Тельваур. История десяти убийств

Его внимательный взгляд начинал пугать, поэтому и выводил из себя. Они стояли прямо посреди дороги, мешая людям нормально идти, и Мейта тяжело вздохнула, медленно продолжив движение.

— Начинай. — Сикерс была уверена, что он начнёт подробнее спрашивать об их планах и стратегии, о том, где и какой отряд патрулирует, чтобы извлечь ответную выгоду. Или он мог с кем-то повздорить и решил отомстить подобным образом, а эти вопросы были лишь предлогом, способом избавиться от кого-то, чтобы особо не очерняться: выдаёшь одного, зато приносишь очень полезную информацию?

— Сделаем вид, что мы просто старые друзья, — произнёс парень. — Если можно так выразиться… Отвечай мне так, чтобы не было ощущения, что это допрос. Скорее это беседа.

— Сделать вид, что не хочу закончить начатое. — Мейта саркастично улыбнулась. — Отлично, друг, начинай!

Медлить Окида не стал:

— Как ты поняла, что мы в Тринидаде?

— Довольно криминальный район; нападения в ночное время суток — это не самое страшное, что там может произойти. Идеальное место для вас, чтобы привлекать меньше внимания. Услышала разговор в баре о пропавшей девушке и решила проверить эту теорию. Вы были удивлены, когда поняли, что мы близко?

Сикерс было необходимо узнать, сколько вообще заключённых находилось в Тринидаде. Точно не меньше трёх, но с ними мог быть и кто-то ещё. Скорее всего, они уже успели покинуть это место, но Мейте было важно выяснить, сколько заключённых держались вместе и кто действовал в одиночку, если такие вообще были.

— Если бы все хранители были такими умными, нас бы уже давно нашли. Но не забывай, что вопросы здесь задаю я.

Мейта еле заметно скривила губы:

— Хорошо, друг. Продолжай допрос.

— Беседу, — поправил парень. — Ты училась драться отдельно от других? Слишком хороша.

— Просто больше уделяла этому времени, потому что всегда знала, что должна дать отпор даже самым… интересным личностям.

Следующие несколько вопросов снова стали касаться её самой, и Мейта была крайне удивлена тому, что убийца куда больше интересовался ею, а не расследованием. В основном он задавал вопросы о тренировках, о том, какое оружие Мейта предпочитает и как часто бывает в человеческом мире. И эта ситуация девушке совершенно не нравилась. С каждой секундой она всё больше убеждала себя, что уже готова начать бить этого парня прямо при всех, пока он не перейдёт к делу и не перестанет вести себя так, будто они и в самом деле друзья, которые решили провести вечер в компании друг друга. Внутри Мейту всю трясло, но она понимала, что нужно вести себя как можно благоразумнее. Она должна найти любой способ выудить информацию, и Окида явно это понимал, поэтому и не давал ей сказать ничего лишнего, пропуская все вопросы мимо ушей.

— Первым в мире людей я поймала мага, — ответила девушка. — Он раскрыл свои способности на людях, и нам пришлось хорошенько поработать над памятью двадцати человек. Не самое трудное дело, но всё равно неприятно, что столько людей ставят наш мир под угрозу. Согласен?

— Ты любительница нарушать правила, да?

— А ты всегда такой нудный? — Девушка нахмурилась. — Или ты боишься, когда у тебя что-то спрашивают? Неважно, касается это убийств или нет. Тебя просто раздражает, когда тебя хотят узнать поближе, но ты из кожи вон лезешь, чтобы не подать виду.

— И что же ты хочешь узнать?

Мейта промолчала: она произнесла последние несколько фраз не слишком громко, но всё равно привлекла внимание нескольких прохожих.

— Угости даму выпивкой, друг, — спокойно произнесла Сикерс. — Людей там так же много, и, может, у меня развяжется язык, и я не буду донимать тебя своими расспросами.

Его холодный взгляд скользнул по лицу Мейты, но и она была не так проста, тоже умела скрывать эмоции при необходимости. По крайней мере, хранительница постаралась.

Сикерс сказала эту фразу, когда наткнулась взглядом на самую отвратительную безвкусную вывеску с невероятно приторным названием. Из помещения вышло несколько не самых адекватных людей, еле стоявших на ногах, и Мейта быстро составила представление об этом заведении.

