждую из наших немногочисленных встреч. Видел я его, пожалуй, раза три в жизни. И было это довольно давно. По работе мы никак не пересекаемся. Если он здесь, где-то поблизости должна еще быть его супруга Ульяна. Надо бы не забыть поздороваться и с ней. Она должна меня помнить. – Как ты раскачался-то, парень! Натуральный шкаф!
Глава 10
– Девчонки, небось, прохода не дают? – Роберт подшутил добродушно, это видно.
– Ну, что вы, я совсем не такой! – пожал плечами. Уверен, мое наигранное возмущение никого не обмануло. У меня на лбу было написано, что я охотник до девочек. – Это вы еще татуировки мои не видели! – тут я решил намеренно позлить отца, который считает, что живопись на теле мне совершенно не позволительна.
– Красавчик! Будь я на десяток лет помоложе, с радостью удивил бы жену подобными рисунками, – мужчина все также искренне мне улыбнулся.
Затем пришлось удостоить рукопожатием отцовского заместителя, которому определенно нравится его теплое, давно нагретое местечко. К тому же, мужчина очень боится, что скоро отец передаст должность мне. Пффф. Больно надо!
– Станислав, приветствую, – нехотя поднял руку, которую зам также лениво пожал в ответ.
И только потом я развернулся к отцу для короткого кивка. Сдержанного и мимолетного.
– Пойду дальше раздавать свои драгоценные приветствия. Ведь я здесь именно за этим.
– Как будто ты остальных знаешь… – отец прожег меня горящим взглядом.
Кажется, кто-то опять ой как недоволен. Я умею его выводить, да. Все свои двадцать восемь лет тренировался. Почти каждый день.
– Четвертый столик, – процедил он сквозь зубы.
Вот и очередная команда. А я уж ненароком начал думать, что он заболел. А, нет. Просто не хочет сцен на людях.
– Спасибо, что напомнил, отец. Как это я еще сюда не забыл приехать? Голова так забита в последнее время, боюсь что-нибудь перепутать.
И лучше бы перепутал. Потому что как только я приземлился за озвученный столик и вежливо поздоровался с парой директоров различных направлений и их семьями, ко мне сразу подсела Настя.
– Привет, – тихо, чуть ли не на ухо мне прошептала эта длинноногая красотка. – Вы все воюете?
Как же меня мутит от приторного запаха ее духов! Аромат настолько тошнотворный, как будто она вылила на себя полфлакона, подаренного отцом. На кой черт он ее притащил! А еще мне что-то говорил о приличиях. Значит, сегодня я задержусь здесь на еще меньшее время, чем планировал изначально.
– Не твое дело. Сидела бы дома. Ждала бы с раздвинутыми ногами старика, – постарался ответить негромко, ей в такт, чтобы никто нас не услышал.
– И упустить возможность немного развеяться? Ну уж нет, надо ведь где-то выгуливать новые умопомрачительные наряды, – совершенно ничего не стесняясь, Настя положила свою ладонь мне на плечо. Со стороны, должно быть, она откровенно на меня вешается. Вот дура! Зато сам беглым взглядом зацепился за предмет, который она изо всех сил постаралась продемонстрировать – колечко на пальчике. Простенькое такое. Блестящее. С огромным булыжником посередине. Вот зачем отец ей делает такие подарки? Чтобы она потом этот кусок металла в ломбард отнесла?
– Руки убери. Люди невесть что подумают.
– А мне все равно, Максим.
– Оно и видно. Как была беспринципной шлюхой, так и осталась, – все также тихо, раздраженно цедил слова.
– Фу, как грубо.
– Зато правдиво.
– А папочка тебя не накажет за то, что ты так некорректен с его невестой?
– Ничего. Ты ведь усердно постараешься ночью и его успокоишь. Я в тебе не сомневаюсь. Тоже мне невеста нашлась! И он еще женат, если что.
– Максим, ну что ты такая бука… – несмотря на присутствующих вокруг людей, Настя осмелилась провести рукой по затылку, перебрать пальцами мою миниатюрную косичку, от которой весь женский пол пищал, сколько я себя помню.
Но это уже перебор. Вообще ничего не постеснялась. Как только отец может спать с подобной… девушкой! Еще и на приемы таскает! Она же перед любым ноги раздвинет, кто больше пообещает.
– Для особо глупых повторяю. Руки убери. Не выводи, – еще чуть-чуть и она на меня ляжет. Ладони зачесались ее отодвинуть. И желательно к дальней стене!
– Хм-м, – весело хмыкнула эта мегера. – Да никто тебя еще не трогал. Что ты так бесишься? Студенточки не удовлетворяют?
– Тебе и не снилось. Ты с ними даже рядом не стояла.
– Ты-то откуда знаешь? Сам ведь не пробовал.
– Очень уж не хочу какую-нибудь заразу подцепить…
– Ой, кто бы говорил… – она, как всегда, меня перебила.
А мне осталось только продолжить, сцепив зубы:
– Да и не любитель я второсортного товара. Предпочитаю что-нибудь посвежее, – раздраженно поднял глаза и прошелся по приглашенным. Многих не знаю.
Но каково же было мое удивление, когда я встретился с осуждающим взглядом. Альбина? За соседним столиком? Это, и правда, она! Глаза цвета расплавленной полупрозрачной карамели. Сдержанный макияж. Элегантная высокая прическа. Девушка предпочла надеть белый наряд, оценить который я смог лишь до пояса. Выглядит бесподобно. Изящная, утонченная, такая притягательная молодая женщина.
В голову забралась неожиданная мысль. Просто безумная. По отношению к малышке не очень хорошая идея, но почему-то именно сейчас захотелось воплотить ее в жизнь.
Заметил, что столик Альбины пустует. Это надо срочно исправить. Смело скинув с себя тонкие женские пальчики с новым колечком, я резко поднялся и двинулся обходить круглый стол.
Какая разница, как это будет выглядеть? Уверен, в ее глазах я уже скатился ниже уровня плинтуса.
Глава 11
АЛЬБИНА
Максим Борисович? А он-то что здесь забыл?
Видимо, кадрит на все готовых девушек, потому что юная барышня разве что на мужские колени еще не прыгнула. Прильнула к нему, гладит то по плечу, то по голове. Как бы мне хотелось оказаться на ее месте. Вот так интимно прикоснуться к мужчине… и сидеть недозволительно близко… Ну какой же он красивый! Такой мужественный, сильный и он… он…
Он резко встал и уверенным шагом двинулся вперед. Нет, молодой человек совершенно четко направился в мою сторону. Хорошо, что родители ушли. Да вообще, огромное облегчение почувствовала от того, что я за столом осталась совсем одна.
Преподаватель тем временем смело плюхнулся на стул возле меня, придвинулся и снова, уже привычным движением, положил руку мне на плечи, аккуратно приобняв и неумолимо притянув к себе. Да что же это такое?!
Почувствовала, как его горячее дыхание обожгло мою шею, послав электрические разряды куда-то в область поясницы.
– Привет, Куприянова, – Максим говорил тихим, сдержанным голосом. – Сможешь потерпеть меня хотя бы пять минут – зачет у тебя в кармане.
А что он конкретно имеет в виду? И что значит «зачет»? Хотя… Меня все же больше интересует значение слова «потерпеть». Он серьезно?
– Вы мне и расписку дадите?
– Если надо, могу даже поклясться на практическом пособии по маркетингу. Жаль, под рукой нет. Только у меня просьба. Спрячь свои колючки подальше и хотя бы попытайся сделать вид, что я тебя привлекаю как мужчина.
Вообще-то, я пытаюсь доказать ровным счетом обратное.
Но ситуация вновь кажется мне забавной. И почему-то снова захотелось подыграть ему.
– Вы шутите, Максим Борисович? И как же мне эта непосильная задача удастся?
Его ошарашенный взгляд сообщил – только что я выбила страйк!
Старательно спрятала улыбку.
А мужчина очень раздраженно и сдержанно цедил слова сквозь зубы, чуть шевеля губами:
– Для начала называй меня просто Максим.
– Даже и не просите. Не смогу.
– Всему-то тебя учить надо. Прищурь глазки, добавь во взгляд побольше обожания и радости. Подуться, как индюк, всегда успеешь.