Они сели за самый дальний столик, за которым танцпол практически не был виден из-за неудачно поставленного цветка. Сикерс вела себя совершенно естественно, заказала самый дорогой коктейль, убеждаясь, что человеческие деньги у парня были. Себе он ничего брать не стал, но Сикерс была уверена, что это было лишь из-за того, что парень хотел полностью владеть своим разумом.

— Иногда полезно просто отдохнуть, — сказала девушка. — Если что, это был не вопрос. Я знаю способ, которым ты расслабляешься.

Её наигранная улыбка выводила Окиду из себя, но вида он не подавал.

— На самом деле людские напитки мне не нравятся. У меня сразу начинает кружиться голова и болеть живот. Ты вообще пробовал здешний виски? Похоже на пойло, которым упиваются бедные пираты. Не отвечай, прости.

— Я не пробовал пиратское пойло, но здесь алкоголь правда не очень.

Мейта вздёрнула брови:

— Я посчитаю это своей победой.

Девушка стала максимально дружелюбной, создавая впечатление, что на самом деле приняла все правила игры и делает вид, будто ничего плохого не происходило. И, кажется, это дало первые плоды. Украл ли Окида деньги или заключённых снабдили ими?

— Кажется, скоро я расскажу всю историю своей жизни. — Девушка захихикала, подпирая ладонью щёку. — Только я никак не пойму, зачем это тебе? Ты всегда выслеживаешь тех, кому удалось тебя поймать?

— Но тебе не удалось.

— Тем не менее?

— Ты первая, кто сделал это честно.

Девушка поднесла бокал к губам, но в рот ей не попало ни капли.

— Продолжишь это как традицию?

Впервые за долгое время Мейта начала думать о том, что было бы неплохо иметь силу гипноза, подобную Дейну. Девушка не могла действовать настолько быстро, но совершенно не переживала по этому поводу, так как считала, что сильна и без этого. Сейчас было бы неплохо ввести Окиду в транс, выманив у него всю нужную информацию. Сикерс пыталась сосредоточиться, надеясь на чудо, но оно явно сегодня приходить не собиралось, и девушка в очередной раз убедилась, что дело необходимо решать без помощи магических сил.

— Я, кстати говоря, прежде никогда не играла в эту игру. Нет, вру… Однажды, — призналась девушка. — Но мой брат часто в неё играл с другими хранителями, и они давали приз за каждый ответ. Я же почти час рассказываю всё, что ты хочешь, но пока не получила даже намёка на то, что это не обман.

— Если бы я хотел тебя обмануть, то стал бы расспрашивать о вашей работе. Но это, как видишь, не сильно меня волнует.

«Интересно, почему тебя волную я», — подумала Сикерс, но вслух произносить не стала.

— Я не из тех, кто любит лгать. Надеюсь, ты тоже, — произнёс парень.

Мейта всё равно не могла полностью доверять ему. Не было исключено, что он просто решил выманить её и отвлечь, чтобы быстро избавиться от опасного врага. Они не друзья, которые должны говорить друг другу правду. Хотя даже и они могут лгать. Задача Мейты — сделать так, чтобы расследование завершилось как можно быстрее, и она была готова на всё.

— Ведь так ты нарушаешь правила и лишаешься главного приза.

Лицо Мейты вдруг посерьёзнело. Как бы она ни старалась, чувство страха было тяжело укротить. Никто не исключал, что Окида убьёт её после того, как расскажет о том заключённом. Он ведь ничего не обещал касательно жизни Сикерс, а значит, не солжёт. Оставаться так долго с ним один на один было слишком опасно. Может, он ждал того момента, когда совсем стемнеет и улицы станут более пустыми, чтобы напасть? А вдруг он ждал своего друга, чтобы совершить задуманное было легче? У Мейты не было ни единой причины доверять ему. Сикерс представляла, как после предоставленной информации Окида говорит: «А теперь получи свой главный приз», — и выстреливает ей в лоб.

— Тот проводник смог скрыть вашу энергию или есть кто-то ещё? — Сикерс пошла ва-банк, понимая, что наводящими вопросами от парня ничего не добьётся. Она надеялась, что сможет заметить любую перемену в его лице или голосе, чтобы сделать полезные выводы, потому что понимала: возможно, это ещё единственный шанс, и не факт, что не последний день её жизни.