– А-а-а, то есть еще и обзываться надумали? Тогда вперед, за своей порцией колючек, – еще чуть-чуть, и наши носы будут тереться друг о друга.
Теперь он кажется совершенно растерянным. Непривычно его таким видеть. И о-о-очень приятно.
– И вообще. Руки держите при себе. Я здесь не одна.
– А с кем же? – во взгляде скользнули настороженность и удивление, но свои пальцы от меня преподаватель все же убрал. И отодвинулся на приличное расстояние.
– Какая вам разница? Вы уже второй раз ставите меня в неловкое положение. На нас же смотрят!
– Я именно этого и добиваюсь.
– Вот спасибо! Удружили. И кстати. Ваша прекрасная спутница сверлит меня яростным взглядом. Думаю, она уже готова меня убить и мысленно вставляет осиновый кол в мое сердце.
– Скорее, нож в спину. И она не моя.
– Все это чрезвычайно интересно, только…
Сзади послышался знакомый голос. Я успела обернуться и подметить, как приближается отец в компании своего делового партнера Бориса. И тут меня слово молнией ударило. Бориса Кульчицкого!
Задорная улыбка мигом сползла с моего лица. Я внимательно окинула свежим взглядом своего преподавателя. Не-е-ет, этого не может быть. Не верится! Неужели родственники? Невозможно! Я ведь сама видела его машину! Вряд ли член семьи Бориса стал бы ездить на подобной. Вот тут-то моя челюсть и отвисла, очень неприлично и невоспитанно. Максим Борисович. БОРИСОВИЧ! Конечно! Это ведь отец и сын! Других вариантов быть не может!
Заглянула в глаза сидящему рядом парню и увидела там то же самое удивление, какое сейчас отражается на моем лице.
Тем временем папа настойчиво обратился к официанту:
– Уважаемый. Рыбу от моей дочери уберите подальше. Я ведь просил…
Мне почему-то захотелось срочно уехать. Да. Пора. Меня ведь Мила ждет. У нас запланирована пижамная вечеринка.
Медленно, никуда не торопясь, я поднялась со своего места и сделала пару шагов навстречу отцу.
– Я и сама могла бы ее отодвинуть, если бы возникла необходимость. Все в порядке.
– Не хочу рисковать, Цветочек, – папа приложился теплыми губами к моему лбу. Такой нежный и родной жест.
А Борис, не теряя времени, подошел вплотную к столу и очень тихо и вкрадчиво обратился к сыну:
– Я смотрю, ты все-таки не сориентировался и перепутал столы.
– Правда? Какое несчастье, это все моя невнимательность!
Тон, которым были произнесены беззаботные слова, заставил меня обернуться и увидеть отстраненное безразличие в глазах Кульчицкого-младшего.
Я тут же поймала на себе спокойный взгляд папы.
– Мне нужно уезжать. Разреши?
– Хорошо. Я вызову для тебя машину.
Ну да. Конечно. А параллельно запишет номер и цвет автомобиля, паспортные данные водителя, а также время, которое мы проведем в пути. И стоит мне лишь на минуту задержаться…
– Роберт, не нужно никаких таксистов. Еще неизвестно, как они машину водят. Я сам отвезу вашу дочь. Обещаю доставить в целости и сохранности.
От услышанного у меня чуть глаза из орбит не выскочили! Интересно, как папа отреагирует. Конечно, не позволит. Я попыталась слабо протестовать, чтобы отказ не выглядел слишком резким.
– Но…
И тут же была невежливо перебита преподавателем:
– Тем более что я уже уезжаю.
– Что значит «уезжаешь»?! – грозный рык Бориса Кульчицкого заставил меня слегка подпрыгнуть от неожиданности. – Ты только что приехал!
– Прошу меня извинить, – мой преподаватель невинно пожал плечами, еще и фирменную добродушную улыбочку продемонстрировал, щедро приправив ее медово-сладкой интонацией. – Дела.
В лицо его отцу просто страшно смотреть. Ярость. Гнев. Ледяное бешенство. Хоть я плохо знаю этого человека, но все эмоции читаются, как на ладони.