Парень контролировал своё выражение лица, но не тело. Мейта заметила, как побелели его костяшки, когда рука машинально сжалась в кулак.

Он бросил мимолётный взгляд на часы.

— А он не говорил вам, почему решил помочь с освобождением? Жест доброй воли?

Парень продолжал молчать и на секунду отвёл взгляд. Кажется, он сам почти ничего не знал. И, судя по всему, за этим проводником стоял кто-то ещё. Окида явно понимал, что только глупец не догадался бы, что они смогли пройти через портал лишь при помощи проводника, и его реакция убедила Сикерс в том, что существовал кто-то неизвестный, кто участвовал в происходящем не меньше этого безызвестного Ника. Если парень и не знал его лично, то точно догадывался о его существовании.

Сикерс провела рукой по лицу и опустила голову, касаясь лбом стола. Её руки обхватили живот, и девушка тихо простонала.

— Ты что-то мне подсыпал? — В голосе отразилась боль. — Я так и знала, что верить тебе нельзя.

— Хватит, я ничего не делал. Прекращай спектакль.

Мейта не ответила, повернулась в сторону, продолжая находиться всё в том же скрюченном положении.

— Дурацкий коктейль. Может, дело в человеческом алкоголе? Меня сейчас вырвет. — Сикерс прикрыла рот ладонью. — В прошлый раз просто голова кружилась. Нет, это точно ты сделал! Как я могла пойти на такую глупость?

Окида незаметно нахмурил брови и перевёл взгляд на бокал; он никогда не доверял не только подобным напиткам, но и самой Сикерс.

— И не надейся, что избавишься от меня таким образом. — Злобный взгляд Мейты был направлен на парня. — Я тебя уничтожу…

— Сильнейшая хранительница умирает от коктейля из людского бара, — произнёс парень. — Я предпочитаю использовать другие способы.

Сикерс быстро встала из-за стола и, пошатнувшись, побежала в сторону туалета. Плевать, если Окида не поверил в это представление: девушке нужно было вырвать хотя бы несколько несчастных секунд.

Закрывая дверь, Мейта достала самое странное и, пожалуй, лучшее изобретение, которое было бы неплохо внедрить в Тельваур, — телефон. Он всегда был при ней во время выполнения заданий в Людском мире, но сейчас впервые за долгое время пригодился.

«Проводник — пешка; за ним стоит кто-то ещё. Неизвестный обеспечил заключенных деньгами; точно хочет, чтобы они остались здесь подольше и могли скрываться. Разыскиваемые, скорее всего, сами не знают, в чём заключался смысл их освобождения», — такое сообщение ушло Чейзу и нескольким другим хранителям.

Возвращаться Мейта не собиралась. Понимала, что от этого не будет никакого смысла, и, если рисковать жизнью, то нужно хотя бы бороться.

Из одной из кабинок раздавались приглушённые стоны. Прокричав, что начался пожар, Мейта выпроводила из туалета уединившуюся парочку и мужчину, который пришёл по более подходящим делам. Сикерс захлопнула дверь при помощи швабры, придерживая её, чтобы та не упала. Она достала нож, спрятала его за спину и тяжело вздохнула. Возможно, у неё оставалось очень мало времени.

За пару минут дверь попытались открыть лишь однажды, и этого хватило, чтобы сердце пропустило несколько ударов. Сикерс слышала недовольные голоса, но понимала, что это не тот, кто ей нужен. Она знала, что Окида совсем скоро поймёт, что что-то неладно, и придёт за ней.

Ручка дёрнулась. Затем ещё раз. Никто не высказывал недовольства. Мейта спряталась так, чтобы, когда дверь открылась, она оказалась прямо за ней. Дверь толкнули, голосов всё ещё не было слышно; будь это обыкновенный человек, он бы уже давно начал ругаться.

Девушка отпустила швабру, и та упала. Дверь раскрылась, и девушка не стала ждать: увидев знакомую спину, она бросилась в атаку. Но Окида увернулся в ту же секунду, как только Мейта занесла нож над его шеей, будто чувствовал, куда Сикерс собиралась бить. Он знал каждый шаг девушки наперёд, потому что помнил и постоянно прокручивал в голове то, как она двигалась при их первой битве.

Сикерс полоснула ножом по его руке под плечом, но боли парень словно не почувствовал и вновь выбил из её рук оружие. Всё-таки с подобным Окида сталкивался гораздо чаще…

Он откинул девушку в сторону так, что та чудом не разбила голову о раковину, успев смягчить удар, закрывшись рукой. Мейта постаралась встать, но парень подошёл к ней за считаные секунды, скрутил ей руки за спиной и сел на её ноги, чтобы у Сикерс не было возможности подняться.

— Я ждал подобного.

— Вот как? Ты думал, я буду улыбаться убийце, забравшему жизни десятков, а то и сотен существ? Хватит пытаться выставить себя передо мной в хорошем свете! Тебя всё равно вернут в Даджеон, и ты будешь жалеть, что вообще решился выйти на связь со мной…

Мейта дёрнулась, пытаясь выбраться.

— Я и без тебя знаю, кто я. Заткнись, пока не свернул шею.

Парень был невероятно тяжёлым, и от этого давления Мейте показалось, что её ноги вот-вот превратятся в лепёшку.

— Ну так давай, — прошипела она. — Почему не делаешь это? Что тебе нужно? Хочешь промыть мне мозги, чтобы избежать наказания?

— Кунаби, я предупредил…

Дверь неожиданно открылась, и Мейта увидела менеджера бара. Мужчина застыл в дверном проёме и удивлённо взглянул на замершую пару. Вероятно, посетители успели нажаловаться на странные заявления о пожаре и запертый туалет.

Сикерс испугалась, что Окида тут же нападёт на мужчину, чтобы избавиться от свидетелей, но парень лишь спокойно встал, поднимая при этом и саму Мейту.

— Мисс, у вас проблемы? — обеспокоенно спросил мужчина, закрывая проход. — Этот молодой человек к вам пристаёт? Мне вызвать полицию?

— Нет, — быстро ответила девушка, не зная, чего ожидать. — Мы… решили освежить отношения. Мне очень стыдно! Мы уже уходим, простите.

Оттолкнув парня, державшего её за локоть, девушка ускорилась и поспешила выйти из бара. Окида догнал её на улице, вновь схватил за руку и сжал так, что маленькая ладонь Сикерс запросто могла бы треснуть.

— Если ты не пойдёшь со мной, я точно от тебя избавлюсь. — Скрывать раздражение парень не стал.

Нет, ему было точно что-то нужно от Сикерс. И дело было даже не в разговоре и не в той глупой игре. Мейта убедилась, что вредить ей парень не собирался. Если бы хотел, то сделал бы это сразу. Казалось, что привести девушку к тому заключённому он хотел больше, чем она сама. Окида шёл слишком быстро, и Мейте пришлось бежать, чтобы успеть за ним. Он будто куда-то опаздывал, боялся не успеть. Мейте целых несколько минут удавалось наблюдать за его нахмуренными бровями, слышать тяжёлое, гневное дыхание, и Сикерс казалось, что она находится с другим человеком. И, что самое странное, такой Окида пугал её в разы меньше, чем его полная безэмоциональность.

Они не проронили друг другу ни слова. В метро оба уставились в одну точку, плотно сжав губы, и ждали, когда этот невыносимый день подойдёт к концу.

Окида привёл её к ветхому дому. И чем ближе она к нему приближалась, тем сильнее чувствовала присутствие знакомой энергии, которую достаточно давно хотела отыскать. Но энергия эта была настолько слабой, что Мейта даже не помнила, когда в последний раз улавливала настолько тихий «сигнал».

Здание встретило их скрипом пола и запахом сырости. Парень сунул руки в карманы, наконец выпуская девушку из своей беспощадной хватки, и произнёс:

— Оставайся такой же умной, какой я тебя пока считаю. — Он указал в сторону второго этажа, а сам остался внизу.

Девушка быстро поднялась по лестнице и уже точно знала, куда стоит идти. Она открыла дверь в слабо освещённую комнату, замедлила шаг и услышала обыкновенное:

— Здравствуйте.

Примечания