А Максиму хоть бы что. Стоит, ухмыляется. Вот же семейка! Я бы никогда не позволила себе расстроить родителей на людях. Да и дома подобных немых сцен у нас вообще не бывает. Не говоря уже о выяснении отношений.
– Я вас представлю, – осторожно начал папа, намеренно растягивая слова. Он всегда так делает, когда ему нужно потянуть время и что-то обдумать. И снова мой преподаватель маркетинга невоспитанно влез:
– Не стоит. Мы пару раз встречались раньше, – фирменно улыбнулся Максим. С ума сошел! Более туманной и двусмысленной формулировки он точно не мог подобрать!
Глаза отца полыхнули опасным огнем, как бывает всегда, когда дело касается меня.
– Я не уверен, что ты достаточно умело водишь машину.
– Ну, что вы, Роберт! Я десять лет за рулем. Это только официально. Никаких нарушений или происшествий. Отец, подтверди?
Три пары глаз выжидающе переключились на Бориса. А он все также буравил злым взглядом сына. Да-а-а, это два совершенно разных человека. Как небо и земля. Один собран, несет себя с уверенным достоинством и каким-то ледяным спокойствием. Второй – немного нагловатый тип, качок с наколками, вечной добродушной улыбкой, тоненькой короткой косичкой, ощущающий себя на голову выше всех остальных. Разительное несоответствие. Но только сейчас я вдруг подметила, что внешне они очень похожи.
– Да. Подтверждаю. И прошу нас извинить на минуту, – ответил с небольшой заминкой партнер папы, после чего отец с сыном неторопливо отошли в сторону.
– Цветочек, а когда вы успели познакомиться с этим парнем?
– Папа, Максим Борисович преподает маркетинг в моем университете.
– Правда? И откуда у него достаточный опыт для этого? Что это за ВУЗ такой? Хотел же сам тебе зарубежный университет выбрать!
– Не смеши. Чтобы ты каждый вечер ездил проверять? Ты ни за что меня одну далеко от вас с мамой не отправил бы. Так что насчет поездки?
– Пожалуй, действительно будет лучше, если сын Кульчицкого тебя отвезет, – как само собой разумеющееся, проговорил отец, еще и вкрадчиво добавил. – Машину придется действительно долго ждать. Из-за снегопада. Я проверял.
Ну да. Абы какой ближайший автомобиль он мне точно не вызвал бы. Только проверенное такси премиум-класса. И это ли не занудство? Какая разница, в каком кресле посидеть двадцать минут: новом кожаном или потертом тканевом?
– И не забудь отзвониться от подруги, как только шагнешь в квартиру.
– Я помню.
Глава 12
МАКСИМ
Отец попытался схватить меня за плечо. Но не тут-то было. Мой бицепс он теперь даже двумя руками не обхватит. Поэтому пришлось старичку спустить пальчики до запястья и, как в детстве, потащить в сторону для серьезного разговора. Ну, все! Три минуты его наставлений, и я свободен.
– А ты не переусердствовал с силовыми методами убеждения? Я ведь могу и сдачи дать, а, папочка?
– Никаких нарушений? Да у тебя чуть ли не каждый день штрафы приходят за превышение скорости! Сдурел девочку так катать?
Да уж. Видимо, тремя минутами тут не отделаться.
– Не волнуйся. Я же сказал. Довезу в целости и сохранности.
– В сохранности?! Ты на кого глаз положил, малолетний придурок?! – тихая ледяная ярость отца звучит для меня, как музыка. – Это же дочь Куприянова! Да он тебя кастрирует за нее собственными руками и собакам скормит скукоженный отросток, который тебе вряд ли когда еще в будущем понадобится!
– Ой, да хорош тебе! Все будет нормально.
– Ты что творишь, а? Ну какой же ты балбес, Максим!
– Какого вырастил, такой и есть, – ледяные нотки в моем тоне ни капли не уступают по твердости отцовским. – А теперь, извините, Борис Игнатьевич. Вынужден откланяться.
– Максим!
– Настеньке своей мораль читать будешь. Мне не надо. Я давно уже вырос, если ты вдруг этого не заметил.